Диагноз «Неверный»

Глава 10

Стук в дверь вырывает из самокопания. Никогда таким не страдал, но после слов Лары несколько дней назад на балконе её номера меня каждый день одолевают воспоминания. И даже сейчас, подходя к двери своего номера, я снова и снова прокручиваю в голове моменты, проведённые со своими девочками на протяжении этих дней.

— Пап, — заглядывает в глаза Кирюша и падает в мои объятия, хлюпая носиком.

— Ну что ты, малыш? — Я поглаживаю её по голове и прижимаю к себе. — Чего раскисла? Я просто раньше вас уезжаю домой. Меня уже потеряли на работе.

— А я, пап? — спрашивает слезливым голоском дочь. — А мы?

— Кирюш, ты знаешь, этот отпуск стал хорошим для меня, — говорю я негромко, прикрывая дверь в коридор гостиницы. — Мы с мамой наконец-то поговорили, и я многое понял, малыш.

— Но мама тебя не простила? — спрашивает Кира и поднимает на меня глаза, полные слёз, а я только отрицательно качаю головой.

Не могу я объяснить своей девочке, что, чтобы её мама меня простила, мир должен встать с ног на голову. Моя малышка, если бы ты знала, что же натворил твой отец. Но я мелочно и трусливо не договариваю каждый раз, как Кира пытается поднять эту тему, и знаю, что и Лара так делает. Но меня останавливает не только возраст Киры, но и то, что я боюсь увидеть в глазах собственной дочери разочарование и презрение.

— Прекращай плакать, а то станешь некрасивой, — шуточно грожу пальчиком своей девочке, но Кира не унимается. — А давай поступим так, — решаю предложить ей ещё одну идею. — Как только вы с мамой приедете, мы все вместе поедем к бабушке с дедушкой. Они ведь ждут тебя в гости. Новогодние каникулы всё-таки.

— Мама не захочет, — горестно отвечает Кира.

— Захочет. — Я поддёргиваю её носик и поднимаю на руки, позволяя Кире обвить себя как мартышке. — Мы с ней уже договорились. А вы пока закончите свой отпуск и отдохнёте с мамой вдвоём. Вам сколько дней здесь ещё осталось?

— Три, — отвечает Кира и кладёт голову мне на плечо. — Пап, у нас всё будет хорошо? — спрашивает дочь, а я замираю от её вопроса, но очень хочу ответить положительно на её вопрос.

— Я постараюсь, родная, — всё же выдавливаю из себя слова я.

Перевожу взгляд на часы и понимаю: у меня остаётся час, чтобы собрать все оставшиеся вещи и выехать в аэропорт, чтобы успеть на рейс. Всё это говорю Кирюше, а она, вместо того чтобы иди к себе, начинает помогать мне собраться.

Попрощавшись с Кирой в холле гостиницы, куда она спустилась уже вместе с Ларой, еду в аэропорт, а у самого внутри будто всё крошится от безысходности. Я, как идиот, надеялся, что Лара перебесится, отойдёт и простит. Слушая истории коллег на работе, понимаю, что миллионы пар живут такой жизнью и нормально живут. А я, сука, не смог.

А после в голове проскакивают картинки, как к Ларе подкатывал этот её докторишка. Кстати, я его после новогодней ночи так ни разу и не встретил в компании девочек. Может, Лара его притопила где-то и не призналась. Что-то злобное и злорадное улыбается внутри.

Подходя к стойке регистрации в аэропорту, я понимаю, что рано списал со счетов коллегу Лары. Буквально через три человека от меня стоит тот самый Макс. Профдеформация, как часто говорила Лара, играет в данный момент мне на руку. Я узнаю его по быстрому повороту головы. Вижу, как он проходит в зал ожидания и сразу направляется к двум молоденьким девушкам, которые что-то громко обсуждают, сопровождая речь звонким смехом. Хорошие девочки, даже очень. Обе эффектные и явно знающие себе цену. Останавливаюсь у одного из кресел недалеко от их компании и наблюдаю, как этот хрен кадрит этих девчонок. И ему даже можно позавидовать. Талант налицо. Через десять минут обе уже поглаживают его по рукам и что-то говорят, намного тише, чем начинался их разговоров, потираясь о него грудями.

Но тут этот Макс натыкается на мой взгляд и резко бледнеет. Хотя нужно отдать ему должное: в руки берёт себя почти мгновенно и, что-то шепнув сначала одной, а после другой, не спеша направляется в мою сторону. По его виду понимаю, что меня сейчас ждёт бодание. Ну давай, хмыкаю я, пободаемся.

