История королевы эльфов

Задания королевы эльфов

С высоты башен герцогского замка Морграф действительно выглядел красиво. Город был старым, но не древним, и это отчётливо просматривалось в его архитектуре. Морграф разрастался постепенно, изначальная укреплённая крепость, основанная несколько столетий назад, обросла посадами и ремесленными мастерскими. Когда их стало столь много, что отдавать их врагам на разграбление во время набегов было никак нельзя, их окружили стеной, обновив границу города. И история повторилась вновь.

Несколько раз за его долгую историю город разоряли захватчики, но полностью разрушить его не смогли ни разу. Даже после самого жесткого разгрома во время одной из Великих Войн с орками город отстроился заново. Причина подобной живучести была очевидна. Очень удобное место, где пересекались морские, речные и сухопутные торговые пути. Всё это дополняли плодородные земли, окружавшие город, всё ещё не до конца сведённые леса, гора Монт Рос, чьи недра до сих пор хранили множество богатств, и отличные рыбные промыслы. А также очень удобная и глубокая бухта, что позволяла подходить к городу даже самым тяжелогружённым судам. Два мыса, вдававшихся в море и образовывавших бухту, жители города старательно укрепляли на протяжении многих поколений, превратив их в часть городских стен и укреплений. Что в значительной мере обезопасило город от угрозы с моря, а в случае осады с суши позволяло доставлять продовольствие на кораблях.

Самая старая часть города, Верхний Город, окружённая отдельной наиболее добротной и современной крепостной стеной, располагалась на северном, довольно высоком и крутом берегу Дантры, примыкая вплотную к крутым склонам подножия горы. На этих склонах, словно оседлав их, возвышался замок герцога, выстроенный умелыми мастерами на небольшом плато. В Верхнем Городе располагались самые богатые кварталы, принадлежавшие филиалам крупных торговых или мастеровых гильдий, самые богатые и влиятельные храмы, а также самые роскошные заведения по увеселению гостей или жителей города. Там же находилась возвышавшаяся над городом полноценная магическая башня, отданная в пользование придворному магу герцога. Оно и понятно, магические башни это одни из эффективнейших средств обороны города. И поэтому её разместили там, где это было наиболее выгодно для защиты имущества богатеев и герцогского замка, а не там, где наиболее нужно с точки зрения обороны города. Очень по-людски.

На более пологом южном берегу Дантры находился Средний Город, где жила большая часть простых горожан, стояли небольшие ремесленные лавки, храмы и молельные дома не самых влиятельных культов, находился главный городской рынок, а также несколько рынков поменьше. В том числе и рынок рабов. Отдельно громоздились вдоль морской и речной набережной торговые склады, куда каждый день подвозили по реке или по морю бесконечные грузы, что практически непрерывно разгружались, перегружались, продавались, перепродавались, а порой и похищались. В бухте Морграфа постоянно стояли на рейде не меньше десятка судов, как из других Вольных Городов, так и из более далёких земель. И это не считая множества мелких рыбацких судёнышек. Широкая и достаточно глубокая река тоже была забита пузатыми баржами и мелкими лодками, что нескончаемым потоком вливались в город через Речные Врата, расположенные в наиболее узком месте реки, где через неё перебросили городские стены. Это создавало бесконечную толкучку, которая служила неиссякаемым источником отборной ругани и мелких драк, порой перераставших в настоящие речные баталии.

Не облегчало речное судоходство и то, что Между Верхним и Средним Городом было перекинуто четыре каменных моста через Дантру, разной высоты и ширины. Самый большой из них, который, как оригинально, назывался Большим, был по краям застроен мелкими домишками, у которых на первых этажах располагались лавки. И большинство из них снабжалось товарами прямо с колёс, в смысле, с вёсел и парусов. Хотя последними в черте города почти не пользовались.

За крепостной стеной Среднего Города, усиленной рвом и несколькими малыми магическими башнями, что держала одна из гильдий магов, широким полумесяцем раскинулся Нижний Город. Хотя назвать этот гадюшник городом, значило изрядно ему польстить. Сотни, если не тысячи убогих домиков, лепившихся друг к другу и друг на друга, так, что с кривых улочек зачастую неба не было видно. Обитель бедняков и нищих, как родившихся здесь, так и приехавших в «Жемчужину» Вольных Городов в поисках лучшей жизни. Хоть какая-то видимость порядка поддерживалась лишь вдоль Южной Дороги в город. Но именно что видимость, благо большинство хоть сколько-то состоятельных людей предпочитало попадать в Морграф либо по реке, либо через Восточную и Северную дорогу, что вели прямо в Средний и Верхний Города соответственно.

И их можно было понять. Нижний Город был рассадником всевозможных воровских и бандитских шаек, а также неиссякаемым источником «живого» товара, добываемого методами разной степени законности. Чужака местные обитатели обязательно попробуют на зуб, если только не будут абсолютно уверены в том, что добыча им не по зубам. Если не убить, то хотя бы ограбить точно попытаются. Но с высоты башен герцогского замка, построенного толковыми зодчими, Нижний Город был практически неразличим, особенно после заката, когда убогие лачуги и халупы погружались в полнейшую темноту, сливаясь с раскинувшимися вокруг них полями и пастбищами. Зато был неплохо виден Средний Город, и прекрасно виден Верхний Город, освещённый множеством огней. И где после заката жизнь не замирала, а разгоралась как бы не ещё ярче.

Выглядело это действительно красиво. Если, опять же, не вглядываться в темноту, скрывавшую трущобы. К тому же, здесь на высоте не чувствовалось смрада нечистот, сливаемых в море и реку, запаха рыбы разной степени свежести, вони пригнанной на продажу или на убой скотины и производимого ею навоза. Но Луавалю и не нужно было приглядываться к скрытому в темноте. Сын Подземья привык с рождения к куда более кромешной тьме, где нет такого яркого света звёзд и луны. Его глаза отчётливо видели трущобы, окружавшие Морграф. И это же не позволяло восхищаться «Жемчужиной» Вольных Городов. Впрочем, он и не собирался. Шевельнув кончиками длинных чёрных ушей, он прислушался к тому, что творилось несколькими этажами ниже, и довольно улыбнулся. Наконец-то все улеглись.

Одним слитным хищным движением он поднялся на ноги, потягиваясь после долгого и неподвижного сидения на крыше одной из башен замка герцога Монт Рос. Надо отдать Аугусту должное, на защите своего жилища он не экономил. Оборона замка была организованна на очень хорошем уровне. Гвардейцы-охранники, сторожевые псы, магические и обычные сигнальные системы. Причём всё отменного качества. Даже ему пришлось бы постараться, чтобы проникнуть сюда с наскока. К счастью, подружка Сивилы не только кувыркалась в постели с герцогом, в перерывах рожая ему детишек-полукровок, но ещё и неплохо изучила защиту своего дома. Даже ту её часть, о которой она знать не должна была и, по мнению мужа, не знала.

