Элина

Глава 20

В особняке кирии Фелис наконец-то наступила тишина. Уставшие обитатели дома все же разбрелись по своим спальням и прекратили обсуждать ракшаса и завтрашнюю прогулку. К слову, последнюю адепты решили не отменять, а самостоятельно прогуляться по городу. И только Элина с Эштиаром лежали на кровати, глядя друг на друга так, словно видят впервые.

— Хочешь сказать, что вы были самыми настоящими драконами⁈ — воскликнула девушка. Задумчиво нахмурившись, она вспомнила слова хранителя в начале разговора и недоверчиво протянула: — Но откуда тебе об этом известно? Ты же сам сказал, что боги забывают всё, чтобы не оглядываться на прошлое.

— Экзамен на память сдан, — рассмеялся мужчина, притягивая Элину ближе. — Я не отказываюсь от своих слов, детка. И если помнишь, я сказал, что у нас, в отличие от людей, возникли определённые сложности.

— Вы не забыли… — ошарашенно прошептала Элька.

— Так ты будешь слушать, или предпочитаешь угадывать? — хмыкнул Эш.

Элина тут же изобразила, будто закрывает рот на замок и замерла в предвкушении. Хранитель улыбнулся, и прикрыл глаза вспоминая события невероятно далёкого прошлого. Далёкого настолько, что даже он начал забывать. Ведь это происходило совершенно в другой жизни.

Когда-то очень давно. Затерянный во Вселенной мир драконов.

В небольшой деревушке, расположившейся на берегу океана и окружённой высокими скалами, жила девушка по имени Рисан'а Антис дер Араин. Если судить по меркам людей, то можно было сказать, что она уже давно дряхлая старуха. Всё-таки человеку сложно назвать молодым кого-то, кто разменял третье столетие. Но в этом мире не существовало людей, как и других существ. Единственные обитатели и коренные жители, гордо именовали себя драконами!

Так вот для драконицы, девушка была ещё слишком молода, что делало её объектом для драконов, только ставших на крыло. Юности простительно всё — так считалось в мире, где инстинкты довольно часто брали верх над разумом. И уж тем более в империи огненных драконов никто не мог винить молодняк за излишне пылкий нрав.

Только Риса уже успела влюбиться и потерять свою пару, поэтому не желала принимать участие в ежегодном брачном полёте. Именно по этой причине она последние восемь лет жила в самом отдалённом уголке империи, скрываясь от других драконов. Так думали все, кто не знал правды. И лишь её младший брат был в курсе, что причина была совершенно другая. Равно как и о месте, где скрывалась сестра.

— Мама, Дарион назвал меня ящерицей! — послышался детский голосок.

В дом влетел мальчик восьми лет отроду со взъерошенными чёрными волосами. В зелёных глазах, что были ярче листвы на деревьях, и так напоминали глаза отца, блестели слёзы. Чумазое, измазанное в грязи лицо было полно тайного страха, что брат сказал правду. А ручки сжались в кулаки, словно мальчик готовился драться с любым, кто назовёт его ящерицей ещё хоть раз.

— Эш, ну сколько раз тебе повторять, ты дракон, — улыбнулась Риса, погладив сына по голове, — просто ещё маленький, поэтому и не можешь летать. Дар не хотел тебя обидеть, он всего лишь переживает, потому что ещё не смог пройти полную трансформацию. Ведь так, Дарион?

В голосе женщины прорезались стальные нотки. Второй мальчик, точная копия брата, но с золотистыми волосами и янтарными глазами, прямо как у матери, шмыгнул носом и захныкал:

— Почему ему всегда достаётся всё самое лучшее⁈ Я ведь первый родился и должен был стать драконом раньше!

— Всё ты врёшь, это я был первым! — тут же заревел его брат, и Риса сжала пальцами виски.

Как правило, близнецы у драконов считались высшим благословением и даром небес. Но глядя на этих двух шалопаев, Риса всё чаще ловила себя на мысли, что провидица была права, и они родились, чтобы свести её с ума.

