История королевы эльфов

Трудности агентессы королевы эльфов

- Ммм… что за…

Пробуждение оказалось неожиданным и одновременно необычайно приятным. Пелена сна внезапно исчезла и сменилась всё нарастающим удовольствием. Сонная Ашуир открыла глаза, пытаясь понять, что происходит. И почти сразу же не смогла сдержать стона от невероятно приятной тёплой влажности между ног. Приподнявшись на мягких подушках, волшебница увидела перед собой Зитру. Беловолосая эльфийка лежала на животе, обняв за бёдра ноги Ашуир и раздвинув их в стороны. Тонкое одеяло было откинуто в сторону. Лицо же ушастой находилось как раз между раздвинутых ног волшебницы. С абсолютно равнодушным выражением оного лица, Зитра методично и старательно вылизывала нижние губы волшебницы, водя между ними кончиком языка.

Едва Ашуир собралась открыть рот, как эльфийка тут же обхватила одними губами горошинку клитора, зажав её между ними. И начав изо всех сил дразнить её кончиком языка. Прикусив губу от накатившего невероятного удовольствия, Ашуир откинулась обратно на подушки и почти рефлекторно забросила ноги на спину эльфийки, крепко обхватывая её бёдрами и буквально вжимая лицом в своё лоно. Та продолжила орудовать своим язычком между ног волшебницы. Весьма умелым язычком. Не став сдерживать стоны, Ашуир одной рукой начала ласкать свою грудь, а второй зарылась в белые волосы эльфийки, вцепившись в них и направляя движения. Чувствуя приближающуюся развязку, волшебница изо всех сил вжала эльфийку в своё лоно. Та, безошибочно угадав момент, вновь прикусила губами бусинку клитора, аккуратно сдавив его. Одновременно Ашуир свела вместе ноги изо всех сил, сжала затвердевший сосок на левой груди и с громким стоном финишировала, выгибаясь дугой на широкой кровати.

Выдохнув, она рухнула обратно на мокрые от пота простыни, тяжело дыша открытым ртом. Вяло раздвинув длинные стройные ноги, она освободила эльфийку, стараясь восстановить дыхание и унять бешено колотящееся сердце. Освобождённая Зитра неспеша отстранилась, вытерла лицо, залитое любовными соками, после чего вновь наклонилась вперёд и начала ласково целовать свою хозяйку, постепенно поднимаясь от лона к голове. Когда её губы достигли тяжело вздымавшейся груди, Ашуир одной рукой вновь зарылась ей в волосы и прижала к соску на левой груди. Зитра немедленно обхватила его губами и начала сосать, словно младенчик. Сжав губы от удовольствия, волшебница ласково прижала эльфийку к себе и погладила по спине, наслаждаясь гладкостью кожи. Какая всё-таки чудесная находка! Пожалуй, она окупает все те неудобства, что пришлось пережить из-за неё. Да, однозначно.

Аккуратно уложив эльфийку на бок рядом с собой, волшебница улеглась напротив неё и ласково поцеловала в губы. После чего погладила её по щеке и дружеским голосом произнесла:

- Это было великолепное пробуждение, моя дорогая Зитра.

Эльфийка с лишённым эмоций лицом и таким же лишённым эмоций голосом ответила:

- Рада, что вам понравилось, почтенная Ашуир.

Улыбнувшись, волшебница провела рукой по телу эльфийки, любуясь её красотой:

- Ты хорошо спала, моя милая?

Та ответила всё таким же спокойным голосом с совершенно равнодушным лицом:

- Да. И мне вновь снились очень красочные сны.

Театрально вскинув брови, волшебница продолжавшая гладить Зитру ладонью по бедру, с интересом спросила:

- Расскажешь мне о них?

- Мне снились вы, почтенная Ашуир. И с вами был молодой человек. Юноша. Я не могу вспомнить его лица. Но помню, что он был очень похож на вас. Он был очень красивый. Мне было рядом с ним очень приятно.

- Вот как? Это очень интересно, моя милая. Что-нибудь ещё?

- Мне… Я думаю… Мне бы хотелось, чтобы у меня когда-нибудь был такой сын. Такой же красивый. Такой же… приятный…

- О, мне очень приятно это слышать, моя милая!

Подавшись вперёд, волшебница приблизилась своим лицом вплотную к лицу эльфийки, глядя прямо в изумрудные глаза.

- Это очень интересные сны, и я уверена, что тебе они снятся не спроста. Обязательно расскажи мне, если вновь увидишь их.

- Конечно, почтенная Аушир.

Улыбнувшись, волшебница коснулась лбом лба эльфийки, и погрузила её в сон, но уже без сновидений. После чего, осторожно уложив Зитру на спину, вновь провела ладонью по тренированному телу, остановившись на груди. Сжав её несколько раз, волшебница надавила указательным пальцем на затвердевший сосок. Хороша ушастая, но сиськи всё же маловаты. С такой фигурой и прелестным личиком это совершенно недопустимо. Но ничего, это легко поправимо. Тем более, что ей больше не придётся бегать по лесам за всякими гоблинами или орками, рискую загубить такую красоты почём зря.

Ущипнув напоследок грудь Зитры за сосок, волшебница аккуратно уселась на неё верхом, после чего наклонилась вперёд. Обхватив ладонями лицо эльфийки, она вновь соприкоснулась с ней лбами. Сосредоточившись, Ашуир убедилась, что все оставленные в сознании эльфийки блокировки работают исправно, также как и вложенные корректирующие сновидения. Они постепенно формировали новую личность ушастой, которая со временем сольётся с её нынешней, превратив её в верную подругу и надёжную помощницу. Благо, что такая опытная одарённая лишней не будет совершенно, пускай у неё и другой профиль. Но самое важное, что из неё получится отличная жена для будущего сына.

Улыбнувшись, Ашуир отстранилась назад, любуясь красотой спящей эльфийки и не спеша с неё слезать. Может ещё с ней немного поразвлекаться? Ещё совсем рано, и так не хочется никуда идти. Можно приказать подать завтрак прямо в кровать. Да, именно так она и поступит. Облизнувшись, волшебница наклонилась вперёд, собираясь поцеловать свою новую игрушку. Но в последний миг в двери покоев постучали. Кто это, да ещё и так рано? Прикрыв глаза и усилием воли ощутив, что за дверями стоят верные Тонга и Отонг, волшебница щелчком пальцев отворила замок. Спустя миг, смуглокожие брат с сестрой зашли внутрь покоев волшебницы, замерев перед её кроватью.

- Доброе утро, госпожа. Зайхир-Вали приказала вас разбудить. Она просила передать, что с первыми лучами солнца прибыл посыльный из дворца Светлейшего Халифа, с приглашением для вас.

От этой новости Ашуир в голос застонала. Проклятье, ну почему сегодня? Может она хотя бы пару деньков отдохнуть? Не справедливо! С полным душевных страданий лицом, она слезла со спящей эльфийки. Тонга тут же подала ей домашний халат, из безумно дорогой тёмно-синей шелковистой ткани. Накинув его, но не став запахивать, Ашуир надела домашние сандалии на босые ноги и подошла к стоявшему у стены в рабочему углу покоев шкафу, с многочисленными ящиками. Громко зевнув, волшебница достала из него два запечатанных флакона. Один среднего размера и пузатый, второй небольшого размера и цилиндрической формы. Взяв их в руки, она повернулась к личному рабу:

- Отонг, сегодня вместе с Фейрузой начинаешь заниматься Зитрой. Для начала, ей надо увеличить грудь и привести в порядок волосы.

Протянув ему зелья, Ашуир произнесла:

- Всё как в прошлый раз. Это давать по одному глотку дважды в день, утром и вечером после еды. После каждого приёма, делай ей тщательный массаж груди, это усилит и ускорит эффект. Этот используй во время утренних и вечерних купаний и омовений. Несколько капель на голову, тщательно растереть, потом смыть. Ей стоит отрастить волосы подлиннее, а то эта стрижка эльфийских вояк Зитре совершенно не подходит.

- Будет исполнено, госпожа.

- Фейруза же пусть пока что начнёт обучение танцам. Как ухаживать за красотой и делать макияж Зитра знает, эльфийка как никак. А вот танцевать она почти не умеет. А уж танцами страсти и вовсе не владеет. Пусть Фейруза сделает упор именно на них.

- Как пожелаете, госпожа.

- После обеда отведи её в комнату для особых гостей, и там работай с ней по третьей схеме. Только убедись, что она надёжно привязана. Вечером, я вернусь и вновь уложу Зитру спать.

- Как пожелаете, госпожа.

Закончив инструктировать Отонга, Ашуир вновь разбудила Зитру, переведя её в состояние послушной и безвольной куклы. Слишком долго в таком состоянии эльфийку держать не стоит, это негативно сказывается на умственных способностях. Если злоупотреблять этим состоянием, вместо толковой помощницы получится красивая, но крайне глупая дурочка. Что тоже неплохо, но не то, что нужно Ашуир. Волшебница быстро убедилась, что состояние ушастой стабильно, после чего передала её в руки личного раба. Всё с таким же абсолютно равнодушным лицом, эльфийка покорно последовала за ним, одетая в один лишь ошейник и сандалии. При этом она шла, весьма соблазнительно покачивая бёдрами, что вызвало у волшебницы очередную довольную улыбку. Хорошо, первичные изменения уже отчётливо видно, до этого походка Зитры была совершенно другой. Проводив новую игрушку глазами, Ашуир кивнула Тонге и вместе с ней направилась в бывший отцовский гарем. Там, она сразу скинула халат, передав его рабыне, и нырнула в бассейн, сгоняя остатки сна.

Прохладная вода моментально освежила и придала бодрости. Сделав несколько мощных гребков, волшебница вынырнула на поверхность, сделал глоток воздуха, нырнула и устремилась к противоположной стене бассейна. Её волосы роскошным шлейфом струились позади неё. Проплыв несколько раз его от края до края, Ашуир медленно вылезла из воды. Отмахнувшись от протянувшей ей полотенце Тонги, волшебница неспеша направилась к бывшим отцовским жёнам. Те вместе с остальными обитателями гарема уже были разбужены, и ждали её приказов. Пятёрка женщин выстроилась шеренгой вдоль стены. Из одежды на них всё также были лишь серебряные ошейники. Тут же был и Биби, что стоял с краю от них и вновь изо всех сил старался не смотреть на обнажённую Ашуир. А также унять возбуждение, которое было отчётливо видно сквозь тонкую набедренную повязку, бывшую его единственной одеждой, помимо рабского ошейника.

Улыбнувшись, волшебница медленно подошла к нему, шлепая босыми ногами по полу и покачивая бёдрами. Откинув за спину мокрые волосы, она подцепила его указательным пальцем за подбородок и заставила посмотреть себе в глаза:

- Доброе утро, Биби. Скажи, тебя понравился мой вчерашний подарок?

Сглотнув, отчаянно старавшийся не смотреть на обнажённую грудь Ашуир юноша произнёс, пытаясь сделать голос максимально твёрдым:

- Очень, госпожа. Благодарю вас, - поспешно добавил он.

Улыбнувшись, волшебница повернулась к стоявшей первой в шеренге Харьяне:

- А тебе, моя пышногрудая коровка, понравился Биби?

Бывшая старшая жена отца дёрнулась, но не смогла не ответить и произнесла недовольным голосом:

- Нет.

Вновь дёрнувшись, она добавила:

- Госпожа.

Театрально округлив глаза, Ашуир весело спросила:

- Как? И почему же тебе не понравился такой милый мальчик?

