Драконья соседка, или (не) тихие провинциальные будни

Глава 4

— Ну и что? Нашли о чём печалиться! — хмыкнула Перкинс, — ну показали дракону жо… филей. Делов-то.

Я с сомнением глянула на женщину и отпила глоток чая. После полyночной прогулки меня жёг стыд, и я наутро я пошла плакаться медведице. Как и ожидалось, Лиза на всё отреагировала спокойно. Похлопала меня по плечу, налила чашку чая.

— В кабаке, где я работала, девки без портков изо дня в день танцевали. На столах. И так не страдали как вы.

Перкинс работала в пивной, на самом отшибе столицы. Вышибалу Лизу знали все завсегдатаи. И боялись. Дама она решительная, рука у неё тяжёлая, отправить в дальний полет любого буяна она могла легко и без угрызений совести. От бывшего мужа она тоже ушла с боем и с разбитым сердцем. Старый медведь променял Лизу на молодую и тощую дриаду. Вот Перкинс и ушла в вышибалы, сгонять зло на выпивохах.

— Он вас уже забыл и не вспомнит, — утешила меня экономка, — а может, и вспомнит… но только сзади.

И она зычно расхохоталась. Я с грозным видом поставила чашку на стол и глянула на Лизу. Она только хихикнула в кулак и в знак примирения придвинула мне тарелку с печеньками, что я заготовила ещё до переезда. С готовкой простых блюд Перкинс справлялась вполне бойко, но вот выпечка не давалась медведице. От слова совсем. Лиза обожала сдобу, кексы и тортики, но увы — они не отвечали медведице взаимностью. Зато с рубкой дров и перестановкой мебели Лиза справлялась идеально.

— Так стыдно! — простонала я и уронила голову на сложенные руки.

— Стыдно, когда дети на соседа похожи, — пожала плечами Лиза, — вешаться из-за вашей проблемы точно не стоит.

Я с сомнением глянула на медведицу.

— Нэтти Фойсен, у вас проблем в жизни мало? Вам волноваться не о чем? — с иронией произнесла Перкинс, — вы не обижайтесь, но высшим до нас нет дела от слова «совсем»! А нам до них. Не пересекаются наши миры. Они там над нами…

И Лиза многозначительно ткнула пальцем в сторону потолка. Ну да, высшие они живут в других условиях. Не ходят с нами по одним улицам, в одни лавки не захаживают. Элита!

— Точно, — чуть бодрее произнесла я, — с высшим я вряд ли встречусь в городе. А в лесу мы были одни. Пойду завтрак готовить.

Лиза весело мне подмигнула. Потом задумчиво осмотрелась, запустила пятерню себе под чепец. Почесала макушку. Достала картонную коробку из- под стола.

— Так, сегодня на обед у нас будет суп, — отчиталась Лиза с грозным видом распаковывая кастрюлю из коробки.

Отыскалась все же! Я как раз принялась жарить яичницу на завтрак и отвлеклась, разыскивая сковородку.

— С чем? — рассеянно переспросила я.

— С тем, что встречу, — удивилась Лиза и непонимающе глянула на меня, — из еды, после завтрака, в доме останется только крыса. Но она на крайний случай. Я видала в саду крапиву, но лучше сходить на рынок.

Это Перкинс мне так «прозрачно» намекнула, что отсидеться дома я не смогу и топать в город все же придется. И чего я так расстроилась из-за случая в лесу? Подумаешь высший решил поиздеваться! Да меня в Столице высший чуть на тот свет не отправил. Точнее отправил, но вмешались целители. В этот раз пострадала только моя гордость, а она у меня ой какая выносливая.

— Отправим детвору в школу, а сами за покупками, — кивнула я медведице.

— Агась, — поддакнула Лиза, — заодно вам ветерком голову чуть продует от мыслей всяких.

Лиза опять шуршала коробками. Я ковырялась в запасах еды. Медведица глянула на часы, криво висевшие на стене в кухне. Откашлялась. А потом своим командирским басом объявила:

— Подъем, банда!

