Элина

Глава 7

Пока адепты собирали вещи и слушали пугающие детали о предстоящей практике, Каин нервно ходил по той самой веранде, куда любил звать Искорку. Сегодня Хорнейвен сообщил, что элитную группу отправили в Зелерию. Соответственно их поведут в Чащобу Харна, а там…

Чащоба Харна, пожалуй, была одним из самых примечательных мест в этом мире. В тёмные времена, когда Каин ослаб и решил погрузиться в сон, напоминающий забвение, слуги получили приказ уйти в Великий лес. Там они должны были затаиться и набраться сил перед пробуждением своего бога и последней битвой за мир.

Каин никогда не доверял никому, даже своим слугам, поэтому о месте его сна знали единицы безликих. Он оставил подле себя только Хорнейвена, чтобы тот пробудил тёмного бога, когда придёт время. Ну и проследить, чтобы боги этого мира получили подтверждение об ушедшем в забвение несостоявшемся захватчике. И когда Каин уже готовился ко сну произошел досадный инцидент.

Один безликий по имени Харн, воспользовался слабостью Хозяина и разорвал связь со своим создателем, ослушавшись приказа. Он ушёл в Зелерию, где основал своё небольшое поселение и принялся похищать зелерийцев, чтобы ставить на них жуткие опыты. Королеве такой произвол не понравился, и она собрала войско на борьбу с Харном. Многие метаморфы погибли в той битве, ведь уничтожить безликого им было не под силу.

Узнав об отступнике, Каин отправил за ним несколько слуг, сетуя на идиотов, которые ломают все планы. Но когда ему сообщили, что Харн уничтожил уже четверых безликих, он сильно разозлился. Не пожалев последних крупиц энергии, тёмный бог лично пришёл за слугой, прихватив с собой всех безликих. Харн умер мучительной смертью на глазах изумлённой публики в виде слуг и ошарашенных зелерийцев.

Сделано это было в назидание остальным безликим. Никто не имел права предавать своего создателя. А вот люди испугались ещё сильней, поскольку древняя пословица гласила: «Бей своих, чтобы чужие боялись». И расправа над слугой произвела неизгладимое впечатление на зелерийцев. После исчезновения Каина, те еще долго не решались наведаться в поселение Харна за своими соотечественниками. Боялись.

Но время летело, тёмный бог никак себя не проявлял и вскоре люди осмелели. Они направились в лес, где много лет назад произошли жуткие события, даже не надеясь отыскать в поселении живых. И как же все удивились, обнаружив там не маленькое поселение, а довольно большой, хорошо укреплённый город Обирон!

В попытке наладить общение с нежданными соседями, королева первым делом приказала переименовать Чащобу Харна. Все думали, что это поможет поскорее позабыть об ужасных временах. Но люди слишком привыкли к такому названию и продолжали именовать местность именем безликого. Не помогало ничего — сказывалась особенность зелерийцев сохранять память предков.

В общем, название намертво приклеилось к местности, как и жители города, основанного Харном. После смерти безликого, они наотрез отвергли предложение королевы вернуться домой. Отказавшись от всех щедрых даров в виде земельных наделов и домов в столице, харнийцы, как именовали себя эти люди, попросили оставить их в покое. Но они согласились с тем, что являются подданными королевства, раз уж живут на территории Зелерии.

Королева не стала неволить несчастных людей, ведь тем и без того жилось несладко после всех жутких экспериментов и долгого плена. Однако она предупредила, что помощи в защите от монстров, обитающих в лесу, зелерийцы оказать не смогут. Всё же после долгих битв с Харном и его ручными чудищами, потери среди населения Зелерии были слишком велики.

Харнийцы мгновенно согласились, и даже не попытались возмутиться. Правда, выдвинули и своё встречное условие — королевство не будет лезть в дела поселения. Оставшись при своих интересах, люди продолжили обживать Чащобу Харна. Они исправно платили налоги в казну, иногда приезжали в другие города Зелерии, но сами никого к себе не пускали.