Это изрядно облегчило работу. По крайней мере, самую простую её часть. Коснувшись маскирующего амулета, Луаваль сменил режим маскировки. Вместо «невидимости», требовавшей максимальной неподвижности, включилась «мимикрия», что заставила тёмные одежды уроженца Подземья слиться с черепицей крыши. Затем он выпил один за другим пару эликсиров и коснулся тонкого обруча на лбу, скрытого под маской с капюшоном. Мир на мгновение расплылся, но почти сразу обрёл дополнительную чёткость. Вдобавок тёмному эльфу стали ещё более отчётливо видны плетения заклинаний и тонкие нити сигнальных систем. Под конец он достал из поясного кармашка небольшой мешочек и высыпал на себя его содержимое. Тёмно-серый порошок мгновенно окутал тёмного эльфа плотным облаком, после чего буквально облепил всю его одежду. А затем растворился с едва слышимым шипением, надёжно скрывая Луаваля от большинства пассивных и активных сканирующих магических полей.

Ещё раз внимательно осмотревшись, агент королевы убедился, что тонкая шёлковая верёвка надёжно закреплена, после чего бесшумно спрыгнул с края крыши. Спружинив ногами о стену замка, он за считанные мгновенья опустился на несколько этажей вниз. Зависнув над широким балконом, с которого открывался такой хороший вид на город и море, Луаваль ещё раз прислушался. Убедившись, что всё в порядке, он осторожно и бесшумно спрыгнул вниз, не задев ни одной тонкой нити магической сигнальной защиты, опутывавшей пол и перила балкона. Замкнутое поле, накрывавшее весь балкон, тоже на него никак не среагировало.

На широких дверях из толстого дерева, окованных бронзой, стояла отдельная защита, сделанная очень толковым магом. Но по довольно стандартной схеме. Достав из кармашка на поясе небольшой тёмный камушек, покрытый резными рунами, Луаваль приложил его к одному из узлов плетения защитных чар. Руны на краткий миг озарились слабым светом, после чего погасли, а по плетениям магической защиты словно пробежала короткая волна. Порядок, пока что жёнушка герцога не подвела. Теперь дело за малым. Убрав ставший бесполезным камушек, Луаваль достал из другого кармашка набор великолепных зачарованных отмычек, за который половина воров Морграфа удавила бы вторую. Несмотря на то, что владение подобными инструментами, если их у тебя обнаружат, гарантировало визит в пыточные застенки стражи в любом из Вольных Городов, если у владельца не будет удостоверения агента тайной стражи.

Минута осторожной работы, и замок на двери тихо щёлкнул. Защита на это никак не отреагировала. Так, хорошо, теперь самое главное. Убрав отмычки, Луаваль достал небольшой амулетик и приложил его к дверям. После чего, аккуратно их приоткрыл. Громкий скрип петель был полностью поглощён, и тёмный эльф криво усмехнулся. Умно, но мастеров на такой мякине не проведёшь. Достав небольшой и надёжно запечатанный флакончик с активно испаряющимся усыпляющим зельем, Луаваль сорвал печать и быстрым движением закатил его внутрь, а затем вновь закрыл дверь. Выждав двести ударов сердца, он опять открыл двери и бесшумно скользнул внутрь. За дверями обнаружилось весьма просторное помещение, обставленное дорогой мебелью, сделанной очень неплохими мастерами. Спальня матери герцога. На мгновение замерев в дверях, Луаваль ещё раз убедился, что всё в порядке, и замкнутое на помещении сканирующее поле никак на него не отреагировало.

Куда больше проблем доставил стационарный артефакт в виде фонтанчика, непрерывно проверяющий воздух на чистоту, и в случае обнаружения какой-либо посторонней составляющей, немедленно поднимавший тревогу. Пришлось изрядно повозиться, подбирая состав снотворного, что не вызвал бы у него подозрений. Что, опять же, без помощи любовницы-подружки королевы было бы сделать очень непросто. Порошок, окутавший Луаваля, всё ещё действовал, но его эффект был не бесконечен. Осторожно просочившись внутрь, тёмный эльф направился к кровати с балдахином, за которым он отчётливо слышал мерное дыхание спящего человека. Теперь очень крепко спящего.

Двигаться приходилось с осторожностью, внутри спальни помимо замкнутого поля имелась ещё сигнальная защита, чьи нити опутывали комнату. Ничего, пройти тут не сложнее, чем по родному Подземью. Точнее, по Диким его частям, где обитает много различных тварей, в том числе и тех, что знают толк в плетении паутин куда более изощрённых. Добравшись до кровати и подобрав по пути пустой флакончик, Луаваль аккуратно чуть-чуть отогнул балдахин. Мать Аугуста была женщиной в солидном возрасте, перешагнувшей столетний порог несколько десятилетий назад. Но очень дорогая и качественная омолаживающая алхимия сделали своё дело. На вид ей было не больше пятидесяти, седые волосы были по-прежнему очень густыми, кожа почти не имела морщин, а фигура была стройной и подтянутой. Достав очередной инструмент, в виде не очень длинного и тонкого зачарованного жезла из серебристого металла, Луаваль аккуратно коснулся им перстня с крупным драгоценным камнем, который мать герцога не снимала даже во сне. Повезло, что она спала с рукой поверх одеяла, иначе пришлось бы повозиться. Тот вспыхнул на несколько секунд ярким светом, после чего погас, зато жезл начал слабо светиться.

Едва это произошло, Луаваль заметно расслабился. Нет, надо всё же отдать должное подружке королевы, она умеет не только ноги перед людьми раздвигать. Изготовить подобный жезл, способный перехватить у контролирующего артефакта управление магической защитой, очень непросто. Как минимум, нужно иметь хотя бы разовый доступ к самому артефакту. Интересно, как она это провернула? Вряд ли сама, скорее постаралась какая-нибудь служанка. Ладно, это не его дело. На перенастройку защиты помещения ушла примерно минута. Тщательно убедившись, что сигнальные нити и сканирующее поле не воспринимают его как вторженца, тёмный эльф принялся за работу. Достав с пояса очередной небольшой пузырёк, Луаваль приблизился к тихо журчащему фонтанчику, сорвал с него печать и осторожно капнул в него несколько капелек. Кристально чистая вода на это никак не среагировала. Хорошо, алхимики не подвели. После этого он вернулся к кровати и аккуратно поднёс откупоренный флакончик к лицу спящей женщины. Приподняв ей голову и открыв рот, он осторожно влил в него несколько капель, не имевших цвета и запаха, после чего уложил мать герцога обратно на подушку.