Бросив злой взгляд на Биби, Харьяна процедила:

- Он взял меня четыре раза вчера за ночь. Под конец едва сумел из себя выдавить жалкие капли, но всё равно не давал мне покоя. И сегодня утром, перед рассветом, взял меня ещё дважды.

- Оу!

Повернувшись обратно к мальчишке, что едва заметно вздрогнул, волшебница с озорной улыбкой спросила:

- Тебе настолько понравилась это сисястая коровка? Любишь женщин побольше, да, Биби?

Юноша вновь нервно сглотнул, но достаточно твёрдым голосом ответил, глядя Ашуир в лицо:

- Она хороша, но дело не в этом, госпожа. Вы сказали, что не страшно, если она забеременеет, и я очень старался, чтобы она понесла моего ребёнка. Чтобы, если госпожа решит лишить меня мужского достоинства, мой род продолжился хотя бы таким образом.

Вновь улыбнувшись, волшебница довольно произнесла:

- Честный ответ, Биби, молодец.

- Лгать госпоже, что может читать мои мысли, величайшая глупость.

Улыбнувшись ещё шире, Ашуир погладила мальчишку по голове:

- Умный мальчик.

Развернувшись, она подошла к неподвижно стоявшей Харьяне, что изо всех сил старалась придать своему лицу равнодушное выражение лица. Остановившись перед ней, Ашуир протянула правую руку и сжала её левую грудь, надавив большим пальцем на крупный тёмный сосок. Обернувшись к Биби, волшебница спросила:

- Как ты думаешь, почему я отдала на потеху тебе именно её?

Несколько секунд юноша колебался, одновременно изо всех сил обдумывая что сказать. После чего, осторожно произнёс:

- Она чем-то разозлила вас, госпожа?

- О да.

Повернувшись обратно к Харьяне, Ашуир прекратила мять огромную грудь женщины и указательным пальцем с силой вдавила в неё сосок:

- Она была старшей женой моего отца. Надменная. Гордая. Властная. Мнила себя настоящей хозяйкой дома. Меня и детей от других жён она терпеть не могла и всячески притесняла. Мечтала меня выдать поскорее замуж. За кого-нибудь побогаче, чтобы отец получил больше денег в качестве выкупа за невесту, а значит и она тоже, как старшая жена.

Перестав мучить затвердивший сосок Харьяны, Ашуир обошла её кругом и обняла со спины, плотно прижавшись и положив голову на плечо.

- Но потом всё поменялось, и главной в доме стала моя бабушка. Видел бы ты лицо этой коровки, когда она это осознала! Это было нечто, одно из лучших воспоминаний моего детства.

Опустив руки, волшебница обхватила грудь неподвижно стоявшей женщины и приподняла её вверх. А потом отпустила. И снова приподняла.

- Как она кричала, угрожала, злилась, но ничего не могла сделать! До последнего надеялась, что родные её спасут. Наивная глупышка.

Последнюю фразу Ашуир прошептала Харьяне на ушко, в очередной раз с силой сжав её огромные сиськи.

- Бабушка вообще хотела от неё избавиться, но я уговорила её оставить мне, в качестве живой игрушки. Убить её было бы слишком скучно и просто, за всё то, что я пережила от неё в детстве. Когда я подросла и освоила свой дар, то очень постаралась, чтобы вернуть ей прежнюю красоту, и добавить новую. Получилось весьма неплохо, как мне кажется. После чего, с ней переспал по очереди каждый раб и слуга в нашем доме.

Опустив левую ладонь, волшебница медленно погладила бывшую старшую жену отца по животу.

- Трижды она от кого-то из них беременела, и всякий раз я тщательно следила, чтобы она благополучно родила, а потом выкормила ребёнка. Благо, что ей теперь есть чем. И ни на что другое, она больше не пригодна.

Ущипнув Харьяну напоследок за затвердевшие соски, Ашуир игриво поцеловала её в щёку и оставила в покое. Вернувшись к Биби, она продолжила:

- Отчасти это уже стало традицией. Каждый новый раб или слуга в моём доме обязательно делил с ней ложе. Должна сказать, что сохранить ей разум было непросто, но я очень постаралась, чтобы она не обезумела, от такого унижения и позора.

Замолчав, волшебница задумчиво сложила руки на обнажённой груди, внимательно глядя на замершего мальчишку. Тот изо всех сил продолжал стараться смотреть не на грудь Ашуир, а на её лицо. Но взгляд его то и дело соскальзывал вниз. И ещё дальше вниз.

- Что же мне с тобой делать… Хм… Вот что, пожалуй, я дам тебе шанс сохранить своего малыша, Биби. С этого дня мои слуги займутся твоим обучением. Если ты будешь усерден и прилежен, я оставлю тебя в качестве домашнего слуги. Или комнатной зверушки. Конечно же, я могла бы без труда вложить в твою симпатичную головушку все нужные знания, или же настроить тебя на их усвоение. Но это будет скучно и обыденно. И слишком просто. Нет, если ты хочешь сохранить своего малыша, то придётся тебе самому постараться и приложить усилися. Если же ты не проявишь усердия в учёбе, то я использую свой дар, и вложу в твою голову нужные навыки и знания. После чего продам тебя, так и быть, в гарем Светлейшего Халифа Хаттардина. Предварительно, само собой, избавив от всего ненужного. Ты меня понял, Биби?

Юноша, что ловил каждое слово, спешно закивал головой:

- Конечно, госпожа. Я буду учиться, клянусь, я всё сделаю!

Улыбнувшись, волшебница произнесла:

- Умный мальчик.

После чего Ашуир медленно зашла ему за спину. Прижавшись к замершему мальчишке голым телом, так чтобы он ощутил прикосновение её обнажённой груди, она положила голову юноше на плечо. А правой рукой скользнула ему под набедренную повязку. Обхватив его напряжённый член, Ашуир слегка сжала ладонь и проворковала на ухо тяжело сглотнувшему юноше:

- И не нужно думать, мой милый Биби, что я насмехаюсь над тобой и хочу унизить. Я всего лишь констатирую факт. Хонг!

Один из домашних рабов, что обслуживали гарем, крепкий темнокожий мужчина, также одетый в одну лишь набедренную повязку, что позволяло оценить его мускулистое тело, немедленно подошёл к хозяйке. Когда он замер перед ней и Биби, волшебница усилием воли послала мысленную команду, и Хонг одним движением отбросил своё одеяние в сторону, оставшись полностью обнажённым. Улыбнувшись, волшебница томно прошептала на ушко вновь сглотнувшему Биби:

- Видишь? Никакого унижения твоего малыша. Просто констатация факта, Биби.

Хихикнув, Ашуир оставила покрасневшего паренька в покое и вместе с Тонгой направилась в купальни. Закончив все необходимые для поддержания красоты процедуры и приведя себя в порядок, она переоделась в домашний халат и направилась в столовую, где её уже ждала бабушка и накрытый стол. При виде внучки молодо выглядевшая ведьма строго нахмурилась:

- Ашуир, я же передала тебе, что тебя ожидает посланник Светлейшего с самого рассвета. Почему ты так долго?

Сделав несчастное лицо, волшебница капризным голосом произнесла:

- Бабушка, я же только вчера вернулась и рассчитывала сегодня выспаться и отдохнуть. И вообще, как я могла явиться во дворец в неподобающем виде? Или там что-то действительно срочное?

- Любое поручение Светлейшего – срочное просто потому, что оно повеление Светлейшего. Особенно для нас с тобой. Запомни это, моя милая. И поспеши с завтраком, а то тебе ещё одеваться.

Состроив несчастное лицо, Ашуир обречённо застонала. Светлейшего действительно не стоит заставлять ждать, даже если ты умелая волшебница и внучка не последней ведьмы в могущественном ковене.

- А также, с тобой хочет переговорить Зехир, насчёт вчерашнего…

- Да, да, само собой, - кивнула Ашуир, быстро уплетая завтрак.

Одновременно она послала мысленный приказ Тонге и другим служанкам. Когда с едой было покончено, они уже ждали её с тем же великолепным закрытом одеянии из чёрной шелковистой ткани, что и вчера. Облачившись в него прямо в столовой, благо стесняться было не кого, но не став пока закрывать лицо, Ашуир покинула помещение в сопровождении Тонги. За дверями волшебницу уже ждал управляющий, в неизменном цветастом халате и тюрбане. При виде хозяйки, Зехир вежливо поклонился и протянул запечатанный свиток:

- Доброго вам утра, Ашуир-Вали. Все вопросы с пленниками и кораблём улажены, как вы того просили. Здесь указана сумма, которую вы можете получить в казначействе Светлейшего.

- Благодарю, Зехир.

- Также я взял на себя смелость приказать подготовить ваш паланкин, для путешествия во дворец Светлейшего.

- Отлично. Где посыльный?

- Ожидает вас в гостевой комнате.

Взяв свиток, волшебница кивком поблагодарила управляющего, и направилась в помещение, расположенное рядом с главным входом в отцовский особняк. Там за небольшим столиком сидел молодой человек, в добротном белом халате, вышитом золотой и красной нитью. Перед ним стояла пиала с чаем и блюдо с засахаренными фруктами. При виде вошедшей волшебницы, он немедленно поднялся на ноги и поклонился ей:

- Почтенная Ашуир-Вали, мой господин повелел мне передать вам приглашение во дворец.

С этими словами он протянул волшебнице запечатанный свиток. Молча взяв его, она вскрыла Халифскую печать и пробежала содержимое глазами. После чего кивнула ожидавшему посыльному.

- Благодарю. Можешь быть свободен. Я отправляюсь во дворец немедленно.

Не обращая больше внимания на посыльного, Ашуир вместе с Тонгой покинула особняк. На улице их уже ждал готовый паланкин и носильщики. А также четверо людей, одетых в лёгкие доспехи, укрытые просторными тёмно-серыми плащами. Их лица также были скрыты намотанными платками из такой же темно-серой ткани. Были видны лишь узкие полоски лиц и совершенно белые глаза, лишённые зрачков и радужки. Воители, ещё мальчишками отобранные, воспитанные и обученные ковеном, для защиты Дочерей Пустыни. Полностью преданные, бесстрашные и умелые в обращении как с оружием, так и с боевыми амулетами.

Бабушке выделили их всего десяток, но этого хватало с лихвой для защиты от скрытых недругов. Жаль, что она не взяла хотя бы четверых с собой в Морграф, тогда всё было бы гораздо проще. Но, с другой стороны, они могли бы доставить больше проблем, чем пользы. Это здесь, на юге, влияние ковена сильно и ссориться с ним желающих нет. А вот на севере, где у Дочерей Пустыни нет такой же власти, могут найтись желающие рискнуть. Особенно если учесть, сколько готовы заплатить мастера-рабоманты за живого белоглазого. Секреты их подготовки были одними из наиболее тщательно оберегаемых ковеном.

Когда Ашуир поднялась в свой паланкин, вместе с безмолвной и послушной Тонгой, четвёрка бойцов заняла места по сторонам от него. Носильщики синхронно подхватили паланкин, закинув его на плечи, и двинулись в путь. Развалившись на подушках, волшебница закинула ноги на колени смуглокожей рабыни и привычно скинула обувь. Ну почему именно сегодня она понадобилась Светлейшему? Хотя бы денёк могли ей дать отдохнуть и прийти в себя, после возвращения из путешествия. Но нет, работа не ждёт. Может, конечно, в этот раз ей поручат что-нибудь интересное, но она сильно сомневается. Самая интересная работа за последнее время сейчас осталась дома, в компании Отонга и Фейрузы.