Со временем зелерийцы сами перестали интересоваться городком харнийцев и всё реже ходили в Чащобу Харна. Хотя, скорее всего сказался запрет на посещение той местности. Ведь королева отказалась от притязаний на управление городом не просто так. Она знала, что в Обироне, вместо обычных магов метаморфов, теперь обитают настоящие оборотни, которые спокойно пользовались магией.

Опыты, которые ставил Харн на похищенных людях, проводились для того, чтобы создать себе подобных. Однако, оказалось, если скрестить человека и демона, получаются только полукровки! Никакая магия не способна была создать безликого, сколько не старался Харн. Всё-таки для такого действия ему не хватало одного — он не был богом.

Так вот люди, отказавшиеся возвращаться в города Зелерии, всего лишь боялись навредить своим близким. Не все из них могли нормально управлять «проклятием демона». Ровно три ночи, каждый месяц, когда ночное светило становилось полным, харнийцы превращались в диких зверей, ведомых инстинктами. Три ночи безудержной ярости, азарта охоты, жажды крови и плоти. Такое напугает кого-угодно, отсюда и появился запрет на приезд в Обирон для жителей Зелерии.

Много тысячелетий минуло с тех пор. Уже не один, а три города харнийцев возвышались шпилями своих башен посреди Чащобы Харна. Скрытые от посторонних глаз кронами вековых дубов и непроходимым буреломом, они стали непреодолимой преградой между монстрами и Зелерией.

Ни разу харнийцы не обратились за помощью к королевству, при этом оказывая зелерийцам неоценимую услугу, благодаря своему проклятию. Каждый месяц, в течение трёх ночей, харнийцы оборачивались громадными зверюгами и в порыве животной ярости уничтожали все на своем пути. Конечно же первыми попадали под раздачу твари, которые близко подбирались к городам. Ведь разнообразные монстры очень быстро плодились и постоянно стремились выбраться из леса.

Не удивительно, что зелерийцы молчали о соседстве с оборотнями и никого не пускали в Чащобу Харна. Кто же захочет лишиться такой великолепной защиты! Так что о существовании харнийцев, может кто-то и догадывался в других странах, но точно не знал никто.

Хотя нынешняя королева считала, что скрывать харнийцев от всего мира неправильно. Особенно в свете последних событий. Оборотни всё реже стали появляться в других городах Зелерии, и при этом вели себя до безобразия странно. Прежняя нелюдимость превратилась в настоящее затворничество и нежелание общаться даже на нейтральные темы.

Вот поэтому королева и согласилась принять адептов из Лаоранской академии магии на практику. Но всё равно выделила лучший отряд воинов во главе со своим двоюродным племянником, чтобы те не пускали ребят к харнийцам. Зато присутствие магов Ковена её очень обрадовало. Ведь теперь будет возможность сообщить магам об оборотнях.

Каин хоть и не знал о проблемах нынешнего времени, но он был в курсе того, что в Чащобе Харна живут полукровки-демоны, поэтому сильно нервничал. К тому же тёмный бог по-прежнему не мог управлять марионеткой. Дарион постарался на славу и всю неделю незаметно лечил парня, напитывая его тело светом. В итоге в мальчишке было столько света, что Каин не мог даже смотреть или слушать через него. И теперь тёмный бог испытывал ужасную боль от любого контакта с де Грейдом.

— Чтоб этому Дариону просидеть во тьме несколько столетий! — зашипел он вслух, и швырнул через перила вазу с цветами, заботливо оставленную служанкой. Поняв, что такими действиями ничего кроме разрушенной комнаты не добьётся, Каин сделал глубокий вдох. — Так, без паники. Выход есть, и он лежит где-то на поверхности, надо просто посмотреть на проблему с другой стороны.

Замерев, мужчина закрыл глаза и принялся медленно дышать, в попытке восстановить душевное равновесие. Но через минуту бросил это пустое занятие и, растерев в пыль стакан, оказавшийся под рукой, воскликнул:

— Ну почему Зелерия⁈ Там же эти полукровки, которые так и не научились пользоваться своим даром! Необходимо что-то делать. Срочно. Иначе я рискую остаться без Элины и разлома…

Он резко замолчал. Словно наяву перед глазами промелькнула милая девушка с бирюзовыми глазами, которая в итоге оказалась мужиком. В голову тёмного бога пришла безумная идея. Ведь у него есть очень даже действенное заклинание! Немного постараться, чтобы замаскировать получше свою суть и всё. Схватив кристалл связи, Каин приказал своему слуге:

— Узнай, кто из метаморфов будет в отряде, который выделят элитной группе. Бегом!

