Измена. Его вторая семья (СИ)

19

— Маша… — несется вслед, — вернись!

Щас, разбежался.

Он идет за мной. Упрямый, как танк.

— Я пообещал отцу, что позабочусь о детях, — слышу за спиной его раздражённый голос, — они появились не по его воле, знаешь ли.

Поворачиваюсь к мужу.

— А мне плевать! Так же, как и тебе на меня! Ты мог все мне рассказать, но ты промолчал, значит, было что скрывать. И дело тут не только в отце. Дело в том, что вся ваша семья прогнила насквозь. Всё, Нат! Не хочу иметь с тобой ничего общего!

Иду к стоянке такси и без помех усаживаюсь в ближайшую машину. Бросаю взгляд в окно.

Игнат стоит на том же месте, тяжело глядя мне вслед. В душе просыпается странное чувство разочарования, смешанного с облегчением.

Он не стал играть в тирана и пытаться увести меня силой. Это плюс. Он не стал делать ничего. Видимо, смирился с моим решением.

Или же отложил разборки на потом.

Ведь я, как он считает, никуда от него не денусь.

Что ж, увидим. А пока проверим, не соврал ли он мне в очередной раз.

Достаю телефон и ищу в контактах номер, на который звонила от силы пять раз за пять лет, чтобы поздравить с днем рождения.

— Валентин Андреевич? — шепчу в трубку, когда оттуда раздается холодное «да». — Это Маша.

— Здравствуй, Маша, как поживаешь? — продолжает тот в ожидании, когда я озвучу цель звонка.

Этот мужчина всегда меня пугал. Холодный, властный и неприступный. Даже на нашей с его сыном свадьбе он ни разу не улыбнулся.

Ну разумеется, какой родитель одобрит женитьбу единственного сына на нищей студентке. Не такую судьбу они ему готовили, но Нат сделал по-своему, наплевав на желания родителей.

С тех пор они меня очень недолюбливают. Свекровь с недавнего времени так и вовсе открыто ненавидит.

Хотя ее главный враг далеко не я…

— Как бы сказать… — вздыхаю взволнованно, — я хочу кое-что у вас спросить. Возможно, это не телефонный разговор.

— Спрашивай.

Такси несется по магистрали в сторону учебного городка, где расположено общежитие сестры. Я сжимаю в руке телефон, чувствуя, как вспотела ладонь.

Игнат очень похож на отца. Он тоже умеет производить впечатление настоящего монстра, от вида которого хочется забиться в угол и не отсвечивать.

План узнать всю правду был очень хорош. Только воплотить оказалось куда сложнее, чем придумать.

— Недавно я узнала, что у Игната есть вторая семья и дети, — выдаю скороговоркой.

— Так, — подтверждает мужчина без каких-либо лишний эмоций.

Кладу руку на живот, ища поддержки у своего маленького чуда.

— Он сказал, что это дети ваши, Валентин Андреевич, — припечатываю и замираю в ожидании реакции.

Из трубки несется тяжелый вздох.

— Ты права, Машунь. Это не телефонный разговор. Давай сейчас ко мне, адрес знаешь?

Причем он не спрашивает, могу ли я приехать, он приказывает, совершенно уверенный в том, что не посмею отказать.

Всё, как и Игнат. Одного поля ягоды.

Хотя, почему нет? Почему бы не расставить все точки над и, не выяснить все наверняка, если представилась возможность?

— Хорошо, — соглашаюсь, — я сейчас приеду.

И жму отбой. По спине ползают мурашки. Разговаривать с этим мужчиной все равно что ходить по тонкому льду. Один неверный шаг — и провалишься в пропасть.

Прошу таксиста поменять маршрут, называю новый адрес.

Родители мужа живут в загородном поселке. Я была там всего пару раз, но запомнила надолго этот восхитительный дом с бассейном и идеальным интерьером, который видишь обычно только на страницах дизайнерских журналов.

То, что обычными смертными эти люди не являлись, было ясно с самого начала.

Наверное, свекрови сейчас в доме нет, иначе Валентин не стал бы меня приглашать.

Надеюсь, управимся до ее появления, иначе мне вовсе не улыбается скандалить с ней снова. Да еще и на ее территории.

Через полчаса такси останавливается у знакомых ворот.

Расплатившись, выхожу. Меня уже ждут. Свекор собственной персоной — импозантный высокий мужчина с седыми волосами и пронзительным взглядом.

Улыбаюсь ему дрожащими губами.

— Ну здравствуй, Маша, — кивает он равнодушно, — идем.

Мы проходим через ухоженный двор на веранду, где расположены уютные плетеные диванчики и столик.

Свекор кивает на сиденье, и я опускаюсь на диван, внутренне сжавшись.

Он садится напротив, закинув ногу на ногу. Достает из стоящей на столике коробки толстую сигару и вертит в пальцах.

— Итак, — начинает он с видом инквизитора, — Маша. Что ты хочешь мне рассказать?

Слегка теряюсь от подобного вопроса. Медленно дышу, чтобы успокоиться.

Что я ему расскажу? Уже рассказала, что знаю всё. Ведь он сам уверил, что это не телефонный разговор?

— У вас есть любовница, — обозначиваю негромко, — и двое детей, которым мой муж притворяется отцом.

— Так, — не отрицает тот. — И?

Закрываю глаза. Буквально на секунду, чтобы собраться с мыслями. Разумеется, этот факт его не смущает. За столько лет все давно стало привычным и простым.

Подумаешь, внебрачные дети, подумаешь, записаны на сына…

— И? — переспрашиваю, — за что вы так со мной?

Да, вопрос риторический и заранее понятен, но я просто теряюсь под этим тяжелым взглядом.

— Скажем так, — мужчина кладет сигару обратно в коробку и откидывается на спинку дивана, — тебе ли жаловаться, Машенька?

— Что? — недоумеваю, — то есть, вы не отрицаете, что это ваши дети, и вы заставили Игната притворяться их отцом?

Он пожимает широкими плечами, мол, а что такого?

— Тебя что-то сильно смущает, Маш, не пойму?

Больше всего меня смущает то, с каким спокойствием он относится к подобным вещам.

— Смущает… — цежу сквозь зубы, — вы решили сохранить свою семью за счет моей, не так ли?

Мужчина спокойно улыбается улыбкой сытого удава.

— Скажи, золотце, а ты что, от этого разве что-то теряешь, м-м?

— Вы и правда не понимаете?

Он поджимает тонкие губы.

— Маш, ты пять лет живешь так, как тебе и не снилось бы, не встреть ты моего сына. Он обеспечивает тебе безбедную жизнь, у тебя есть все — шмотки, салоны, цацки, любой досуг, все что душе угодно, верно?

Медленно киваю.

— И что, — усмехается он недобро, — неужели ты настолько заелась, что станешь попрекать мужа в небольшой помощи отцу?