Да. Будильник в нашем доме выполнял чисто декоративные функции. Лиза она и басом может орать, и ложкой по кастрюле шваркнуть. И в нее подушкой не бросишь, может в ответ достаться.

Я с улыбкой кивнула и принялась разбивать на сковороду яйца, между ними пристроила остатки вчерашней булки, вышел очень симпатичный завтрак, по дому поплыли приятные ароматы, на которые, будто зомби, сползались дети. Зои и Кира довольно резво сбежали по лестнице, а вот Дин фактически сполз, волоча за собой подушку. Её он и водрузил на стол, а потом положил сверху голову.

Я просто выдернула подушку, без лишних разговоров и поставила на стол тарелку с едой. Дин застонал и снова шмякнулся лбом об стол. Не в тарелку и то радость. Послышался тихий глухой звук. Лиза отвесила мальчишке подзатыльник и пошла к коробкам в гостиной. Зои и Кира выглядели веселее, они поглядывали в окно и хитро переглядывались друг с другом.

А меня опять начало трясти. Сегодня у детей был первый день в новой школе. Дин у меня парнишка бывалый, ему нигде не страшно, это мне страшно за тех, кто рядом с ним. А вот девочки… они же только пошли в школу, и теперь переезд. Опять всё новое вокруг. Глянула на близняшек… Их двое. И чего-то мне так стало страшно. За деревенскую школу городка Мироквос. Сделаю всё что в моих силах, чтобы унять буйный нрав лисят!

— Сегодня ваш первый день в новой школе, — снабжала я детишек ценными указаниями, пока они вяло ковыряли завтрак в тарелках. — Не плеваться и не обзываться.

— Зачем тогда туда идти? — лениво уточнил Дин.

Он явно был враждебно настроен к новому месту учебы, хотя и прошлые школы мой братишка не жаловал.

— Чтобы буквы в слова уметь складывать, — спокойно объявила я.

Перкинс кивнула, отчего чепец на её голове съехал. Лиза тоже только начала постигать грамматику. Она очень страдала от неумения читать и писать. Медведица поправила головной убор и принялась мыть кастрюлю для супа. На Лизе всё сидело слегка внатяжку. Перкинс больше привыкла к просторным мужским рубахам да штанам, но очень хотела влиться в неторопливую жизнь провинции. А в штанах ну никак не вольёшься. Поэтому Лиза мимикрировала с рвением вымирающих хамелеонов. Неуклюже, но старательно.

— Я умею складывать буквы в слова! — ехидно заявил мне Дин.

— В приличные слова, Дин, — напомнила я брату, — и упаси тебя небо сегодня применить этот талант. Понял?

— Понял.

Кира и Зои были уже собраны. Мы с Перкинс в четыре руки заплели им косички. Вручили по бутерброду. Потом вручили девчонкам поникшего Дина. Мы стояли на крыльце и смотрели вслед удаляющимся детям. Кира и Зои держали Дина за обе руки, будто мальчик мог сбежать. Кира что-то рассказывала, Зои поддакивала. Дин кивал. Забавно, он сразу же принял приёмных сестричек. Не ревновал, не обижался. Хотя он же достаточно взрослый, чтобы понимать — лисят никто не хочет брать в семью. Судьбой девочек был бы приют, откуда бы они вышли прямо на улицу. Лисов не растят в приемных семьях. Брезгуют.

Сами же мы вышли из дома чуть позже, идя следом за детьми. В маленьких городах жизнь хороша тем, что здесь всё всегда рядом. И школа располагалась на площади, за две улицы от нашего дома. Здесь же находились и церковь, и больница, и пожарная часть. Это радовало, учитывая, что в школе будет пребывать мой брат.

К дверям школы стекались «потоки» унылых и сонных детей, так что мои лисята не очень-то выделялись на общем фоне. На пороге школы стоял её директор нэйт Гайри. Тучный мужчина с копной седых кудряшек на голове. Я писала этому мужчине ещё до приезда в город и документы детей выслала по почте. Зачисление в школу прошло без проблем, что меня очень удивило.