И лишь после этого, немного успокоившись, он пошёл в свой кабинет. Пока слуга узнаёт подробности, можно заняться неотложными делами. Всё-таки освобождение безликих, никто не отменял.

В то же время Элина поднялась на второй этаж вслед за Айвеном и зашла в свою комнату. Бросив на пол у входа рюкзак, она с улыбкой на лице осмотрела просторное светлое помещение. Все — от тумбочки до кровати — очень понравилось девушке. У неё даже появилось ощущение, что это дом родителей, до того уютно было в особняке у кирии Фелис.

— Как ты смотришь на прогулку по побережью? — раздался за спиной голос Эштиара, и Элина резко обернулась.

Подойдя к любимой, он обнял её за талию и крепко прижал к себе, наслаждаясь мгновениями покоя и счастья. На губах девушки заиграла довольная улыбка. Наконец-то у них будет возможность проводить вместе больше времени. Но так просто прощать мужчину она не собиралась. Слишком уж тяжелой для Элины оказалась последняя неделя без Эша.

— А ты ничего не забыл? — деловито поинтересовалась она, отстраняясь от хранителя.

— Если ты об утренней пытке, которую устроила мне во время тренировки, то нет, — усмехнулся Эштиар, вновь притягивая к себе девушку. — И, заметь, я пытался быть романтиком.

В следующий миг он перекинул её через плечо и открыл портал на пустынный берег. Ошалело моргая, Элина ловила ртом воздух, когда вновь оказалась на ногах, и даже попыталась возмутиться. Только Эш не стал разговаривать и просить прощения, а попросту сгрёб её в охапку и смял губы жадным, затмевающим разум, поцелуем.

Все надуманные обиды тут же испарились, как и возмущение. Элина с неистовым рвением отвечала на этот поцелуй. Она не поняла, как оказалась лежащей на пушистом покрывале, прямо на песке, как не успела заметить, что на них уже нет никакой одежды. Наслаждаясь прикосновениями, которых жаждала всю неделю, девушка лишь громко стонала, выгибаясь навстречу любимому. Единственное, что омрачило долгожданную встречу — отказ Эша, слить их сознания воедино и полностью открыться друг другу.

— Пойми, счастье моё, сейчас нельзя этого сделать из-за блока на твоём сознании, — объяснял Эштиар, крепко прижимая к себе Элину. — Я не посмею причинить тебе такую боль.

— В таком случае, я требую ускорить процесс, и снять этот дурацкий блок, — пробурчала девушка.

— Обязательно снимем, но постепенно, — тепло улыбнулся мужчина. — И не огорчайся. У нас впереди очень много времени.

— Кстати, а нам не пора возвращаться? — сменила тему Элина. — Скоро обед.

Рассмеявшись, Эштиар поцеловал её в нос, и открыл портал, направляя туда плед. Такой способ передвижения напомнил девушке сказку о волшебном ковре, которую в детстве рассказывал папа, отчего она звонко рассмеялась. Но всё веселье пропало, стоило услышать стук в дверь.

— Они никогда не оставят нас в покое, да? — грустно поинтересовалась Элина.

— Боюсь, не на этой практике, — хмыкнул Эш, поднимаясь с пледа.

Пошевелив пальцами, он приманил заклинанием одежду и спустя мгновение стоял уже полностью одетый. Элина же настолько огорчилась из-за незваного визитёра, что не стала одеваться, а лишь рассерженно засопела, и закуталась в плед.

Глядя на девушку, которая злобно сверкала своими бирюзовыми глазами на дверь, Эштиар поспешил исчезнуть в портале. Конечно, хранителю очень хотелось увидеть несчастного, который пришёл в такое неудобное время, но дел действительно было невпроворот. Так что, пока Элина рычала на Ранмира, который обалдел от её вида, Эш спустился вниз в гостиную, где сидела Лиора Фелис.