Погружённая в не самые приятные мысли, волшебница устроилась на подушках поудобнее, глядя по сторонам. Ткань занавесок паланкина была зачарована таким образом, что снаружи она казалась совершенно плотной, изнутри же она не мешала разглядывать, что происходит снаружи. Сахиб-Нере просыпался с первыми лучами солнца, и сейчас жизнь в городе уже кипела вовсю. Улицы были забиты людьми, повозками и телегами. Большой и богатый столичный город был постоянным домом для более чем сотни тысяч людей и не людей. Если считать прилегающие к нему окрестности, само собой. Здесь пересекались сухопутные и речные торговые пути с далёкого юга и морские торговые пути Срединного Моря. Бойкая торговля не прекращалась от рассвета и до глубокой ночи. А кое-где вообще не прекращалась. Торговали в Сахиб-Нере воистину всем, чем только можно. Одних действительно крупных базаров в городе было три штуки. Мелких же и того больше. И было бы ещё больше, если бы не постоянная угроза со стороны Островов, чтоб их поглотила бездна!

При мысли о пережитых по их вине невзгодах, настроение волшебницы вновь испортилось. Надо было всё-таки всех их превратить в пускающие слюни идиотов, а не продавать работорговцам Светлейшего вместе с кораблём. Или заставить их спрыгнуть за борт посреди моря с камнями на шее. Причём так, чтобы они осознавали всё что делают, но никак не могли этому помешать! А перед этим принудить их устроить оргию друг с дружкой! Пофантазировав ещё немного на тему мести и унижения доставивших ей столько неудобств мерзавцев, Ашуир немного успокоилась и взяла протянутый Тонгой бокал с охлаждённым фруктовым соком. Сделав пару глотков, она вновь откинулась на подушки, глядя на окружающий город.

Нет, так дело не пойдёт. Надо как-то развеяться, чтобы отвлечься от пережитого страха и унижения, иначе это будет терзать её ещё долго. Можно было бы легко сгладить все неприятные воспоминания магией. Но бабушка учила, и Ашуир была с ней полностью согласна, что не стоит применять магию к собственному разуму там, где можно без этого обойтись. Иначе можно не заметить, как сама себя переделаешь непонятно во что. Сначала уберёшь неприятные воспоминания. Потом привычки. Затем эмоции. А потом на тебя из зеркала посмотрит ничуть не изменившееся, но уже совсем чужое лицо. Да, решено, после того как все дела во дворце Светлейшего будут закончены, надо посетить главный базар, который все прямо называли - Халифским. Потому что он располагался совсем рядом со дворцом, и там торговали только самыми лучшими и дорогими товарами. Давно она туда не заходила, пора это исправить. Тем более, что и деньги свободные появились. Взяв один из своих связных амулетов, волшебница послала короткое сообщение. Ответ пришёл спустя минуту. Прочитав его, она довольно улыбнулась. Похоже, день будет не таким уж и плохим.

Под эти приятные мысли Ашуир и не заметила, как её паланкин достиг своей цели. Дворец Светлейшего Халифа представлял из себя огромный комплекс зданий, стоявших на отдельном острове в дельте Илииры. Это был настоящий шедевр архитектуры и фортификации, построенный на месте, где раньше располагался замок наместника Островов. Во время падения Островной Империи, его полностью сравняли с землёй, перебив большую часть обитателей, а немногих выживших обратив в рабство. Но потом его отстроили заново. Слишком уж было удобное место, позволявшее полностью контролировать всю дельту реки. К тому же, там сходилось несколько мощных потоков природной магической энергии, идущих из глубин Подземья. Всё это делало осаду дворца Светлейшего настоящей мукой даже для крупной армии.

По всему периметру Дворцовый Остров окружала огромная стена из мощных каменных блоков, привезённых с каменоломен Подгорья. В трёх местах, образуя равносторонний треугольник, над стенами возвышались магические башни из белого мрамора, с высокими шпилями. Даже с расстояния всякий хоть мало-мальски одарённый мог ощутить потоки пронизывавшей их энергии. Краса и гордость Сахиб-Нере, мало какой город мог похвастаться подобной магической мощью. Под их прикрытием располагались два широких каменных моста и отдельная пристань. По одному из мостов Ашуир и попала на остров. Дежурившая на входе стража в добротных доспехах проверила приглашение и без лишних вопросов пропустила паланкин на территорию. Само собой, выделив пару сопровождающих и доложив через амулеты о прибытии важной гостьи. Когда паланкин проносили под аркой ворот, Ашуир ощутила, как по нему прошлось несколько волн сканирующей магии. Не самые приятные ощущения, но что поделать.

Пройдя через ворота, носильщики вместе с сопровождающими сразу свернули в сторону и направились к одному из боковых входов во дворец. Подальше от лишних глаз. Там, в небольшом закутке между крепостной стеной и хозяйственной постройкой, их уже ждали двое мужчин вместе с немногочисленной свитой и охраной. Один из них был высок, худ и в солидном возрасте. Ухоженная борода и коротки волосы были полностью седыми, но карие глаза на волевом и хищном лице смотрели чётко и ясно. Одет он был в белоснежный халат с красным поясом, вышитым золотом, и столь же белоснежный тюрбан с длинным пером. На ногах у него были ярко красные туфли с высокими носками. На груди висел на толстой золотой цепи массивный защитный амулет, в виде покрытого филигранной гравировкой диска из такого же чистого золота. Безумно дорогая вещь, но вполне стоившая своих денег. Защиту он обеспечивал отменную. Надетые на пальцы перстни с крупными самоцветами были полноценными многофункциональными артефактами, созданными и зачарованными умелыми мастерами.

Второй мужчина был несколько ниже первого и гораздо более упитанным, с округлым добродушным лицом, полностью лишённым волос и бороды. Одет он был заметно скромнее, в свободный халат из простой, но добротной серой ткани с цветочными узорами, перехваченный простым тёмным поясом. Никаких украшений, защитных или боевых артефактов на нём видно не было. Что лишь говорило о мастерстве их сокрытия.

Остановившись перед встречающими, носильщики опустили паланкин. Двое из них тут же подошли ко входу, один согнул спину, а второй встал на четвереньки. Откинув занавеску, Ашуир вылезла наружу, спустившись по их спинам. Следом за ней вышла Тонга, заодно прихватив небольшой ящик, с магическими принадлежностями хозяйки. Подойдя к встречающим, волшебница вместе с личной рабыней исполнила изящный реверанс. За их спинами выстроились в шеренгу белоглазые телохранители, что синхронно едва заметно склонили головы. Встречающие мужчины ответили короткими поклонами. Их свитские, кроме телохранителей, выполнили полные поклоны.

- Приветствую вас, почтенные Хатран-Шан и Вансир-Шан. Рада видеть вас обоих в добром здравии.

Высокий мужчина в белом халате ответил ровным голосом с непроницаемым лицом:

- Эта радость взаимна, почтенная Ашуир-Вали.

Его спутник с гораздо более приятным выражением лица и тёплым голосом подхватил:

- Получив вести о произошедшем в Морграфе, мы все очень переживали, что можем лишиться вашей невероятной красоты, и столь же невероятного таланта. Рад видеть, что вы вернулись в добром здравии, да ещё и с такой богатой и редкой добычей.

- Благодарю вас за тёплые слова, почтенные. Но, думается мне, что не ради любезностей вы пригласили меня. Так давайте же не будем тратить ваше время, ведь каждый миг его на вес золота, и перейдём сразу к делу.

- Воистину, - кивнул старший из мужчин, - Прошу вас следовать за нами.

Встречающие и волшебница вместе со свитскими зашли внутрь дворца, через небольшие ворота. При прохождении Ашуир вновь ощутила, как по телу прошлась волна холода, заставив невольно поёжиться. Привыкнуть к ощущениям от сканирующих магических полей практически невозможно. За воротами оказался один из служебных коридоров дворца, куда большинство обитателей не допускалось. Ашуир уже не раз доводилось здесь бывать, так как почти все её визиты старались не афишировать. Чтобы лишний раз не нервировать обитателей дворца. Или, наоборот, чтобы заставить их понервничать, тут судить было сложно. Почти сразу она вместе со встретившими её мужчинами зашла в небольшое помещении круглой формы. Все свитские остались ждать снаружи. В помещении не было ничего, кроме большого прямоугольного алтаря из белого мрамора в самом центре. Возле него стоял мужчина в возрасте, в просторных серых жреческих одеяниях и с полностью лысой головой. В правой руке он сжимал посох из тёмного дерева, с металлическим навершием из серебра в виде сжатой в кулак руки, что сжимала закованную в кольцо цепь. На лысой макушке у него был вытатуирован точно такой же знак. Кулак, сжимающий закольцованную цепь.

Жрец Дамокара, Хранителя Клятв, коротко поклонился пришедшим и произнёс:

- Всё готово, почтенные.

Подойдя к алтарю, Ашуир и Хатран одновременно положили на него раскрытые ладони. В тот же миг от них по телам обоих прокатилась волна холода, а ладони словно прилипли к камню. Жрец же ударил посохом по полу, отчего цепь громко лязгнула, и мощным голосом произнёс:

- Да будет мой Владыка Свидетелем и Хранителем сказанных здесь и сейчас слов!

После чего тоже положил свободную руку на алтарь. Глаза его при этом засветились холодным белым светом, как и сам мраморный алтарь. Первым заговорил мужчина в белоснежном халате, что на фоне сверкающего алтаря стал казаться серым.

- От имени своего и рода своего, я, Хатран, сын Хафана, из рода Хессанидов, подтверждаю и продлеваю слова, сказанные и данные ранее.

Спустя миг, заговорила Ашуир:

- От имени своего и рода своего, я, Ашуир, внучка Зайхиры, Дочь Пустыни, подтверждаю и продлеваю слова, сказанные и данные ранее.

По телам всех троих вновь прошла волна холода, а на сияющей абсолютно белой поверхности алтаря возникли чёткие и аккуратные письмена тёмного цвета, складывающиеся в ровные строки. Слова договора, заключенные между отцом нынешнего Светлейшего Халифа и ковеном Дочерей Пустыни. Затем, свечение погасло, письмена исчезли, и все трое разом убрали руки от алтаря, также разом выдохнув. Достав из кармана халата платок, Хатран вытер взмокшее лицо и несколько раз глубоко вдохнул. После чего, повернулся к волшебнице и жрецу:

- Слово было сказано и услышано. На этом мои дела здесь закончены. Прошу меня простить, почтенные, меня ждут другие дела.

Коротко поклонившись волшебнице и жрецу, а также своему спутнику, великий визирь, приходившийся двоюродным братом Светлейшему Халифу, вышел наружу и вместе со своей свитой удалился. Когда он ушёл, Вансир сделал изящный жест рукой:

- Прошу за мной, почтенная Ашуир-Вали. Преподобный, благодарим вас за уделённое нам время.

Жрец Хранителя Клятв молча кивнул и удалился в небольшое подсобное помещение алтарной комнаты. Волшебница же последовала за тайным советником Светлейшего Халифа по практически пустым служебным коридорам дворца, куда большинство обитателей этого самого дворца не пускали. Когда они покинули алтарную комнату, Вансир незаметным движением активировал амулет, создавший вокруг них Полог Тишины. Через мгновение, Ашуир активировала свой собственный амулет, создав вокруг них Полог Обмана, искажавший сказанные слова. Как только защита заработала, тайный советник вежливым голосом произнёс:

- Если желаете, почтенная Ашуир-Вали, мы можем сделать небольшой перерыв, перед тем как вы приступите к работе. Если хотите, я прикажу немедленно принести холодных напитков и свежих фруктов. Я прекрасно знаю, как сильно выматывают подобные клятвы.