Мужчина заметил моих лисят в толпе и двинулся к ним. Девочки тут же принялись здороваться, сделали лёгкий книксен, придерживая края платьев двумя пальцами. Дин угрюмо пожал руку мужчине. Меня и Лизу директор Гайри тоже заметил и помахал в знак приветствия. Дин обернулся. Вздохнул. Закатил глаза. Я украдкой показала брату кулак. Милая семейная беседа. Нэйт Гайри что-то сказал детям и указал пальцем в сторону школы. Девочки поволокли Дина к входу.

— Милые детишки у вас, нэтти Фойсен, — произнёс Гайри, приблизившись к нам с Лизой, — моё почтение.

И он поклонился. Человек. Чистокровный, без примисей. Отчаянный малый. Или ему нечего терять? Пойти учителем в школу, где половина детишек нелюди… псих он, что ли?

— Не обольщайтесь, — буркнула Лиза, — держите ухо востро.

Гайри расхохотался, откинув голову назад. Я с улыбкой глянула на Перкинс и покачала головой. Такие шутки всё же нужно говорить осторожно.

— Не переживайте, — произнёс Гайри, — у меня таких вот шустрых полная школа, — дети, они все одинаковы. Не волнуйтесь. Надеюсь, я не найду вас в засаде под окнами школы?

Мы с Лизой синхронно мотнули головами. Надеюсь, я не покраснела, ибо как раз собиралась заглянуть в окна классов. Там мои рыжики!

— Я её не пущу, — пообещала Лиза, вызвав новый приступ хохота у Гайри.

— А я за ними присмотрю, — пообещал мужчина, — спокойно изучайте город и не волнуйтесь.

Мы попрощались. Мужчина пошёл в школу. Мы с Лизой ещё остались у ограды.

— Приятный мужчина, — вздохнула я.

— Жаль его, — подытожила Лиза, — мученик. Добровольно на такой работе…

Чайки с визгом бесились в небе, ныряли в воду, зависали в воздухе, паря на ветру. Солёный ветер трепал волосы, освежал лицо, дразнил влажной прохладой.

Портовые города хороши МОРЕМ! Ничто так не восхищает меня в земных красотах, как эта бесконечность голубой воды с барашками пышной пены. Шелест волн на песке, блеск лазурных вод на солнце. Возле воды все мои инстинкты оживали, обострялись, будто я сама была птицей, готовой взлететь.

Вот к этому я стремилась, вот об этом мечтала, когда день за днём копила деньги на собственный дом. Дурочка. Тогда я свято верила, что сумею собрать такую сумму.

Из пенной морской воды поднимался остров, с каменистой тропой к нему от самого берега. А на острове красовался маяк. Волны шипели и пенились, облизывая подножье маяка, и я восхищённо замерла, любуясь открывшимся видом. Но рядом была Перкинс. Её манил не маяк, а рынок, куда она меня и поволокла.

— Камбала! Барабулька! — слышались выкрики торговцев.

Ещё одна прелесть приморских городов — рыбные рынки. Свежий улов. Запах, конечно, не для слабонервных, но это можно потерпеть ради пользы. В рыбе же фосфор, кальций, куча витаминов и минералов… А детям нужны крепкие кости.

Лиза чуть отстала, торгуясь с продавцом овощей. А я с любопытством разглядывала дары моря. Чего только не лежало на льду! И кальмары, и крабы. Разные моллюски. Рыба всевозможных видов и форм. С прозрачным телом, с радужной чешуей. Такого изобилия я даже в музее не встречала.

И всё свежайшее, без магических заклинаний то ли мага-лекаря, то ли некроманта. Откуда в городе свежая рыба? А маги… они тоже всякие есть.

— Что тебе, красавица? — потирая руки, спросил мужчина в смешной полосатой шапочке на лысой головенке.

Его дружелюбие вскоре сменилось насторожённостью. Я уже привыкла замечать, как у собеседников меняется выражение лица, стоит им рассмотреть признаки моей расы. Я изучила ценник на рыбине и сочла его вполне приемлемым.

— А это что за рыбка? — дружелюбно спросила я и указала пальцем на разделанную тушку, — там много косточек? Мне для детей на ужин.

