В 45 я влюбилась опять (СИ)

Глава 44

— Ваня, Вань, — толкаю его в плечо.

— Мммм… — сладко тянется, — и, развернувшись, подхватывает под бедро и тянет к себе под одеяло.

— Вань, подожди

— Всю ночь ждал.

Запускает руку под сорочку и ведет вдоль позвонков.

— Маша…

Губы на шее. Мысли тут же улетучиваются. Его руки это что-то. Дайте мне день с ним вот так провести и я больше никогда не буду загадывать желания на Новый год.

— Вань, подожди. У меня проблема.

— Потом решим. — Потом нельзя, Вань. Она уже едет.

— Кто? — отодвигается и открывает глаза.

— Моя мама едет с отцом. К нам.

— Зачем?

— Я не знаю. Она у меня… Что делать, Вань? Она проявляется только тогда, когда у меня все плохо, чтобы сделать все еще хуже и откомментировать каждый мой шаг.

— Так, когда приедут?

— Часа через два.

— Ты чего хочешь?

— Чтобы они не приезжали, — хнычу по-детски ему плечо.

— Спокойно. Пусть приезжают.

— Давай какую-нибудь квартиру снимем на час, я там их встречу.

— Успокойся, Маш. С моей мамой познакомились и с твоей познакомимся.

— Вань, нельзя ее сюда. У тебя дочки, а она такой цирк устроит, что мне стыдно будет перед ними.

— Давай я девчонок увезу к своим или в центр куда-нибудь.

— Мне так неудобно. Просто катастрофа какая-то со мной.

— Я живу в катастрофе, на работе катастрофы каждый день, я привык. И для меня это тьфу.

Быстро целует меня и шлепает по попе.

— Давай, собирай всех.

Мы оперативно собираемся. Девчонки ничего не понимают, но собираются, папе не перечат и лишних вопросов не задают. Мои закрывшись в комнате что-то шушукаются, но тоже убираются.

Мне приходится дать маме адрес Вани.

Встречаем их у ворот.

— Привет, мам, пап.

Обнимаю “для галочки”.

У нас в семье все решает мама. Всегда решала. Папа шел, как приложение, которое со всем соглашается. Я тоже была таким приложением пока не развелась с тем, кого она тщательно отобрала среди стольких кандидатур, которые я ей привезла знакомиться.

— Иван.

— Андрей Иванович, — жмет папа руку в ответ.

— Елена Михайловна.

— Очень приятно.

— Мам, это дом Ивана Андреевича, мы тут временно живем, поэтому не надо вести себя так, как будто вы тут дома.

— Там, где живут наши внуки, там и наш дом.

Я на Ваню.

Собственно это то, о чем я предупреждала.

Он улыбается уголком губ.

Мне бы его спокойствие.

— Да, участок у вас большой… А толку ноль. Ни парника, ни теплички. Все химикатами из магазина детей травите?

— Я вот думаю, Елена Михайловна, если натяну там парник, детям совсем не останется места, чтобы бегать и радоваться.

— Учиться им надо, а не балдеть только.

В коридоре дома мама останавливается, громко вдыхает воздух.

— Котами у вас конечно, воняет… как вы тут живете. Сами поди пропахли все.

— Не жалуемся.

— Мам, перестань.

— Ты бы маме лучше сесть предложила. С дороги же.

— А вы в машине стоя ехали, что ли?

Ставлю чайник. Занять их надо.

— Хмм… Простенько у вас тут, — кивает на обои, без приглашения ходит по дому. — Костя, Мишенька, бабушка приехала, — кричит. — А ваши дети где, Иван?

— У бабушки в гостях.

— Бабушка, привет.

— Ах, вы мои родненькие, — обнимает их, — без нормальной обстановки, без родного дома…

Причитает над ними.

— Плохо вам тут, да? Бедняжки.

— Маш, чайник закипел. Давайте в гостиную.

— А бабушка вам подарочки привезла.

Мама лезет в сумку и достает им по киндеру. Ну, как киндеру. Его дешевому аналогу.

— Я помню вы в детстве больше всего любили.

— Мам, они уже не маленькие.

— А радоваться надо любому подарку.

Это точно. Расставляю чашки, блюдца.

— А шторы, смотрю, можно было бы и посветлее. Маша, ты их выбирала?

Иван усмехается.

— Эти шторы мои, достались от прежних хозяев. Но если не нравятся — велком со своими.

— Я же хочу, чтобы детям все самое лучшее было.

Достаю вчерашние бутеры и нарезку.

— А вы нам что, объедки какие-то подсовываете, что сами не доели, гости доедят? Ну, правильно, родителям-то сколько осталось.

— Ну, извини, в восемь утра гостей не ждала.

— Да нет, конечно, лучше родителям скормить.

