# И всё пошло прахом

Глава 21. Где Тая?

Рамиль

С кислой миной на лице выхожу с дурацкого детского шоу с участием дельфинов. Нет, эти млекопитающие выглядели совсем неплохо. Но всё же я бы лучше инвестировал своё время в Таю.

Отец уже вызвал такси, и мы втроём грузимся в него. Однако едем явно не в сторону отеля. Смотрю на мать, сидящую рядом, но она старательно избегает моего взгляда.

Через пару минут такси высаживает нас возле закрытой территории пляжа. Молча выхожу и тут же спрашиваю у отца:

— Ну и зачем мы тут?

— Проводим время все вместе. Твоя мама этого хочет, — без энтузиазма отвечает отец.

Мама возмущённо вспыхивает.

— Да, я этого хочу! И буду хотеть за нас троих. Всё, пошли.

И мы идём на пляж...

Оказывается, родители забронировали бунгало на целый день. Депозит на каждого по двадцатке. Ешь и пей всё, что хочешь.

Мама заказывает целую гору раков. Отец пьёт крепкий алкоголь, и плевать ему, что на улице под тридцатку.

Мать причитает:

— Наиль, побереги своё сердце! Ну нельзя же всё время злоупотреблять.

— А я не всё время. Я только в отпуске, — парирует отец. — К тому же вискарь у них явно разбавленный.

Положив свой телефон на колено, быстро проверяю ВК. Таи не было со вчерашнего дня. Пишу сообщение Дену.

«Займи мне денег, бро».

Ответ от Гольдмана приходит довольно быстро.

«Без проблем. Сколько?»

«Полтос».

Через полминуты телефон вибрирует от банковского уведомления. Пополнение карты на пятьдесят тысяч.

«Спасибо, друг».

Гольдман: «Я пока не буду спрашивать, почему ты не берёшь деньги у отца».

Я: «Не заморачивайся. При встрече объясню».

— Рамиль, пойдём купаться, — касается моего плеча мама. — Или давай на сапах, мм? Научишь меня.

Она уже успела переодеться в купальник и надеть соломенную шляпу с огромными полями. И смотрит на меня так, словно отказаться я просто не имею права.

Возможно, она хочет поговорить со мной о Тае?

Оставляю телефон на диване.

— Хорошо, пошли.

Сорвав с себя футболку, выхожу из бунгало. Плавательные шорты уже на мне.

С нами проводят инструктаж по пользованию сапом. Я слушаю вполуха, время от времени оглядывая пляж. Народу тут немного. В основном здесь такие же, как мы. Люди, не считающие денег.

Инструктор помогает матери забраться на доску, вручает ей весло, показывает, как грести. Через пару минут мы уже отплываем от берега на двух сапах. На маме — спасательный жилет, на мне нет. Гребём сидя, опустив ноги в воду.

— У меня нормально получается? — смеясь, спрашивает мама.

— Ну для твоего возраста — вполне, — отвечаю шутливо.

Негодующе взглянув на меня, она черпает рукой воду и брызгает в меня.

Блин, кайф какой... Капли освежающей водички ползут по моей спине и плечам.

— Брызни ещё, — прошу я.

И мама щедро плещет на меня водой. А я — на неё. Смеёмся, бортуемся досками.

— Ай! Ай! Я сейчас перевернусь! — паникует она.

— Ты же в жилете. Не страшно.

— Страшно! — грозно тычет в меня пальцем. — Представь, как я буду забираться обратно. Это будет страшно некрасиво! Всё равно, что тюлень, заползающий на льдину.

— Ахахаха! — угораю я.

Когда мама вне общества отца, она вот такая — лёгкая и весёлая. А с ним она другая. Более серьёзная и полностью подавленная им.

Я бы не хотел подавлять свою избранницу.

«Таю. Я бы не хотел подавлять Таю», — мысленно исправляю себя. Ведь я обещал себе и ей, что у нас есть будущее.

К чёрту Лейлу! К чёрту брак по расчёту! Я хочу жить так, как хочу!

— Рамиль, что с тобой? — спрашивает мама, вглядываясь в моё лицо.

Видимо, на нём отражается буря моих мыслей.

— Ничего. Просто я должен быть сейчас не здесь, — отвечаю довольно резко, хотя совсем этого не хотел.