В день, когда император Атор'ран Антис дер Араин узнал, что его дочь в положении, он приказал позвать провидицу. Именно она должна была решить участь будущих принцев. Так происходило всегда, когда речь шла о детях, зачатых с драконами другой стихии. И уж тем более, когда вопрос касался тех, кто в будущем мог претендовать на трон.

И тут случилось непредвиденное. Несмотря на радостную весть, что Риса ждёт близнецов, провидица внезапно забилась в конвульсиях и начала хрипло выплёвывать слова:

— Настанет день, когда противоположности объединятся. Любой, ставший на пути жизни и смерти, будет повержен. Врата темницы приоткроются, выпустив на волю Тьму, и род Антис дер Араин навеки исчезнет со страниц нашего мира.

Несколько месяцев, пока Риса вынашивала детей, лучшие умы империи бились над загадкой, в попытке расшифровать слова провидицы. Но смогли разобрать лишь часть об исчезновении императорского рода, поскольку все имена драконов хранились в книге судеб и исчезали оттуда лишь после смерти.

Стараясь понять, остальную часть пророчества, драконы единогласно пришли к выводу, что речь о детях принцессы. И появление на свет двух чудесных малышей, абсолютно одинаковых, но при этом отличающихся друг от друга, словно день и ночь, лишь укрепило уверенность драконов в собственной правоте. Тот день Риса запомнила, как один из самых ужасных в своей жизни.

Вместо радостных поздравлений и праздника, которые устраивали при появлении на свет близнецов, её ждал ужас подземелья. Драконица стала стеной за своих детей, которых приговорили к смерти, едва те издали свой первый крик, и не подпускала никого, поливая стражу огнём. Успокоить Рису смог лишь старший брат, который убедил её, что малышей никто не тронет. Но стоило ей принять человеческий облик, как всё вокруг погрузилось во тьму.

Следующие три дня слились для Рисы в сплошной кошмар. Она не знала живы ли дети, которые бесследно исчезли, словно никогда и не рождались. К тому же девушка не понимала, почему её не выпускают из камеры, куда не проникал солнечный свет.

Неустанно молотя в тяжёлую дверь, обитую железом, она звала на помощь и умоляла сказать, где её дети. Но в ответ раздавалась насмешливая тишина, которая сводила с ума. И лишь на третий день к ней зашёл старший брат, который дал обезумевшей от горя сестре воды и проговорил:

— Пора повзрослеть и принять реальность, Риса. В этом мире для твоих детей нет места. Отец попросил поговорить с тобой и убедить забыть о близнецах. Да, их больше нет, но ты ещё молода и сможешь родить детей для будущего мужа, возвысив свой род.

Слова брата ножом полоснули по сердцу. Когда-то она думала, что любит свою семью и готова пойти на любые жертвы ради них. Но теперь…

— Будьте вы все прокляты, — прошептала принцесса. — Больше у меня нет семьи. Отрекаюсь.

Побелев, как мел, брат резко развернулся и молча вышел из камеры, а Риса отключилась, утратив само желание жить. Может кто-то на её месте и согласился с доводами отца, который боялся за весь свой род. Но эти дети были единственной ниточкой, связывающей её с любимым, ушедшим за Грань после их первого и единственного полёта.

После его гибели во время переворота в империи чёрных драконов, Риса не ушла следом лишь благодаря жизни, зародившейся в её теле. Долгими тёмными ночами она вспоминала насмешливые зелёные глаза и чёрные, как ночь волосы. Боялась, что забудет, как выглядел любимый, звук его голоса, запах, и вспоминала, вспоминала, лишь бы навсегда запечатлеть в памяти его образ. Найти свою истинную пару у драконов считалось величайшим даром и проклятием. Вот со вторым Риса была абсолютно согласна.

