Бандерос для училки, или Мечты сбываются…

Глава 10

И снова осмотр, тысяча вопросов, кровь на анализы и предварительный результат. Плода два, но у них разная степень развития, что означает, что один из них развивается неверно. При этом они сейчас расположены так, что вообще удивительно, что моя доктор поняла, что это не просто двойня, они не просто побольше и поменьше, а реально на разных стадиях развития.

– Либо один спешит, либо второй затормозил, – перефразировала слова доктора Света.

В этот момент мне в голову пришла страшная мысль, тот, что меньше, он…

– Они оба живы? – всё-таки смогла я высказать свои опасения вслух.

– Ты о чём таком говоришь! – не сдержала эмоции и крикнула на меня Света.

– Пока да, сердцебиение у обоих плодов в норме, – спокойно ответил доктор.

– Вы сказали «пока», значит, есть и «НО», – уточнила подруга.

– Это неправильное развитие либо одного, либо сразу двух плодов. Мы возьмём ещё анализы, пройдёте пару процедур, и после этого уже можно будет решать, прерывать беременность или нет. А может, можно будет спасти одного из двух. Пока делать какие-либо предположения и выводы преждевременно.

– И как долго всё это будет решаться? – спрашивала Света.

Я же молчала, закрывая свой животик двумя руками, и казалось, что весь мир рушится вокруг меня.

– Мы, конечно, постараемся как можно быстрее, но, вы же понимаете, хоть и не всё решается за деньги, а Алексей Михайлович сказал, что в этом плане вопросов не будет, и вы знаете стоимость всех процедур. Так вот, всё, что будет в наших силах, мы сделаем, госпожа Стрельцова.

Я непонимающе посмотрела сначала на доктора, потом на подругу, та кивнула головой мне и сказала доктору:

– Алексей Михайлович сказал, что вы будете держать его в курсе. Но вы так и не сказали сроки.

– Предварительно давайте ориентироваться на первые результаты в рамках недели, а дальше всё будет зависеть от того, что мы выясним по ним.

На этом с доктором мы распрощались, меня отправили в соседнее здание, сначала подключали какие-то датчики, что-то кололи, ещё несколько раз взяли кровь. Велели завтра с утра сдать ещё анализы, какие только возможно, и записали на прием в понедельник, при условии, что я не почувствую себя плохо, либо анализы не покажут что-то экстренное. А иначе могут вызвать раньше.

Когда мы, наконец, покинули клинику уже после обеда, я узнала от подруги, что Алексей Михайлович – это как раз тот главврач моей женской консультации, и он вчера вечером звонил Свете. На мой вопрос, почему он позвонил ей и вообще, откуда у него её телефон, она ответила просто:

– Мой телефон записан в твоей карточке как телефон единственного контактного лица, а звонил мне, потому что думал, что ты всё ещё под впечатлением от случившегося, и попросил меня пойти на приём вместе с тобой. Он заранее их предупредил, чтобы не вздумали выпроваживать меня как постороннюю.

– Так, значит, Алексей Михайлович?

– Да, – ответила подруга и, отведя взгляд, спросила: – Ты же не будешь против, если я позвоню и расскажу ему, как прошёл приём? Он просил, и я пообещала позвонить ему.

– Света, а ты, случаем, не запала на главврача? – возник у меня вопрос, который я высказала вслух.

– Не, не запала, но, согласись, классный мужик! Жаль, что женат. А ты знаешь, я больше с женатыми ни-ни, хватит, знаем – плавали, – ответила подруга и перевела тему разговора. – Я есть хочу, поехали к тебе, у тебя там ещё пицца осталась?

Да, у Светы был горький опыт многолетних отношений с женатым мужчиной, старше неё почти на 15 лет, ещё в институте влюбилась, как дурочка, а потом страдала, мучилась, а порвать эти отношения не могла. После его смерти зареклась, что больше никаких отношений с женатыми. Он погиб в аварии вместе с женой, но, видать, моя подруга ему тоже была небезразлична и любовь была взаимной, по его завещанию она получила квартиру в центре столицы и дачу, в области, в ста километрах от города. Странная штука жизнь, раз позаботился о ней после смерти, значит любил, хоть и по-своему. Тогда почему не ушел от жены? Может, и не было бы той аварии, и жили бы они со Светкой долго и счастливо, детишек бы нарожали.

Мысли о несправедливой судьбе и противоречиях бытия, о личной жизни подруги, которая после смерти своего Миши не верила больше в любовь и вообще в отношения между мужчиной и женщиной, помогли мне отвлечься от своих насущных проблем.