Заметив женщину, хранитель прищурился и подошёл ближе. В её взгляде вновь мелькнул даже не страх, а безотчётный ужас, что весьма заинтриговало. Когда-то давно, можно сказать в другой жизни, Эштиар сталкивался с подобной реакцией. Но сейчас он не понимал, чем мог вызвать ужас у хозяйки дома. Вроде ещё не успел ничего сделать…

— Кирия Фелис, могу я задать вам пару вопросов? — произнёс он, усаживаясь в кресло одним плавным тягучим движением.

Решив не вгонять женщину в панику, он хотел поговорить о практике и сопровождении для адептов. И как же удивился, когда Лиора стала белее полотна! Руны на её лице внезапно сверкнули синим светом и начали переливаться, словно бриллианты искусной огранки, а глаза лихорадочно заблестели. Эш понял, что ещё немного и у женщины будет инфаркт.

Нервно скомкав дрожащими пальцами юбку на коленях, Лиора тут же опомнилась и разгладила складки. Губы дрогнули в вымученной улыбке, после чего женщина поднялась с дивана и прошлась по комнате, под удивлённым взглядом хранителя. Но тут она резко затормозила, и вновь уселась на диван, прямо напротив Эша.

Молча наблюдая за метаниями кирии Фелис, Эштиар собирался уже усыпить бедняжку. Пусть отдохнёт, пока действительно не упала замертво из-за собственных страхов. Человеческое сердце многое может вынести, но порой оно не справляется.

— Господин де Круа, а вы знаете, почему метаморфы, очень редко отправляют своих магов в академию? — неожиданно заговорила Лиора, вглядываясь в лицо хранителя, словно могла прочитать там ответ.

Во взгляде Эша отразилась глубокая растерянность. Он не ожидал, что кирия Фелис заведёт разговор о проблемах обучения метаморфов. Более того, ему не было понятно, какое отношение эти проблемы имеют к нему. Разве он виноват в том, что метаморфы не могут пользоваться магией? Вроде нет. Тогда отчего женщина в его присутствии испытывает чувство всепоглощающего ужаса? Нахмурившись, Эштиар медленно, стараясь не провоцировать лишний раз у Лиоры приступ страха, ответил:

— Потому что, кроме трансформации вы не можете использовать другую магию? И вроде, вы передаёте знания и умения подрастающему поколению по наследству.

Улыбнувшись, кирия Фелис опустила голову и тихо проговорила:

— Вы правы, однако, есть ещё один нюанс. Мы храним память предков, — вновь глянув на хранителя, она не увидела ни малейшего проблеска понимания, отчего тяжело вздохнула и продолжила: — У нашего народа, есть замечательная древняя легенда, господин де Круа.

Руки задрожали с новой силой, а голос предательски сорвался, стоило обратиться по имени к Эшу. Стараясь успокоить рвущуюся наружу панику, женщина резко поднялась с дивана, и отошла к небольшому столику у стены, где стояли разнообразные напитки. Звон стекла сообщил, что всё ещё хуже, чем думал хранитель. Лиора была в предобморочном состоянии. Налив себе нечто довольно крепкое, она залпом осушила стакан, после чего с грохотом поставила его на столик и развернулась к Эштиару лицом.

— Кирия Фелис, прошу, объясните мне, что происходит, — мягко проговорил хранитель, обволакивая женщину чарами, чтобы та хоть немного успокоилась. — Я действительно не понимаю, к чему вы клоните, и не знаю о какой легенде речь.

— Легенда о Жнеце, — слегка осипшим голосом произнесла она, не сводя взгляда с Эша.

На его лице не дрогнул ни один мускул, а взгляд по-прежнему не выражал ничего, кроме обеспокоенности состоянием Лиоры. Но чары сделали своё дело, поэтому она смогла глубоко вздохнуть, и почувствовала, как ужас вытаскивает свои острые когти из сердца. Не полностью, но этого хватило, чтобы снова нормально заговорить.

— В нашей легенде Жнеца всегда ожидают на закате дней с улыбкой на лице, — напряжённо произнесла кирия Фелис. — Он добр и милостив, справедлив и сострадателен. Благодаря ему наши души могут уйти за Грань, после чего перерождаются вновь. К тому же Жнец помогает заблудшим душам и не даёт им сгинуть в пустоте Грани.

