Измена. Свадьба волка

Глава 11 — Лишние слова

Прикусываю губу и замечаю, что Хантер следит за этим. Откуда-то я знаю, что нравлюсь ему как женщина. Оттуда же понимаю, что это не желаемая для меня влюблённость и искренность. Максимум — влечение, стремление утереть нос Роверу.

Волчице младший из братьев не нравится совсем. Что до меня… если лорду Альварину и правда нет до меня дела, он мог бы заменить его… в принципе. О нет. Эта мысль волчице не нравится настолько, что у меня дёргается рука — это пушистая зверюга порывалась поднести её ко рту и хорошенько цапнуть.

Не понимаю, чего она. Внешне братья очень похожи, хотя Ровер симпатичнее и… мужественнее что ли.

— Что скажешь? — Хантер заглядывает мне в глаза.

— Ты и сам понимаешь, я здесь ничего не решаю, — осторожно увиливаю я от ответа.

— Напротив, Эйлис. Ты двуликая и вскоре почувствуешь свою силу. Тело перестраивается, учится жить в свете луны и сочетать лики, но вскоре ты обретёшь то, что поможет добиться очень многого. Тебе сложно, я понимаю. Потому и предлагаю свою кандидатуру на роль спутника и проводника в твою новую жизнь.

Угу, только поэтому. Я может и из простых людей, но дурой никогда не была. Я бы не выжила иначе, особенно с маленьким братом. Многому пришлось научиться.

А вот про силу интересно. Интересно, что это значит? Он образно или я правда научусь чему-то новому?

Хантер делает шаг ко мне и берёт меня за руку.

— Я догадываюсь, что жизнь не была простой. Поэтому обещаю дать тебе то, чего ты никогда не знала. И не узнаешь, если останешься с моим братом. Догадываешься, что я имею в виду?

Грустно усмехаюсь:

— Что? Хантер, я и правда не понимаю вас, двуликих. Я не думала, что души настолько разные. То, что близко одному, чуждо другому. Я просто… не понимаю, как можно верить, кому-либо из вас.

— Ну, как минимум я не кувыркаюсь с другой женщиной, после того обрёл супругу, истинную, которую мне подарила мать Луна, — с лёгким смешком отвечает Хантер. — Что насчёт обещания — я дам тебе свободу действий. Да, мы будем в союзе, но я не буду решать за тебя. Мы будем равны, как и подобает истинным.

Он так близко… Слишком близко. Мне неловко, я не знаю, как вернуть дистанцию без драки. Волчица снова рвётся нападать, а я помню, чем закончилась ссора с отцом.

— Скажи мне, чем пахнет Мила? — не придумываю смены темы лучше.

— Зачем тебе? — Хантер внезапно хмурится и отступает. — Должно ли это вообще кого-то волновать?

— Хочу убедиться, — пожимаю плечом. — Мне кажется, у меня что-то с нюхом.

— Спроси у Ровера, — снова уходит от ответа его младший брат.

— Я спрашивала. Он называет не то, что я чувствую, — сжимаю его руку чуть сильнее. — Скажи, прошу. Мне кажется, я с ума схожу.

— Значит, верь ему, — неожиданно улыбается Хантер. — Роверу точно лучше знать, чем пахнет или не пахнет его ведьма. Ты, наверняка предвзята к сопернице.

Почему он не говорит? Это что, тайна какая-то? Может попробовать немного надавить? Я не сильна в манипуляциях, но вдруг получится? Как ещё мне что-то выяснить?!

— Ну и как мне выбирать между тобой и Ровером, если ни один из вас не помогает мне в таком простом, но важном для меня вопросе?

— По-моему очевидно…

Договорить Хантер не успевает. Дверь с грохотом распахивается и на пороге пугающей фигурой возникает Ровер.

— Что значит выбирать, Эйлис? — он рычит так, что мне снова хочется обернуться волчицей и убежать. — Я жду объяснений!