Мужчина замялся и растерянно вытер руки о замызганный фартук. Пожевал губами. Я не осуждала окружающих за то, как они на меня смотрели. Верфоксы заслужили скверное к ним отношение. А каждому твердить «я не такая» — язык сотрёшь.

— А деньги у тебя есть? — хмуро спросил рыбак.

На нас уже поглядывали его соседи. Кто-то шептался, кто-то даже чуть отодвинул свой улов подальше от меня. В проходе между прилавками показалась Лиза с закинутым на плечо мешком картошки. Во второй руке медведица изящно несла плетёную корзинку, из которой торчали перья зелёного лука и укроп.

— Ну, чего тут у нас? — спросила медведица, подойдя ко мне.

А потом смачно шмыгнула носом. Рыбак покосился на Перкинс и чуть втянул голову в плечи, уже жалея о своём вопросе. Я спокойно протянула рыбаку горсть монет в ладони.

— Можете проверить, они не фальшивые, — пожала я плечами и указала на приглянувшуюся рыбку, — заверните мне вот эту.

Мужчина ссыпал монеты в карман, не унизив проверкой. Ещё бы, когда рядом со мной стояла Перкинс, закрывавшая своей мощной фигурой большую часть соседнего прилавка. А потом ещё и улыбнулась во все зубы, пытаясь быть такой же учтивой, как и я. Мужчина ещё раз оглядел нас и вздохнул.

— Это малахитовый карп, — чуть смутился мужчина, — вкусная рыба, — не костлявая.

— Вот и замечательно, храни вас небо, — принимая сверток, улыбнулась я.

Можно было расстроиться, пасть духом и уйти домой рыдать в подушку. А смысл? В любом другом месте отношение было бы идентичным. Может быть, в маленьком городе мне будет проще убедить окружающих в том, что я не плохая «лиса». Да, это потребует большого труда. Но у меня и моей стаи нет выбора… нам нужен дом. Люди знали, что среди верфоксов полно иллюзорников, нам ничего не стоит задурить собеседнику голову. Вот и отношение было соответствующим.

Поэтому я подобрала сопли и пошла дальше по рынку, помимо рыбы тут были свежие овощи и фрукты. Я мечтала о собственных урожаях, но эту науку только предстояло постичь, а витаминов хотелось уже сейчас. Лиза шагала рядом, вскоре мы докупили ещё и морковки с луком, и медведица тащила уже два мешка. Я попыталась было помочь Перкинс с ношей, но мне вручили корзинку с зеленью и предложили не путаться под ногами.

— Я вам понесу! — огрызнулась Лиза, — переломитесь, а мне потом ещё и ваши останки домой переть.

Я была с Лизой не согласна относительно своей тщедушности, но спорить с дамой, которая может с лёгкостью вырвать навесной замок голыми руками… Кто бы спорил, а я умная.

Лиза часто проявляла ко мне почти материнскую заботу. Возможно, так проявлялся её нерастраченный инстинкт заботы о потомстве? Своих детей медведица не могла иметь, за что её часто упрекал муж.

В городе Лиза жила в том же доме, что и я, в соседней крохотной комнатушке над складом зерна. Сначала мы здоровались в коридоре, шли на работу вместе. А потом она сдружилась с Дином. Помогала по дому, иногда присматривала за моими малявками. Лизе нужно было о ком-то заботиться, нам не помешала бы помощь. Покидая столицу, я предложила медведице роль экономки, крышу над головой и жалование. От денег дама долго отказывалась. Она была рада уже тому, что дальнейшая её жизнь не пройдёт в одиночестве.

И всё равно ко мне Перкинс относилась не только с заботой, грубоватой бережностью, но и с уважением. Хоть я и была младше, но Лиза упорно мне «выкала». Может быть, виной тому было моё образование? Лиза с трудом освоила азбуку и читала по слогам, моя эрудиция, обширные знания и манеры вызывали у медведицы благоговейный трепет. Уважение и почти детский восторг. Я учила Лизу читать и готовить, эти оба навыка ранее были не нужны одинокой вышибале из прокуренной пивной.