Хоть и ненадолго, но всё же.

Да, пицца осталась, так что мы поехали ко мне.

По дороге домой получила сообщение от Антона с вопросом: решила ли я свои проблемы? – и информированием меня о том, что он собирается приехать ко мне сегодня. Ответила кратко:

«Прости, занята, до следующей недели придётся уехать из города по делам. Напишу, как приеду».

Думала, он что-то гневное или требовательное напишет, а он просто позвонил. Отвечать не хотелось, но понимала, что если не приму вызов, он найдёт способ получить ответы на свои вопросы. Ответила на вызов, собралась врать напропалую. Что могу сказать, врать я научилась, ещё когда была в браке, можно было спокойно в театральный поступать.

Диалог был лаконичным.

– Куда собралась?

– Надо съездить в родной город, всё откладывала, но уже дальше некуда. Приеду, всё расскажу.

– На чём поедешь? И на сколько? Если отложишь немного поездку, могу раскидать дела и поедем вместе.

– Антош, спасибо, но не надо. Это я сама. Хорошо? Поеду на поезде, на работе договорилась, а по времени пока не знаю.

– Мира, вчера… – начал он после небольшой паузы, но я перебила.

– Ты прости, я вчера, может, наговорила чего, это просто накатило.

– Может, ты в чём-то и права. Давай я в выходные приеду.

– Антон, мне нужно самой разобраться в этом, – держала я свою позицию.

– Хорошо, как скажешь, но ты же помнишь: если что, ты просто позвони. Во сколько уезжаешь? Я провожу.

– Нет, не надо, мы со Светой. Я наберу тебя, как вернусь. Пока.

Вот так я для Антона уехала из города, а сама собрала вещички на неделю, полила домашние растения и поехала к подруге.

Да, в школе реально написала заявление и взяла отгулы за свой счёт, хорошо, что лето на улице и у меня были уже только одни летние факультативы, поэтому отпустили без лишних вопросов. С удалёнкой дела обстояли проще: я получала план работы и, выполнив её, просто отправляла обратно, и для этого не требовалось много времени. Так что работодателю было всё равно, где я нахожусь территориально. Главное, чтобы был интернет, и работу я делала на совесть и в срок, а остальное неважно.

Дальше потянулось время ожидания. Как и было назначено, я на следующее утро снова была в клинике, сдала все анализы и поехала домой к подруге, она же сама поехала на работу. Чтобы отвлечься от всяких мыслей, я согласилась на дополнительную работу, подкинутую мне безопасниками-айтишниками. Надо сказать, что при принятии меня на эту работу, мне выдали новенький ноут, с супер-пупер настройками и, самое главное, с такой системой безопасности, что я и предположить не могла. При первой попытке вставить мои личные флешки в него я впервые узнала, сколько же вирусов хранилось на моих носителях. В итоге я, с помощью моего нового ноутбука, почистила все свои флешки и могла быть спокойна: все данные на этом ноуте хранятся в безопасности. Но это так, лирическое отступление.

На всякий случай ещё вчера посмотрела расписание поездов до моей малой родины и, если что, знала, что отвечу Антону, если он позвонит. Оказалась права, примерно в то время, когда я должна была бы гипотетически прибыть в родной город, если бы уезжала из столицы самым поздним поездом, мне пришло сообщение с вопросом: «Как доехала?»

Ответила, что всё хорошо, но общаться некогда, потом напишу. Выключила телефон и занялась работой. Работа имеет свойство отвлекать от всяких мыслей многих людей, в том числе и меня, это, наверное, потому что я люблю свою работу. Вот так я на все дни набрала себе работы, лишь бы не отвлекаться и не думать. Света в субботу тоже работала, отгул надо было отрабатывать, так что я чередовала работу и прогулки с её собакой, лабрадором Тедди. Он был подарен ей ещё щенком лет пять назад Михаилом и был Светкиным любимцем. И хотя все говорят, что лабры – это просто ужас, а не собаки, и, вообще, я не очень ладила с любыми животными, с Тедди мне было легко, он послушный и умный пёс.

Вечером в субботу Света задержалась, и я, не дождавшись её, но не желая включать телефон, сама пошла на прогулку с Тедди в парк. Каково же было моё удивление, когда, возвращаясь, я застала картину маслом. Перед подъездом дома стояла машина, через лобовое стекло было очень даже хорошо видно, как парочка на передних сидениях целуется. И парочка эта – моя подруга Света и мой главврач Алексей Михайлович, не помню его фамилию, а ведь подруга называла.

