Айви на Фестивале магии. Восточная академия

Глава 39

Поверхностное, рваное дыхание, подёргивание пальцев. Больше похоже на обморок, чем на сон. Я осторожно хлопаю Оливи по щеке, но никакой реакции не получаю. Проверяю пульс — сердце бьётся, удары ровные, хорошо прощупываются. Помирать вроде бы не собирается.

— Её нужно к целителям.

— И сообщить дознавателю, — добавляю я. Разобраться со здешним бардаком — его работа.

— Да.

Розен оттесняет меня, подхватывает Оливи на руки и вытаскивает из кустов. Я отмечаю, что запачкать белоснежную сорочку или серо-голубой жилет он не боится. Хорошее качество.

Эх, утащить бы Оливи в святилище, посмотреть на её энергоструктуры в сиянии алтаря…

Мне опять надо лезть не в своё дело, а? Вот зачем…

В любом случае я её никуда не потащу, потащит Розен в больничку, а всё остальное — исключительно мои пустые размышления. Мы возвращаемся на дорожку, и Розен поворачивает в противоположную от крепостной стены сторону. Я держусь рядом, поглядываю на Оливи. Её дыхание становится глубже, заметнее. Похоже, смена позы пошла ей на пользу. Она делает хватательное движение в пустоту, ресницы начинают подрагивать.

Мы доходим до угла корпуса, когда она приоткрывает глаза.

— Оливи? — окликаю я.

— М-м-м? — Она делает ещё один глубокий вдох.

Несколько шагов — и Оливи вдруг вздрагивает всем телом, распахивает глаза.

— Кто смеет меня трогать?! — Её голос на конце фразы срывается в повизгивание.

Розен останавливается.

— Леди…

— Немедленно отпусти! — Она выгибается в спине, пытаясь освободиться.

Розен опускает её на дорожку.

— Леди, вы осознаёте, где находитесь? Вам стало дурно, и я лишь хотел доставить вас к целителям. — Уверенный голос Розена действует на Оливи успокаивающе, но всё равно она отстраняется, тревожно оглядывается.

— Оливи? — Может, моё присутствие поможет ей почувствовать себя легче?

Но она лишь смотрит на меня с непониманием, будто не узнаёт?

— Леди, — повторяет Розен, — как вы себя чувствуете?

— Не ваше дело! — Она резко встаёт.

Думаю, спрашивать, почему она оказалась там, где не должна была, бессмысленно — не ответит.

Что интереснее, она не выглядит испуганной. Скорее злой.

Пошатнувшись, Оливи не удерживается на ногах и оседает обратно на дорожку, глаза закатываются, она снова теряет сознание, и у неё снова открывается носовое кровотечение.

Розен без колебаний поднимает её и прибавляет шагу. К бурым следам на его рубашке и жилете добавляются алые пятна.

Лечебный корпус оказывается всего через одно здание от нас. Возведённый из камня, украшенный колоннами, пилястрами и декоративными карнизами, он выглядит как родовой особняк из старого района столицы, но точно не как госпиталь, однако Розен уверенно идёт ко входу. Я обгоняю, открываю для него дверь, пропускаю первым.

Шаги Розена гулко разносятся по холлу, и откуда-то сбоку навстречу выходит моложавая блондинка в строгом серо-бежевом платье, поверх которого накинут белый сарафан. Передник — для горничных, как и чепчик. Волосы женщины собраны в низкий пучок. Надо полагать, дежурная целительница?

Она жестом приглашает нас в боковую комнату.

— Лорд, кладите студентку на кушетку. Что случилось?

А разве не лучше посадить — вдруг начнёт захлёбываться? Хотя кровь больше не идёт, остановилась почти сразу, как началась.

— Мы нашли девушку в таком состоянии, она лежала у дорожки в траве, — отвечаю я и в паре слов описываю, как Оливи пришла в себя, запаниковала и отключилась.

Тянет добавить, что Оливи может быть жертвой какого-то магического воздействия, но я сдерживаюсь. Зачем болтать? Целительница и без меня разберётся.

Или не разберётся…

Пожалуй, с кем я хочу обсудить случившееся, так это с Чареном.

Целительница окутывает Оливи бледно-зелёным светом, водит руками, закручивая энергию. Я улавливаю знакомый привкус лечебной магии, но понять, что конкретно делает целительница, не могу. С виду ничего не происходит, Оливи лежит неподвижно, дышит рвано, неглубоко. Не похоже, что она приходит в себя, — даже пальцы больше не двигаются, кисть безвольно свисает с края кушетки.

— Что-нибудь ещё? — уточняет целительница.

У меня закрадывается подозрение, что оказать Оливи первую помощь у неё не получается.

— Пожалуй, нет.

— Я позабочусь о девушке, не беспокойтесь.

Это намёк, что нас больше не задерживают?

Хотя целительница, сосредоточенная на Оливи, на нас не смотрит, Розен почтительно склоняет голову и, подхватив меня под руку, увлекает за собой. Я не сопротивляюсь — он прав, праздные зрители в смотровой комнате не нужны. Но узнать, что случилось с Оливи, очень хочется.

Мы выходим на свежий воздух, и я сразу обращаю внимание на пятна:

— Кажется, вам нужно вернуться, Розен. — Не продолжит же он прогулку в пострадавшей одежде, это не аристократично.

— Прежде следует сообщить дознавателю.

Ха, точно.

Только…

С одной стороны, Розен может рассказать о случившемся без меня. С другой стороны, если я увильну, у дознавателя по этому поводу сразу же возникнут ненужные мне вопросы. Да они и так появятся!

По крайней мере, у меня есть возможность подтвердить свою невиновность…

Чёрт, я так хотела избежать общения с представителями власти!

— Веди, — киваю я, смиряясь с неизбежным.

Розен как-то очень естественно, как само собой разумеющееся, предлагает мне локоть, и вроде бы сейчас, когда мы без свидетелей, самое время сказать, что жест меня напрягает, но отказываться совсем не хочется, я даже оправдание нахожу — незачем отстраняться перед потенциально опасной встречей.

На площади перед главным корпусом толпа и веселье: на десятке наспех устроенных дощатых возвышений проходят показательно-шуточные состязания в магии, старшекурсники демонстрируют, чему научились, выясняют, чей огненный шар получится больше и полетит выше. Победители получают вересковые венки.

— А какие состязания для Белого и Чёрного факультетов? — Я бы могла выиграть.

— Никаких, — хмыкает Розен. — «Чёрные» считают пустые игрища недостойными своего внимания, а нам показывать нечего.

— Руны, — возражаю я.

— Слишком сложно. Да и в чём суть? Кто быстрее призовёт руну? Представь, ни у кого не получится?

Ну вот, я бы точно собрала на голове целый стог побед.

Мы проходим площадь насквозь, поднимаемся по ступенькам главного корпуса, заходим. Как бы я ни старалась отвлекаться или убеждать себя, что всё в порядке, чувствую себя неуютно, а опытный дознаватель заметит моё состояние с первого взгляда.

И встреча происходит даже раньше, чем я ожидала, прямо в холле.

— Господин дознаватель. — Розен склоняет голову перед затянутым в мундир шатеном. Резкие черты лица, сверлящий взгляд…

— Лорд Эльдатта, на вас кровь. Леди?..

Игра воображения, конечно, но кажется, что дознаватель заглядывает мне прямо в душу.