Лицо Эштиара закаменело, словно восковая маска, а в зелёных глазах промелькнули алые отблески. Каждый раз, когда кто-то вспоминал те времена, сердце хранителя тревожно сжималось. Ведь до сих пор он ощущал души, которые блуждают в сером мареве Грани, не в силах преодолеть путь. Больше некому было провожать их к вратам.

Конечно, предшественницы Элины пытались помочь, но их возможностей не хватало для такой задачи. Просто они не были богами… как и Эш. Но это не мешало боли просачиваться внутрь, когда очередная душа теряла себя, не обнаружив выход. Именно по этой причине Эштиар нет-нет, да задумывался о том, как ему вновь хочется вернуть свою божественную суть. Дело не во всемогуществе и возможности возвыситься, а в неистовом желании помочь потерянным душам.

— Но это не вся легенда, — снова заговорила Лиора, вырывая Эша из омута болезненных воспоминаний. — Есть и продолжение, но оно не такое прекрасное. Все знают, что люди не всегда проживают жизнь достойно. Некоторые совершают ужасные деяния, которые остаются безнаказанными. Да, иногда правосудие даёт сбой. Если под маской человека живёт настоящий монстр, способный обвести всех вокруг пальца, никто не в силах его наказать. И вот тогда приходит Жнец.

Замолчав, Лиора прошла к дивану, куда уселась, сжав ткань юбки в дрожащих пальцах. Эштиар чуть не присвистнул, настолько сильно разнервничалась женщина. Не помогали даже чары, которые хранитель усиливал с каждым мгновением. Лиора Фелис просто сгорала изнутри от ужаса и боли.

— Жнец приходит за этими монстрами, чтобы покарать, — прошептала она, срывающимся голосом. — Только ему под силу отправить душу в забвение, тем самым лишив её права на дальнейшее существование.

Эштиар с тревогой наблюдал за женщиной, стараясь сделать вид, что слышит это не впервые, но считает всё сказкой для детей. Вот только взгляд Лиоры, направленный на него, пронизывал насквозь. У хранителя возникло ощущение, что кирия Фелис отлично знает, кто сидит перед ней. Более того, от неё шла волна энергии, которая самым неожиданным образом тянулась к Эшу, впитываясь в его тело, даруя Силу.

Боясь сделать хоть одно неверное движение, Эш в полной прострации смотрел на человека, который не забыл. На человека, способного напитать его Силой. На человека, который несмотря ни на что, по-прежнему верил!

— У многих народов есть подобные легенды, не понима… — глухо проговорил хранитель, но кирия Фелис перебила его на полуслове.

— Но ни один народ, не передаёт перед смертью своим потомкам свои воспоминания, — теперь её слова звучали намного громче. — А вот мы передаём.

В голосе Лиоры прорезалась твёрдость истинного главы большого семейства и очень сильного метаморфа. Такие люди не дрейфят и не ломаются перед лицом трудностей. Они не боятся выражать свои мысли вслух, и никогда не теряют чувства собственного достоинства. А ещё они всегда стоят горой за свою семью и готовы бросить вызов всему миру, если почуют опасность.

— Я говорю всё это, — продолжила кирия Фелис, уже почти нормально, — поскольку, некоторые наши предки лично видели Жнеца. В свой последний визит, много тысячелетий назад, он пришёл в нашу семью карать.

Брови Эштиара поползли на лоб. Не каждый день ему рассказывают историю предков. Он буквально обомлел, услышав, что метаморфы способны передавать память предков. Не просто легенды из уст в уста, как было принято у людей, а память!

Но, к сожалению, он так и не понял, почему кирия Фелис настолько разнервничалась. Пусть когда-то давно он приходил карать, только сейчас всё иначе. Неужели в её семье вновь появился монстр в теле человека? Да и звучало всё как-то неправдоподобно. Она не могла узнать его, даже если и видела в воспоминаниях предков. Хранители уже давно слегка изменили облик, чтобы никто не мог найти в их чертах сходства с богами.