- Благодарю, почтенный Вансир-Шан, я в порядке и желаю как можно скорее завершить то, ради чего меня пригласили. К слову, теперь, после подтверждения клятв, вы можете рассказать, для чего же меня позвали.

- К моему глубочайшему сожалению, вас не ждёт ничего такого, что было бы по-настоящему достойно вашего мастерства. Светлейшему подарили несколько новых наложниц, и он пожелал, чтобы вы их проверили. Ничего более. Их дальнейшим воспитанием и обучением займутся придворные мастера. Само собой, их уже всех проверили наши мастера, но Светлейший пожелал, чтобы их проверили ещё и вы, почтенная Ашуир-Вали.

- Желание Светлейшего – закон.

Про себя же волшебница тоскливо вздохнула. Кто бы сомневался. Хаттардину презентовали парочку новых игрушек для постели, и он хочет убедиться, что игрушки эти не опасны. Пускай их и проверили его мастера Магии Разума, как и каждую кандидатку в гарем господина, но осторожность лишней не бывает. Ибо хоть клятв с обязательствами на каждом из них куда больше, чем на Ашуир и её бабушке, но всякое может случиться. И иногда случается. И, что не менее важно и невольно заставляло про себя улыбнуться, мастерством своим они уступали ей. Лишь двое из них ненамного, остальные в разы. Всё же, ни у кого из придворных мастеров за спиной не было опыта целого ковена ведьм, существующего уже не одно столетие.

- Что-нибудь ещё?

- Также, Светлейший попросил вас побеседовать с одной из младших жён и двумя уже принятыми в гарем наложницами.

- Просто побеседовать?

- Пока что да, просто побеседовать, и ничего более.

- Какие-то конкретные вопросы?

- С младшей женой он попросил вас обсудить вопросы супружеского долга. В частности, его выполнения. С наложницами ситуация немного иная. Обе они пользуются определённой симпатией Светлейшего, но между собой им никак не удаётся найти общий язык. И ещё. Светлейший просил, чтобы ваша беседа с ними прошла неофициально.

- Понимаю. Сделаю всё, что в моих силах.

- Не сомневаюсь. Прошу, мы прибыли почтенная Ашуир-Вали.

Остановившись у пары высоких дверей, тайный советник одним прикосновением раскрыл их. За ними обнаружилось просторное помещение без окон, освещённое одними лишь магическими светильниками. Очень надёжно защищённое помещение. Зачарования стен тут были отменные, так что узнать, что творится внутри, снаружи было очень сложно. Из мебели же тут была лишь пара стульев, небольшой столик и удобное деревянное ложе с подушками. У противоположной от входа стены на мягкой подстилке сидела на коленях четвёрка молодых женщин. Довольно привлекательных женщин. Хотя, иные просто не попадут в гарем Светлейшего. Из одежды на них были лишь немногочисленные украшения, а также ошейники, от каждого из которых тянулся тонкий поводок. Все поводки держала в руках ещё одна женщина, высокая, крепкого телосложения, с равнодушным, но строгим лицом. Она была одета в обычный наряд наложницы, оставлявший большую часть тела открытой. Но грудь и лоно её всё же были прикрыты, а на поясе у неё висела пара кинжалов. На лбу у женщины был серебряный обруч, украшенный драгоценным камнем и с выгравированным символом. Он скрывал, как было известно Ашуир, клеймо-печать.

Сахи-Танан. Боевая наложница, или, как их ещё называли, стражница гарема. Попавшая туда не за красоту или знатность, а за умение сражаться и постоять за себя. Такая же при случае покорная игрушка, как и остальные, но способная защитить своего господина или другие игрушки. А ещё, не способная зачать другим игрушкам ребёнка, что немало важно. Зайдя внутрь вместе с Тонгой, Ашуир повернулась к сопровождавшему её тайному советнику:

- Мне потребуется пара часов для проверки. Во время работы, я попрошу не беспокоить меня, почтенный Вансир-Шан, без необходимости.

- Разумеется. Как только освободитесь, сразу дайте мне знать, при помощи обычного вызова, почтенная Ашуир-Вали. Я всё подготовлю к вашей дальнейшей работе.

С этими словами, он едва заметно поклонился и покинул помещение вместе с немногочисленной свитой. Телохранители волшебницы замерли по бокам от дверей снаружи. Не то чтобы они были необходимы. Репутация ковена Дочерей Пустыни, а также данное и подтверждённое на алтаре Хранителя Клятв слово защищали лучше многих стражников. Но статус и положение обязывали. Когда двери закрылись, и защита помещения заработала, волшебница неспеша прошлась по периметру комнаты, прикрыв глаза. Доверяй, но проверяй. Убедившись, что никаких следящих амулетов, или следов посторонней алхимии нет, она довольно улыбнулась. Подглядывать за ней во время работы пытались дважды. В первый раз, она просто уничтожила следящие амулеты. Во второй раз, пожаловалась бабушке, и они вместе, пусть и с немалыми усилиями, подбросили следящие амулеты прямо в покои придворного, что повелел их установить. В кровать, под одеяло. Намёк им был понят, и больше вынюхивать секреты её ремесла никто не пытался.

Усевшись за один из стульев, Ашуир аккуратно сняла с себя верхнюю часть одеяний, став похожей на одну из обитательниц того места, куда вскоре должна была попасть эта четвёрка. Стесняться тут было некого, а воздух здесь всё же был душноват, несмотря на исправно работавший очищающий амулет. Верная Тонга заняла соседний стул и положила на столик небольшой ящик с чародейскими принадлежностями. Аккуратно открыв его, Ашуир надела на голову магический обруч и достала пару жезлов. Пробудив артефакты, волшебница ещё раз осмотрела помещение, после чего перевела взгляд на молчавших женщин и их стражницу. Вроде бы, ничего подозрительного. Хорошо. Изящным жестом Ашуир указала кончиком жезла на крайнюю из женщин. Боевая наложница, зацепив поводки остальных за специальное кольцо на стене, подвела её к волшебнице.

Уложив её на ложе, волшебница усилием воли и одним взглядом погрузила кандидатку в сон. Благо, у не одарённой женщины сопротивляться ей не было шансов. Устроившись на стуле поудобнее, волшебница сосредоточилась, проникая в мысли и сны спящей. Ну что же, приступим к скучной и рутиной работе…

***

Проверка всех четырёх кандидаток заняла почти три с половиной часа, и оказалась скучной до безобразия. Никаких скрытых или подавленных воспоминаний. Никаких заложенных директив. Ни ключевых слов, меняющих приоритеты и ассоциативные связи. Ничего, ради чего стоило бы привлекать специалистку её уровня. Разве что у двух кандидаток было отчётливо видно достаточно простое, но качественно вложенное желание всячески услужить новому господину. За которым тоже не было спрятано никаких других желаний или намерений. Ничего, как и ожидалось. С другой стороны, если бы там было действительно что-то, то только мастер вроде неё и смог бы это заметить. За всю её жизнь, лишь однажды она натолкнулась на нечто действительно опасное. Весьма искусно внушённое одной из младших жён чувство ревности, что со временем должно было разгораться всё сильнее. А после вынудить её на необдуманный шаг, вроде физического устранения источников этой самой ревности.

Переполох тогда поднялся знатный, тем более что достоверно выяснить, кто и как внушил это чувство женщине, так и не удалось, слишком хорошо подчищены были следы. С тех пор, ничего столь же опасного в головах халифских игрушек ей не попадалось. Чтобы хоть как-то оправдать потраченное время, она составила параллельно с осмотром небольшую анкету на каждую из кандидаток. Скорее всего, такие уже составлены, но лишними не будут.

Закончив с последней из кандидаток, бывшей захваченной в плен во время пиратского налёта старшей дочерью мелкого дворянина одного из Вольных Городов с северного побережья Срединного Моря, и выведя её из состояния сна, волшебница вызвала тайного советника Светлейшего. Вансир явился буквально через несколько минут. Зайдя внутрь помещения, он вновь вежливо поклонился и поинтересовался:

- Как прошла проверка, почтенная Ашуир-Вали?

- Как вы и сказали, почтенный Вансир-Шан, в головах этих девиц не было ничего, что стоило моего внимания. Чтобы хоть как-то оправдать потраченное время, Тонга составила небольшое описание каждой из них. Предпочтения и отвращения в постели, особенности характера и прочие мелочи.

Обсуждаемые кандидатки на этих словах как одна бросили на Ашуир недовольные взгляды. Но рты не открыли. Взяв листки бумаги, исписанные убористым почерком Тонги, Вансир пробежал их глазами и с улыбкой спрятал в карман своего серого халата.

- Сразу видно работу настоящей мастерицы, почтенная Ашуир-Вали. Мастера Светлейшего, я уверен, будут вам очень благодарны за эту помощь.

- Мелочь, почтенный Вансир-Шан. Вы подготовили всё что нужно?

- Разумеется. Прошу за мной.

Дальше Ашуир отправилась вдвоём с Тонгой, оставив телохранителей ждать себя в отдельной комнате. Тайный советник провёл их такими же тайными коридорами до другого крыла дворца. Там, в небольшой комнатушке, Ашуир вместе со своей рабыней переоделась в скромные и закрытые одежды дворцовых служанок, разместив под ними магические артефакты. И заодно надев выданные Вансиром весьма качественные маскирующие амулеты, что должны были изменить их лица и голоса, а также скрыть предстоящие манипуляции. Закончив приготовления и получив последние инструкции, Ашуир вместе с Тонгой зашла через неприметный вход в гарем Светлейшего. От отцовского он отличался также, как угнанный волшебницей корабль от флагмана островитян. По сути, это было отдельный мир, огороженный от внешнего мира.

Тут было всё необходимое для комфортной жизни. Несколько купален и полноценные палаты для ухода за красотой. Столовая и кухня, которую обслуживали искусные повара. Множество отдельных спальных комнат, для каждой из младших жён, и общие, но не менее комфортные для наложниц. Здесь же был огромный сад, полный цветов и певчих птиц, а также небольшой пруд, где в прозрачной воде плавали различные яркие рыбки. И большой бассейн, со столь же прозрачной водой. В котором плескалось несколько обнажённых женщин. Ещё парочка миловидных девушек, одетая, по сути, в одни лишь украшения, сидела на мелководной части бассейна, вместе с маленькими детьми, что, весело крича, брызгались и игрались. Среди цветов в саду прогуливалось ещё несколько женщин, также почти полностью обнажённых, но с оружием.

На входе в гарем, Ашуир и Тонгу тут же встретил молодой красивый юноша. Из одежды на нём был только тонкий золотой ошейник на шее, и белоснежная набедренная повязка. Едва заметно склонив голову, он тихим голосом произнёс:

- Прошу за мной.

Коротко кивнув в ответ, женщины последовали за гаремным евнухом. Тот быстро провёл их, избежав встреч с местными обитательницами или обитателями, в одну из комнат, расположенных рядом с купальнями и палатами красоты. Замерев у дверей, он тихо произнёс:

- Она внутри. Как закончите, подайте мне знак.

Всё также коротко кивнув в ответ, Ашуир зашла внутрь комнаты вместе с Тонгой, закрыв за собой двери. Помещение внутри было погружено в интимный полумрак и наполненно ароматами благовоний. В специальных нишах горели ароматические свечи, а в центре находился удобный массажный стол. По бокам от входа вдоль стен стояла пара шкафов, заполненных пузырьками, горшочками, пучками душистых трав для стоявшей в углу жаровни, а также чистыми полотенцами и простынями. Едва дверь закрылась, как из угла комнаты, отделённого ширмой из тонкой ткани, вышла высокая женщина, с длинными светлыми волосами и надменным красивым лицом. Одета она была в один лишь короткий и тонкий халат из белоснежного шёлка, что позволял оценить её стройную фигуру, длинные ноги и большую грудь. Недовольно посмотрев на вошедших служанок холодными серыми глазами, она требовательно спросила:

- Где Хуфар? Я же повелела всё подготовить заранее! Почему мне приходиться ждать?!