Проснулась принцесса уже в том самом доме на берегу океана, услышав жалобный писк своих сыновей. Возле двух колыбелей, сидел её младший брат, который убаюкивал крох, и уговаривал их потерпеть ещё немного, пока не проснётся мама. Вначале драконица решила, что умерла или окончательно сошла с ума, но дети никуда не исчезли и требовали еды.

— Но… как? — только и смогла выдавить она, глядя на своих сыновей.

— Я не мог позволить им убить своих племянников, — улыбнулся брат, — поэтому выкрал их, пока все отвлеклись. В принципе, как и тебя. Отец считал, что это ты спрятала малышей, и ждал, когда ты расскажешь, где они находятся.

Немного помолчав, брат печально вздохнул, после чего вновь очень тихо заговорил:

— Ты правильно сделала, что отреклась от рода, теперь отец не сможет отыскать вас по зову крови. Главное, не показывай никому малышей, чтобы не привлекать лишнего внимания. Всем в империи объявили, что ты уединилась, не пережив смерть истинной пары, так что… Надеюсь, ты сможешь когда-нибудь понять, почему отец так поступил и простишь его.

Понять она могла, но вот принять и простить… Брат надеялся на чудо. Обняв единственного дракона, который не побоялся пророчества и гнева отца, Риса кивнула. Она не желала огорчать его, устраивая ненужный спор о предавшей её семье.

С тех пор Риса жила со своими сыновьями в этой деревушке, состоящей из трёх домов, а брат ушёл, пообещав забыть куда спрятал сестру. Годы неумолимо летели вперёд, дети взрослели, и драконица больше никогда не становилась на крыло, чтобы случайно не выдать себя. Это в человеческом облике можно затеряться в какой-нибудь глуши, а каждый дракон был уникален. И стоило ей взлететь, как первый же встречный опознал бы в ней принцессу.

Прожив год в постоянном страхе за сыновей, Риса сделала всё, чтобы в случае опасности, у тех была возможность надолго скрыться от погони. Она организовала небольшой схрон в пещере, куда можно было добраться лишь пешком. А после заставляла мальчиков ходить туда каждый день, с тех пор как они сделали свои первые шаги.

И как же она радовалась, когда Эш впервые обернулся маленьким чешуйчатым дракончиком. Пусть его крылья ещё были слишком малы, зато оборот поможет залечить любые раны. Вот бы ещё Дарион наконец-то смог преодолеть свой страх, навсегда остаться бескрылым, потому что любой страх лишь задерживал трансформацию.

— Тишина! — скомандовала Риса, когда поняла, что сыновья уже соревнуются, кто громче плачет.

Мальчики мгновенно замолчали и виновато опустили головы. Они знали, что маму злить нельзя, иначе она заставит их наизусть рассказывать стихи и снова отправит в пещеру. Замерев в ожидании, юные драконы перетаптывались на месте, бросая друг на друга угрюмые взгляды. С самого детства они будто сговорились соперничать и тем самым постоянно доводили Рису до состояния крайней раздражённости. Нет, злости не было, поскольку та провоцировала оборот. Но вот раздражение…

— Сейчас вы оба сядете перед камином и по десять раз скажете, как сильно любите друг друга! — скомандовала Риса.

В унисон шмыгнув носами, братья поплелись к камину, где принялись злобно пыхтеть. Риса усмехнулась и отрыла рот, чтобы поторопить сыновей, но её перебил шум голосов за окном и очень знакомый мужской голос старшего брата.

— В том доме?

Выглянув в окно, Риса побелела и испуганно отшатнулась, разворачиваясь к сыновьям. Те продолжали сверлить друг друга сердитыми взглядами, и ничего не заметили. В мгновение ока драконица оказалась рядом с детьми и вздёрнула их на ноги со словами:

— Бегите через чёрный ход прямо в пещеру и не выходите оттуда, даже если я буду вас звать. Всё понятно?

— Мы больше не будем! — в один голос жалобно протянули близнецы, решив, что мама злится из-за их молчания.

