Вынужденно женаты. Только ради детей

Глава 21.

Я надеялась что уход мужа распутает клубок в моих сложных чувств. Ведь он создал проблему, ранил меня, ударил в самое больное место…

Теперь его нет и я должна облегченно выдохнуть. Вот просто обязана.

Утром я делаю именно это, нарочито бодро поднимаюсь с постели, ведь говорят, что мы можем контролировать свое состояние? Если довольно долго улыбаться то ты неизбежно почувствуешь радость.

Но на улыбку меня конечно не хватает, да и с отекшим после бессонной и полной рыданий ночи я с трудом смотрю на свое отражение в зеркале.

И все же, я даю себе зарок, что со страданиями покончено и сама себя загонять в могилу переживаниями я стану.

Пострадала. Поревела. Довела себя до такого состояния, что меня врач открыто ругала за то, что себя не берегу. Теперь самое время перевернуть страницу!

Листаю ленту новостей с чашкой чая в руках, как на экране вдруг появляется Сообщение от мужа.

— Доброе утро, как ты себя чувствуешь? Как давление?

— пока ты не написал было лучше.

Я пишу ему то, что чувствую, не задумываясь о том как на отреагирует на такой прямолинейный жесткий ответ.

Ничего другого он от меня не заслуживает.

Я хочу выйти из приложения мессенджера, но не могу, взгляд как будто магнитом прикован к строчке «Печатает…».

Время тянется невыносимо долго, хотя речь о каких-то жалких секундах.

— Я тебя услышал катя. если что-то будет нужно дай знать. Передавай любе от меня привет. Больше не буду тебя беспокоить.

Отправь мне это Сообщение рузанов выходит из сети, а я еще несколько мгновений гипнотизирую экран взглядом, сама не знаю почему.

А потом палец скользит по экрану и я случайно открываю нашу прошлый переписку. Прошлую, потому что она как будто из другой жизни.

Мы всегда общались друг с другом уважительно, бережно, и как минимум хотя бы раз в день говорили о чувствах.

Глаза наполняются слезами, когда я вижу наши общие фотографии, на которых запечатлены счастливые моменты. Сердечки которые посылала то я ему, то он мне. Признания в любви.

Тогда мне казалось что наша с ним связь нерушима. Если бы мне сказали что он за моей спиной будет названивать другой барышне, я бы ни за что не поверила!

Где он, чуткий, заботливый, ответственный, и где такое низменное поведение?

Ведь мой Вадим не такой.

А теперь я даже не знаю кто он на самом деле.

6 недель спустя

Время не лечит раны, но притупляет боль. Я уже не реагирую на Вадима так остро.

Наверное помогает еще и то что я не смотрю ему в глаза.

Сначала это было странно, и он даже спрашивал меня почему я так делаю, но потом перестал, видимо смирился.

Он каждый день привозит нам с любой продукты, на выходные обязательно забираю дочь к себе. С утра субботы до вечера воскресенья.

Оказалось, что на позднем сроке беременности почти два дня покоя в неделю приходятся очень даже кстати.

Люба говорит, что у папы большая квартира. Значит, Рузанов все-таки снял себе жилье.

Я была уверена, что обрадуюсь этому известию, ведь это значимый шаг к нашему расставанию. Но нет, внутри неожиданно разрослась ничем не оправданная ревность.

Ведь теперь он к себе на квартиру может водить женщин…

Я себя за эту мысль сразу же отругала. Он свободный мужчина и может водить туда хоть батальоны женщин, меня это не касается!

Вот не касается и все тут.

— Люба говорила, что ты спрашивала ее, кто бывает у меня в гостях? — Этот заданный совершенно спокойным тоном вопрос, выбивает у меня почву из под ног.

И впервые за долгое время я все-таки поднимаю глаза на мужа, Сердце сразу же начинает щемить от непонятного мне чувства.

Вернее понятного, этому чувству есть название — тоска. Но я отказываюсь признавать что тосковала по своему мужу.

— что прости? — выходит сипло да и вообще я еле стою на ногах.

По правде говоря я спросила об этом любу один единственный раз и то потом сильно пожалела и прикусила язык.

А она взяла и всё рассказала папе. Он наверное рад. Хотя по его выражению лица и взгляду не скажешь.

— я не… Ты же понимаешь что я об этом спрашивала исключительно из интереса безопасности нашей дочери? Конечно мне важно знать кто бывает у тебя в гостях.

— особенно если это женщины.

От его наглого комментария я ахаю, и кажется сильно краснею.

— кто угодно, — стою на своём. — и женщины и мужчины.

— Кать, — Вадим прислоняется к двероному косяку и смотрит на меня сверху вниз. — за годы наших с тобой отношений, сколько раз я кого то приводил домой? — спрашивает он а мне нечего ответить. — вот именно. Я жил между работой и домом.

— но сейчас у тебя нет… — осекаюсь, но уже поздно. — у тебя нет дома, а значит освободилось время.

— ничего у меня не освободилось, — отрицательно качает головой он. — я стал больше времени проводить на работе, — пузанов делает паузу. — чтобы сильнее уставать, и ложась в постель сразу же проваливаться в сон.

— и что ты хочешь, чтобы я тебе на это сказала? — плотнее укутываясь в кардиган насколько это позволяет сильно выпирающий живот.

— Ко мне никто не ходит, Кать. У меня нет другой женщины, и я ни с кем не сплю.

— Вадим, — во мне бурлит смесь стыда и ярости, потому что частично он угадал, конечно я думаю о том, что он может завести роман и показать нашу дочь своей новой барышне. Любая женщина на моем месте подумала бы точно так же. — Не льсти себе. Я не ревную.

— А я не говорил, что ты ревнуешь, — он отталкивается от двери И отступает в полумрак, но я все равно вижу на его лице подобие довольно ухмылки. — Спокойной ночи катя.

— Спокойной! — бросая ему в ответ захлопываю дверь и бурчу себе под нос: — Гад!