Хозяйка вражеского сердца. В дар по требованию (СИ)

Глава 11. Не дерево

Лира: Принимать душ в ванной комнате без защёлки – то ещё приключение. Особенно после угроз Хагана Шэра.

Знаю, что он хотел лишь меня запугать, я видела это в его глазах. Но играть с огнём как-то не хочется. И немытой в этой жаре оставаться тоже не хочется.

Притащив из спальни массивный дубовый стул с резными ножками (между прочим, тяжеленный, как слон!), подпираю им дверь и, гордая своей изобретательностью, направляюсь к ванной. На удивление она тут чугунная и беленькая, как новая, ещё и на львиных лапах.

Или они не львиные?

Неважно.

Прохладная вода стекает по разгорячённой коже, капли барабанят по плечам и спине, смывая усталость и напряжение. Я теряю счёт времени, наслаждаясь процессом, однако стоит вспомнить про Хагана, который мог уже вернуться в спальню, перекрываю подачу воды и прислушиваюсь.

Вроде тихо.

На случай если он продолжит свою странную "постельную" игру, продумываю в голове пару колких ответов, пока обматываюсь белым полотенцем, которое едва прикрывает бедра.

Пока мокрые волосы оставляют тёмные пятна на махровой ткани, я тянусь к платью, наброшенному на столик у раковины, и… О БОГИ!

ПАУК!

Здоровенный, волосатый, как йети, сидит прямо на моем платье! И все его восемь глаз (или сколько их там?) поблёскивают в полумраке, уставившись на меня, как будто я его любимое реалити-шоу!

Я не боюсь ни змей, ни ящериц. Более того, бабушка в детстве заставляла меня ловить ужаков за голову. Но пауки…

Тогда мы с мамой приехали в деревню, бабушка ушла к соседке, а мама отправила меня в погреб за огурцами. Не знаю, почему люк захлопнулся, но сколько бы я ни звала – никто не шёл. Мама, наверное, опять отключилась на старой скрипучей софе, выпив лишнего. Хотя обещала, что больше не будет! Сослала меня...

И я просидела в сыром погребе, освещённом тусклой жёлтой лампой на толстом чёрном проводе, почти час, пока не появилась бабушка. Но перед этим увидела его – маленького паучка, который тогда казался мне огромным монстром.

От моего вопля весь дом вздрогнул. И с тех пор страх остался со мной на веки вечные.

— Так, спокойно, — говорю себе, вцепившись побелевшими пальцами в край ванны. — Это просто паук. Большой. Очень большой. ОГРОМНЫЙ! МАМА!

Паук, видимо, решив, что пора переходить к атаке, берёт курс на меня, я взвизгиваю так, что, наверное, весь лагерь проснулся, и бегу к двери, попутно снося стул, как пушинку.

Влетаю в спальню, запрыгиваю на кровать и осматриваю пол, ожидая появления преследователя.

Но его нет. Испугался моего крика и сбежал?

Боги, Лера, это же не змеюка, чтобы ползти за тобой!

Выдыхаю, даже начинаю нервно улыбаться, осознавая всю нелепость положения. Прижимаю руку к груди и тут же опускаю взгляд на тело.

Замечательно! Я стою на кровати в чем мать родила!

Полотенце потерялось где-то по пути моего героического отступления. Прекрасно! Просто прекрасно!

“Надо привести себя в нормальный вид, пока Хаган не вернулся”, — с этой мыслью и спускаюсь и крадусь за полотенцем. Накидываю его на себя и заглядываю в ванную – паук там, восседает на платье, как король на троне.

В полумраке его силуэт кажется ещё более зловещим, а блестящие глаза, честное слово, подмигивают мне!

— Мамочки! Спасите! — воплю я, захлопывая дурацкую дверь, и готова кинуться куда угодно и залезть на что угодно, но заскакиваю на… Хагана.

Не сразу это понимаю. Да что там! Поначалу вообще не соображаю, где я и что я.

Сердце колотится как бешеное, в ушах шумит кровь. Лишь через несколько секунд, когда ослепляющая паника отпускает сознание, до меня начинает доходить: я не врезалась в Хагана… Нет! Я на него запрыгнула! Как на дерево!

Обхватила ногами его пояс, чувствуя под собой твёрдые мышцы, а он… видимо, на автомате прихватил меня, и теперь его горячие руки обжигают мои голые бёдра.

Но что там руки… Его взгляд! Вот что пугает пуще всего!

