Измена. Свадьба волка

Глава 25 (Ровер) — Ведьма перешла черту

— Ты издеваешься, Хантер? — рычу я сквозь зубы, успевая улыбаться гостям, которые замечают меня. — Ты присматривал за ней. Мила не должна была приехать!

— Чего ты от меня хочешь, — тот поднимает ладони. — Это твоя ведьма, сам с ней и разбирайся. Она была зла как загнанная горная кошка, разнесла половину поместья. Потом долго раскладывала карты, сварила какое-то снадобье и выпил его.

— И чем всё это время занимался ты? — резко оборачиваюсь на него. — Какого демона твой язык удлиняется, когда подсаживаешься на уши моей жене, и отсыхает напрочь при разговоре с Милой?

— Не вешай на меня своих женщин. Ты это устроил, тебе и разгребать.

Без толку с ним разговаривать. Сейчас я должен изображать гостеприимного хозяина и развлекать гостей, чтобы сохранить репутацию, а вместо этого…

Проклятье, возможно через год или два можно будет оставлять такие вопросы Эйлис. Она освоится, станет увереннее и поймёт, что волчья свадьба передаёт ей часть моего авторитета и влияния. Не на всех сработает её влияние, но она сможет заставить себя слушать. Увы, это всё в будущем. Пока придётся разбираться со всем этим сам.

Вхожу в жилое крыло и забегаю по лестнице на верхний этаж. Мила любила те комнаты, хоть и жаловалась на холод. Нравился вид из окна. Уже на лестнице я почуял неладное… жжёными травами пахло слишком сильно. Проклятье, что она там раскурила? Отравиться решила?

— Мила! — пинком распахиваю дверь любимой комнаты ведьмы.

Всё затянуто ржавым дымом. На полу расставлено множество чаш, из которых он и валит, под потолком собралось густое облако.

— Твою мать!

Пересекаю комнату и распахиваю окно. Тут же подхватываю первую из чаш и вышвыриваю на улицу. Вторую. Третью. Открываю ещё окно. Снаружи с упрёком смотрит желтоватая Луна. Знаю, я не должен быть здесь, но и оставить всё как есть я тоже не могу.

Мила совсем чокнулась?!

— Ровер, дорогой, — голос нетрезвый. Но после такого дыма чудо, что она вообще дышит! — Так холодно… закрой окно. Или иди ко мне. Согрей.

Мне хочется её придушить. Сейчас, когда дым немного рассеялся, я вижу, что Мила лежит на кровати и на ней не надето ничего, кроме подаренных мной украшений. Я думал, она будет сочетать их, но нет, она надела всё разом, решив, что лишней будет только одежда и бельё.

— Пожалуй, я вас оставлю, — произносит Хантер и прикрывает дверь.

— Какого хрена, Мила, — рычу я. — Чокнутая. Ты не заметила, сколько волков внизу? Забыла, кто они? В каких мы отношениях?!

— Разве можно о таком забыть, милый, — ведьма разводит колени и ведут ладонью, украшенной подаренным мной кольцом по внутренней стороне бедра. — Помнишь, что мы сделали не прошлой такой встрече? Нас едва не застукали. Согласись, это очень возбуждает.

— Ты сказала, что хочешь отдохнуть, — слежу за её рукой. — Ты же прекрасно знаешь, что сейчас я не могу отвлекаться.

— Почему? — Мила кусает губы и начинает дышать чаще.

Я сглатываю и остаюсь на месте. Голова кружится, нос горит от запаха трав. Слишком резкий, кажется даже, что у меня сейчас кровь носом пойдёт. Не представляю, как Мила этим дышит.

— Немедленно одевайся. Ты поедешь обратно в поместье и будешь ждать там.

— Уже поимел свою соплячку? — Мила не сдерживается в стонах, а я поднимаю голову на потолок.

Мне не стоит здесь быть.

— Ровер… Иди сюда. Поимей меня. Сейчас же… Я же вижу, что ты хочешь!

Что-то не так, но я не сразу понимаю что. Когда доходит, вздрагиваю, будто за шиворот снега насыпали.

Волк. Почему я его не слышу?

Глупый. Радоваться бы, что не придётся спорить с ним и договариваться, но меня пугает одиночество.

— Мила, что за травы ты жгла? Решила человеком меня сделать?!

— Ты не хочешь выбирать, значит я сделаю выбор за тебя, — хохочет она, не прекращая ласкать себя.

— Да что ты? — накрывает злостью. Вот дрянь… она выбрала лучший момент, чтобы покончить с моим двуликим миром? — Я тебе мальчик, Мила? Думаешь, проглочу и слова не скажу, раз ты каблук на шею мне поставила? Что ещё ты сделала? — ставлю колено на кровать и ловлю её руки. — Отвечай! Травила еду?

— Важен только ты, — чокнутая не понимает, насколько разозлила меня. Она вообще вряд ли что-то понимает. — Всё остальное случится само собой.

— А ну вставай!

Резко поднимаю её на ноги. Сдираю с кровати простынь и заворачиваю идиотку.

— Ай, Ровер, пусти! — шипит Мила. — Синяк оставишь. Ты же знаешь, как я это ненавижу, животное!

И голос такой низкий делает. Раньше меня такое заводило, но сейчас приходится сдержаться, чтобы не вышвырнуть её в окно. Мила перегнула палку.