— Будете, я вас знаю, — нервно отозвалась она. — Так что бегом! И если я узнаю, что вас кто-нибудь заметил по пути…

Она нахмурила брови, чтобы дети поняли — шутки кончились. Погрозив им пальцем, Риса внезапно крепко прижала к себе сыновей и, старательно сдерживая слёзы, прошептала

— Помните, я вас очень люблю и всегда буду рядом, даже когда меня не станет. А теперь бегом!

Ничего не понимая, мальчишки бросились к неприметной двери с другой стороны дома. Та вела прямиком в пышные кусты, а оттуда в лес, посреди которого возвышались скалы. Выглянув на улицу, братья услышали громкие голоса, отчего замешкались и принялись подслушивать, спрятавшись в кустах.

— А ты не изменилась, сестрёнка. Надо же, тебе удалось обвести всех вокруг пальца. Только знаешь, наш мелкий не настолько упрямый, как отец. Он держался долгих восемь лет, но всё же сдался и рассказал, как спас твоих выродков. Где они?

— Тебе ни за что их не найти, — послышался голос матери. — Весь ваш поганый род Антис дер Араин сгинет. Мои сыновья позаботятся об этом, когда вырастут.

— Обыскать дом и окрестности! — крикнул незнакомый мужчина, после чего добавил намного тише: — Они сдохнут сегодня, как и ты.

Лязг металла, а следом короткий вскрик матери, захлебнувшийся в безумном мужском хохоте, долго ещё стояли в ушах близнецов, когда те пробирались через лес. Тренировки Рисы не прошли даром, и мальчики смогли добраться до пещеры никем незамеченные. Там, дрожа от страха, они уселись на заботливо приготовленные мамой одеяла, и крепко обнявшись просидели до самой ночи.

А ночью поднялся ветер, который принёс с собой холод и тучи, обрушившиеся на землю ледяным дождём. Пока Дарион тихо плакал, закутавшись в одеяло, Эштиар принялся разводить костёр. Вот только это никогда не было его сильной стороной. Мама часто из-за этого нервничала и ругалась. Раз за разом мальчик чиркал по камню специальной палочкой, в попытке раздобыть пламя, но ничего не выходило.

— Дай я, — тихо проговорил брат, присаживаясь рядом.

И впервые за восемь лет Эш уступил. Он молча протянул Дару камень и палочки, а сам принялся внимательно наблюдать за действиями брата. Спустя пару мгновений в пещере разгорелся яркий костёр, который согрел мальчиков и разогнал пугающую темноту. Молча вытащив булку из углубления, где хранились продукты, Дарион разломил её на пополам и протянул Эштиару. Никогда прежде он не делился, и всегда старался съесть всё сам.

— Мамы ведь больше нет? — прошептал Эш, глядя на огонь так, словно в нём хранились все ответы. Откусив кусок булки, он шмыгнул носом.

— Ты же сам слышал, — так же тихо отозвался Дар, поддержав брата всхлипом. — Она погибла.

— Нет, — вдруг зло прошипел Эштиар. — Она не погибла. Её убили! И теперь хотят убить нас…

Тишину в пещере нарушало лишь тихое потрескивание углей в костре и шмыганье детских носов. Дети жевали сладкую сдобу с привкусом солёных слёз, чувствуя, как в их юных сердцах зарождается доселе неизвестное чувство ненависти. В тот миг такие похожие друг на друга, но абсолютно разные братья навсегда забыли о соперничестве. Противоположности объединились в своём горе и желании поквитаться с родом Антис дер Араин.

Следующий день принёс с собой осознание, что теперь нет никого, кто будет будить их по утрам и готовить вкусный завтрак. К тому же, братья вспомнили, как мама предупреждала, что еды хватит лишь на месяц, если потуже затянуть пояса и экономить. Решив, что отныне они взрослые, раз уж никого рядом нет, мальчики договорились, что будут ходить за продуктами в разные деревни причём по очереди.