На секунду кажется, что тёмные глаза Хагана остекленели. Да он сам остекленел, и это проклятие передаётся и мне. Даже забываю, от чего и зачем убегала.

Напряжение в воздухе такое, что ножом можно резать. И тишина вокруг. Давящая на слух тишина, которую разбавляет лишь грохот моего собственного сердца. Или это не моё так бьётся?

Кажется, Хагана тоже интересует этот вопрос, он, наконец-то, вспоминает, что можно и моргать, и дышать, и шевелиться, но к последнему пока не приступает.

Так и стоит, обратившись камнем. Горячим таким камнем. А вот его взгляд опускается ниже, после чего глаза вспыхивают, а кадык дёргается.

Дракон меня за ногу! Я ведь голая!

Точнее в полотенце, которое едва держится на груди. Тут же отцепляю руки от плеч Хагана, чтобы прихватить полотенце, а вместо этого чуть ли не падаю.

Шэр вовремя спохватывается и ставит меня на пол. На тот самый пол, где может быть тот жуткий паук.

Чёрт!

Тут же оглядываюсь, но никаких членистоногих, слава богам не видно. Выдыхаю и едва не расплываюсь в улыбке от облегчения, как ловлю на себе тёмный, нет… чёрный взгляд Хагана Шэра!

— Что?! Там был паук! Огромный паук! — выдаю ему, тычу пальцем в сторону ванной, но Хаган даже глазом не ведет. Смотрит на меня так, будто я тут дом спалила, а не Хагана с деревом перепутала.

— Ты что вытворяешь? — изгибается темная бровь генерала.

— Я же сказала, там паук! А я их до смерти боюсь! Вы просто… попали под руку.

— Под руку? — переспрашивает он, а в воздухе так и зависает недосказанность.

“То есть, зайди сюда, кто другой, ты бы сделала то же самое?”

Да блин! Он же чисто для меня деревом был, а не мужчиной.

— Вместо того чтобы допрашивать, лучше позовите кого-нибудь прогнать паука! У него моё платье!

— Лира Шиен, достаточно, — устало выдает Хаган, делает шаг вперед и закрывает за своей спиной дверь.

Сам с членистоногим разберётся? Вовсе нет. Даже не думает. Не верит мне? Да кто о таком станет врать?

— Уж кто-кто, а вы пауков не боитесь.

— Откуда вам знать?

— Оттуда, что у вашего отца самая большая коллекция этих несчастных. Поговаривают, что и ваша не сильно отстаёт. Так о каком страхе вы мне сейчас говорите?

Вот же чёрт! Лира, что в самом деле, коллекционировала подобное?

— Одно дело мертвые, а тут живой! Это же разные вещи!

— Нет тут никакого паука и быть не может.

Ну что за мужики? Что в одном мире, что в другом!

— А может, просто посмотрите для начала?

Хаган, к счастью, слушается, в два шага настигает ванную, открывает дверь, сканирует взглядом помещение, а затем возвращает всё своё внимание мне.

И смотрит так, что слов не нужно, чтобы понять, он всё же с удовольствием заявляет:

— Паука здесь нет.

— Но был! — подхожу, чтобы убедиться лично, но этот вредный генерал оказывается прав. — Значит, спрятался, это же паук!

— Лира, стены запечатаны от любой ползучей и прочей живности, кроме людей магов и драконов. Сюда не мог проникнуть ни паук, ни скорпион, — выдаёт Хаган, а у меня чувство, что мне снайпер только что в лобешник попал.

То есть как это запечатано магией? Как местный раптор, что ли, от всей живности? Но я-то видела паука.

— Ваша хитрость не удалась. Одевайтесь и ложитесь спать, леди Шиен.

— Что? — с трудом вырываюсь из мысленного болота и смотрю на Хагана.

Какая ещё хитрость? Что я по его мнению хотела этим добиться? Мужского внимания? Так и до этого мне велел уже в спальню идти!

От подобный мыслей меня просто взрывает изнути от обиды.

— Как же вы достали! Не надоело во всём видеть злой умысел? Считаете меня женской версией Мориарти, что ли?

— Кем?

— Неважно! По-вашему, я каждый свой вздох делаю с какой-то подлой целью? И сейчас, стало быть, решила вас соблазнить? Да сдались вы мне! Это вы хотите причинить мне страдания, а я тупо хочу выжить! И желательно подальше от вас! Потому что из нас двоих гад с изощрённой фантазией – это вы, а не я! — выпаливаю на всех парах и только потом понимаю, что именно и кому наговорила.