Затем капнул несколько раз под кроватью у изголовья, в шкафу с платьями и нижним бельём, в комод с обувью и в содержимое нескольких баночек на туалетном столике перед зеркалом. Так, с этим покончено. Зелье, изготовленное и тщательно рассчитанное специально под неё, мать герцога не убьёт, но здоровье ослабит. Ничего серьёзного, что могло бы вызвать мгновенную тревогу. Просто общее недомогание, слабость и плохой аппетит, которые будут нарастать постепенно. Через месяц матушке герцога надолго станет не до невестки и вообще не до политики. Можно было бы легко решить вопрос более кардинально, но Сивила пока что воздержалась от применения крайних мер. Смерть старушки обязательно попробуют увязать с эльфами, ведь всем известно, что она была и остаётся крайне недовольна выбором сына. Не факт, что он поверит в причастность перворождённых, но лучше не рисковать. Так что, пока придётся обойтись весьма мягко. Будь эта старушка помоложе и менее фригидна, можно было бы подложить ей любовника, который бы занял её более приятными делами, чем вставление палок в колёса невестке.

Оставив женщину дальше видеть сны, Луаваль направился к следующей цели своего визита. Её письменному столу. Перехваченный контроль позволил даже не взламывать его, а банально открыть, не потревожив сигналок. Весьма беспечно использовать один и тот же артефакт в качестве и ключа и контролёра системы защиты, это же азы системы безопасности, которыми удивительно часто пренебрегают. Бережно достав стопку писем и несколько свитков, тёмный эльф принялся быстро, но без спешки, аккуратно перлюстрировать их. Небольшое зачарованное зеркальце в этом изрядно помогало, «запоминая» отражения текста. Разобравшись с лежавшими в ящиках документами, он бегло осмотрел письменный стол ещё раз. Вскоре пара тайников в виде двойного дна у нескольких ящиков была обнаружена и вскрыта. В одном нашлось ещё несколько писем и свитков, защищённых добротными зачарованными печатями, в другом пара мешочков с драгоценностями, изящный и тонкий кинжал-стилет с капельками засохшей крови на лезвии, а также боевой амулет, напитанный огнём под самую завязку. Интересно…

С запечатанными письмами пришлось немного повозиться, но ничего такого, с чем бы Луаваль не сталкивался. С кинжала-стилета он взял крошечный соскоб засохшей крови, пусть придворные чародеи разбираются, чья она, и зачем старушка его хранит. Убрав всё на место, он встал из-за стола и внимательно осмотрел комнату матери герцога. Куда бы его пристроить? Поколебавшись пару мгновений, Луаваль прикрепил очень небольшой амулетик к обратной стороне рамки одного из портретов, висевших на стене. Кажется, это был дед Аугуста. Или его прадед. Ещё один амулетик он прикрепил под один из ящиков письменного стола. Лишь после этого он направился к выходу, предварительно ещё раз убедившись, что не осталось следов.

Заперев двери и забрав поглощающий шум амулет, Луаваль быстро поднялся обратно на крышу башни. Так, одно задание выполнено, осталось ещё три, а ночь не бесконечна. Отвязав и смотав верёвку, он глубоко вдохнул, после чего отступив насколько это было возможно подальше, бесшумно рванул с места и спрыгнул с края крыши. Несколько секунд он летел камнем вниз, стремительно приближаясь к раскинувшемуся внизу городу. Затем Луаваль активировал амулет левитации, позволивший ему спланировать точно на крышу нужного ему здания. Погасив скорость падения в последний миг, он бесшумно приземлился с перекатом точно на ребро крыши одного из богатых особняков в Верхнем Городе, что принадлежал руководительнице морграфского филиала одного из крупных торговых домов Конфедерации Вольных Городов. Поднявшись на ноги, тёмный огляделся по сторонам и криво усмехнулся. Это не замок герцога, тут защита была на порядок ниже, хотя вполне себе неплохая. Защитных полей нет, так как они, при всей своей эффективности, удовольствие весьма дорогое, а главное непростое в настройке и обслуживании.

Так что большинство состоятельных обитателей Верхнего города предпочитали более дешёвые сигнальные системы, сосредотачивая их на входах-выходах из своих жилищ. Вот и у этого особняка почти вся, пусть и неплохая сигнальная система была сосредоточена на входах-выходах, в то время как внутри самого дома сигналок почти не было. С защитным плетением на паре окон, что вели на чердак, тёмный эльф справился за несколько минут. Ещё минута ушла на замок. Проникнув внутрь чердака, агент королевы неслышимой тенью направился к лестнице, ведущей в дом, осторожно пробираясь мимо различных сундуков и ящиков. А также мимо натянутых нитей сигнальной паутины. Дверь, ведущая на чердак из жилой части дома, кто бы мог подумать, оказалась даже не заперта. Удивительная беспечность. Скользнув внутрь, Луаваль оказался в коридоре, освещённом парой приглушённых магических светильников.

Большая часть обитателей особняка спала. Но они его и не интересовали. Без труда определив нужное направление, тёмный эльф, не издавая ни звука, направился к хозяйской спальне. У дверей возникла небольшая проблема, в лице дежурившей служанки. Проблема в том плане, что пришлось потратить лишние пару ударов сердца на её решение. Молодая и довольно симпатичная по меркам людей девица с тёмными волосами, собранными в пучок на затылке, была занята тем, что с большим интересом подглядывала за тем, что творится в спальне хозяйки через замочную скважину. Прикусив губу и активно при этом натирая себя ладонью одной руки между ног, задрав подол платья, а другой теребя себя за сиськи, вываленные наружу из расшнурованного выреза платья.

Появление Луаваля она бы не заметила, даже не двигайся он абсолютно бесшумно. Служанка даже понять ничего не успела, когда одна крепкая рука со спины зажала ей рот, а вторая с силой надавила пальцами на нужное место на тонкой девичьей шее. Короткая вспышка паники, полностью заглушённый писк, и рукоблудившая девица обмякла в руках тёмного эльфа. Осторожно уложив её на небольшой диванчик у дверей хозяйской спальни, Луаваль привёл её в подобающий вид, заодно оценив оголённую грудь. Неплохие сиськи, но будет нехорошо, если утром её обнаружат с ними наголо. Стиснув напоследок их ещё раз, он достал с пояса очередной небольшой пузырёк и капнул несколько капелек ей под нос. Это усилит сон девчонки и не даст запомнить последние минуты перед усыплением. Очень удобное и полезное средство, хотя и дорогое.