Братья всегда были смышлёными не по годам, и сразу поняли, что сейчас все в округе ищут близнецов, поэтому ходить в одну и ту же деревню было опасно. Не зря же мама никогда не брала с собой обоих сыновей, когда уходила на ярмарку.

И тут Дарион вспомнил, что мама потребовала не выходить из пещеры, отчего братья приуныли. Маленьким драконам очень хотелось пробраться к дому и убедиться, что вчера им всё не приснилось, но пришлось просидеть под защитой каменного свода несколько недель. Каждую ночь дети слышали голос Рисы, которая звала их, убеждая отозваться и выйти из пещеры. И каждую ночь, они крепко обнимали друг друга, сдерживая внутри горькие рыдания, чтобы не выдать себя звуком.

Дни летели, и братья постепенно научились скрывать свою боль. Кроме того, за эти недели они натренировались прятать за маской безразличия любое упоминание о матери. Теперь даже спроси кто у детей, куда подевались их родители, те лишь коротко пожимали плечами. Это было необходимо на случай, если кто-то заподозрит неладное.

За то время, что близнецам пришлось просидеть в пещере из-за неустанных поисков, которые устроил убийца матери, они успели придумать план всей своей дальнейшей жизни. Конечно, братья понимали, насколько это глупо, поскольку никто не знал, выживут ли они. Всё же их могли найти в любой момент и отправить прямиком за Грань, как маму. Зато оба согласились, что оставаться в империи огненных драконов нельзя.

И первым делом, стоило Эшу с Дарионом выйти из укрытия, они направились в город, где по очереди караулили корабли, идущие в другие империи. Как и договаривались, мальчики никогда не показывались вместе. Им пришлось ночевать в заброшенных домах, куда частенько наведывались стражники, и питаться одним хлебом, чтобы хватило денег, оставленных мамой. Путешествие на корабле никогда не было дешёвым удовольствием.

Вскоре удача всё же улыбнулась братьям, и в порт зашёл большой чёрный корабль из империи чёрных драконов. Пробравшись на борт, Эш нашёл капитана и уговорил того взять их с собой.

На самом деле капитан и не думал отказывать, поскольку весьма удивился, увидев маленького дракона, как две капли воды похожего на их покойного принца. Не веря в совпадения, он сказал, чтобы братья приходили в порт ночью.

— Только не опаздывайте, иначе уйдём без вас!

Вот только близнецам не суждено было попасть в империю чёрных драконов, где их непременно использовали бы для поднятия очередного восстания. Капитан не получил в свои руки долгожданную власть, а род Антис дер Араин так и не избавился от угрозы уничтожения. Та ночь стала испытанием для всех, стоило глашатаям протрубить на каждом углу:

— Император Атор'ран Антис дер Араин скончался! Да здравствует император Ритар'ан Антис дер Араин!

Услышав знакомое имя, Эштиар замер, не смея поверить, что их враги столь могущественные. Мама никогда не рассказывала о своей семье и не посвящала детей в такие подробности, как имя императора. И теперь Эш в шоке застыл столбом прямо посреди улицы, удивлённо хлопая глазами. Благо, что таких изумлённых драконов было полно в тот миг и никто не обратил внимания на мальчика.

Болезненный тычок в плечо заставил Эша опомниться. Сорвавшись с места, он опрометью бросился в дом, где ждал Дарион. Но ему не суждено было сообщить брату удивительную новость, поскольку тот лежал на полу без сознания и трясся, как в лихорадке. Подлетев к Дару, Эштиар прикоснулся к его пылающему лбу и побелел. Вылечить брата в нынешних условиях было нереально, а капитан точно откажется брать больного ребёнка на борт.

— Очнись, Дар, — Эш потряс брата за плечо, и выдохнул с облегчением, когда тот открыл глаза. — Тебе срочно надо обернуться! Иначе сгоришь.

— Я же не умею… — едва слышно отозвался Дарион. — Помнишь, это ты у нас всегда был первым.

— Хватит уже говорить всякую чушь! — зашипел на него брат, прижимая крепче к себе. — Больше нет первых и вторых, только я и ты — одно целое! Давай же, Дар, позови своего дракона. Он ведь уже разговаривал с тобой.