Выполнив безупречный поклон, Ашуир вежливым голосом произнесла:

- Прошу простить его, почтенная Аманта-Вали, Хуфар уже спешит к вам! Прошу вас, можете укладываться на ложе, а мы всё подготовим, и как только он придёт, сразу приступит к массажу. И все ваши заботы и тревоги тут же пройдут.

Недовольно сверкнув глазами, женщина процедила:

- Уж пусть постарается.

Затем она расстегнула пояс халата и одним движением сбросила его с плеч, небрежно кинув его Тонге. Та подхватила невероятно дорогую вещь и бережно повесила её на вешалку в углу комнаты. Младшая жена Светлейшего тем временем забралась на массажный стол, застеленный свежей простынёй, и улеглась лицом вниз. Кивнув Тонге и показав ей четыре пальца, Ашуир подошла к шкафам с ароматическими маслами и кремами. Одновременно, прикрыв глаза, волшебница прощупала помещение. Чисто, никаких посторонних плетений, или следящих амулетов. Открыв глаза, Ашуир вместо одного из небольших кувшинчиков с душистым маслом положила на полку выданный Вансиром амулет и активировала его. Ну что же, теперь можно начинать. Передав кувшин своей рабыне, Ашуир подошла к лежавшей на массажном столе Аманте:

- Если госпожа желает, мы можем начать без Хуфара. Моя подруга умеет делать массаж ничуть не хуже, чем он. Уверяю вас, вам очень понравиться.

В ответ младшая жена Светлейшего недовольным голосом произнесла:

- Я просила Хуфара, а не какую-то девку-служанку! Он лучший из мастеров и…

Договорить женщина не успела, так как подошедшая к ней вплотную Ашуир положила ей ладонь на основание шеи. Лёгкое и точечное воздействие, отработанное годами практики, заняло один удар сердца. После чего, лежавшая на столе женщина разом расслабилась, погружаясь в сон без сновидений. Волшебница же наклонилась к ней, аккуратно откинула в сторону волосы и ласковым голосом произнесла прямо на ухо:

- Ну, во-первых, мы не какие-то служанки. Во-вторых, мою подругу учил тот же мастер, что и Хуфара. Ну и в третьих…

Приблизив губы вплотную к уху неподвижной женщины, Ашуир томным голосом произнесла:

- Гарем Светлейшего Султана – весьма опасное место. Не стоило снимать защитные амулеты.

Выпрямившись, волшебница погладила её по ухоженным шелковистым волосам и не отказала себе в удовольствии звонко шлёпнуть спящую женщину по упругой ягодице. После чего дала знак Тонге приступать, а сама взяла стоявший у стены стульчик и поднесла его к столу. Устроившись на нём поудобнее, Ашуир достала свои артефакты, вновь их пробуждая. И первым делом, ещё раз осмотрела помещение, тщательно выискивая следы посторонней магии или алхимии. Убедившись, что всё нормально, она вернулась к массажному столу. На нём Тонга уже успела перевернуть супругу Светлейшего на спину, и сейчас, сидя на ней верхом, старательно массировала её грудь, щедро полив её маслом. Совмещение физической стимуляции нужных мест с воздействием на разум давало отличные результаты, и было одним из излюбленных приёмов работы Ашуир. От умелых ручек смуглокожей рабыни женщина даже сквозь сон возбудилась, отчего она начала тяжело дышать и вся раскраснелась.

Усевшись рядом с ней, Ашуир аккуратно коснулась рукой её лба, осторожно меняя сон на глубокий транс. Аманта через минуту открыла глаза, пару раз моргнула и уставилась в потолок, ничего не видя перед собой. Наклонившись к ней, волшебница ласково погладила её по щеке и тихо спросила:

- Аманта, ты меня слышишь?

- Да…

Голос женщины был лишён каких-либо эмоций, как и лицо.

- Давай поговорим с тобой о твоём муже. И о твоём долге перед ним, как любящей его жены. Ты же любишь его?

Вопрос был совмещён с нажимом на её затвердевшие соски, отчего супруга Светлейшего невольно выдохнула:

- Да…

- Хорошо. Тогда послушай меня…

Наклонившись поближе к голове Аманты, Ашуир принялась тихо с ней разговаривать. Параллельно с этим, Тонга продолжала делать ей массаж, в нужные моменты по команде волшебницы усиливая или ослабляя движения. Сказав всё что нужно, и убедившись, что женщина сказанное услышала, осознала, но не запомнила, Ашуир сняла ментальную блокировку. После чего, Тонга буквально за пару секунд довела и так разгорячённую женщину до пика наслаждения. Затем, волшебница плавно погрузила её сознание обратно в сон.

***

- Ммм… что… где…

- Госпожа? Вы проснулись?

Открыв глаза, женщина удивлённо открыла глаза, пытаясь понять, где она находится и что происходит. И первое что она ощутила, это как умелые и нежные руки разминают её плечи, опускаясь всё ниже и ниже. Ммм. Как же хорошо…

- Прошу простить меня, госпожа, вы задремали, и я не смел вас будить.

- Ммм… Ничего страшного. Да, вот так. Ммм… Хуфар, ты лучший.

Блаженно застонав от удовольствия, Аманта довольно зажмурила глаза. Как же хорошо и приятно. Не хочется ничего делать. И ни о чём не думать. Просто лежать, и получать удовольствие. Сладко зевнув, женщина вновь провалилась в полудрёму. Про двух служанок и опоздание массажиста она даже не вспомнила. А «случайно» задержавшийся мастер и не думал ей ничего говорить. Так как тоже ничего лишнего не помнил, и был уверен, что прибыл точно в срок.

***

Откинувшись в удобном кресле, Ашуир сделала глоток воды из хрустального бокала, поданного Тонгой. Предварительно, проверив его содержимое, само собой. Всё же, с наложницами работать на порядок проще, чем с младшими жёнами Светлейшего. С последними приходиться быть очень аккуратными. Так как почти все они родственницы влиятельных вельмож. И их нельзя так просто превратить в очень красивую, но глупую дурочку, пригодную только для постельных утех и рождения детишек. Родственники могут такое не понять и обидеться. А учитывая, кем являются родственники халифских жён, это может быть опасно. Наложницы другое дело. С ними можно действовать не так тонко, особенно если сам Светлейший дал добро.

Вернув бокал рабыне, Ашуир перевела взгляд на широкую кровать. Там громко стонала, стоя на четвереньках, симпатичная светлокожая северянка с длинными каштановыми волосами и увеличенной при помощи алхимии грудью. Позади неё стояла на коленях такая же мулатка, как и Тонга, только с прямыми, а не вьющимися волосами. На фоне белокожей северянки, её кожа казалась темнее, чем она была на самом деле. Обхватив партнёршу за талию двумя руками, она ритмично двигала бёдрами, вгоняя в её лоно женский спаситель из тёмного полированного дерева, пристёгнутый к ней кожаными ремнями. При этом она то и дело отвешивала ей звонкие шлепки по раскрасневшимся ягодицам, вызывая особенно громкие стоны. В какой-то момент, она рывком подтянула её к себе за плечи, поставив на колени, и страстно впилась губами в шею. Одновременно одной рукой она схватила её за грудь, а второй скользнула между ног, вызвав особенно громкий стон. После чего, обе рухнули на кровать, тяжело дыша и крепко обнимая друг дружку.

Неплохие девочки, умные, красивые и страстные в постели. Вот только очень уж амбициозные, решившие во чтобы то ни стало добиться звания младших жён. И справедливо видевшие друг в дружке конкуренток. Из-за чего все силы стали тратить на то, чтобы подставить соперницу перед Светлейшим. Вместо того, чтобы совместно делать то, ради чего их и приобрели – дарить радость и наслаждение своему господину. Пришлось с ними немного повозиться, но в итоге удалось приглушить желание быть первой и доминировать у одной, усилив его у другой. Заодно, чуть-чуть взаимно подправив в их сознании образ друг дружки. Переделав его из откровенной соперницы и конкурентки в выгодную партнёршу, вместе с которой куда проще добиваться внимания господина. Ну и по мелочам подправить предпочтения в постели, чтобы они лучше подходили друг к дружке.

Для мастера её уровня, работа на пару часов. Всё же это не полностью поменять мировоззрение одарённой эльфийки, сохранив ей все нужные навыки и умения. Тем более, что действовала она, как и просил Вансир, предельно мягко и осторожно. Так как Светлейший пока что не желал их превращать в безмозглые игрушки для постели, хотя таковые у него тоже имелись. Поднявшись на ноги, волшебница оставила наложниц Светлейшего дальше развлекаться друг с дружкой, а сама же покинула его гарем вместе с Тонгой. На пару служанок, куда-то идущих в сопровождении мальчишки-евнуха, никто из его обитательниц даже не обратил внимания.

На выходе через неприметную дверь их уже встречал Вансир. Тайный советник вежливо поклонился волшебнице и поинтересовался:

- Как всё прошло, почтенная Ашуир-Вали?

- Успешно, почтенный Вансир-Шан. Всё сделала так, как вы просили.

- Прекрасно, в таком случае, не смею вас больше задерживать, очаровательная Ашуир-Вали. Позвольте проводить вас.

Вместе с тайным советником Светлейшего, они направились к выходу из дворца, предварительно переодевшись и по пути забрав телохранителей волшебницы. Идя по скрытым коридорам, где почти не было встречных, Вансир неожиданно произнёс:

- Позволите дать вам небольшой совет, почтенная Ашуир-Вали?

Вскинув удивлённо брови, волшебница ответила:

- Я вас слушаю, почтенный Вансир-Шан.

Добродушно улыбнувшись, тайный советник Светлейшего, не прекращая движения, вежливым голосом произнёс:

- Я начал свою службу ещё при дедушке нынешнего Светлейшего. Одной из моих постоянных головных болей, как тайного советника, всегда был и будет дворцовый гарем. И самые неприятные и неожиданные проблемы мне доставили те его обитательницы, что отличались остротой ушей и вечно молодыми телами. Мстительность и злопамятность их сородичей неспроста стала легендарной.

Несколько мгновений они шли молча. Затем Ашуир ровным голосом произнесла:

- Благодарю вас за совет почтенный Вансир-Шан.

- Всегда пожалуйста, почтенная Ашуир-Вали.

Проводив волшебницу до выхода из дворца, тайный советник коротко поклонился ей и удалился. Ашуир же не говоря ни слова забралась в свой паланкин вместе с Тонгой и приказал нести её на Халифский базар. По пути она первым делом проверила свой паланкин, но не нашла никаких следящих или подслушивающих амулетов. Тогда как? Прикусив губу, волшебница недовольно скривилась. Внешность бывает очень обманчивой, улыбчивый и добродушный Вансир был прекрасным тому подтверждением. Будь иначе, этот круглолицый толстячок не занимал бы должность тайного советника уже при третьем Светлейшем. Как же он узнал про Зитру? Неужели у него есть свои глаза и уши даже у неё дома?

Может ли он сообщить о ней Лесу? Вряд ли. Эльфы ему не друзья и никогда ими не станут. Не в последнюю очередь из-за парочки обитательниц халифского гарема. В отличие от Дочерей Пустыни, которые тоже пусть и не друзья ему, но по крайней мере достаточно надёжные партнёры. К тому же, предоставляющие весьма ценные и, даже можно сказать, уникальные услуги. Ссориться с ковеном ради возможной ответной услуги от Леса Вансир не станет. Чего же он хочет? Ответной услуги за молчание? Не похоже на него. Просто дать понять, насколько сильно его влияние, и как много у него соглядатаев? Больше похоже на правду.