Разобравшись со служанкой, агент королевы занялся хозяйской спальней. Защита на ней была хорошая. При помощи магического зрения он отчётливо различал несколько плетений. Плотная сигнальная паутина, добротный замок и ещё пара достаточно мощных активируемых боевых амулетов, готовых в случае тревоги защитить хозяйку и атаковать вторженцев. Ключевое слово, в случае тревоги. А её поднимать Луаваль не собирался. Воспользовавшись зачарованными отмычками и очередным амулетом, через минуту он проскользнул в спальню через приоткрытую дверь. О том, что его заметят, можно было не переживать, хозяйке особняка было не до него. Закрыв за собой дверь, а также повесив на ручку подобранный прямо с пола у дверей женский платок, чтобы закрыть замочную скважину, он осторожно зашёл внутрь.

Хозяйская спальня была обставлена дорогой мебелью, сделанной людскими мастерами, но в эльфийском стиле. Высокие шкафы, туалетный столик с зеркалом, кресло с пуфиком в углу, обитые мягкой тканью. Стены были увешаны картинами, некоторые из которых были написаны очень даже неплохо, в том числе и по меркам эльфов. На полу лежал огромный ковёр, привезённый из стран, расположенных к югу от Срединного моря, изображавший сцену охоты. Но главным элементом помещения была огромная кровать, с высоким изголовьем и изножьем, заправленная бельём из белоснежного шёлка. Осторожно приблизившись к ней, Луаваль криво усмехнулся. Хозяйка особняка так и не заметила его появления.

Причина у неё была вполне уважительная. Крупная и высокая женщина, с шикарной задницей, что так любят в людских женщинах гномьи мужчины, и длинными распущенными каштановыми волосами до середины спины, была занята весьма приятным делом. Она скакала верхом на привязанном за руки и ноги к изголовью и изножью кровати эльфу с короткими светлыми волосами, и стройным тренированным телом с рельефной мускулатурой. На вид ей было под тридцать, лицо было не слишком миловидным, скорее волевым и суровым, с мощной челюстью, но с безупречной кожей. Причём не только на лице. Было видно, что на добротной косметической алхимии для тела и волос она не экономит. Огромная грудь с большими торчащими сосками колебалась в такт движениям бёдер, которыми она активно двигала и громко стонала, закусив губу и прикрыв глаза. Её партнёр, у которого были завязаны глаза, а во рту был особый кляп, не позволявший говорить, но удерживающий рот в отрытом положении, лишь издавал невнятное мычание.

Рядом с кроватью стоял небольшой столик, на котором было разложено несколько весьма интересных игрушек для постельных утех, а также пятёрка пузырьков. Скорее всего с ароматными маслами и любовной алхимией. Понаблюдав ещё пару секунд за тем, как хозяйка особняка скачет на своей новой живой игрушке, Луаваль решил не торопиться. Усиленным алхимией и артефактами зрением он без труда видел лежащее на женщине благословление Гайи, причём не одно. И похоже, что их подкрепили ещё и алхимией. Результаты ему тоже были видны, внизу живота женщины уже горела искра новой жизни, укутанная отдельным благословлением и защитным магическим ритуалом. Который был того же типа, что Сивила наложила на его новую «сучку». И судя по мощи плетения, окружавшую её будущего ребёнка, дама регулярно и весьма обильно «выжимала» везучего папочку. Время ещё есть, так что можно дать ей закончить очередную «подзарядку». Благо, ждать пришлось не слишком долго.

Через несколько минут женщина выгнулась дугой, громко застонав и закатив глаза, тяжело дыша. Её пленник-любовник, судя по тому, как он дёрнулся и замычал, тоже финишировал. Но насладиться удовольствием от соития женщине не дали. Спустя миг она ощутила, как чья-то рука прижимает ей к лицу смоченную усыпляющим зельем ткань как раз в момент вдоха, а вторая рука обхватывает со спины, удерживая на месте. Несколько секунд паники, жалкая попытка вырваться, и вот вторая женщина за эту ночь обмякла в руках Луаваля. Очень крупная, голая и вспотевшая женщина. Скривившись, тёмный эльф начал аккуратно снимать бессознательное тело с горе-любовника. Тяжёлая, чтоб её. Видно, что любит хорошо поесть. Хотя сиськи себе шикарные отрастила, возможно, что даже без помощи алхимии. У его сородичей, что светлых, что тёмных, такие встретишь очень редко. Криво усмехнувшись, Лувалаь позволил себе довольно грубо сдавить грудь бессознательной женщины. Может, попросить Сивилу сделать такие же его «сучке»? Хотя нет, не стоит, с её фигурой они будут смотреться слишком нелепо. Может попозже, через двести или триста лет, чтобы освежить отношения.

Удерживая бессознательную женщину за её грудь, Луаваль сумел-таки стащить её с начавшего понимать, что что-то идёт не так, эльфа, и уложил её рядом с ним на кровать, благо что она была достаточно широкой. Увидев выскользнувший из лона женщины член привязанного к кровати сородича, тёмный эльф мысленно присвистнул. На бойца горе-любовника у самого корня было надето золотое кольцо, что светилось в магическом зрении. Довольно дорогая игрушка для богатых женщин или мужчин. Вернее, для их любовников. Подобные кольца позволяли контролировать уровень эрекции, а также не позволяли достигнуть пика наслаждения без разрешения хозяйки. Теперь понятно, как она смогла заставить свою новую игрушку финишировать одновременно с собой. Приглядевшись, он заметил почти неразличимую нить, что тянулась от кольца на члене пленного эльфа, к кольцу на пальце мирно спящей женщины.

Ещё раз убедившись, что магическая защита хозяйки поместья не потревожена, Луаваль взял стоявший у туалетного столика стул и поставил его рядом с кроватью. Достав небольшой, но очень острый ножик, тёмный эльф чиркнул им по коже пленника. Тот дёрнулся, но рана, нанесённая лезвием, практически мгновенно затянулась. На клинке же осталось несколько капелек крови. Которые практически сразу впитались в металл. Несколько секунд спустя на небольшом амулете в виде круглого зеркальца высветилось несколько символов белого цвета. Надо же, как повезло. Следов целенаправленного приворота нет, только несколько высококачественных афродизиаков. Это хорошо.