— А вдруг он откажется? — с затаённым страхом пробормотал мальчик, прекращая дрожать, благодаря теплу, которое дарили объятия брата.

— Не смей бояться, — встряхнул его Эш. — Запомни, весь страх остался в той пещере.

Янтарные глаза наполнились слезами — последними, которые себе позволил Дарион — а после по его телу прошла мелкая дрожь и сверкающие искорки света. Словно вторя мальчику, задрожал весь мир. Выгнувшись дугой, мальчик громко закричал от боли. Первый оборот всегда очень болезненный. Рядом охнул Эштиар, ощутив волну энергии неимоверной мощи, которая раскидала их с братом по разным сторонам. А в следующий миг, дом огласил рык маленького золотого дракончика, но этого уже никто не услышал. Никто, кроме Эша и странной женщины с короткими белыми волосами в рваном сером балахоне.

— Какой ты красивый! — улыбнулась она, отчего Дарион улыбнулся в ответ и выпустил струйку дыма. — И способный, — добавила незнакомка.

— Кто вы? — прохрипел Эш, который с трудом сдерживал оборот.

— Я ваш друг, — улыбнулась она, и в следующий миг обернулась маленькой девочкой с очень светлой улыбкой. — Ваш самый лучший друг, хоть вы меня и не помните.

Подобравшись к брату, Эштиар прижался к тёплому чешуйчатому боку и выдохнул. Рядом с Даром сразу стало легче и уже не казалось, что магия, заполнившая всё пространство вот-вот сожжёт тебя изнутри. Во все глаза глядя на девочку, Эш прошептал:

— Я тебя знаю…

— Конечно знаешь! — радостно засмеялась она, вызвав улыбки на лице близнецов. — Говорю же, вы просто не помните. Но это не страшно. Последнее испытание пройдено и вас ждёт перерождение. Вы так долго к этому шли, и сильно меня удивили. Прежде никому не удавалось сделать это одновременно! Ну так что, идём?

Дарион мелко задрожал, возвращая себе человеческое обличие, после чего схватил Эша за руку и громко проговорил:

— Мы никуда не пойдём!

Удивление на лице парнишки лет тринадцати, в которого мгновенно обернулась девочка, было таким забавным, что братья прыснули со смеху. Но следом они услышали задумчивый женский голос:

— Вы понимаете, от чего отказываетесь?

Парень тут же изменился, вновь став уже знакомой женщиной. Братья испугано переглянулись и сделали слаженный шаг назад. На что женщина вздохнула и устало произнесла:

— Это самый сложный случай. Ладно, детки, а теперь дружно садимся и вспоминаем!

Мальчики почувствовали лёгкий толчок под колени и дружно плюхнулись на появившиеся из воздуха стулья. А следом их сознание затопил калейдоскоп из воспоминаний.

Вот два мальчика прибегают в Храм Создателя и молят послать им испытания, чтобы стать богами. Они очень хотят спасти своих родителей от жутких монстров, заполонивших весь мир. Алтарь вспыхивает светом, забирая подношение, что говорит об одном — испытание началось.

Картинка меняется. Теперь эти же мальчики грустно стоят у могилы своей мамы, и клянутся всегда быть вместе. К ним подходит маленькая девочка, которая говорит, что пройти испытания вдвоём невозможно. Души не всегда попадают в один и тот же мир, для этого нужно узнать друг друга в потоке. Но братья упрямо вздёргивают подбородки и заявляют, что они точно всё пройдут и станут богами, чтобы уничтожить всех монстров.

Снова смена обстановки. Всё те же два брата стоят на краю обрыва и держатся за руки. В этот раз они обещают обязательно встретиться в следующей жизни и вновь стать родственниками. С неба падет огненная глыба, уничтожая всё живое на планете.

