Жажда хаоса

ГЛАВА 29

— Белка. Этого едва хватит, чтобы накормить ребенка, не говоря уже о двух взрослых. — Шай смотрит на наш скудный улов за день.

— У нас еще есть кролик и птица в морозилке, — напоминаю ей.

— Да, но если мы продолжим есть наши запасы, то никогда не накопим достаточно для того, чтобы выбраться отсюда.

Беспокойство в ее голосе задевает меня, особенно после всего, что было сказано день назад. Она наконец доверила мне свои страхи. Я почувствовал невероятное облегчение и одновременно смирился с тем, насколько был эгоцентричным. Я не мог понять, почему она так сопротивляется быть со мной, но это потому, что не смотрел на ситуацию с ее точки зрения. Мне стыдно за то, как легко упустил из виду жертвы, которые ей придется принести.

И теперь, помимо того, что она разрывается между своим желанием быть со мной, еще беспокоится о голоде и о том, как мы вернемся домой. Мне ненавистно, что я делаю и без того трудное время еще сложнее для нее. Это никогда не было моим намерением. Я просто хотел, чтобы она дала мне шанс. Дала шанс нам.

Кран, сдерживающий мою вину, приоткрывается еще немного, позволяя едкому чувству заполнить меня быстрее.

— Давай будем решать все по мере поступления, хорошо? — Я начинаю двигаться обратно к хижине, погруженный в свои мрачные мысли.

Сомнение — это ментальная смоляная яма, которая душит изнутри. Я всегда старался не поддаваться этому липкому смертному приговору. Собери информацию. Прими обдуманные решения. Прими свои ошибки и двигайся дальше. Сомнения и сожаления не служат никакой цели. И все же я сомневаюсь в своих выборах. Если не видел полной картины в случае с Шай, что еще я мог упустить?

Я не могу отрицать, что если бы мои приоритеты были такими, какими они должны быть, меня бы сейчас здесь не было. И если Шай стала моим главным приоритетом, что это значит для меня? Могу ли я быть главой семьи Моретти, зная, что организация никогда не будет на первом месте?

— Что-то тебя расстроило? — спрашивает Шай, когда хижина оказывается в поле зрения.

— Просто думаю о том, что происходит дома.

— Например?

— О том, кто управляет делами в мое отсутствие. И о том, в какие неприятности вляпались мой брат и Санте. — Технически я думал о том, как мало задумывался о ситуации дома. Но, в принципе, разница невелика.

— Кто, скорее всего, взял на себя управление?

— Мой дядя Джино. Он хороший. Никогда не хотел быть боссом, но он самый подходящий человек, который мог бы заменить меня в мое отсутствие. Думаю, многие ждали, что он станет боссом, когда умер мой отец. Он старше и имеет больше опыта.

Она слушает, молча кивая.

— Знаешь, мой другой дядя был в ярости, когда я стал заместителем босса. Могу только представить, что он не единственный. Это была бы идеальная возможность для кого-то устроить переворот, если бы кто-то захотел. — Я чувствую себя странно отстраненным, когда объясняю все, как будто говорю о телешоу, а не о своей жизни.

— Я не видела тебя в деле, но, судя по тому, что знаю сейчас, не сомневаюсь в твоих лидерских качествах. Ты рожден для этого. Любой, у кого есть хотя бы две извилины, понимает это.

— Да ну? — Я бросаю на нее взгляд. — А как насчет того, что я занимаюсь мелочами и не подхожу для руководства? — дразню ее, напоминая о том, как она задела меня, когда мы только познакомились.

Шай улыбается.

— Я просто хотела тебя разозлить. Все знают, что хороший босс, будь то мафия или Taco Bell,⁴ готов иногда спускаться в окопы. Делать то, что нужно, и укреплять лояльность.

Черт, эта женщина невероятна.

Я не могу представить тех идиотов, которые были до меня и сразу не заперли ее. Не то чтобы на Шай мог претендовать кто попало. Обстоятельства должны быть исключительными, чтобы она оправдала переворот в своей жизни ради отношений, и именно поэтому я не могу избавиться от ощущения, что нам нужно разобраться, как это будет работать между нами, прежде чем уедем отсюда. Найти способ быть вместе, который не потребует от нее жертвовать тем, кем она является.

Я хочу ее, но не такой ценой.

Некоторые вещи слишком ценны, чтобы от них отказываться, как бы больно это ни было.