Убрав ножик, Луаваль достал небольшой тёмно-синий огранённый камень и прижал его ко лбу ёрзающего по кровати пленника. Несколько секунд ничего не происходило, затем камушек вспыхнул синим светом, а на зеркальце вновь появились символы, но уже синего цвета. Очень хорошо, никаких, даже самых маленьких, следов коррекции сознания. Или же над этим идиотом работал натурально архимаг или архимагистр ментальной магии, но шансы этого просто ничтожно смехотворны. Их во всём обозримом мире всего несколько человек и примерно столько же эльфов. У этой тётки просто не хватило бы денег на их услуги, да и они не стали бы тратить время на простую, пусть и весьма богатую, торговку. А значит, она просто решила не менять личность своей новой игрушки. По крайней мере, пока что. Что же, такое тоже бывает, и в данном случае, это сильно упрощает работу.

Убрав все артефакты, Луаваль сорвал с тихо паникующего героя-любовника повязку на глазах. Несколько секунд тот очумело вертел головой по сторонам. Потом заметил сидящего рядом с кроватью гостя. Мгновение он смотрел на тёмного сородича выпучив глаза, потом в ужасе забился в своих оковах, но ремни держали его крепко. Хмыкнув, Луаваль криво усмехнулся под своей маской. Ну да, мальчишка же не знает, что он работает на королеву.

- Вижу, что ты опять вместо службы занят тем, что налаживаешь личную жизнь. Партнёршу ты выбрал ту ещё. Хотя у всех вкусы разные, но как-то всё же странно, особенно для перворождённого. С другой стороны, сиськи у твоей подружки что надо.

Вытаращив глаза ещё сильнее, но уже от удивления, мальчишка заставил Луаваля ещё раз усмехнуться, после чего он достал из внутреннего кармана небольшой металлический диск, с выгравированным на нём изображением профиля королевы. Продемонстрировав его пленнику, что ещё больше вытаращил глаза, тёмный эльф убрал его назад.

- Ну что, поговорим по-серьёзному?

Мальчишка отчаянно закивал головой и замычал.

- Отлично.

С этими словами Луаваль вытащил кляп изо рта невезучего Лесного Стража.

***

Разговор с малолетним дебилом, умудрившимся по собственной тупости угодить в плен, оказался на удивление продуктивным. Просто чудо, как быстро начинает работать голова, а не головка, когда ты оказываешься в такой неприятной роли, как секс-раб-осеменитель хуманши. Объяснив безмозглому мальчишке, что от него требуется, если он хочет вновь обрести свободу, тёмный эльф оставил его отрабатывать последствия собственной глупости. Предварительно опять надев на него намордник и повязку. А также, в качестве насмешки, напоив его хозяйку не только антидотом к усыпляющему зелью, но ещё и возбуждающим и стимулирующим. Благо, что они как раз стояли в небольших флакончиках на прикроватном столике, рядом с различными любовными игрушками. Вскоре женщина проснулась и мутным от страсти и похоти взглядом осмотревшись по сторонам, остановилась на своей живой игрушке. Тяжело дыша, она навалилась на замычавшего пленника и начала осыпать его поцелуями, оставляя засосы, одновременно вновь устраиваясь на нём верхом. Ночка у незадачливого Лесного Стража предстояла непростая. Но Луаваля это уже не интересовало, своё дело он сделал.

Покинув также через крышу особняк не на шутку разошедшейся женщины, тёмный эльф при помощи хорошего разгона и амулета левитации перепрыгнул на соседнее здание. После чего направился к следующей цели. Добраться до неё по крышам оказалось не так-то просто. Верхний Город был населён исключительно богатыми гражданами, и на охране своего жилья или рабочих помещений они не экономили. Как на магической, так и на живой. Крыши некоторых особняков патрулировались часовыми, на некоторых стояли зачарованные статуи, кое-где были ручные магические звери. Несколько раз приходилось спускаться на землю и двигаться по переулкам, избегая освещённых мест. Но опыт вещь великая, и довольно скоро, никем не замеченный, Луаваль добрался до нужного места.

Трёхэтажный приземистый особняк, обнесённый высоким и мощным забором, был построен толковым архитектором, судя по стилю, гномом. По своему внешнему виду, он напоминал одну из их наземных крепостей. Небольшие окна, больше похожие на бойницы, толстые стены, много гранита, всё как любят коротышки. Наверняка ещё и большой подвал. В таком особняке подготовленный и хорошо вооружённый отряд мог бы довольно долго держать оборону. Но Луаваль не собирался его штурмовать. На защите и охране хозяин особняка не экономил, но всё же это не полноценная гномья твердыня. Крыша этого особняка была плоской, с высокими бортиками по краям. С такой очень удобно отстреливаться в случае нападения. В данный момент по ней прохаживалась пара охранников. Приглядевшись, Луаваль разглядел на них легко узнаваемое плетение заклинаний «Ночного зрения» и «Тревожных амулетов». Ещё двое, вместе со сторожевым псом, дежурили у основных ворот. Неплохо, для местных вполне сойдёт, но не для него.

Скрываясь за широкой печной трубой на соседней крыше, тёмный эльф улучил момент, когда оба стража на крыше нужного ему особняка смотрели в другую сторону, после чего начал действовать. Быстрый разгон, стремительный прыжок с соседнего здания, активация амулета левитации, короткий полёт, и тёмный эльф бесшумно приземлился точно на краю крыши, не задев ни одной сигнальной нити или плиты. Пара охранников со здоровенным цепным волкодавом, что дежурила у главных ворот, ничего не заметила и не услышала, также как и их коллеги на крыше. Не теряя ни секунды, Луаваль спрыгнул вниз, благо что высота была относительно небольшая.

Приземлившись в узком дворике, окружавшем особняк, тёмный эльф скользнул вдоль стены к заднему входу, скрываясь в тени. Учитывая работавший амулет маскировки, заметить его было очень непросто, даже если вглядываться. Подобравшись к заднему входу, которым пользовались слуги и через который доставляли в особняк различные грузы и еду, он прислушался. Чисто. Само собой, в столь поздний час дверь была закрыта. Причём как на весьма толковый замок, так и на магическую сигнальную сеть. Достав зачарованные отмычки, Луаваль принялся за дело, одновременно прислушиваясь к окружающей обстановке. За забором, в Верхнем Городе кипела ночная жизнь, но здесь всё было тихо. Управившись за минуту с замком, ещё за одну минуту тёмный эльф разобрался с сигнальным плетением. Как же приятно работать, когда у тебя есть доступ к лучшему снаряжению, каким располагает королевский двор.