Опять всё меняется. И вновь два брата, но уже намного старше. Один из них обнимет девушку, пока второй давит в себе ревность. Но всё меняется, стоит первому тепло улыбнуться.

И снова круговерть картинок, где братья ссорятся, мирятся, хоронят родных, вместе воюют с монстрами, женятся, заводят детей. Меняются миры и окружение, но неизменным остаётся лишь одно — они всегда рождаются драконами и проходят через все испытания рука об руку, как бы ни била их жизнь.

Но последнее воспоминание становится для всех шоком. В этот раз две родственных души кружат в разноцветном потоке, где в них неожиданно врезается ещё одна, разбивая их парочку. Слышится смех, а следом звонкий женский голос, который обещает обязательно найти их, когда станет богом, и протащить сразу к завершению.

Вынырнув из воспоминаний, братья уставились на Создателя и хором проговорили:

— Так мы что, правда, справились⁈

— Конечно, справились, иначе зачем мне сюда являться? — хмыкнул теперь уже парень, вместо женщины, а следом он вдруг стал взрослым мужчиной и серьёзно проговорил: — Только, конкретно в вашем случае, есть определённые условия.

По спинам близнецов пробежал холодок дурного предчувствия, которое не подвело, стоило услышать следующие слова Создателя.

— Чтобы стать богами, вам придётся отказаться от своих драконов. И если вы хотите остаться вместе… Воспоминания останутся с вами навечно, хоть вы и не сможете поделиться ими с другими богами.

— Отказаться от дракона? — прошептал Дарион, который только совершил свой первый оборот в новой жизни. Зажмурившись, он сделал глубокий вдох, чтобы выдохнуть: — Согласен.

А вот Эшу потребовалось больше времени, чтобы решиться на подобный шаг. Всё-таки он успел сродниться со своим драконом и ужасно не хотел его потерять. Но тут сыграло свою роль наличие брата и воспоминание о невероятной душе в потоке. Взглянув на Дара, он грустно улыбнулся и махнул рукой.

— Зря что ли страдали… Согласен!

Комнату заполнил звонкий детский смех, похожий на переливы колокольчика. Создатель посмотрел на братьев и проговорил:

— Раз уж я требую от вас пойти на такие жертвы, то хочу сделать и подарок. Вы сможете оставить возможность оборачиваться в своих драконов, хоть никогда больше их не услышите. А ещё… У вас есть право загадать желание, которое затронет судьбу этого мира.

Все понимали, что в этих желаниях таилось очередное испытание, хоть братья и не знали, какое именно. Задумчиво нахмурившись, Эштиар пытался придумать желание, но в голову ничего не шло, кроме одного.

— Пусть род Антис дер Араин сотрётся со страниц этого мира.

Приподняв брови, Создатель вновь превратился в мужчину и ошарашил:

— Это произойдёт независимо от твоего желания, поэтому подумай хорошенько ещё раз.

— Тогда я хочу встретить ту душу, которая сбила нас с пути в потоке.

Вот теперь он сильно удивил Создателя, которого в принципе было сложно удивить. Прямо в тот миг все увидели, как в душе Эштиара зародилось неимоверно редкое чувство, которое привело к его дальнейшей встрече с Элиной. И называлось оно — любовь. Создатель буквально засиял от радости, поскольку знал, что бог, которым уже стал Эш, мог полюбить лишь такого же бога. А это означало, что вскоре в его мире появится девочка, которая пройдёт своё испытание.

Элина беспокойно заворочалась во сне, не досмотрев удивительную историю двух братьев близнецов. Она уснула в самом начале рассказа Эша и, к собственному изумлению, увидела все события, как наяву. Поглаживая любимую по голове, хранитель улыбнулся, глядя на своё персональное чудо, умудрившееся сбить его с ног в потоке, куда уходят души на перерождение. Пусть девушка и не знала, но лишь благодаря их встрече, маленький мальчик по имени Эштиар, смог отказаться от своего дракона и стать богом. И долгое время он терпеливо ждал, когда Элина наконец-то родится в его мире.