— Да хватит уже, — срываюсь. — Вы в гости приехали без приглашения. Все не так, все не то.

У мамы играет телефон.

— Да, Витенька, да дорогой, подъезжай. Адрес я тебе сказала, мы уже тут.

— Какой еще Витенька?.

— Муж твой, — закатывает глаза.

— Я в разводе, если ты забыла.

— Забудешь тут.…

— Елена Михайловна, — Ваня ставит на стол закипевший чайник, — достаточно. Давайте к столу.

— Зачем он сюда едет?

— За детьми, Маш.

— В смысле?

— Дети отцу позвонили. Им тут плохо. Хотят к нему. Я приехала на подмогу.

Мы с Ваней переводим взгляд на Костю и Мишку.

Оба опускают глаза в пол.

— Папочке пожаловались? — хватаю кухонное полотенце, — плохо вам тут? И чем вам тут плохо, а?

— Маш, подожди, — Ваня берет за руку и останавливает. — Давай разберемся. Ну, — басит, — кто смелый.

— Мы к отцу поедем. Мы тут лишние.

— Это кто тебе такое сказал, что ты лишний? — Ваня кивает Косте.

— А мне не надо говорить. Я видел все. Сам. И слышал.

Черт. Черт. Черт!

В дверь звонок.

— Это Витенька. Открыть надо.

— Пусть Витенька ваш катится туда, откуда пришел, — маме. — А вы никуда не пойдете, — детям.

— Конечно, у нас только Марья знает, как правильно. Учить всех будет. Самая умная! Мужика нашла нового — дети не нужны стали.

Я на детей.

— Это вы такое сказали им?

Но всеми любимый Витенька объявляется на пороге, как пророк, который сквозь двери ходит.

— У вас там не закрыто. Здравствуйте, — кивает радушно родителям, — привет, — улыбается детям и они к нему.

Не ве-рю.

— Ну что, собрались?

— Да, — кивают ему.

— В смысле, собрались?

— Да, я забираю детей, Маш. Они сами позвонили и сказали, что не хотят тут жить.

— Это правда, Кость?

— Давай не манипулируй только. Они не хотят с такой матерью жить.

— С какой это с такой?

— Дети никуда не поедут, — вмешивается Ваня.

— Тебя не спросили.

— А тебя не приглашали.

— Мы хотим уехать, — противостоит ему Костя. — У нас есть отец и не надо пытаться нам его заменить.

Виктор довольно улыбается. Ваня на меня смотрит.

Тут мне решать, кто отец, кто нет.

Так, да?

— Я уже взрослый. И не буду на вас работать и чистить снег как дворник.

Не узнаю Костю. Серьезно? Дворник?!

— Ах, как дворник… — замахиваюсь на него полотенцем.

— А кормили тебя тут, как дворника или как принца? А? — Ваня просто давит взглядом.

— От ребенка отстань, это его выбор, — заступается папаша.

— Вот дочку вырастила, истеричку, — мама подливает масла в огонь, — обувается на ходу, закидывая в рот бутерброд. — Даже чая не предложила. Все в сухомятку. Ясно, чего дети жалуются. Андрей, пойдем. Погостили! Спасибо, доченька! Настроение только испортила на весь день! Хорошо, что дети теперь в безопасности будут.

А плевать. Безопасности хотят? Плохо им?

Устала от капризов этих детских. Ладно Костя, но Мишка!

— Если я, правда, такая плохая мама, и к ним тут плохо относятся, живите с отцом, — Вещи они уже собрали. Молодцы. То не заставить убраться, а то уже собрали все.

— Давайте, идите за вещами, — Виктор кивает Косте.

— Вон из моего дома, — очищает свою территорию Ваня.

— Ну-ну, в такой атмосфере жить, любой сбежит.

— А здесь любые не живут.

Костя с Мишкой уже тут как тут. С пакетами.

— Брата подговорил, — ловлю взгляд старшего сына. — Молодец. Что сказать. Поступок взрослого человека. Пожар, похоже, ума, — стучу костяшками кулака по голове, — особо не добавил.

— Ребенка не трогай, — кидается ко мне Виктор.

Но Ваня его быстро заворачивает и выпихивает на улицу.

— Ну, идите с папашей набираться ума. Мать как-нибудь одна будет кредит оплачивать, соседям ремонт делать. Одна все. Одна. Пока ты ищешь там, где проще, ты перестаешь быть мужчиной. И убегаешь от того, чтобы вырасти настоящим человеком. Который за свою семью и в огонь, и в воду. А не сбежать туда, где полегче и ничего не заставляют.

Зубы сжимаю, чтобы не заплакать от обиды.

— Давайте. Повеселитесь там. Отдыхайте.

Разворачиваюсь и оставляю их.

Надолго ли вас всех хватит?