Приоткрыв дверь, Луаваль убедился, что на небольшом складском помещении никого нет, и проскользнул внутрь, прикрыв дверь за собой. Протиснувшись мимо запечатанных магическими и обычными печатями нагромождений ящиков, бочек, огромных амфор и мешков, тёмный эльф достиг двери, ведущей во внутренние помещения особняка. Тут стояла примерно такая же защита, разве что замок был заметно попроще. Управившись за минуту, Луаваль проник в особняк. Изнутри он выглядел также как и снаружи, как типичное жилище богатого коротышки, разве что потолки были высоковаты, больше под людей. Украшенные рельефами и барельефами стены, вся мебель только из массива дерева, тяжёлая и мощная. Большинство обитателей уже крепко спало, разве что на кухне, в соседнем помещении, пара слуг всё ещё отмывала посуду, о чём-то тихо переговариваясь, но тёмного эльфа это не интересовало.

Бесшумно двигаясь по особняку, за несколько минут Луаваль добрался до массивной и широкой двери, ведущей в хозяйские покои. Здешний хозяин относился к защите личных покоев на порядок щепетильней, чем новая владелица ушастого горе-любовника. Сама массивная дверь, окованная бронзовыми полосами, и окружающие стены, были добротно зачарованы, так чтобы не пропускать наружу никаких звуков и затуманивать магическое зрение. Вдобавок, всё помещение окружала отдельная сигнальная сеть, и ещё одна опутывала саму дверь. Неплохо, очень неплохо.

Оглядевшись по сторонам, и убедившись, что поблизости никого нет, а все прочие обитатели особняка крепко спят, тёмный эльф приступил к работе. Здесь пришлось повозиться. С сигнальной паутиной на двери удалось справиться, «перехватив» при помощи специального амулета посланный сигнал тревоги. Очень удобный инструмент, но крайне дорогой и одноразовый. Замок на двери был хорош, настоящая гномья работа, но проблему доставляло ещё и то, что хозяин не поленился закрыть её на засов. Тоже достаточно добротный. Чтобы аккуратно отодвинуть его через дверь, пришлось воспользоваться дорогим зельем, которое сделало дверь ненадолго прозрачной со стороны Луаваля. А также ещё одним амулетом, который собственно засов и «цеплял» прямо сквозь доски. Разобравшись с замками, тёмный эльф приложил к двери очередной амулет и стал ждать. Через десять ударов сердца, очень дорогой и тоже одноразовый инструмент безупречно слился с сигнальной паутиной, вплетённой в стены и дверь.

Лишь после этого Луаваль аккуратно приоткрыл её, не подняв тревоги, и осторожно прислушался к происходящему внутри спальни. Хозяин и его новая игрушка ещё не спали, а о чём-то тихо разговаривали. Ладно, не проблема. Проскользнув внутрь спальни, а точнее в небольшую прихожую, отделённую от остального помещения добротной и плотной ширмой, вышитой искусными ткачами, тёмный эльф замер на несколько мгновений. После чего, ещё раз коснулся своего обруча на голове. Ширма тут же стала полупрозрачной и Луаваль принялся оглядываться и прислушиваться. Спальня хозяина помещения была обставлена в лучших традициях гномьей воинской знати. Точнее, той её части, что переселилась на поверхность, покинув родное Подгорье. Мощная мебель из массива дерева, в основном дуба, покрытая резьбой, на стенах звериные шкуры, черепа и рога различных зверей, а также оружие. Довольно неплохая коллекция, как гномьего, так и людского холодного оружия. Мечи, кинжалы, несколько палиц, пара копий и алебард, но в основном излюбленные коротышками топоры. Много топоров. Практически целый арсенал.

В углу стоял на специальной стойке полный комплект знаменитых гномьих латных доспехов, покрытый чеканкой и гравировкой, а также щедро украшенный золотом. Очень дорого и, по мнению подземных коротышек, очень красиво. Вот только размер был не гномий, а скорее людской. Пусть и под не самого высокого человека. Впрочем, причина была ясна. На краю широкой, но не слишком высокой кровати, застеленной одеялами из дорогущих шкур, сидел мужчина. Человек, не очень высокий, но широкие плечи и весьма крепкое телосложение, которое несколько портил небольшой животик, вкупе с роскошной и ухоженной бородой до середины груди, выдавали изрядную примесь гномьей крови. Так же как широкий подбородок, большой нос и низкий лоб. Вряд ли отец, но дед точно был родом из Подгорья.

На коленях у него сидела, обхватив его длинными и стройными ногами эльфийка, что была выше него на добрые полторы головы. На шее и запястьях у неё были надеты золотые украшения. Вернее, магический ошейник и кандалы, искусно стилизованные под знаменитые гномьи украшения. Стройная, с тренированным телом Лесной Стражницы, белоснежными волосами до лопаток, собранными в две косички по-гномьи, светлой кожей и грудью четвёртого размера, с парой небольших розовых сосков. В которую зарылся лицом владелец особняка, одновременно наминая широкими ладонями упругую задницу своей игрушки. Она же, обняв его за широкие плечи, ласково перебирала тонкими изящными пальцам его густые тёмно-каштановые волосы, в которых уже мелькала первая седина.

Перед ними на ковре в виде шкуры огромного пещерного медведя были разбросаны вперемешку дорогие расшитые золотом мужские одежды, сшитые по последней моде Подгорья, и как бы не ещё более дорогие женские одежды из красного и белого шёлка. Очень откровенные женские одежды, в которые правители земель, лежащих к югу от Срединного Моря, облачали своих наложниц. Тут же, в углу спальни, на небольшом столе, укрытом амулетом, поддерживающим продукты свежими, стояли несколько серебряных блюд. Одно с различными фруктами, второе с нарезанным тонкими ломтями мясом, третье с несколькими сортами сыров, нарезанных ломтиками и кубиками, а также с горшочком мёда. Отдельно стоял серебряный кувшин вина, зачарованный судя по плетению, поддерживать жидкость холодной, и пара также зачарованных серебряных кубков.

По их внешнему виду было понятно, что парочка только что весело и интересно провела время. Но прямо сейчас хозяин особняка был занят тем, что, зарывшись бородатым лицом в сиськи своей новой ушастой игрушки… жаловался ей на свою нелёгкую жизнь.

На доставшую хуже горькой редьки стерву-жену, на которой его оженил отец ради более чем щедрого приданного и «пользы для гильдии». И которая растеряла после родов последние остатки и так небольшой миловидности, несмотря на возможность пользоваться косметической алхимией и услугами магов-целителей. Но при этом шипела не хуже гадюки на любую возможную любовницу мужа.