— Руслан, — кивает он мне, протягивая руку, но здесь нет моих девочек, и пример показывать некому, поэтому позволяю себе проигнорировать его жест. — Ну ладно, — усмехается Максим и присаживается рядом. — Что же ты так рано домой? А как же Лара?

— Вероятно, это не твоего ума дело, — отвечаю я лениво. — Я же не спрашиваю у тебя, что же тебя толкнуло на то, чтобы шляться по курортам, пока твоя беременная жена сидит дома и ждёт своего ненаглядного.

— Ну, я здесь прохожу курс оздоровления после тяжёлого трудового года, — отвечает Макс, совершенно не тушуясь от моего вопроса.

И да, сознаюсь, я не смог сдержать себя и быстро пробил информацию об этом хрене, когда не смог найти Лару в новогоднюю ночь. Хотел ей сказать о нём, если замечу ещё раз рядом со своими девочками, но он не появился. А вот сейчас начинаю понимать, что, вероятно, Лара сама узнала или уже знала о нём такую деталь. Но если она знала бы, то не пошла бы с ним никуда.

— А я смотрю, ты так и не оздоровился, — проговаривает Макс, окидывая меня взглядом, но его нервозность заметна. — Напряжён, не удовлетворён. Что же ты так и не смог затащить Ларку в кровать? Хотя, я думаю, ей теперь надолго хватит секса.

Внутри всё сжимается от его слов. На улице жара, а я будто леденею. Знакомое и неприятное чувство. Я помню каждый миг, когда испытывал его. Последний раз был, когда подписывал документы на развод. Но сейчас оно другое. И вместо того, чтобы съездить этому мажору по морде я растягиваю губы в улыбке и немного подаюсь к нему, чтобы ответить.

— Поверь мне, если бы ты удовлетворил Лару хотя бы на тридцать процентов, то сам получил дозу секса, превышающую недельную норму. Какая она там, кстати? — спрашиваю издевательским тоном, замечая, как его скулы напрягается, а на висках выступила испарина. — Два-три раза в неделю вроде бы, да? — Макс сглатывает и только открывает рот, чтобы продолжить, но я не даю. — Если ты решил потягаться со мной в мастерстве, кто кого больнее заденет, то не на того напал. Тебе ещё расти и расти. А вот твоей жене, думаю, понравятся снимки твоего оздоровления. — Я демонстрирую Максу свой телефон, где сделаны несколько фото его общения с девочками. Теперь он бледнеет по-настоящему, и взять себя в руки уже не получается так же быстро. — И если я узнаю, что ты ещё раз будешь ошиваться вокруг моей жены, всё это увидит не только твоя прекрасная супруга, но и твой папаша. В какой очерёдности, можешь выбрать сам.

По внутренней связи объявляют посадку на наш рейс, и я поднимаясь, а вот Макс не спешит. Но его взгляд с наглого меняется на злой и ненавидящий.

— Бывшая жена, — шипит Макс мне в ответ.

— Ну, это тебя уже не касается, — хмыкаю я. — Какая бы она ни была, Лара моя. И я надеюсь, что повторять второй раз мне не придётся. Хотя знаешь, — я надеваю очки и улыбаюсь Максу ещё раз, — второй раз уже не повторяю. Издержки профессии.

Разворачиваюсь и ухожу в сторону посадочного коридора. По спине проходит дрожь, а внутри всё так же мерзко от слов этого мудака малолетнего. И понимаю же, что у Лары ничего не было с ним, но человеческий мозг — такая гадость. От малейших мыслей или наталкивающих образов начинает выдавать картинки, которые ты видеть не хочешь.

В грудь будто всаживают нож и прокручивают, когда перед внутренним взором появляется образ того, как моя Лара может получать наслаждение с другим. Я неделю пил, когда узнал, что она переспала с одним врачом из её поликлиники. Я думал, найду его и закопаю где-нибудь за окраиной города. Ветрова попрошу, в конце концов. Он поможет.

А после, когда меня откачали всё тот же Ветер и Миха, наш общий друг, я узнал, что этого докторишку перевели в другую область, за Урал. С тех пор каждого, кто пытался проявлять интерес к моей жене, я пытался удалить из города подальше. Да. Согласен. Мудак, урод, изменщик. Но я, блядь, не могу даже представить, что к моей девочке, моей Ларе, будут прикасаться другие мужики.

Я усаживаюсь на своё место, слушаю стюардессу, а в голове строю план, как ликвидировать этого козла из нашего огорода. Точнее, города. А ещё мне кажется, что пора начинать доказывать своей жене снова, что я больше не могу без неё. Не могу без них. Да и не хочу. Но как?