«А ведь Элина сразу догадалась, стоило увидеть картинку в книге», — пришла в голову неожиданная мысль. Заметив, насколько ошарашен мужчина, Лиора решила, что его изумило признание о предке, поэтому поспешила высказать свою позицию.

— Не стоит так удивляться, господин де Круа. К сожалению, мой предок был злобной тварью, и та кара являлась справедливой. Он погубил много жизней, и думал, что ему дозволено играть чужими судьбами. Я ни в коем разе не оправдываю этого монстра, он получил по заслугам. Жнец забрал у него искру Силы, обрекая на несколько лет существования без магии, с осознанием, что больше его душа не вернётся. Мой предок стал изгоем, который влачил жалкое существование на задворках жизни.

Высказав всё это, кирия Фелис перевела дух, всё так же неотрывно глядя на Эштиара. Она не знала, о чём он думает, и это пугало. Внезапно взгляд женщины изменился, и в глазах промелькнула настоящая мольба. По её щекам полились солёные капли слёз, а губы задрожали. Прижав ладонь ко рту, она громко всхлипнула, и глухо, практически беззвучно, выдавила:

— Я знаю, кто Вы. Молю, скажите одно, вы пришли за кем-то из моей семьи? Неужели я не уследила и взрастила нового монстра?

После этих слов Эш наконец-то выдохнул, поняв, что настолько встревожило женщину. На миг прикрыв глаза, он расслабился и покачал головой. Порой люди боятся вовсе не того, чего следует. Хотя, хранитель понимал чувства Лиоры. Нормальному человеку сложно жить с осознанием, что из-за тебя в мир вышел монстр.

— Прошу, Лиора, не плачьте, — мягко произнёс Эштиар, поднимаясь со своего кресла. — Вы ошиблись. Может я и похож на того мифического Жнеца, но я не он. И никого из вашей семьи… — он запнулся, и неожиданно, даже для себя, добавил, — если они того не заслуживают, забирать не собираюсь.

Шумно выдохнув, Лиора моментально обмякла, откинувшись на спинку дивана и накрыла ладонью глаза, в попытке скрыть слёзы. Благо, что теперь это были слёзы облегчения. Как же она испугалась, увидев вместе с адептами на своём пороге Жнеца. Пусть он и выглядит слегка иначе, но метаморфы часто видели то, что другие не замечали — суть, а не внешнюю оболочку.

Правда, подобным умением отличались не все метаморфы. И чем больше проходило времени с момента последней войны, тем меньше людей в Зелерии могли похвастаться подобным умением. Пока Лиора пыталась сладить с эмоциями, Эштиар подошёл к столу с напитками и налил в стакан воды. Хранитель поднёс его женщине со словами:

— Выпейте воды, кирия Фелис, и больше не нервничайте так сильно. У вас чудесная семья, которую можно ставить всем в пример. Вы справились.

— Благодарю, — хрипло, проговорила Лиора, усаживаясь ровно, и принимая из рук Эштиара воду. Она сделала пару глотков и тихо проговорила, уставившись в стакан: — Я прошу прощения за истерику. Не знаю, что на меня нашло.

— Не стоит извиняться, — мягко протянул хранитель. — Никто не узнает об этом разговоре. Ведь так?

Вскинув голову, женщина вздрогнула, заметив опасный блеск в глазах Эша. В его словах звучала завуалированная угроза. Сама того не подозревая, кирия Фелис подвергла опасности Элину. Ведь узнай их враги об Эштиаре, не сложно будет вычислить девушку. И теперь хранитель пытался выиграть время.

— Да, конечно, — закивала Лиора. — Всё останется только между нами, обещаю! Это были просто нервы, скоро всё пройдёт. К слову, вы же хотели о чём-то поговорить?

Оценив заверения хозяйки и быструю смену темы, Эш кивнул и произнёс:

— Я хотел узнать, кого из магов отправят с нами в Чащобу Харна. К тому же жажду услышать всю правду, без прикрас. Что скрывают зелерийцы и чего нам следует ожидать в лесу. Понимаете, я очень дорожу своими адептами.

