Айви на Фестивале магии. Восточная академия

Глава 29

В комнате тихо, обманчиво безопасно.

Хочется заорать, вломиться к главе Варрато и орать на неё за то, что довела Белый факультет до полного разложения, за то, что без ныряльщиков возвращаются твари, за собственный ужас, за ощущение смерти, которую я чудом оттолкнула, и молния ударила не в меня, а рядом.

Но ведь я сама полезла, по собственной инициативе, по собственной дурости… И из собственного чувства правильности.

Опустив взгляд, я вижу, как трясутся пальцы.

Вроде бы не в первый раз сталкиваюсь со смертельной опасностью, а ощущение — как в первый. Ну да, не сыплет шутками Дэн, не заливается смехом Ви, даже Фырька не трещит под рукой.

Я внезапно и до боли остро осознаю своё кромешное одиночество. Однажды я потеряла родной мир, теперь я потеряла друзей, потеряла иллюзию устроенности. Академия оказалась ловушкой, будущее, обещавшее быть светлым, теперь видится туманным. Я… не справляюсь? Ударив ладонью по подлокотнику, вскакиваю, спотыкаюсь о брошенный на полу раскрытый чемодан. Так бы и пнула, но тогда я… сорвусь в истерику, начну крушить всё, что под руку подвернётся. Закрываю глаза, медленно выдыхаю. Я столько всего преодолела, конечно, я справлюсь. А чтобы не думать глупости, займусь монотонным и в то же время требующим внимания занятием — разбором багажа. Пора узнать, что мне ниспослала леди Талло. Платья — в шкаф, нательное бельё — в комод, канцелярию — на рабочий стол.

Не торопясь, я медитирую над каждой вещицей. Процесс успокаивает. Не замечаю, как проходит полтора часа. Последняя пара туфель отправляется в обувницу, я закрываю чемоданы и загоняю их на явно предназначенные для них полки.

— Мрру?

— Тпру, — фыркаю я. — Цела, напугана?

— У-у-у-у…

Нетронутым остался только свёрток, который я забрала у Шмыги.

Я кошусь на поджавшую хвост Фырьку.

— Идём.

— Уа-а-а?!

— Да, это то, о чём ты думаешь. — Я ложусь на кровать поверх одеяла.

Фырька с готовностью запрыгивает на подушку, устраивается у меня на плече, мордочку утыкает мне в район сердечного энергоцентра. Силуэт питомицы размывается, и я чувствую, как мои силы начинают утекать. Усилием воли расслабляюсь и позволяю Фырьке продолжать.

Руки и стопы леденеют, в теле возникает мелкая дрожь.

Веки становятся тяжёлыми…

Прежде чем я командую остановиться, Фырька сама перестаёт тянуть из меня жизнь, отстраняется, тут же у меня на плече сворачивается клубочком, засыпает, и меня тоже клонит в сон. Успеваю подумать о том, что надо бы следить за астралом, и проваливаюсь в черноту без сновидений.

Очухиваюсь я только ближе к вечеру. Открываю глаза, поворачиваюсь на бок. Потревоженная Фырь, дёрнув в мою сторону задней лапой, растекается по подушке бесформенной амёбой. Я смотрю на неё, потом на часы.

Ха…

— Я на ужин. Ты тут останешься, Фырь?

— С-с-с…

— Ты нужна мне на параде духов. Увы, мероприятие обязательное.

— У-у-у-у…

— Как скажешь. — Я поднимаюсь на локте, какое-то время сижу, глядя перед собой невидящим взором.

С одной стороны, отключаться, когда в любой момент из астрала может пожаловать хтонь-убийца, решение откровенно паршивое. С другой стороны, та хтонь не явилась, а своя родная — вот она, сопит на подушке, и сейчас укрепить нашу с ней связь особенно важно. Отдавая себя по заветам Арека Безумного, я делаю хтонь более человечной. Так что я всё правильно сделала.

Иду в уборную, умываюсь прохладной водой, хлопаю себя по щекам. Отражение в зеркале не радует. Бледная, растрёпанная, в глазах нездоровый блеск. С заново собранной причёской и румянами становится лучше. Я меняю платье, ношеное отправляю в корзину — горничная позаботится.

— У-у-у-у…

— Ты всё-таки со мной? Хорошо. — Я перекладываю Фырь к себе на плечо, и она безвольно повисает экзотическим аксессуаром.

Когда я спускаюсь, на первом этаже, как и вчера перед ужином, царит оживление, в зале собрался если не весь факультет, то почти весь. Мои однокурсники сбились в кружок и что-то обсуждают.

Дора не видно.

Я подхожу к однокурсникам:

— Добрый вечер.

— Айви, прекрасно выглядишь!

— Благодарю, — улыбаюсь я. Это был комплимент или намёк на мою бледность? Я киваю на закрытые двери. — Неужели ограничения до сих пор не сняты?

— Скорее всего, на площадь нас поведут под конвоем.

— А если Фестиваль отменят? — тоном ребёнка, испугавшегося, что его лишат сладкого леденца, спрашивает блондинка в нежно-розовом платье, делающем её саму похожей на пирожное.

— Оливи, не надумывай.

Лично я только обрадуюсь, если парад духов отменят, вернусь в комнату и упаду восстанавливаться.

Постепенно столики начинают занимать, мы тоже сдвигаемся в столовую часть общего зала, рассаживаемся неподалёку друг от друга. Дора по-прежнему не видно, как нет и шатенки, обещавшей проведать Бекку. Кажется, у меня начинается паранойя.

Как и вчера, двери открываются, лакеи, как дирижёры, направляют блюда в зал, но сегодня лакеев уже трое, и у каждого своя вереница летающих тарелок. На выбор цыплёнок под сырной шапкой, рыбный пирог или индейка с грибами. Ловко маневрируя между столиками, лакеи направляют блюда к подавшим знак студентам.

Я приподнимаю руку и киваю, когда мимо проплывает пирог. Севшая со мной за столик Оливи выбирает цыплёнка.

Оставшиеся блюда отправляются в витрину-холодильник.

Начинается ужин.

Оливи отрезает кусочек мяса, накалывает на вилку.

— Рада знакомству, Айви.

— Взаимно, — улыбаюсь я.

— Прости за любопытство, но твоему духу удобно в такой странной позе?

— Мм? — Вопросы тоже детские. — Духи получают псевдоматериальное воплощение, и удобство в человеческом понимании для них не существует. Кстати, её зовут Фырь.

— Как мило!

Светская беседа на этом затухает. В течение ужина мы обмениваемся несколькими ничего не значащими репликами, а живого разговора не получается. Во-первых, не находится общих интересов, обсуждать модные шляпки нового сезона я не готова. Во-вторых, я чувствую, что Оливи интересна не я, а Фырь, которая, к огорчению девушки, осталась безучастным воротничком на моём жакете.

Лакеи собирают тарелки. Ужин, наверное, окончен?

— Десерта не будет? — изумляется Оливи, причём вопрос адресует почему-то мне, а не лакею. Она думает, что я достану ей из кармана конфету?

— Студенты!

В зал широким шагом врывается преподаватель, днём сопровождавший нас от площади до жилого корпуса.

А вот и новости.