— Привет, — приглашаю подругу войти.
— А я пришла тебя проведать. Столько всего на тебя сразу свалилось, моя дорогая. И муж козлом оказался, и болезнь, — посмотрев на меня с сочувствием, снимает куртку, обувь, и мы проходим на кухню.
— Тетя Оль, здравствуйте. Сто лет не виделись.
— Здравствуй, Карин. Как твои дела? Ты совсем пропала, — обнимаются они с мамой. — Садись за стол, сейчас будем чай пить с пирогом.
— С удовольствием, вы безумно вкусно печете. Даже нарушу диету сегодня ради ваших вкусняшек.
— Вот и замечательно.
Мама начинает хлопотать, а я сажусь рядом с Кариной.
— Анют, я до сих пор не знаю, правильно ли я поступила, что сообщила тебе про мужа и Жанну.
— Конечно, правильно. Если бы не ты, я, наверное, долго еще жила в розовых очках.
— Прости, я думала, у них дальше поцелуев дело не зашло, но оказалось…
— Да, — с грустью вздыхаю. — Я ведь тебе рассказывала, что секретутка на нем скакала, прямо в кабинете.
— Вот же гад. Вот он мне всегда не нравился. Скользкий тип. По нему видно, что любит женщин.
— Карин, ты меня сейчас удивила. Ты всегда хорошо отзывалась о Глебе. Говорила раньше, что мне повезло.
— Это я тебе говорила, чтобы не расстраивать. Ты ведь так в него влюблена была. Не скажу же я тебе, что он постоянно на девчонок заглядывается. И вообще, однажды он ко мне приставал, — сбавляет голос на полтона ниже, но мама все равно это слышит и удивленно смотрит на нас.
Это для меня, конечно, шокирующая новость. Никогда не видела, чтобы Глеб проявлял внимание к моей подруге. Наоборот, он всегда ее недолюбливал и просил с ней не общаться. Какие еще подробности мне предстоит узнать?
— Всем привет, — в кухне появляется сестренка. — Какие люди к нам пришли.
В воздухе сразу же растет напряжение.
Моя подруга и сестра недолюбливают друг друга.
— Да, соскучилась по вам.
— А я думала, последние сплетни принесла, — подкалывает ее сестренка. Я всегда переживаю, что она может обидеть Карину.
— Ну что ты? Какая из меня сплетница? Я ведь очень люблю Анюту и переживаю.
— Ага, и поэтому ты решила рассказать, что Глеб к тебе приставал. Хорошая подруга, ничего не скажешь, — хмыкнув, сестренка садится рядом с нами.
— Катюш, ну что ты такое говоришь? — мама возмущенно смотрит на нее. — Я так хорошо относилась к Глебу, никогда бы не подумала, что он может так подло поступить.
Мама всхлипывает и старается незаметно утереть слезы.
— Ну, мамуль, пожалуйста, не плачь, — за нее так больно. Она действительно к Глебу, как к родному относилась. Для нее предательство зятя стало страшным ударом.
— Карин, ну а что же ты их не остановила? — сложив руки на груди, сестра смотрит воинственным взглядом. Вот не любит она мою подругу.
— А что я им скажу? — пожимает плечами и начинает нервно мешать чай в чашке.
— В смысле? За волосы бы оттащила Жанку от Глеба.
— Вообще — то, он мой начальник. Я не хочу лишиться такой шикарной работы. Если он узнает, что это я тебя предупредила, то может уволить меня.
— Сразу видно, какая ты подруга.
— Девочки, не ссорьтесь. Пожалуйста, итак, все на нервах. Нам только ваших перепалок не хватало.
— Все, мам. Мы больше не будем ссориться. Не переживай.
— Карин, а ты видела сегодня в офисе Глеба? Как он?
Не знаю, зачем спрашиваю, но мне хочется, наверное, услышать, что он страдает и мучается так же, как и я.
— Видела, — кивает подруга. — Выглядит, как обычно. С Жанной на обед ходили.
— Ясно, — поджимаю губы, чтобы не разреветься.
Словно в меня вонзается тысяча иголок. От боли разрывает на части. Представляю, как мой муж под ручку идет с любовницей на глазах у всех. Теперь им не надо скрывать свои отношения. Могут не прятаться.
Интересно, а жить он ее приведет в нашу квартиру?
Мне огромных трудов стоит сдержаться и не показать виду, насколько мне неприятно. Безумно хочется убежать в комнату и разреветься в одиночестве.
Но подруга уходит только через полчаса. И я могу вернуться в постель, ведь я еще не совсем здорова, и к вечеру самочувствие ухудшается.
Как бы я ни старалась, но в голову постоянно лезут мысли о Глебе.
Неужели он всегда был лживым предателем? Наверное, любовь меня ослепила, и я ничего не видела. Для меня он казался самым лучшим, порядочным и ответственным.
А, оказался…
Сердце разрывается от боли и тоски по мужу.
Я сейчас словно на эмоциональных качелях. То я его ненавижу, через несколько минут пытаюсь найти оправдания. Безумно хочется уснуть и проснуться, когда уже не будет больно.
— Ты спишь? — заглядывает в комнату сестренка.
— Нет. Заходи. Мне кажется, я сегодня вообще не усну.
— Ну вот еще, — Катя ложится рядом со мной.
— Запомни, Ань, ты у себя одна. Еще из — за какого — то похотливого мужика не спать.
— Спасибо, — обнимаю ее, чувствуя любовь и душевное тепло. — Без твоей поддержки я бы совсем расклеилась.
— Выше нос. Мы все переживем. Пореви три дня, а потом бери себя в руки и вперед, покорять мир своей красотой.
— Я тебя обожаю, — весело смеемся с ней, совсем как в детстве.
Как хорошо, что я собрала вещи и приехала жить к родным. Рядом с ними быстрее затягиваются душевные раны.
— Не доверяй Карине, — неожиданно говорит сестра.
— Ты просто не любишь мою подругу. С детства ревновала меня к ней.
— А вот и неправда. Просто она подозрительно себя ведет. И я никогда не поверю, что зятек к ней приставал.
— Ты его уже защищаешь? — отстранившись, смотрю на нее и не верю ушам.
— Нет, ты что? Но и твоей подружке я не доверяю. Она явно темнит. Присмотрись к ней. И не рассказывай ничего.
— Мы же с ней с раннего детства дружим. Почти родные, она фактически жила у нас, пока ее родители — алкоголики в запой уходили.
— Не знаю, сестренка. Не внушает она мне доверия. Совсем забыла тебе рассказать, — подскочив на кровати, Катя возбужденно стреляет в меня глазами.
— Что случилось?
С моей сестрой не соскучишься.
— Никогда не догадаешься, кого я сегодня встретила у дома.
— Даже пытаться не буду.
— Лешку Воронцова. Он же уезжал в другую страну.
— Да ты что. Сто лет его не видела.
— А я ему сказала, что ты теперь тоже здесь живешь.
— Надеюсь, ты не сказала ему про развод?
— Намекнула. Он ведь в школе по уши был влюблен в тебя.
— Ну зачем? — закатываю глаза. — Не хочу я ни с кем встречаться. Мне не до мужчин сейчас.
— Тебя еще никто и не позвал. Так что успокойся. Но глазки у него загорелись, когда я сказала о тебе.
— Катюш, ты неисправима, — наш разговор прерывает звонок, который сообщает, что на мой телефон пришло сообщение.
Взяв гаджет в руки, замираю на месте.
«Привет. Это Жанна».