Ольга.
Ключ бесшумно вошел в замочную скважину, я затаила дыхание, представила, как мой уставший любимый удивится моему неожиданному возвращению домой. В нашей квартире пахло елкой и чем-то еще… сладковатым, незнакомым. Из гостиной доносились приглушенные звуки старой комедии. Я на цыпочках прошла в прихожую. Первой моей мыслью было крикнуть:
«С Новым годом, родной!»
Однако, что-то заставило меня застыть на месте.
Мой взгляд упал на пару изящных сапог, небрежно брошенных у порога. Модная обувь мне точно не принадлежит.
Сердце, еще недавно трепетавшее от предвкушения встречи с женихом, вдруг замерло, тяжело, как камень, рухнуло куда-то в пустоту.
Шаг.
Еще шаг.
Я увидела их.
В нашей гостиной, (мерзавец видимо так спешил, что не соизволил дойти до спальни), в самом сердце домашнего уюта, который я так берегла, на диване, застеленном моим любимым пледом, двигались две обнаженные фигуры. Мерцающие огоньки гирлянды окрашивали тела любовников в красные, синие, зеленые тона, словно они издевались над происходящим, особенно над моим праздничным настроением. Я хотела сделать милому сюрприз, а получила кощунственную пародию на праздник…
Артем…
Мой Артем, который еще вчера мне клялся в вечной любви, обещал «плакать» от тоски, сейчас, закинул голову, громко стонал от наслаждения. Под ним, запутавшись в золотом «дождике», извивалась незнакомая девушка.
Я слышала хриплое дыхание любовников, бой курантов из телевизора я восприняла, как личное оскорбление.
Я смотрела на елку, на подарки, на трахающихся кроликов — мой мозг отказывался складывать картину в единое целое. Мое внезапное приземление, мое счастье, мой приезд домой… Все обернулось не долгожданной встречей, а готовой, подаренной мне злодейкой судьбой сценой самого жестокого предательства.
Я до хруста сжала в кармане смешного стеклянного снеговика — милую новогоднюю безделушку, которую я привезла Артему в подарок. Увлеченный процессом мудак даже не обернулся на звук, тогда я запустила в него первое, что мне попало в руку — подушку.
Жаль, это был не кирпич!
К моему глубочайшему сожалению, я не нашла ничего тяжелого поблизости.
Эх, беда, беда огорчение…
Если б я имел коня — это был бы номер…
Дальше не литературный текст, совершенно не к месту.
Чет вспомнилось, бля…
Мой уже бывший жених прекратил «простые движения», соизволил таки отвлечься на летящий предмет бедняжка. Затуманенный страстью и похотью взгляд пиздострадальца, с трудом сфокусировался на мне. Понимаю, тяжело думать головой, когда мозги ушли в стоячий отросток гордо именуемый — писькой.
Секунда оцепенения.
И…
О бля, ебля, дала сбой.
Как это…
А поговорить?..
— Ольга, какого хера ты так рано приперлась⁇! Почему ты мне не позвонила??? — лицо Артема исказила гримаса досады, я увидела вселенскую скорбь и печаль. Вечер не удался… Я так за него переживаю. Печальная печаль. Я бы сказала приздец, бля, — любимая, ты мне испортила умопомрачительный секс!
Вот я сука, как я только посмела?..
Мне надо было позвонить, предупредить…
Беда…
— Так я еще осталась виноватой! — и, правда, как-то неловко получилось, вот такая я пизда, как я могла так поступить! Плохой человек, редиска, ебаный в рот! Оказывается я должна была ему позвонить, предупредить любимого о том, что я еду К СЕБЕ ДОМОЙ!
Мне вот интересно, если бы я сообщила о моем неожиданном возвращении, он бы успел свернуть новогодний банкет?
Чтобы Артем сделал:
Кончил бы по-быстрому…
Или?..
Спрятал бы свою подругу в шкаф?
А, я поняла, она бы спрыгнула с балкона с зонтиком в руках.
За ВДВ, блядь!!!
Вот тварь!!!
— Оль, тебя не было два месяца. Я молодой парень, я устал дрочить!
При темном свете ночника член Артема уже не казался таким уж грозным боевым оружием. Писька была просто атрибутом жалкого человека, стоящего передо мной в позе провинившегося щенка. Мне захотелось взять Артема за шкирку, поднять и спросить:
Чей котенок обосрался?
Я смотрела на него и понимала: самый страшный новогодний кошмар для него только начинается.
Моё имя обязательно будет в титрах в триллере, во мне ожил дух Джона Пилы.
Я люблю пересматривать на досуге все части знаменитых фильмов, семь частей — высший пилотаж.
Я обязательно придумаю для собаки-ебаки нечто особенное, в духе моего любимого героя занимательной киноленты.
Но, это потом, а пока…