— Закрой рот. Эту ночь ты проведёшь в камере и подумаешь над своим поведением.

— Ты придёшь меня наказать? — тянет томно.

— Нет.

Скручиваю простынь посильнее и практически закидываю ведьму на плечо. Она хохочет, будто пьяная. А может и правда пьяная. Разговора не получится. Эта вонь будто выжгла мне обоняние, не могу разобрать.

Мила верещит и извивается, не слушаю. Не знаю, о чём она думала. Что я, не слыша своей сущности, забуду обо всём и устрою секс-марафон? Когда внизу толпа двуликих, которым только повод дай перегрызть нам глотки. Слишком шаткий у нас мир. Благо лестница ведёт в камеры напрямую. Здесь же тайные ходы, ведущие прочь из замка на случай захвата.

— Ровер, мне больно, прекрати! Ровер! Стоп!

Не слушаю. Раз за разом зову волка. Как давно я его не слышу? Это из-за дыма? Что?

Дохожу до темницы. Сегодня здесь никого, все дежурят наверху. Приходится самому доставать ключи, открывать клетку, запирать Милу.

— Ровер! — она обхватывает прутья одной рукой, второй скользит по моей груди, пытается распахнуть одежду, достать до кожи. — Зачем ты так? Почему злишься?

— А ты не догадываешься? Вообще никаких идей, да?

Ответить она не успевает.

— Альварин? — слышу из темноты голос, которому незачем шастать по моему замку! Вот почему мне нельзя было отвлекаться!

— Чего тебе, Лирой? — я забираю ключи с собой и, игнорируя крики Милы, выхожу к лестнице.

Луноголовый, как его прозвали в насмешку над помешательством Матерью, стоит вверху. Свечи выделяют его силуэт, будто он и правда пророк. И я, поднимающийся из тьмы, под рычащие стоны и проклятья Милы. Странное сочетание.

— Что ты делал там?

— Тебе какое дело? — огрызаюсь я. — Возвращайся на праздник, потанцуй. Проживёшь без меня пару минут, пока я приведу себя в порядок? Нужно вымыть руки. Не хочу, чтобы Эйлис снова истерила из-за воображаемых запахов.

— Я да. А твоя жена?

Упоминание Эйлис ударяет будто хлыстом. Я ускоряюсь, едва не задевая Лирой плечом. Он успевает уклониться.

Проклятье. Нельзя было уходить!

Влетаю в зал и чувствую, как неуловимо изменилась обстановка. Не уверен, может это магия Милы. Все на взводе. Им нужно выпустить пар. Найду жену и буду думать.

По привычке тяну носом воздух, но всё ещё не различаю запахов. Накрывает паникой.

— Терраса, — врывается в мысли голос Лирой.

Он будто почувствовал моё замешательство… Не подаю вида и бегу мимо столов, гостей. Что эти уроды решили сделать?! Да ещё и так внаглую!

Вырвавшись на улицу, пинком отправляю одного из восточных через ограждение, второго вздёргиваю за грудки и с размаху бью по роже. После склоняюсь к Эйлис. Не знаю, что с ней, не чую и это… пугает. Проклятье, я даже не понимаю, ранена ли она!

Заскучавшие гости чувствуют начало представления и высыпают на улицу. Ожидаемо.

— Устрой охоту, — снова вмешивается Лирой. Луноголовый тоже скинул одежду и оброс шерстью, чтоб его. — Ты потерял контроль над балом.

— Громкое заявление, — хмыкаю я в ответ, но ублюдок прав.

Волки завелись. Я чувствую их нетерпение в воздухе. Лучше дать им разрядку.

— Как посмели вы, твари, — обращаюсь к будущим трупам, — нарушить законы гостеприимства и прикоснуться к моей наречённой? Даю шанс на последнее слово.

— Ты ответишь за земли, Ровер!

— Бессмысленное слово. Раз вы не желаете вести себя как волки, будете лишь дичью. Станете охотничьим трофеем. И никто не сможет спорить, что я провожу лучшие балы.

Двуликие порыкивают. Им нравится спонтанно возникшее развлечение. Надеюсь, они побегают подольше. Главное, чтобы не вошли в раж, да не добежали до деревни. Людские жертвы мне сегодня не нужны. Смотрю на Лирой.

— Я останусь с женой. Мои волки определят границы, но тебя прошу взять слово, если кто-то решит нарушить их.

— И зачем мне это?

— Потому что Луна не одобрит.

Он смотрит на Эйлис, и я невольно прижимаю её крепче.

— Будешь должен, — предупреждает Луноголовый и ныряет в поток волков, спускающихся с террасы и готовящихся загонять дичь.

Как удачно. Сейчас мне не нужны лишние глаза и уши.

— Лорд? — рядом появляется один из слуг. — Какие будут приказания?

— Проверить еду и весь замок. Собрать всю ведьмовскую дрянь, сложить в мешки и завтра же вывезти на болото. Весь замок перерыть!

Паренёк моргает, но спорить не решается. Нужно успеть устранить последствия влияния Милы. Одно дело ревновать меня к жене и совсем другое — пытаться лишить волчьей души.

Ведьма далеко зашла. Займусь ей утром, пока нужно позаботиться об Эйлис.