А чего он начал меня доводить, когда я ещё от паука не отошла? Обвинил непонятно в чём! Достал!

— Леди Шиен…

— Что?! — рычу в прямом смысле слова.

— Вы сейчас на меня наорали.

— А вы меня опять обвинили. Люди, когда не виноваты – злятся. И это нормально! Или думали, я вечно буду терпеть? Я ни в чём не виновата. Сто раз вам сказала. Не верите – теперь это ваши проблемы, а я ухожу.

— Куда? — кажется, кое-кто у нас прифигел.

Да что там, я сама от себя в шоке. С одной стороны, горжусь, и в груди приятный огонь, хочется сказать себе: “молодец, показала ему наконец”, а с другой – дико страшно подумать, чем это всё может обернуться.

Я ведь не пожалею?

— Куда глаза глядят, — бубню себе под нос, хватаю ручку двери, тяну створку на себя, она – хлоп – и закрывается. Сквозняк, что ли? Не чувствую.

Опять тяну, а она вообще не поддаётся. Что такое?

Пока вожусь с противной дверью, за спиной становится теплее. Мысль “Хаган!” молнией бьёт в голову, и я застываю. Он запечатал дверь! Той самой магией?

А теперь стоит за моей спиной. Близко. Слишком близко. Я чувствую его каждой клеточкой кожи.

— Вижу, слухи всё же были правдивы. Ругаешься отменно, — раздается низкий голос с хрипотцой, и по телу идут мурашки.

От страха. И этот страх быстро приводит меня в боевую готовность.

— Вы сами напросились.— хочется съязвить, но чудом сдерживаюсь и говорю строго. Не оборачиваюсь.

— И ты тоже напросилась, — он щёлкает пальцами, и меня в прямом смысле разворачивает против моей воли.

Не Хаган, а его магия.

В этот момент полотенчико предательски сползает, и я тут же натягиваю его повыше, прикрывая грудь, но бёдра при этом оголяются, и именно к ним устремляется взгляд Шэра.

Невольно напрягаюсь, не зная, чего от него ждать, а у Хагана, кажется, головной компьютер завис. А, нет, уже отвис, и он тут же стягивает с себя рубашку.

Ох ты чёрт! Он что, совсем с катушек слетел?!

Благо эта самая рубашка летит не на пол, а ко мне в руки.

— Прикройся, — велит Хаган, да так, будто я смертный грех во плоти.

Этакая Хильда, решившая соблазнить священника.

Не спорю и с удовольствием облачаюсь в белую приятную ткань. Рубашка прикрывает и руки, и плечи и ещё сантиметров на десять опускается ниже полотенца, доходит на середины бедра.

— Завтра помимо учебника элементарной магии выучишь ещё и свод правил почтенных жен, — выдаёт Хаган.

— Есть и такой? — хочу спросить, но Хаган вновь щёлкает пальцами, и меня утягивает в сторону.

А я, вообще-то, могу ходить!

— Ты остаёшься здесь. Я ухожу. Печати проверят.

Это последнее, что он говорит, а затем, действительно, просто уходит, плотно закрыв за собой дверь.

Ну хоть не хлопнул. И на этом спасибо.

Проходит несколько минут, а дрожь по телу так и ходит. Долго не могу успокоиться. Забираюсь с ногами в кровать и всё жду, не появится ли здесь ещё какой паук. Чуть позже заходит Тиль, приносит чистые вещи на завтра и сообщает, что все печати проверили, больше никто сюда не проберётся.

Очень хочется верить!

Лишь после этого немного отпускаю страхи, разваливаюсь в огромной двуспальной постели и пытаюсь уснуть, но теперь в голову лезут мысли о Хагане. Точнее тот его взгляд стоит перед глазами.

По нему было отлично видно, что я далеко не первая, кто перед ним дефилирует в подобном виде. Он был зол, и в то же время в его взгляде проскальзывали и другие эмоции.

Помню один сериал, где мужчина очень ненавидел женщину и притом её безумно хотел.

Тьфу ты! Взбредет же в голову такое! Глупость!

И нет! В глазах Хагана было не это, ну или совсем чуточку. Боги! В конце концов, он просто мужик! Мужик, в котором дофига тестостерона и всё!

Он ведь меня даже не коснулся. И не коснется, надеюсь. А если дело вдруг станет совсем плохо, ляпну про искру и меня сошлют в какой-то там храм.

Или этот псих разозлится и накажет меня брачной ночью?

Так. Хватит ужасов. Спать надо!