Или он опасается мести со стороны Леса, в случае если они узнают про Зитру? И таким образом намекает ей на то, чтобы избавиться от опасной игрушки? Но для этого они должны про неё знать. А Ашуир хорошо зачистила хвосты. Да и к тому же у Дочерей Пустыни и так с Лесом вражда, пусть в данный момент и не открытая. Проклятье, как же он всё-таки узнал? Ох, ладно, это всё можно будет обдумать потом. Завтра. А сейчас же настало самое время немножко себя побаловать и порадовать новыми покупками. Потому что она это заслужила и может себе позволить!

Паланкин остановился во дворе большого, богато украшенного рельефами и цветастой плиткой прямоугольного здания, выходившего как раз па площадь, где находился Халифский базар. Волшебницу во дворе уже встречали. Едва носильщики опустили паланкин на землю, к нему бросилась четвёрка рабов, одетых в яркие и дорогие одежды, с бритыми наголо головами и клеймами на лбах. Двое первых наклонились друг к дружке, обнявшись, третий встал на четвереньки, а четвёртый лёг животом на вымощенный плитами внутренний двор. Всё ради важной гостьи. Откинув занавески паланкина, одетая в свой чёрный шёлковый наряд Ашуир неспеша вылезла наружу, пройдясь по головам и спинам слуг-рабов. Следом за ней вылезла Тонга.

Когда они ступили на землю, им навстречу сделал шаг упитанный мужчина в солидном возрасте, с роскошной курчавой бородой, одетый в дорогой халат из белоснежной ткани и расшитый тёмно-зелёными растительными узорами. На голове у него был большой и такой же белоснежный тюрбан. На каждом пальце у него было по украшенному самоцвету драгоценному камню, а на шее висело ожерелье из множества небольших золотых дисков, с выгравированными защитными орнаментами. Очень дорогие и весьма надёжные защитные артефакты. Позади него стояла пара высоких и мускулистых телохранителей, в дорогих доспехах, с чёрной как сажа кожей и суровыми неприветливыми лицами. Поклонившись подошедшей волшебнице, мужчина предельно вежливым голосом и с широкой улыбкой на лице произнёс:

- Какая неожиданная и приятная встреча, очаровательная Ашуир-Вали! Рад видеть вас в своём доме!

- Эта радость взаимна, почтенный Хефур-Шан. Надеюсь, у вас найдётся что-нибудь интересное для меня?

- Разумеется, разумеется! Буквально пару дней назад прибыла новая партия товара, и через пару дней должны будут состояться крупные торги. Но для вас, очаровательная Ашуир-Вали, двери моего дома открыты в любой день! Прошу вас, проходите. Как только я получил ваше сообщение, то приказал подготовить для вас всё самое лучшее.

Кивнув заливавшемуся соловьём главе одного из богатейших Домов, что нажил огромное состояние на торговле рабами, Ашуир вместе с Тонгой и телохранителями зашла внутрь здания. Про себя же волшебница скривилась, словно от зубной боли. Хоть мысли исходящего патокой Хефура и защищал очень хороший амулет, их можно было прочесть и без Магии Разума. Торговец живым товаром несколько раз ей делал предложения, как напрямую, так и через бабушку, о начале постоянного сотрудничества. И был более чем щедр в своих посулах. Что объяснялось весьма просто – выгода от такого сотрудничества для него превысила бы практически любые расходы. Он даже был готов отдать ей любого из своих младших сыновей, обладавших правом наследования. Или даже сделать старшей женой старшего сына, с приоритетом её будущих детей в наследовании. К великому его огорчению, несмотря на множество подарков, он получил вежливый, но всё же отказ. Бабушка дала ему очень ясно понять, что мужей и отцов будущих детей Дочерей Пустыни выбирает и одобряет только ковен.

Причём ответный, тоже очень щедрый подарок, вместе с письмом-посланием, Хефур обнаружил у себя утром в покоях. В очень надёжно охраняемых покоях, в самом центре роскошного родового особняка, на защиту которого денег он не жалел. Намёк торговцем был понят правильно, и больше он не предлагал Ашуир породниться. Но всё же смог договориться о «частных консультациях». В обмен на право приоритетного выкупа товара, в обход проводимых публичных торгов. Этим правом сейчас волшебница и решила воспользоваться.

Пара слуг распахнула перед хозяином и его дорогой гостьей очередные двери, и они вошли в просторное помещение, освещенное магическими светильниками. Там, идеально ровными шеренгами выстроились несколько десятков людей и нелюдей. Полностью обнажённые, не считая ошейников, и совершенно неподвижные. Тела большинства из них были натёрты маслом, отчего весьма соблазнительно блестели в свете умело направленных светильников. Все они находились в состоянии безвольных кукол, навроде того, в которое Ашуир ввела перед уходом из дома Зитру. Довольно улыбнувшись увиденному, Ашуир медленно проговорила:

- Вы не обманули мои ожидания, почтенный Хефур-Шан.

- Я бы не посмел, очаровательная Ашуир-Вали. Для вас я приказал подобрать только самое лучшее. Прошу вас, выбирайте.

С этими словами богатейший работорговец во всём Халифате сделал приглашающий жест. Волшебница же неторопливым шагом двинулась вдоль замерших шеренг рабов и рабынь, пристально разглядывая и оценивая их. В первой шеренге стояли уроженцы Вольных Городов, или ещё более северных земель. Все они, как мужчины, так и женщины, были весьма привлекательными. Причём среди первых была как пара очень миловидных юношей, что буквально просились в гарем того же Светлейшего, так и пара крепких мужчин, с телами покрытыми шрамами. Остановившись перед одной высокой северянкой, со светлыми волосами и серыми глазами, Ашуир протянула руку и провела ладонью по её крупной груди, с бледно-розовыми сосками. Трогать товар подобным образом позволялось только самым дорогим и важным клиентам.

- Откуда она?

- Из Теократии Солнцепоклонников, с северных её границ. Была захвачена налётчиками с Ледяных Островов и перепродана торговцам из Вольных Городов. Через них попала к нам. - отчеканил Хефур, что несмотря на высокий статус и состояние тщательно вникал во все детали своего дела.

Оставив грудь северянки в покое, Ашуир взяла в руки её ладонь, разглядывая пальцы.

- Ремесло?

- Была рабочей послушницей при одном из их монастырей. Весьма неплохо шьёт, а ещё замечательно поёт. Танцует тоже неплохо, но их северные пляски. Танцам страсти нужно учить.

Отпустив руку рабыни, волшебница осторожно сжала её челюсть, разжимая рот и осматривая зубы.

- Мои мастера красоты успели с ней поработать. Немного подлечили и подкормили, эти северные дикари едва не загубили эту красавицу. Заодно немного увеличили ей грудь и привели волосы в порядок. Также мои девочки и мальчики привили ей немного покорности и послушания. Ничего серьёзного с её разумом пока что мои помощники не делали.

Закончив осмотр рта северянки и оставшись довольной увиденным, Ашуир её аккуратно взяла за плечи повернула к себе спиной. Проведя рукой вдоль позвоночника, волшебница отметила гладкость кожи.

- Ваши мастера хорошо над ней поработали. Она мне нравится, я возьму её. Подготовьте.

Хефур тут же подал знак своим слугам. Те немедленно отвели северянку в сторону, а Ашуир же продолжила неторопливо двигаться вдоль рядов. Помимо уроженки далёкого севера, волшебница выбрала в первой шеренге ещё двух рабынь. Обе были уроженками Вольных Городов, пониже чем первая и с более миниатюрными фигурами. Одна из них была специально воспитана, или вернее будет сказать, выращена, как элитная домашняя рабыня-служанка. Едва заметное клеймо-печать известного торгового дома Ос’Олон на левой ягодице служило гарантией качества. Вторая же была из простых горожанок, которой повезло родиться с симпатичным личиком и хорошей фигурой, но не повезло невовремя отлучиться из родного дома. Конечно, её ещё учить и учить, но внешность девчонки окупала затраты.

Отобрав их, Ашуир перешла ко второй шеренге, где стояли исключительно темнокожие обитатели дальних югов, чьи земли соседствовали с непроходимыми джунглями ящеров. Из них волшебница отобрала пару девушек и одного мужчину крепкого телосложения. Все трое были родом из одного племени, что в полном составе было захвачено налётчиками чешуйчатых, во время крупного похода. Последние тут тоже имелись, в виде пары девиц, с гладкой тёмно-зелёной чешуёй и длинными гибкими хвостами. И ещё более гибкими раздвоенными языками. Но рептилии волшебницу не заинтересовали, в постели у неё были другие предпочтения.

Стояли ящерки вместе с остальными нелюдьми в третьей шеренге. Помимо них там имелось и несколько зверолюдок, с разной длины ушами и разной пушистости хвостами. Отдельно ото всех стояло несколько рабынь и рабов не просто в ошейниках, но и в кандалах на руках и ногах. Одна рабыня была с тёмной, почти чёрной кожей, ярко-жёлтыми глазами, мощной рельефной мускулатурой, плоской грудью и длинным гибким хвостом, как у пантеры. Вьющиеся чёрные как смоль волосы были собраны в тугой пучок на затылке. Тело её было покрыто многочисленными зажившими шрамами, а во рту были видны слишком мощные для человека клыки. Обособленно стояла пара чистокровных орков, что возвышались над остальными даже самыми высокими рабами на целую голову, а шириной плеч и мощью мускулов превосходили вообще всех присутствовавших. А также размерами известно чего. Оценив их толщину и длину даже в спокойном состоянии, волшебница невольно поёжилась, представив, на что должно быть похоже совокупление с ними. Показать бы их Биби, тогда он, наверное, сам откажется от своего малыша, поняв всю его истинную ничтожность.

Оценив размеры зеленокожих гигантов, Ашуир повернулась к Хефуру и с уважением произнесла:

- Как вам удалось заполучить таких красавцев?

В ответ торговец довольно улыбнулся:

- Перекупил у торговцев чешуйчатых. Как они мне сказали, если хочешь поймать степного жеребца, нужна не верная рука и прочное лассо, а хорошая домашняя кобылка.

Улыбнувшись, волшебница повернулась к неподвижным гигантам, что одной рукой могли бы переломить её пополам.

- Действительно.

Двинувшись дальше вдоль шеренги с нелюдьми, Ашуир прошла её до конца. Из интересного была одна змеелюдка, с тёмно-коричневой чешуёй с жёлтыми пятнами и загорелым человеческим телом с явно увеличенной алхимией грудью. Кончик хвоста её заканчивался довольно большой погремушкой, а на глазах была повязка из плотной тёмной ткани. Указав на погремушку, Ашуир повернулась к торговцу:

- Будьте поосторожнее с ней. Подобные ей порой способны туманить разум не только взглядом, но и треском хвостов.

Хефур в ответ кивнул и благодарно произнёс:

- Меня предупреждали, почтенная Ашуир-Вали. Мы держим её погремушку замотанной в ткань, я приказал снять её для демонстрации вам.