На непутёвого балбеса-сына, не желавшего никак приобщаться к работе отца и делам гильдии, а лишь проматывавшего отцовские и материнские деньги на выпивку, девок, гулянки и дорогие игрушки. И ладно бы на одних породистых скакунов, которых уже целая конюшня стоит, на них хоть можно заработать, одалживая желающим заиметь жеребёнка от хорошего самца. Так нет же, щегольских шмоток накупил чуть ли не больше, чем у матери. И ещё никак не хочет понять такую простую истину, что любить можно кого угодно, а жениться надо на той, на ком нужно. А он ему такие две партии подыскал, с такими приданными, что легко можно было бы закрыть глаза на не слишком привлекательную внешность и не самый приятный характер.

На капризных и истеричных дочерей, что не блистали ни умом, ни особой красотой, и которых никак не удавалось выдать выгодно замуж, в основном по их же собственной вине. Этот им не нравится, тот не симпатичен, а этот слишком стар. Дура, так наоборот надо брать, раз стар значит скоро помрёт и тебе наследство останется! Быть молодой вдовой и при деньгах, это же счастье! Особенно, если суметь выжать из чресел старика ребёнка, а после провести Подтверждение Крови у магов и жрецов, чтобы гарантировано иметь право на наследство. Нет, так мы не хотим, а мама нас поддерживает. Зато мы очень любим клянчить папочкины деньги на новые шмотки и украшения. Потому что у внучки главы гильдии оружейников платье лучше и дороже! Или потому, что у дочек герцога новые серёжки и ожерелья, настоящей эльфийской работы…

И снова на жену. А потом опять на сына и дочек. А ещё на родственников жены. Конкурентов по торговле. И снова на жену. Длилось это душеизлияние довольно долго. Всё это время, сидевшая на коленях владельца особняка эльфийка, тихо и сочувственно мурлыкала, перебирая ему волосы и прижимая к своим сиськам. Когда же её новый хозяин достаточно выговорился, она, не переставая мурлыкать, увлекла его с кровати к широкой и довольно низкой лавке, стоявшей вдоль стены, и застеленной свежей белой простынёй. Уложив «несчастного» на живот, она взяла стоявший рядом с лавкой пузырёк и вылила его содержимое себе на грудь. В спальне тут же распространился аромат очень дорого и душистого масла для тела.

Эльфийка же, размазав его по своим немаленьким сиськам, уселась верхом на своего хозяина и принялась активно ими натирать его спину, помогая в массаже руками и не переставая мурлыкать сочувственные слова. Её владелец с блаженным выражением на бородатом лице тихо стонал от удовольствия, наслаждаясь упругостью тела ушастой игрушки. Наблюдавший же за этой сценой из-за ширмы Луаваль едва сдержался, чтобы не разбить лицо ладонью. Этой молодой дуре нужно было идти не в Лесную, а в Тайную Стражу. Отличная получилась бы агентесса, лет через двести стала бы не хуже той же Тури, можно было бы смело засылать в качестве любовницы к практически любому правителю хумасов. Даже безо всякой специальной подготовки она отлично просчитала своего нового владельца и выбрала правильную стратегию поведения. Судя по тому, что видит Луаваль, у неё есть все шансы очень скоро перейти сначала из разряда секс-рабыни в статус официальной наложницы или любовницы, а там и вовсе занять место жены. Особенно если родит ему сына и пару дочек.

Это, конечно, не совсем то, что он ожидал увидеть, но это отнюдь не плохо. Наоборот, так даже гораздо лучше. Хорошо, что Сивила заранее предусмотрела подобный вариант, пусть и считала его маловероятным. Купивший её толстосум, конечно, не герцог Аугуст, но всё же не последний человек в Морграфе, и вполне может быть полезен. Особенно его связи, как личные, так и торговые.

Пока тёмный эльф всё это обдумывал, похищенная «пленница» успела обтереть своими намасленными сиськами наслаждающегося мужика со всех сторон, вновь поставив его бойца по стойке «смирно». После чего он уселся на лавку, широко раздвинув ноги, а она опустилась перед ним на колени и, откинув за спину косички, игриво провела языком вдоль члена, заставив своего хозяина громко выдохнуть. Довольная результатом, она ещё несколько раз его облизала, после чего с игривой улыбкой обхватила губами сначала головку, и начала постепенно его обсасывать, заглатывая всё глубже и глубже. Смотревший на это тёмный эльф стиснул зубы от зависти. Проклятье, вот же повезло бородатому коротышке! Словно в подтверждение мыслей Луаваля, он издал громкий стон сквозь стиснутые зубы и излился своей ушастой игрушке в рот. Та лишь с довольным выражением лица всё проглотила и ещё облизала его бойца, прямо как кошка, дорвавшаяся до сметаны. Мысленно Луаваль поставил «пленнице» высший бал за актёрскую игру и лицедейство. Он бы даже подумал, что её успели грамотно обработать, но магическим зрением не видел на ней никаких следов.

Проверить её, само собой, всё равно будет нужно, но скорее всего, она с самого начала дала своим поведением понять, что и так готова на всё и только рада услужить такому богатому и щедрому господину. А истосковавшийся по красивой и готовой на всё красавице мужик и клюнул, ограничившись одними лишь магическими кандалами и ошейником. Не слишком умно, но что поделать, при виде красоты перворождённых дев, прочие расы очень часто перестают думать головой, и начинают думать головкой.

Тем временем получивший оральные ласки от своей игрушки бородач поднялся на ноги вместе с ней, крепко обнял её пониже спины и вновь уткнулся лицом в намасленные сиськи, обхватывая губами торчавшие соски. Эльфийка же лишь игриво захихикала, пискнув «ой, щекотно!» В ответ на что её хозяин довольно хохотнул и стал целенаправленно двигать головой, щекоча её своей роскошной бородой, чем вызвал ответный громкий и мелодичный смех. Ещё немного поигравшись, он собрался увлечь её в постель, но ушастая неожиданно не позволила это, заявив, что сначала нужно стереть с себя масло, чтобы не портить дорогие шкуры одеял. Чем, несомненно, заработала себе в глазах хозяина очередной плюсик. Хотя, по мнению Луаваля, тому было сейчас совершенно плевать на любые меховые одеяла. Но всё же он позволил ей себя вытереть специально подготовленными полотенцами, а после вытер её. Правда, он не столько вытирал, сколько лапал, из-за чего процесс затянулся.