— Тебе плохо с нами?

— Нет, не плохо, — смягчаюсь я. — Просто мне очень хорошо в другом месте. Хотя и место не важно. Мне очень хорошо с другим человеком.

— С Таей, — кивает мама. — Она очень, мм… яркая девушка, — тщательно подбирает слова. — Этакая зажигалка. Я права? Наверняка с ней нескучно.

Зажигалка…

Улыбаюсь, повторяя про себя несколько раз это слово. Да, она зажигает меня. Но мне с ней не просто нескучно, мне с ней до отвала башки.

Даже не думал, что так бывает. За такой короткий срок вот так пропасть в чужом по факту человеке.

— Она местная, да? — уточняет мама.

— Да.

— Ты не думал, что это часть её жизни? — осторожно спрашивает мама.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну... За летний сезон столько ещё таких мальчиков рядом с ней будет. Девушке приятно, когда за ней ухаживают…

Да Боже! Я не хочу это слушать!

— Мам, стоп!

— Рамиль…

— Всё, я сказал!

Усиленно гребу вперёд, чтобы немного оторваться от матери.

Бля… Что она несёт, чёрт возьми? Что Тая — шлюха, цепляющая приезжих?

— Рамиль, ты слишком остро реагируешь! — слышится за спиной её строгий голос. И тут же она добавляет более мягко: — Я очень волнуюсь за тебя. Не хочу, чтобы ты был обманут, облапошен, кинут.

Опускаю весло в воду, останавливая сап. Через минуту мамин сап равняется с моим, и её взгляд жжёт мне щёку. Я же смотрю вперёд, на горизонт. На то, как филигранно небо тонет в море.

Я точно так же тону в своих страхах и сомнениях.

Нужен ли я Тае?

Может, это всё игра?

Вспоминаю её глаза в момент нашей близости. Её слова о любви и боли.

Нет.

Нет, она не притворялась тогда.

— Мам, знаешь, о чём тебя попрошу? — перевожу взгляд на её обеспокоенное лицо. — Не лезь в это, пожалуйста. И прими любое моё решение, касающееся моей личной жизни. Я не прошу тебя идти против отца. Но и против меня не иди, пожалуйста.

Её губы вздрагивают, и она с шумом втягивает воздух через нос.

— Ох, Рамиль!

В глазах матери — полнейшее понимание происходящего. А именно — того, что я не собираюсь жениться на Лейле.

— Давай не будем торопиться, ладно? — вдруг шепчет она, будто отец нас может услышать. — Пригласи завтра девушку поехать с нами. Прокатимся в горы, пообщаемся.

— Ну и что это даст?

— Пусть отец увидит, что она для тебя важна. Твой папа не монстр, Рамиль. И иногда он меняет свои решения.

Я что-то такого не припомню.

— Я подумаю, мам.

— Хорошо.

— А теперь поплыли к берегу, — разворачиваю сап.

Меня тянет к телефону, оставшемуся в бунгало. Я хочу написать Тае.

— Стоп! Как это — к берегу? — наигранно возмущается мама. — А как же понырять? А как же посмотреть на то, как тюлень таки забирается на льдину?

— Ахахаха! — угораю я.

А мама снимает свою шляпку, ловко встаёт на ноги и прыгает в воду.

Прыгаю за ней.

Заказав коктейль, сижу возле бара. Родителей ненадолго оставил, чтобы избежать разговоров о Тае с отцом. Он же по поводу встречи в лифте ещё не высказался. И я уверен, что ему есть, что сказать.

Моей девочки всё ещё нет в ВК.

Где же ты, Тая?

Написал ей уже кучу сообщений. О том, что жду нашей встречи. О том, что безумно по ней скучаю.

Впервые меня прошибает на такие розовые сопли, но вот так.

Барная стойка сделана по принципу квадрата. Все бармены внутри, а гости снаружи. Ловлю взгляды двух девушек, сидящих на противоположной стороне. Они чуть старше и немного навеселе. Игриво машут мне пальчиками.

Вот не цепляет нисколько.

Зарываюсь в телефон, листаю страницу фангруппы нашей команды. Кто-то выставил мою фотку с последней игры. Снимок был сделан после того, как прозвучал финальный свисток. На нём я сдираю с себя футболку. Комментов к этому посту под сотку, но я их даже не открываю.