Я отскакиваю от Хантера и обнимаю себя за плечи. Волчица скулит, ей плохо оттого, что наш истинный злится. А ещё я понимаю, что не хочу потерять его, хоть это и глупо. Учитывая, что он и не мой, вроде как.

Просыпается протест. Не волчий, а исключительно женский. Боль той, кто чувствует себя лишней, обманутой и ненужной.

— А почему нет? Тебе же можно делить постель с другой женщиной, — отвожу взгляд. — То, что наши волки чувствуют влечение друг к другу, совсем не значит, что мы разделим их желание.

— Потому что ты моя супруга, — Ровер делает всего один шаг и оказывается ко мне вплотную. — Моя, — рычит он, будто дикий зверь, когда на его территорию зашёл чужак.

Впрочем, почему «как»? По сути, так и происходит.

— Хантер, вон отсюда. И отныне, спишь ты в нижних комнатах. Рядом с прислугой. Ясно тебе?

Младший брат лорда Альварина награждает того ненавидящим, тяжёлым взглядом, но спорить не решается. Выходит и захлопывает за собой дверь. Оставляя меня наедине с разъярённым супругом.

Поджимаю губы и отхожу к окну. Ровер меряет шагами комнату, молчим. Моя волчица скулит, хочет, чтобы я обернулась, убедила его, что всё не так, как он подумал, но я не стану.

— Какое будущее ты мне приготовил, лорд? — спрашиваю я, когда пауза затягивается.

Он останавливается и смотрит на меня.

— Ты должно быть шутишь, начиная разговор с этого? После того, что я услышал, ты должна валяться в моих ногах, вымаливая прощение?

— Возможно, — спокойно киваю я. — И, возможно, я бы так и поступила, будь ты моим. Но ты — не мой. Её.

— Но ты — моя! — рычит Ровер и вдруг отступает. — И ты не права. Я не её. Всё сложно, Эйлис. Сложнее, чем мне хотелось бы.

Я оборачиваюсь и смотрю на него. В глазах против воли собираются слёзы.

Может сказать ему? Пояснить, что именно он услышал?

С другой стороны, а что это изменит? Он любит её, не меня. А даже если бы любил меня… я знаю его лишь пару дней!

— Сложно, — соглашаюсь. — Я не понимаю, как быть. Всё это… как один длинный кошмар.

— Что тебя не устраивает? — Раздражённо спрашивает он. — В чём кошмар? Разве я в чём-то отказал тебе? У тебя есть всё, что ещё нужно? Скажи, и я достану. Иду на уступки. Но ты всё равно недовольна.

Мне хочется расхохотаться.

— Ты только что влетел в комнату, когда услышал, как я заикнулась о выборе! Правда не понимаешь, почему я недовольна?!

— Я не стану тобой делиться! — Снова выходит из себя Ровер. — И знаешь, я вижу лишь один способ успокоить тебя и сделать более смирной.

— Тоже запрёшь? — фыркаю я.

— Нет, — он снова оказывается рядом со мной и одной рукой, обхватывает меня за талию и прижимает к себе. — Ты должна забеременеть.

— И что потом? — не смотрю ему в глаза, боюсь расплакаться. — Оставишь меня в покое, если это случится? Рожу ребёнка и всё?

— Почему всё? — он ухмыляется. — Я хотел троих. И чтоб среди них обязательно была девочка. Всегда мечтал о дочке.

Последние слова будто произносил совсем другой мужчина.

Потому что я ещё не видела сурового лорда Альварина таким… мечтательным? Лицо Ровера смягчается, он становится ещё привлекательнее. Тем больнее понимать, что…

— Не говори со мной о детях. Особенно если собираешься изменять. Снова, — пытаюсь отстраниться.

— Знаешь, у двуликих есть свои законы. И я вполне могу привести в дом вторую жену, — снова злится Ровер.