Наконец, парочка оказалась в постели и продолжила возню под одеялами, но Луаваль больше ждать был не намерен. Очередной флакончик с усыпляющим зельем был откупорен, его содержимое быстро испарилось, и через тридцать ударов сердца из кровати доносилось лишь мерное сопение спящих голубков. Вышедшей из-за ширмы тёмный эльф приблизился к кровати и сдёрнул с них меховое одеяло. Отодвинув в сторону бородача, Луаваль несколько секунд разглядывал спящую обнажённую эльфийку. Красивая, даже по меркам перворождённых. Протянув руку, он провёл ладонью от внутренней стороны бедра до груди, наслаждаясь гладкой кожей и тренированными мышцами под ней. Сдавив левую грудь, он поиграл пальцем с торчащим соском. Можно было бы с ней поразвлечься пока она без сознания, но это будет крайне непрофессионально. Луаваль чётко следовал правилу, работа отдельно, развлечения отдельно. Опять же, тот факт, что она не узнает о произошедшем, убивает половину удовольствия, по крайней мере, лично для него. Ограничившись простым облапыванием сисек и щелчком по розовым вишенкам сосков, тёмный эльф приступил к работе.

Связав запястья мирно сопящей пленницы, он привязал их к изголовью. После чего завязал ей рот кляпом и приступил к проверкам. Как и ожидалось, никаких следов коррекции сознания не обнаружилось, даже любовной алхимии не было. Повезло, ничего не скажешь. Лишь после этого поднёс ей к лицу флакончик с антидотом. Эльфийка сморщила тонкий носик, скривилась от неприятного запаха и захлопала голубыми глазками, просыпаясь. Удивлённо завертев головой, она увидела перед собой тёмного сородича и издала приглушённый кляпом писк. После чего начала в ужасе ёрзать по кровати.

- Тихо! Знаешь, что это?

Замерев, эльфийка уставилась на металлический диск в руке Луаваля. Явно опознав его, она испытала заметное облегчение и активно закивала ушастой головой.

- Отлично. Ну что же, давай поговорим…

***

Разговор с девчонкой оказался ещё более продуктивным, чем с мальчишкой. Объяснив, что от неё требуется и в чём её выгода, и получив согласие по всем пунктам, Луаваль оставил её досыпать в компании своего «хозяина». А заодно оставил ей кое-какие спецсредства и небольшую шкатулку из зачарованного металла, где их можно было хранить. Шкатулка была очень удобная, могла крепиться к любым поверхностям и становиться невидимой, а также была очень трудно обнаруживаемая при помощи магии. Незаменимая вещь для любого агента.

Покинуть особняк счастливого обладателя идеальной по его мнению секс-рабыни удалось без проблем. Оказавшись на улице, Луаваль направился к последней своей цели на сегодня. И находилась она в Среднем Городе. Попасть туда не составило для него особого труда, а там передвигаться было на порядок проще. Средний Город по ночам предпочитал спать, наглухо закрыв все двери и окна. Освещения тут почти нигде не было, также как и магической охраны. Дома стояли вплотную друг к другу, и двигаться по крышам было крайне удобно. Если не считать нескольких групп мутных личностей, также двигавшихся по ним куда-то под покровом ночи, никаких проблем не было. Луаваля, само собой, никто из них не заметил.

Добравшись до небольшого постоялого двора, занимавшего трёхэтажное жилое здание и примыкающую к нему конюшню у самой границы с Нижним Городом, тёмный эльф скривился. Лезть в этот клоповник было эстетически неприятно. По меркам Морграфа, занимавшие постоялый двор весёлые да удалые ребята, охрану организовали на вполне приличном уровне, не поскупившись даже на магическую защиту. Что вполне объяснимо, если учесть кто у них там сидит в гостях. Вот только проникнуть внутрь тёмному эльфу удалось вообще без каких-либо проблем. Сигнальная паутина на окне одной комнат третьего этажа была не активна. Вернее, она выглядела как работающая, но если приглядеться магическим зрением, то становилось понятно, что сигнальные нити ведут в никуда. И тревогу не поднимут. Нужно было лишь открыть плотные ставни, что не составило вообще никакого труда, так как они были закрыты лишь на обычный засов изнутри.

Амулет для погашения звуков, один удар сердца, и Луаваль проник внутрь достаточно большой комнаты, освещенной единственной свечкой, стоявшей на столике у кровати. Под потолком, на стенах и на полках были развешаны многочисленные пучки трав, плетённые амулеты и заготовки под них, в углу на полу был начерчен ритуальный круг, в другом углу на столе располагались принадлежности для зельеварения. Обитательница комнаты, высокая худая женщина с длинными тёмными волосами, с бледной кожей, одетая в одну лишь ночную рубашку до колен, появления Луаваля не заметила. Она сидела на кровати, обхватив руками колени и уткнувшись в них лицом. Лишь ощутив повеявшую ночную прохладу, она заметила открытое окно и, тихо выругавшись, встала с кровати и направилась к нему, шлёпая босыми ногами по полу. Но на полпути её схватили со спины за грудь крепкие мужские руки, а над ухом раздался вкрадчивый голос:

- Здравствуй, милая. Полагаю, ты ждёшь меня?

Женщина, с которой не рисковал шутить и фривольничать никто из её знакомых, вздрогнула, дёрнулась, но тут же замерла на месте как вкопанная, открывая и закрывая рот. Луаваль же с довольной улыбкой продолжил лапать её за сиськи сквозь рубашку, крепко сжимая их и сдавливая пальцами соски. Правда, сиськи были так себе, всего лишь второй размер, да владелица их была даже по меркам людей не красавица. Гораздо больше удовольствия доставляло то, что эта не самая слабая ведьма, да ещё и находящаяся в своём жилище, дрожит как осиновый лист в его руках, и не смеет даже пискнуть. Тут уж ничего не поделаешь, власть над сильными или могущественными женщинами его очень заводила.

Причина же её покорности и страха крылась как раз в её сиськах. Точнее, под её левой сиськой. И заключалась она в маленькой змейке, что обвилась вокруг её сердца. Очень ядовитой змейке, которая начала то ослаблять, то усиливать свою хватку, в такт движениям Луаваля, что продолжал играться с грудью дрожащей женщины. Та, кое-как взяв себя в руки и облизав мгновенно пересохшие губы, испугано прошептала:

- Да! Да, я всё сделала как мне велели!

- Умница, - вкрадчиво прошептал ей на ухо Луаваль, не прекращая массировать её грудь с уже затвердевшими сосками.

- Люблю послушных женщин. Мне нужно поговорить с вашей гостьей. Устрой нам встречу. Сейчас. Так, чтобы никто не узнал, само собой.

Облапанная ведьма вздрогнула, вновь отчётливо ощутив змею на своём сердце, и поспешно закивала головой:

- Я всё сделаю! Никто ничего не увидит, клянусь!

Улыбнувшись, Луаваль всё тем же вкрадчивым голосом произнёс ей на ушко.

- Хорошая девочка.

После чего напоследок ещё раз сжал сиськи мелко дрожащей от страха ведьмы и отвесил ей шлепок пониже спины.