Спи. Спи. Спи…

— Госпожа, доброе утро, — раздается над головой тихий вежливый голос, и с трудом разлепив веки, узнаю смуглое личико Тиль.

Эх, а я так хотела увидеть Жансу. Интересно, как она там?

Тиль сообщает, что пришла помочь мне одеться, потому что сюда доставили мои платья из Драконьего Пика.

— Они же тёплые. Давай то, что ты вчера принесла, — охаю я, но Тиль деликатно упрямится.

— Генерал сказал, что они вам не по статусу.

— Зато в них я не умру от жары, — решаю я, и умывшись, одевшись и позавтракав прямо в комнате, направляюсь к наставнику, чтобы продолжить делать вид, что хочу учиться магии.

Нет, на самом деле, я хочу. Очень. Но проблемы с искрой всё усугубляют.

Сегодня мне снова объясняют азы, но слишком быстро переходят к практической части.

— Попробуйте, — воодушевлённо просит наставник.

Я складываю руки в лодочку перед грудью, но, ясное дело, ничего не происходит.

— У меня никогда не получалось, — намеренно выдавливаю слезу, чтобы наставник сжалился и отпустил меня.

Говорю о том, сколько раз пыталась, и наставник тает, как мороженое на солнышке перед женскими слезами. Вот! Нормальный мужик! А не этот Хаган!

Стоит помянуть черта, как он тут как тут. Ощущаю его пристальный взгляд через окно.

Генерал стоит снаружи с целой толпой мужчин в чёрной форме. Они что-то показывают и рассказывают ему, а он сверлит меня взглядом.

Что на этот раз не так?

Отворачиваюсь, чтоб глаза мои его не видели, и предлагаю наставнику выпить по чашечке чая. А то он что-то сильно расстроился из-за моего представления.

— Да-да, конечно! — охотно соглашается он.

Вот, а говорят, что все военные – чёрствые и эмоциональный диапазон у них как у табуретки. Ничего подобного. Это только Хаган такой.

Так. Не буду его вспоминать, а то опять явился… Тьфу ты! Сглазила и чуть чаем не захлебнулась. А ведь так хорошо сидели под навесом, бублики местные грызли.

— Я, пожалуй, пойду, — тут же кланяется наставник, едва заметив, чья тень упала на нас, и исчезает за пару секунд.

Под навесом с видом на шатры и пески, остаемся лишь мы с Шэром и жаркий ветер, обжигающий кожу.

— Что на тебе надето? — спрашивает он. Голос звучит строго, но не грубо.

— А вы не знаете, как это называется? Платье. — не могу прикусить язык. Вот бесит он меня в последнее время и всё!

— А где те, что привезли?

— Хотите меня убить самым жестоким способом? — без труда догадываюсь я.

Поднимаюсь из-за столика и кидаю в Хагана подозрительный взгляд. Не ему же одному меня пытать.

— Что? — изгибается чёрная бровь генерала.

— Я в нем задохнусь. А я умирать не хочу, и вообще, мне пора практиковаться.

— Вы же обманули учителя, чтобы не практиковаться.

Ага, заметил, значит. Глазастый!

— Ничего подобного. Вы опять приписываете мне свои тёмные мысли. Я как раз иду учиться! Сама! — выпаливаю я и ухожу.

Вот только вернувшись в кабинет-библиотеку, боевой запал быстро меня отпускает. Магия, конечно, штука классная, но я-то не маг. Даже обидно читать о том, сколько всего могут другие, а ты нет. Хотя…

Вспоминаю, как наставник говорил об артефактах – устройствах, способных накапливать магию. Такими даже люди умеют пользоваться. Может, и лёд тогда на пруду запечатали так же?

В любом случае, мне не помешает об этом разузнать. Набираю кучу книг, специально вперемешку, чтобы никто не заметил одной особенной, и выхожу с этой горой в коридор.

Можно было бы, конечно, и Тиль попросить помочь, но чем меньше они знают, тем спокойнее сплю я. В комнате никто не будет мне мешать!

С такими мыслями и топаю по коридору, пока кто-то очень неловкий и дико спешащий не влетает в меня на полном ходу. Книги, ясное дело, падают на пол, я – за ними. Мужчина – за мной.

— Простите, я помогу, — говорит он, хватая одну книгу, вторую, а затем случайно касается моей руки.

Отдёргиваю конечность, вскидываю взгляд на незнакомца и замираю. Светлые волосы, серые глаза, красивые черты лица. Сердце пропускает удар – кажется, я знаю, кто это!