То ли почувствовали пристальный взгляд, то ли потребовалось глотнуть воздуха, но парочка прервала поцелуй, оторвавшись друг от друга, и Тедди, увидев и узнав свою любимую хозяйку, громко залаял. Это уж точно привлекло внимание, и нас с Тедди заметили.

Алексей Михайлович кивнул мне в знак приветствия, подруга что-то сказала ему и выпорхнула из автомобиля, радостная собака ринулась к ней, а я отошла на тротуар, освобождая дорогу автомобилю. Уехал, и след простыл, а я в недоумении смотрела на подругу, у которой не то что румянец появился, а, походу, и уши горели, так она засмущалась.

– Ты ничего такого не подумай, он просто предложил поужинать, а потом довёз меня домой. У тебя телефон выключен, я не дозвонилась, – немного путано говорила подруга.

– И давно это у вас? – повторила я недавно услышанный вопрос от Вики, только теперь понимая степень её любопытства.

– У нас пока ещё ничего нет, – сказала Света.

– Пока? – переспросила я. – Света, а как же твои слова, что с женатыми ты больше ни-ни? Всё-таки запала и к чёрту правила?

– Да не женат он, а вдовец.

– И много ты вдовцов встречала, чтобы они кольца обручальные носили? – пыталась я вразумить подругу.

Мы уже поднимались в её квартиру. Я сама несколько раз в консультации слышала, как одинокие будущие мамаши вздыхали по главврачу и сетовали, что жаль, что он женат и у него две дочери. И Свете это я сразу сказала, когда поняла, что третьим доктором, который в итоге увёл нас в свой кабинет, и был тот самый главврач, хотя ни имени, ни фамилии его не знала, не требовалось тогда, неинтересно было.

– Вдовец он уже как два года, а кольцо носит в память о жене. Я первая женщина, которую он захотел пригласить на ужин после её гибели, – выдала подруга с гордо поднятой головой.

– Света, и ты на слово поверила?

– Да, думаю, он честен со мной, как и я с ним, – кинула она не просто камень в мой огород, а железобетонную плиту, которой меня придавило.

Я стояла в коридоре её квартиры и не знала, что на это сказать, крыть-то было нечем. Хотя подруга и не ждала после своих слов какой-то бурной дискуссии на эту тему.

– Пошли, Тедди, помоем лапы, потом я в душ, и всем спать. Завтра с утра едем на дачу, – сказала Света и скрылась за дверями ванной комнаты с собакой.

Больше мы к этой теме не возвращались, воскресенье провели на её даче, той, что тоже досталась в наследство. Поехали на Светкиной машине. Подруга редко ею пользовалась, хотя её ей тоже подарил Михаил, не любила она эту машину, но и расстаться с ней не могла. Несмотря на возраст, машина была в хорошем состоянии, и Света была отличным водителем.

У Светы были свои довольно странные отношения с начальством, и поэтому в понедельник она тоже смогла отпроситься и пойти со мной в клинику на очередной приём.

И снова молчание врачей, сбор консилиума и смертельно тянущееся время ожидания.

Итог: они так и не смогли прийти к единому мнению и предлагали мне сделать выбор.

Но как можно сделать выбор между:

– оставить всё как есть. Но в этом случае есть вероятность, что всё закончится плохо. Потому что даже если я выношу двоих, не факт, что смогу родить и у детей не будет какой-либо патологии.

– доносить до определённого времени и выбрать один из плодов, тот, что, по мнению врачей, будет более жизнеспособен и здоров для дальнейшего вынашивания в инкубаторе.

– либо не затягивать и прервать беременность сразу, и уже после всё-таки дать природе сделать своё дело, ведь, по ранее поставленному мне докторами диагнозу, для меня ЭКО – не единственно возможный вариант зачать и родить ребёнка.

Мне и раньше, проведя все проверки и анализы, сказали, что просто нужно ждать, когда это само случится, поэтому ЭКО для меня могло быть только по платной процедуре, бесплатные квоты на такой случай, как у меня, не распространялись.

Выслушивая их вердикт, я молчала, потом Света уточнила, что со временем, как скоро мне нужно прийти к окончательному решению, обозначили срок, но предупредили, что лучше не затягивать, чем скорее я приду к какому-либо решению, тем лучше. Ещё предупредили, что, если я решусь на второй вариант, это будет очень дорогостоящий и трудоёмкий процесс, опять же не дающий стопроцентной гарантии, что плод, который будет оставлен, будет развиваться нормально и в итоге выживет, не говоря уже о возможных последствиях, выявленных со временем.

И как тут можно было что-то выбирать? Я не знала.