Он сделал акцент на слове «очень», чтобы кирия Фелис осознала, насколько важно сейчас сказать правду, а не ту чушь, которую им попытались выдать в академии. Изначально Эштиар решил, что кто-то шутит, когда им рассказали о безопасности в Чащобе Харна. Мол, туда бегают даже дети!

Конечно, хранитель не спешил делиться со всеми своими подозрениями, но заметно напрягся. Слова Дирка де Мована об отряде королевских воинов из числа метаморфов лишь подлили масла в огонь сомнений. В элитной группе не было идиотов, и Эш был согласен с адептом. Зачем им выделяют такую серьёзную охрану? Но ещё более важный вопрос: а точно ли это охрана?

— Насколько я знаю, — ответила Лиора, сделав ещё один глоток воды, — с вами отправят отряд из десяти человек. Кто именно будет в отряде, ещё неизвестно. Вроде хотят отправить двоюродного племянника королевы.

— Ого! — Эш напрягся, словно гончая, почуявшая верный след. — В честь чего такое внимание?

— Понимаете, в Чащобе Харна не всё так просто, — отведя взгляд в сторону, пробормотала женщина. — Там, всё… меняется. Некоторые монстры стали другими. Да и поселения харнийцев… — она запнулась, но всё же продолжила: — Вам придётся обходить их города стороной, они не любят гостей. Наши воины знают в какую часть леса лучше не ходить. И постараются не допускать вас в определённые зоны, чтобы не подвергать риску.

— Значит, харнийцы вовсе не миф, — задумчиво протянул Эштиар.

Он уже не раз слышал упоминания об оборотнях, но не спешил лезть во всю эту историю. Живут себе люди в своих городах, никому не мешают. Зачем вмешиваться? По этой же причине хранители удивились, когда получили официальное разрешение от королевы на посещение Чащобы Харна. Всё-таки харнийцев скрывали несколько тысячелетий. Что изменилось?

— Тогда почему королева Хелима решила сообщить о них миру сейчас? — задал он вопрос Лиоре.

— Лорд де Круа, я не знаю причин, — ответила Лиора. — Всё что мне известно, это лишь численность отряда и тот факт, что королева разрешила рассказать магам Ковена о поселениях харнийцев. Прошу, не переоценивайте мой статус. Я не стану лгать вам.

Эштиар внимательно посмотрел на кирию Фелис, пытаясь отыскать хоть малейший признак того, что она лжёт, и, к собственному огорчению, ничего не нашёл. Нет, он не хотел угрожать Лиоре, но очень расстроился, не получив нужной информации. Что-то происходило, что-то плохое. А Эш очень не хотел повторения истории с Мёртвыми горами. Заметив, что хозяйка не сводит с него взгляда, он поспешил продолжить диалог, пока та вновь не разнервничалась.

— Как не стыдно, кирия Фелис! — шутливо воскликнул хранитель. — Недавно кто-то говорил, что у вас здесь всё просто и никаких титулов. К чему все эти лаоранские замашки? Я обычный магистр боевой магии.

— Простите… магистр, — она несмело улыбнулась, сразу поняв, что лучше принять его правила игры. — Всё произошедшее выбило меня из колеи.

— Ничего страшного, кирия Фелис, всем свойственно ошибаться, — проговорил Эш, давая взглядом понять, что такие оговорки неприемлемы. — Сейчас я вынужден уйти, а через час мы покинем ваш дом и вернёмся спустя три дня. Вас ведь предупредили, что мы будем жить у вас только на выходных?

— Да, конечно, — она бросила слегка нервный взгляд на часы. — Уже полдень. Думаю, скоро сюда прибудет и обещанный отряд. Надеюсь, у адептов не возникнет никаких проблем с практикой.

— Я тоже, надеюсь, — нахмурившись, пробормотал Эш.

Он вышел из гостиной быстрым шагом, на ходу печально размышляя о будущем. Снова придётся менять облик, и уезжать в другой город. Жаль. Не долго он был герцогом. Придётся похоронить последнего наследника из рода де Круа.

А Лиора Фелис тем временем смотрела ему вслед и счастливо улыбалась. Ведь что бы там не говорил мужчина, об ошибках и прочем, она абсолютно точно знала, кто пожаловал в её дом. И это являлось огромной честью для всего рода — принимать в гостях бога.