Айви на Фестивале магии. Восточная академия

Глава 19

Изначально магии в современном её понимании не существовало. Были люди, особенно чувствительные к течению потоков незримой энергии, и именно с ними на контакт вышел Многоликий Дух. Он научил нырять в астрал, показал, как можно создавать из астрального эфира щиты, принёс руны… Его ученики стали первыми магами, родоначальниками аристократических династий.

Позднее люди открыли, что, кроме «лёгких» эфирных потоков, есть «тяжёлая» энергия материальной реальности, по аналогии с рунами создали первые заклинания и оказались перед непреодолимой преградой: невозможно быть ныряльщиком и заклинателем одновременно. Обретая во время посвящения способность взаимодействовать с эфиром, маг платит способностью создавать заклинания. Либо-либо, выбирай.

В те времена мелкие хищники вроде моей Фырьки обитали в поверхностных слоях астрала и сами находили путь в материальную реальность, нападали, убивали, возвращались и снова убивали. Заклинания против них оставались бесполезны.

За несколько столетий ныряльщики проредили поголовье тварей, оставшихся оттеснили в глубины, из которых просто не выбраться, установили щиты, проложили безопасные туннели… Астрал перестал быть источником угроз, и постепенно, век за веком, ныряльщики из почитаемых героев превратились в маргиналов. Зачем мы нужны? Криминал нашёл применение: проникать туда, куда обычным путём попасть трудно, нападать внезапно и убивать, словом, делать ровно то, что раньше делали твари.

Ха, нас сегодня даже магами не признают!

Евнухи от магии…

Я прекрасно понимаю аристократию: зачем с риском для жизни учиться бесполезным на практике вещам, когда можно в безопасном, комфортном учебном классе освоить что-то по-настоящему нужное, то же целительство? Вот Белый факультет и выродился.

Сегодня Дух пришёл в память о давнем прошлом?

По мере того как ныряльщики очищали поверхностные слои астрала, поводов для общения с Духами становилось всё меньше, а исторические факты всё чаще воспринимались сказками о былом.

Ладно, я могу рассуждать сколько угодно, всё равно ни к чему не приду. Появляются Духи в академии на каждый Фестиваль магии или сегодня особый случай, я не узнаю.

— Айви, ты совсем загрустила, — напоминает о себе Дор.

— Прости, я оказалась скучной молчуньей.

— Тебя расстроили их нападки.

— Нет, Дор. Меня огорчило, что мои наивные мечты разбились о действительность.

— Ты хотела стать ныряльщицей? Погружаться в самые глубины астрала, однажды встретить Многоликого Духа? — ухмыляется Дор.

Я на это не отвечаю. Вроде бы он смеётся надо мной, но как-то по-доброму, безобидно. Наверное, мне так кажется, потому что его слова не могут меня зацепить? Что значит «стать ныряльщицей», когда я, возможно, уже лучшая?

Нас прерывает мелодичный перезвон колокольчиков, означающих начало второго акта: сколько бы ни оставалось на тарелке, приборы следует положить, а самому немного откинуться на спинку стула — вернувшийся лакей дирижёрским взмахом руки заставляет всю сервировку подняться над столом, посуда улетает, остаются только вазы с вереском и разноцветные фестивальные свечи.

Традиционный рисовый пудинг с клюквенным сиропом подаётся в пузатых глиняных горшках. Круглой, напоминающей поварёшку ложкой разбивают спёкшуюся коркой кашу, затем вмешивают соус и съедают. Суеверные ещё обязательно загадывают желание — если пробить корочку с одного удара, то оно обязательно исполнится.

Почему бы не загадать?

Хочу успешно закончить Белый факультет — я с силой ударяю тыльной стороной ложки по корочке, корочка трескается, но… остаётся непробитой.

Ха?

— Да…

— Прости, Айви. — Дор широко улыбается. — На самом деле, когда я понял, что глава рода отправит на Белый факультет меня, я обрадовался. Я тоже представлял, как сражаюсь с тварями, становлюсь настоящим героем! Скажу тебе по секрету…

— Раскрытый секрет уже не секрет, — хмыкаю я.

Мне не нужны чужие тайны, своих хватает.

Однако Дор моё замечание воспринимает шуткой, он доверительно наклоняется:

— Я слышал, что среди старшекурсников нашего факультета есть ныряльщик и он готов учить погружениям всех сумасшедших авантюристов.

— Серьёзно?

Не верю.

Хотя…

Я ведь видела, что представляет собой астрал вокруг академии: безжизненную пустоту, наглухо закрытую защитной сферой. Если оставить за скобками визит неизвестного Духа, то самый большой риск — это риск заблудиться. Но опять же, чтобы выбраться, даже минимального чутья не требуется, достаточно двигаться в любую сторону, и ты либо найдёшь выход, либо упрёшься в щит и развернёшься.

«Безопасные» нырки хороши, чтобы научиться азам ориентирования, но потом…

Возомнившие себя ныряльщиками дурни едут на каникулы, погружаются и больше никогда не возвращаются.

Корку на пудинге я разбиваю только с четвёртой попытки.

— Подробностей я не знаю. — Дор тут же сдаёт назад.

— Разок я бы точно нырнула, — вполне искренне заверяю я, очень любопытно познакомиться с «коллегой».

— Договорились! Как только я что-нибудь выясню, я тебе расскажу.

— Спасибо, Дор.

Клюквенная кислинка не спасает от приторности пудинга, и просто так есть его на десерт я бы не стала, но в честь Фестиваля как дань традиции пару ложек надо осилить. Я замечаю, что Дор тоже не стремится вычерпать свой горшочек до дна.

Я прислушиваюсь к эфиру.

Дух как ушёл, так больше и не возвращался — бояться нечего, хотя вернее сказать, что бояться бессмысленно. Когда уже ужин закончится? Я устала, и не столько физически, сколько морально…

Лениво колупая пудинг, я не могу дождаться финального перезвона колокольчиков.

— Мру-у-у? — Фырька замечает моё состояние.

— Угу…

— Айви, я приглашаю тебя прогуляться после ужина. Обойдём наш факультет, полюбуемся звёздами, подышим вечерней прохладой… и попрощаемся до завтра. О, хочешь завтра вместе пойдём?

Повеяло уловками Джейвена…

— Свежий воздух и ночное небо ждут меня на балконе, — фыркаю я. — Может быть, в другой раз, Дор. Ничего не обещаю.

Наконец играют колокольчики — ужин завершён.

Сразу никто не вскакивает, многие продолжают разговоры, особенно старшие курсы. Я дожидаюсь, когда начнётся оживление, и встаю одной из первых, благодарю Дора за приятно проведённое время, желаю ему доброго вечера и прощаюсь. Он не пытается меня проводить или удержать. Мой отказ его как будто ни капли не огорчил. Надеюсь, так и есть.

Поднявшись на второй этаж, я оборачиваюсь с вершины лестницы на зал. Дор всё ещё у стола, и он не один. Не успела я отойти, как рядом с ним нарисовалась Бекка. Она берёт его под локоть, и Дор широким жестом приглашает её к дверям. Ну вот, с кем любоваться звёздами, он нашёл. Но почему именно Бекка?