В самом конце шеренги обнаружилась пара симпатичных полуэльфиек. Вернее, одна из них была квартеронка, в пользу людской крови. Её уши были едва заметно заострены, да и фигурой она больше напоминала темнокожих обитательниц юга. Вернее, тех из них, что отличались пышностью форм и губ. Длинные тёмные вьющиеся волосы были собраны в роскошный хвост, ниспадавший до середины спины. Вторая же, хоть и была такой же смуглой, но фигурой куда больше походила на вечно молодых сородичей. Светло-серые волосы и тёмно-фиолетовые глаза, в купе с надменно-гордым выражением лица, которое не смог сгладить даже рабский плен. Кто-то из родителей явно был из числа вечномолодых обитателей Подземья.

Осмотрев и оценив обеих, Ашуир цокнула языком. У неё теперь уже есть одна ушастая, причём чистокровная. Эти к тому же стоили совершенно бессовестных денег. Что поделать, ушастые были товаром весьма редким. Закончив осмотр и так никого из нелюдей не выбрав, волшебница подошла к ожидавшему её Хефуру:

- Вы не разочаровали меня, почтенный Хефур-Шан. Эти шестеро станут отличным дополнением для моего дома.

- Нисколько в этом не сомневаюсь, почтенная Ашуир-Вали. И позвольте сказать, вы сделали отличный выбор.

- Сколько вы хотите за них?

- Могу уступить всех шестерых по цене трёх, взамен на услугу с вашей стороны. Как я уже сказал, скоро должны состояться торги. И ваша помощь была бы для меня бесценна.

Мысленно волшебница недовольно скривилась. У неё дома ждёт прелестная ушастая рабыня, которой нужно заниматься! С другой стороны, такая скидка была очень заманчивой. Можно будет и ещё кого-нибудь прикупить. К тому же, на торгах будет участвовать не только Дом Хефура. У других торговцев живым товаром тоже порой попадаются весьма стоящие экземпляры. Поколебавшись ещё пару секунд, волшебница кивнула:

- Я согласна, почтенный Хефур-Шан…

Поторговавшись ещё немного ради приличия, а также обсудив время и сроки работ, Ашуир оставила торговцу расписку, закреплённую личной магической печатью, по которой он мог получить нужную сумму в казначействе Светлейшего. После чего, она распрощалась с не перестававшим заливаться соловьём работорговцем и покинула его торговый дом. Её покупки, уже одетые в просторные и чистые одежды простых горожан, ожидали волшебницу снаружи. Всё в таком же покорно-безвольном состоянии. Забравшись внутрь паланкина вместе с Тонгой, Ашуир приказала двигаться в сторону дома.

Когда она добралась до отцовского особняка, солнце уже коснулось горизонта. Внутри её встречала вместе со служанками недовольная бабушка:

- Ашуир, почему ты так… это ещё что?

- Я решила заглянуть на обратной дороге на Халифский базар, бабушка. И прикупила себе пару прелестных игрушек. Правда, они очень миленькие?

Недовольно нахмурившаяся ведьма подошла к выстроившимся в шеренгу в холе особняка рабам. Пройдясь вдоль них, она деловито осмотрела рабынь, задержавшись дольше всего у единственного купленного мужчины. Его бабушка осматривала и ощупывала особенно пристально. После чего, лицо её подобрело, и она довольно кивнула:

- Хорошие. Но наверняка стоили приличных денег?

- Хефур уступил мне их за полцены. Но придётся помочь ему подготовиться к торгам.

- Понятно. Ну, будет тебе лишняя практика. Только будь осторожней с этим гадёнышом.

- Само собой. Может, вновь послать ему очередной подарок? У него скоро старшая жена должна как раз родить очередного ребёнка.

- Хорошая мысль. Ладно, размести свои покупки и идём ужинать.

После приёма пищи Ашуир направилась вместе с Тонгой к её брату. Тот, как и было приказано, находился в комнате для особых гостей, что располагалась в подвале особняка. Там, пристёгнутая широкими ремнями к специальному креслу, полулежала взмокшая и раскрасневшаяся полностью обнажённая Зитра. Эльфийка была в сознании и, если бы могла, кричала во весь голос. Но плотный кляп во рту позволял ей только мычать и пускать слюни по подбородку и груди. Из глаз Зитры текли обильные слёзы. Причина её состояния была проста.

Устроившись на небольшой табуретке, между её широко разведённых ног сидел Отонг, сжимая в руках небольшой металлический магический жезл, заканчивавшийся набалдашником в виде шара. Который тихо жужжал, словно пчела, и едва заметно вибрировал. Этим жезлом раб медленно водил между нижних губ эльфийки, из которых на сидение кресла уже натекла небольшая лужа любовных соков. Но всякий раз, когда пленница приближалась к тому, чтобы достигнуть пика наслажденья, Отонг отводил жезл, прекращая мучения и давая пленнице успокоиться. После чего, начинал всё сначала.

Рядом с ним, на небольшом столике лежало ещё несколько жезлов, а также пара длинных пушистых перьев, которыми очень удобно щекотать беспомощных пленниц. Полюбовавшись несколько секунд этим прелестным зрелищем, волшебница неспеша подошла к Зитре, что вперилась в неё злым и полным отчаяния взглядом. Обойдя эльфийку кругом, Ашуир расстегнула ремни на затылке пленницы и освободила её от кляпа.

- Здравствуй, моя милая Зитра. Как ты себя чувствуешь?

Ушастая ничего не ответила, лишь прикусила губу, тяжело дыша от возбуждения и невозможности финишировать. Ладонями она буквально вцепилась в подлокотники и поджала пальцы ног. Улыбнувшись, Ашуир наклонилась вперёд и приблизила губы к уху пленницы, одновременно начав медленно ласкать её грудь, что после приёма увеличивающей размер алхимии должна была стать ещё более чувствительной.

- Знаешь, а ведь всё это может прекратиться прямо сейчас. Тебе всего лишь нужно меня об этом попросить, моя милая Зитра. Одна твоя просьба, и это мучение закончиться. Его сменит невероятное наслаждение. Тебе нужно всего лишь попросить меня, как послушной девочке. Конечно, ты можешь упрямиться и дальше. Но к чему это? Так, ты не добьёшься ничего, кроме ненужных страданий.

Приблизившись вплотную к уху тяжело дышавшей эльфийки, Ашуир томным голосом произнесла:

- Итак, что ты выбираешь, моя милая Зитра? Бессмысленные мучения? Или наслаждение и облегчение?

Облизав губы, ушастая тяжело сглотнула и хриплым голосом произнесла:

- Прошу вас, прекратите это, госпожа Ашуир.

Довольно улыбнувшись, волшебница ласково поцеловала её в щёку и произнесла:

- Послушная девочка.

После чего обхватила губами чувствительный кончик длинного эльфийского ушка и сжала большими и указательными пальцами соски пленницы. Одновременно, проводя тщательно выверенное воздействие на измученный разум Зитры. Закричав, та выгнулась дугой, насколько позволяли ремни, бурно финишировав и одновременно обмочившись, забрызгав сидевшего перед ней Отонга. А в сознании эльфийки ещё прочнее и сильнее стала простая истина: сопротивляться Ашуир – плохо. Подчиняться – приятно. Ласково погладив ушастую по взмокшим волосам, волшебница дружелюбным голосом произнесла:

- Вот видишь, это же было так приятно, моя милая Зитра. А теперь тебе пора отдохнуть. Спи, моя милая. Засыпай.

Без труда погрузив сознание измученной за день эльфийки в сон, волшебница выждала некоторое время, проверила, что все внушения и корректирующие сны в полном порядке, после чего вновь разбудила Зитру. На этот раз, именно Зитру. Немного пообщавшись с ней, она направилась в свои покои, готовиться ко сну. Но сначала дождалась, пока Отонг сводит эльфийку в купальни, приведёт её в порядок и доставит обратно к хозяйке. Отпустив раба, Ашуир ещё раз перед сном проверила состояние ушастой, убедилась, что та спокойно спит и видит правильные сны, после чего заснула с ней в обнимку, крепко обняв её руками и ногами.

***

- Ауауаау!

Открыв глаза, королева скользнула взглядом по висевшим на стене спальни часам. Как по расписанию. Зарывшись лицом в подушку, она толкнула ногой тёмную:

- Твоя очередь.

Обречённо застонав, Сиси вылезла из-под одеяла и с полузакрытыми глазами направилась к детской колыбельной, на ходу стаскивая через голову ночную рубашку, оставаясь полностью обнажённой. Сивила же перевернулась на другой бок и прикрыла глаза, стараясь поскорее вновь заснуть. За её спиной требовательный крик младенца сменился громким причмокиванием. Сыночек у Лулу оказался с отменным аппетитом и врождённым гномьим хронометром. Иначе объяснить то, как он просыпался постоянно в одно и тоже время, требуя внимания и еды…

-Ауааауа!

Да что же такое! Королева собралась отчитать бестолковую тёмную, но вместо этого услышала сонное:

- Ваша очередь, госпожа.

Открыв глаза, Сивила нашла взглядом часы и убедилась, что это действительно так. Несколько ночных часов пролетели за один миг. Да что ж такое. Громко и обречённо зевнув, королева Леса вылезла из-под невыносимо притягательного одеяла и направилась в сторону колыбельной. Осторожно взяв из неё орущий свёрток, она распахнула ворот ночной рубашки, который уже перестала вообще застёгивать, и прижала младенца к груди. Громкие и требовательные крики сменились чуть менее громким причмокиваниями. Ох, выспаться теперь получиться не скоро. Зевнув, королева кинула взгляд на часы. Ладно, всё равно скоро пора вставать. Где бы найти способ растянуть утренние полчаса раза в два. А лучше в десять.

Потянувшись, из своей отдельной кровати вылезла Катрина, такая же сонная, как и две эльфийки. Поклонившись королеве, она начала быстро приводить себя в порядок и одеваться. К тому моменту, как сын Лулу высосал из груди Сивилы всё молоко, Катрина уже успела подготовить чистые пелёнки и горшочки с детской присыпкой. Бережно передав ей довольного младенчика, королева покинула спальню и направилась в купальню. Там её уже ждали Анета с Марьяной. Водные процедуры взбодрили королеву, и завтракала она уже в гораздо более свежем состоянии. Во время приёма пищи Фиорель привычно зачитал королеве текущую почту, среди которой не оказалось ничего важного. Если не считать очередного письма от супруга, что вновь задерживался на восточной границе Леса. Разумеется, исключительно по делам оного Леса.

Закончив завтрак, королева вместе со своими девочками переоделась в рабочее платье, причесалась, навела красоту и в точно назначенное время зашла в переговорную комнату своих покоев. Там её уже ждали трое эльфов. Верховный Эмиссар, Верховный Казначей и Глава Тайной Стражи. Вежливо поприветствовав всех троих, королева заняла место во главе стола.

- Приветствую вас, почтенные. Времени у нас немного, поэтому, давайте сразу перейдём к делу.

- Согласен. Хотя, я не уверен, стоило ли мне сюда приходить, раз уж вы уже всё обсудили с Арендалем - пожал плечами Верховный Эмиссар.

Мысленно королева закатила глаза. Начинается! Во имя Леса, всем не по одной тысячи лет, а вести себя порой начинают словно малые дети двухсот лет отроду. Изобразив самую обворожительную улыбку, на какую была способна, Сивила ответила:

- Ну что вы такое говорите? Если бы я считала, что вам здесь нечего делать, то я бы не поддержала вашу кандидатуру на нынешний пост. И мне казалось, что уж вы-то прекрасно знаете, что я предпочитаю везде, где это возможно, напрямую общаться с теми, кто непосредственно работает на земле. Очень часто, это позволяет избежать упущений, которые возникают при общении через доклады начальников.

- К слову об этом, - подал голос Верховный Казначей. – Мы ведь совсем недавно обсуждали вопрос Морграфа. Почему вы сами, мой дорогой коллега, не внесли это предложение?