Не цепляет и это меня больше, хотя раньше я бы с упоением читал всю эту пошлятину и похвалы от девиц.

Выхожу из группы, чтобы даже уведомления не получать. Возвращаюсь к родителям.

— Нам не пора, а?

На часах уже шесть вечера, хотя солнце продолжает жарить.

— Не пора, — отбривает отец.

Ну да... Депозит же не потрачен ещё.

Поэтому мы ужинаем там же. А потом катаемся на гидроциклах. И отправляемся на часовую прогулку на яхте.

На этой самой яхте мобильного интернета вообще нет, и мой телефон превращается в бесполезный кусок пластика.

Пляж мы покидаем уже в сумерках. Мама определённо счастлива, ведь папа даже пофотографировался с ней, чего он обычно не любит делать.

Пока едем в такси, уточняю по гугл-карте, до скольки работает торговый центр. Успеваю.

— Можно мне тут выйти? — обращаюсь к водителю, когда мы как раз проезжаем мимо него.

— А куда ты, Рамиль? — спрашивает мама.

— Хочу погулять. Программа на сегодня ведь выполнена, да? — я вновь немного резок с ней.

Отец оборачивается и взирает на меня хмурым пьяным взглядом.

Исправляюсь:

— Прости, мамуль. Денёк был супер. Увидимся завтра.

Чмокаю маму в щёку и выскакиваю на улицу. Моя цель — ювелирка. Хочу купить Тае новый браслет.

И какого же моё удивление, когда я вижу на витрине такой же, как был у неё. Хотя когда я его покупал, он был такой единственный — с ключиком.

— Новую партию, что ли, подвезли? — интересуюсь у продавца-консультанта.

— В каком смысле? — непонимающе моргает она.

— Вот этот браслет, — стучу пальцем по стеклу. — Я покупал точно такой же совсем недавно. И он был последним.

Мне показалось, или её щёки на секунду вспыхнули? А по шее вообще пошли красные пятна.

— Да. Новая коллекция, — мямлит она. — Показать?

— Покажите.

Разглядываю браслет. Он мне по-прежнему очень нравится и не хочется выбирать для Таи что-то другое.

Расплачиваюсь за него своей картой. Сегодня без всяких скидок — пятнадцать тысяч. Отказавшись от упаковки, кладу в карман и рву когти к площади, где должна выступать Тая.

Прибегаю и врезаюсь в толпу, когда шоу уже в самом разгаре. Выступление её сестры, Булата. А вот самой Таи нет. И клетки, в которой её почти сжигают заживо — тоже нет.

Я в таком ахере, что не передать словами.

Когда представление заканчивается, подхожу к мелкой. Увидев меня, она вздрагивает и отшатывается. Узнала, я уверен.

— Привет. А где Тая?

— Она…

— Аня! — рявкает Булат за моей спиной. — Сюда иди.

И девчушка уносится к нему, не поднимая на меня глаз.

Звиздец!..

Нет уж, бл*ть, пусть скажут мне, где моя девочка!

Иду прямо к Булату. Тот напрягается и скрещивает руки на груди. Вблизи он выглядит внушительно. Атлетично сложен, высок. Смазливое лицо в сочетании с грозным взглядом.

— Где Тая? — спрашиваю я.

— А ты кто ей?

— Друг.

— Все её друзья знают, где она. Если ты не знаешь, значит, ты ей не друг.

Вот так вот ловко этот тип подводит черту под нашими отношениями.

Мол, Тая меня избегает.

Но ведь этого быть не может!

Через несколько минут они с Аней уходят. А мне остаётся лишь гонять в башке свои мрачные мысли. Одна паршивее другой.

Может, Тая заболела? Плохо себя чувствует, поэтому и пропустила выступление? Или реально меня избегает? Или Булат ей запретил?

Плетусь домой, еле-еле переставляя ноги. Может, в баре каком накачаться до беспамятства?

Отбросив эту мысль, захожу в отель. Поднимаюсь на свой этаж, и неведомые силы почему-то вытягивают меня на балкон. И как только я туда выхожу, сразу понимаю, что тут ещё кто-то есть. На маленьком диванчике в углу маленькая фигурка свернулась калачиком и спит.

Это Тая.