- Потому, и вам это прекрасно известно, мой почтенный коллега, что бюджет на «подарки», выделяемый эмиссарам, расписан на много лет вперёд вплоть до медного талера. И направлен он в основном на восток. Так как с зеленокожими орками договориться в этом плане гораздо проще, чем с северными фанатиками.

- Раз так, то есть ли смысл вообще нам что-либо здесь обсуждать?

- Более чем, - заговорил глава Тайной Стражи. – У короля-жреца хватает проблем на севере с обитателями Ледяных Островов. Его вполне можно убедить не лезть ещё дальше на юг, а сосредоточиться на борьбе с ними и укреплении прибрежных крепостей. Особенно после недавнего налёта, в результате которого был разграблен целый монастырь их Солнцеликого.

- Раз вы так говорите, коллеги, то давайте решать, чем мы пожертвуем, ради наших дорогих северных соседей, - пожал плечами Верховный Казначей и начал раскладывать перед собравшимися листы бумаг и свитков.

Мысленно Сивила застонала. Это надолго.

***

Совещание заняло весь день и затянулось до самой ночи, чем вымотало изрядно. Короткие перерывы на обед и разбор других неотложных дел, которые имелись у всех четверых, облегчения не принесли. Всё же Верховный Эмиссар был прав, с теми же орками в этом плане договариваться куда проще. О да, зеленокожие очень любят рассказывать всем о своей несравненной воинской доблести и бесстрашии. И всё это не пустые разговоры. Но тем не менее, они весьма охотно предпочитают взять откуп, вместо того чтобы идти штурмом на лесные укрепления эльфов, или замки и города людей. Размер оного откупа напрямую зависел от того, насколько крупная ватага или, что куда хуже, орда подошла к границам людей или эльфов.

С фанатиками же Солнцеликого в этом плане куда сложнее. Тем могут из принципа не взять никаких даров от тех, кто не почитает их бога. Или погибнуть до последнего в неравном бою, но не заплатить ни орена мерзким язычникам, заставив тех взять плату кровью за добычу. Но в этом и заключается искусство дипломатии. В итоге, нужное количество и тип подарков для его священного величества удалось согласовать. Правда, урезав расходы дворца. Но на что не пойдёшь, ради блага Леса? Когда совещание было закончено, Верховные Казначей и Эмиссар ушли, а вот Третий задержался. Дождавшись ухода коллег и активации защиты, он коротко произнёс:

- У нас проблема.

Закатив глаза, королева, понимая, что сон откладывается, произнесла уставшим голосом:

- Почему я не удивлена?

***

- Я не соглашалась на подобное! Вы мне обещали! Давали гарантии!

Сидевшая в удобном кресле агентесса Тайной Стражи смотрела на королеву полными бешенства глазами. В специальном помещении помимо неё находилась часть команды Сумрака, Третий, а также несколько специалистов по Магии Разума. Последние в данный момент стояли рядом с лежавшей на специальном ложе в центре ритуального круга коллегой агентессы. Та была обнажена, глаза её были закрыты, но дыхание было тяжёлым. Неподалёку от магов стояло широкое круглое зеркало, в котором отражались сны, что сейчас видела агентесса. Довольно влажные сны, с участием одной весьма красивой волшебницы из числа людей.

- Зитраэль, послушай меня, мы делаем всё, чтобы вытащить тебя! Наши агенты уже подготавливают операцию, скоро мы тебя вызволим. Тебе нужно продержаться ещё несколько дней…

- И превратиться в сисястую и тупую любительницу сосать члены хумасов!?

- Зитраэль, прошу тебя. Мы не можем полностью нивелировать её воздействие, иначе мы раскроем всю операцию. Ты не хуже меня знаешь, как сложно скрывать связь и переносить сознание…

- Знаю! А ещё знаю, что я соглашалась помочь поймать налётчиков на Лес ради спасения племянницы, а не оказаться в руках похотливой любительницы коверкать разумы! Об этом не было уговора, а вы давали мне гарантии!

Мысленно закатив глаза, королева про себя тихо выругалась. Всё-таки Зитраэль не Туриэль. Но что поделать, профессиональных агентесс из числа эльфиек не так много, как хотелось бы. Да ещё оказывается, что некоторые из них уже неизвестно сколько лет не агентессы, а клеймённые рабыни, вместо которых непонятно кто работает и шлёт отчёты. Сколько проблем…

- Зитраэль, мы понимаем, чем ты рискуешь. Я тебе даю слово королевы, что пережитые тобой невзгоды будут оценены по достоинству, как только мы вытащим тебя и ты пройдёшь лечение в Садах Жизни…

Недовольно сложив руки на груди, агентесса Тайной Стражи, в чьём теле сейчас находился разум Зитраэль, требовательно произнесла:

- И во сколько же вы, Ваше Величество, оцениваете мои страдания во благо Леса?

Всё также про себя, королева устало, но довольно улыбнулась. Всё как всегда. Где бы самой ей найти кого-то, у кого можно было бы вытребовать за свой труд во благо Леса дополнительные преференции и блага? Вслух же Сивила произнесла совсем другое:

- Возможность приоритетно использовать дворцовый источник магии ближайшие сто лет и двухкратное увеличение бюджета. На личную практику.

- Двести лет и четырёхкратное!

Верховный Казначей будет в восторге, когда проснётся завтра утром.

- Хорошо, я согласна. Прошу тебя, Зитраэль, держись. Помощь уже близко.

Успокоив агентессу, которая, с большой вероятностью, истерику лишь изображала, набивая себе цену, королева подошла к Третьему, что наблюдал за эльфийкой, что сейчас принимала на себя удар Магии Разума. Вместе с ним, они переместились в его кабинет. Как только защита вышла на максимум, королева спросила прямо:

- Как наши дела?

- Лучше, чем мы ожидали. Нам повезло, что ведьма оказалась занята и не смогла сразу приступить к полноценной работе над Зитраэль. Есть шанс оттянуть этот момент ещё сильнее. Мы стараемся переносить и нивелировать как можно больше воздействий, но эффект от них накапливается. И растёт риск, что Ашуир заметит связь. Нужно вытаскивать её как можно скорее.

- Луаваль скоро доберётся до места встречи. Сумрак готов?

- Да, он со своими подчинёнными будет там вместе с воинами Бравлина точно в срок. Главное, чтобы беглецы смогли добраться.

- Их шансы велики. Что насчёт «Полдня»?

- Пока ничего конкретного. Приходиться действовать очень осторожно, так как непонятно, как давно агентесса была скомпрометирована, и как глубоко проник враг. Пока что могу сказать, что крайний раз, когда Тиантрель достоверно была ещё собой, был восемь лет назад, как раз перед её отправкой из Леса на север. И последним, с кем она общалась, был как раз Арендаль.

- Что неудивительно, учитывая, что он её куратор и связь она поддерживает тоже через него. Удалось что-нибудь выяснить насчёт него?

- Пока что ничего подозрительного обнаружить не удалось. Эмиссары всегда в зоне риска и к ним особое внимание. Особенно к тем, кто работает в Теократии. Но у меня мало свободных агентов, а действовать приходится очень осторожно. К тому же, хватает других забот, особенно на востоке.

- А когда было иначе? – философски пожала плечами королева, - Что насчёт проверки остальных агентов?

- Действуем очень осторожно. Учитывая специфику их работы, проверить их непросто. Особенно сделать это так, чтобы не привлечь к ним внимания. Пока что ничего.

- Понятно. Как наши дела в Сахиб-Нере с подготовкой эвакуации?

- Неплохо. Подготавливаем дополнительные спецсредства, прорабатываем пути отхода и несколько убежищ. Правда, их полную надёжность гарантировать нельзя. Так что в идеале Луавалю вместе с Зитраэль сразу надо будет покинуть город.

- Само собой. Будем надеяться, что новых проблем не появиться.

***

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Полная неподвижность. Полное спокойствие. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Тишина. Лишь мерное дыхание спящей женщины и ничего более. Осторожно открыв глаза, агентесса Тайной Стражи, известная среди коллег под позывным Шёпот, несколько минут лежала неподвижно, продолжая прислушиваться и «прислушиваться» к окружающему пространству. Последнее было совсем непросто, учитывая, что работать приходилось в чужом теле, да ещё и с подавляющим магию ошейником. Но почти полторы тысячи лет опыта службы в Тайной Страже Леса – суть великая сила. Это позволяет кое-что, даже в таком ограниченном состоянии. Тем более, когда у тебя за спиной поддержка этой самой Тайной Стражи, пусть и по очень ограниченному каналу. Хотя, надо признать, бывали у неё операции и посложнее.

Закончив «прислушиваться» к обстановке в комнате и убедившись, что всё в порядке, она осторожно, чтобы не разбудить, вывернулась из объятий мирно спавшей женщины. Хорошо, что у неё нет следящих амулетов и запоминающих кристаллов в спальне. Иначе бы пришлось куда сложнее. Но её можно понять, такие меры безопасности палка о двух концах. Если кто-то сможет получить к ним доступ, может выйти очень неприятно. Поэтому, в личных покоях их предпочитают не ставить. В первую ночь она потратила большую часть времени именно на их поиск, и только убедившись в их отсутствии приступила к работе. Если бы не этот магический ошейник, это заняло бы куда меньше времени.

Аккуратно уложив заворочавшуюся волшебницу на спину, Шёпот тут же положила ей ладонь на шею, надавив указательным пальцем в определённую точку. Женщина сразу же успокоилась, а её сон стал глубоким и спокойным. И никакой привычной одарённым магии. Никаких заклятий, что так легко заметить, или алхимии. Просто огромный опыт и отличное знание человеческой анатомии и особенностей тонких тел. Удивительно, сколь много можно добиться легчайшими воздействиями на правильные места. Из людей, в подобном искусстве знали толк очень немногие. В основном, обитатели далёких восточных земель и островов. Хотя и на западном краю ойкумены были мастера подобных практик. Но очень немного.

Убедившись, что волшебница погружена в глубокий сон, Шёпот убрала в сторону одеяло и осторожно раздвинула её ноги в стороны. Усевшись между них, она наклонилась вперёд и прижала ладони к лицу спящей женщины, затем несколько секунд сидела неподвижно. Как же легко было бы оборвать её жизнь. Вот только после этого вытащить соплеменницу будет невозможно. Да и работать на юге станет на порядок сложнее. Дочери Пустыни славились не меньшей злопамятностью и мстительностью, чем сами эльфы. Так что придётся действовать по-другому. Сосредоточившись, Шёпот медленно провела ладонями вдоль тела спящей волшебницы. От лица до нижних губ. Обратно вверх, по бёдрам, затем вдоль рук. Снова вниз. Настроившись на энергоканалы спящей женщины, Шёпот принялась водить кончиками пальцев по её телу вдоль них. В нужных места усиливая нажим и повторяя движение по нескольку раз. В других местах аккуратно надавливая кончиком пальца с максимально возможным усилием.

Никаких сложных заклятий или алхимии. Просто приглушение одних энергоканалов тонкого тела и усиление других. Таким способом, можно легко убить или покалечить. Но сейчас требовалось нечто иное. Минимальное воздействие, которое очень непросто заметить, если не знать куда смотреть и не быть специалистом в определённых практиках. Даже для одарённой Дочери Пустыни. Через час, работа была закончена и Шёпот аккуратно вернулась в объятия мирно спавшей волшебницы. У которой в тонком теле произошли едва заметные изменения. Энергоканалы, что вели от головы к остальным частям тела, немного ослабли. Зато тройка ведущих к голове каналов, что начиналась в районе сосков и лона, наоборот усилилась. Немного. Но всё же.