Измена. Я узнаю правду

Глава 29

Я открываю рот, чтобы возразить подруге, но вовремя торможу себя.

Почему — то переубеждать ее совершенно не хочется.

В последнее время она очень настойчиво пытается очернить Глеба в моих глазах. Это уже выглядит странно и подозрительно.

— А что Жанна говорит? Вы ведь общаетесь, — внимательно наблюдаю за мимикой Карины, но она, натянув каменную маску, невозмутимо продолжает разговор. — Наверное, она красочно рассказывает, как они счастливы?

Специально ее провоцирую.

— После того, как она уволилась, мы общались только один раз. Я позвонила ей узнать про самочувствие. Она сказала, что они ехали с Глебом к его маме, и вдруг произошла авария.

Закатываю глаза, потому что невыносимо устала от бреда, который льется на меня потоком уже долгое время. Вот только неясно, Карина сейчас врет, потому что в одной банде с Жанной или просто передает слова секретарши.

— Вот зря ты не веришь, — усмехается Карина. — Тебе же лапшу на уши вешают.

Ага, или ты сейчас меня обманываешь.

— Пусть, — не выдержав, отвечаю и быстрым шагом направляюсь на выход.

— В смысле? Тебе все равно? Ты что, решила его простить?

— Все мужчины изменяют. Погуляет и вернется ко мне. Зачем рушить семью из — за мимолетной интрижки?

Даже от фразы меня коробит. А если бы это было реальностью, меня бы это убило.

— Ты странная, — хмыкает подруга и успокаиваться не хочет. — Неужели тебе плевать? Я бы с ума сошла, если бы мне муж изменял.

Решаю подыграть ей. Вот только непонятно, что за игру она ведет.

— Карин, дай совет, — резко останавливаюсь, и она врезается в мою спину. — Я совсем запуталась. Что бы ты сделала на моем месте?

Растерянно хлопая ресницами, поджимает губы.

— В твоей ситуации может быть только один совет. Конечно же, развод. Зачем терпеть ложь и грязь. Ты еще и в больнице у него дежуришь. У тебя есть гордость?

Карина говорит очень убедительно, и раньше бы я ей безоговорочно поверила. Она ведь мне очень близкий человек. Мы с раннего детства вместе. Мы делились всеми тайнами и секретами. Карина часто жила у нас, была как член семьи.

Но сейчас я все больше замечаю, что она ведет двойную игру.

— Спасибо за совет. Я обязательно им воспользуюсь и в ближайшие дни подам на развод. Ты абсолютно права. Надо вспомнить о гордости и, кстати, как у тебя на личном?

— У меня? — от удивления у нее расширяются глаза.

— Ну да. В последнее время мы говорим только обо мне. Прости, что веду себя как эгоистка. Просто столько всего навалилось. Так как у тебя дела?

— Все нормально. Без изменений. Сейчас самое важное — избавиться от предателя. Мне безумно обидно за тебя, Ань. У вас же такая семья была примерная. Со стороны вы казались идеальными. Все вам завидовали.

— А ты? — мой вопрос ставит подругу в тупик.

— Что я? — заикается она.

— Ну ты тоже завидовала?

— По — доброму. Конечно. Кто же не хочет крепкую семью.

— Ты не подумай, я же не по — злому. А теперь, глядя на то, как разрушилась ваша семья, не знаю, как верить в любовь и вообще доверять.

— Вот и я не знаю, — произношу задумчиво. Вот только я говорю совсем не о Глебе, а о подруге.

— Ой, Анют, мне пора на работу. У меня же нет мужа, который будет меня содержать.

Чмокнув меня в щеку, она быстро убегает на автобусную остановку.

Неприятное чувство окутывает сердце. Как будто я сейчас потеряла близкого человека.

Сквозь сладкие речи Карины я слышу неприкрытую ложь. Я надеялась до последнего, что подозрения сестры ошибочные. Но сейчас в глазах подруги я увидела черную зависть. Возможно, она уже много лет таит ее в сердце и только ждала момента, чтобы ударить побольнее.

На секунду растерявшись, оглядываюсь по сторонам. Совсем забыла, что я собиралась сделать. И только когда мне на глаза попадается зеленая вывеска с надписью «Аптека», вспоминаю, что хотела купить. Беру на полке сразу несколько разных тестов для верности, расплачиваюсь и выхожу на улицу.

— Привет, сестренка, — набрав Кате, тут же получаю ответ.

— Привет, у меня к тебе просьба. Приедешь сегодня ко мне? С котенком познакомишься и дело одно есть. Ты мне будешь нужна.

В одиночестве мне страшно делать тест. Мне необходима моральная поддержка. А с сестрой спокойнее.

— Конечно, — вечером жди меня с тортиком. — Как Глеб?

— Все хорошо.

Сбросив вызов, убираю тесты в сумку и спешу обратно к мужу.

— Я вернулась, — захожу в палату и, увидев Глеба, целительное тепло разливается в груди.

— Я уже соскучился, — целую его и улыбаюсь, потому что он жутко колючий.

— Все нормально?

— Ты не поверишь, Жанна ломилась ко мне в палату.

— Упорству этой женщины можно позавидовать, — закатываю глаза.

— Ох, и, как назло, в аварию попал. Иначе я разобрался бы с мерзавкой.

— Не переживай. Главное, что мы все выяснили. И, возможно, Карина с ней заодно.

— Главное, что ты не ушла от меня, — переплетаем пальцы, прижимаемся друг к другу лбами. — Мы вместе и со всем справимся.

После напряженного разговора с Кариной время с мужем действует как успокоительное.

До позднего вечера я нахожусь рядом с мужем, поддерживаю его как могу. Врач сообщает нам дату операции на руку. Осматривает Глеба, делает перевязку и говорит, что все заживает хорошо.

— Будь осторожна. Я к тебе тоже охранники поставлю, — мне хотелось еще побыть, но муж настаивает, чтобы я ехала домой и отдохнула.

— Глеб, ну это уже лишнее. Это женская зависть. Не будет же Карина реально мне вредить физически.

— Я не буду тебя слушать. Мне так спокойнее. Договорюсь, чтобы за тобой человек последил.

— Вот какой же ты упрямый, — сжимаю его ладонь сильнее. — Я бы хотела с тобой остаться.

— Нет. Тебе надо отдохнуть. Завтра утром мама приедет, а ты поспи.

— Очень люблю тебя, — утыкаюсь ему в шею, вдыхаю родной запах.

— Моя маленькая, и я люблю тебя. И очень волнуюсь.

Мы долго прощаемся, целуемся, словно у нас второй медовый месяц начался.

Сестра приезжает ко мне с тортиком. Знакомство с Васькой проходит очень шумно. Она визжит от радости, ведь Катя с детства мечтала о собаке или кошке, но мама была категорически против.

Я рассказываю ей все, что сегодня произошло. Делюсь подозрениям насчет Карины.

Мы пьем чай, долго болтаем.

Но только утром я решаюсь сообщить ей о задержке и достаю из сумки все тесты.

— Вот это новость, — у Кати глаза расширяются и в них застывают слезы. — Да ты что? Неужели.

— Не плачь, — крепко обнимаю ее и чувствую, как стучит ее сердечко. — Мне очень страшно. Пойду в ванную и все сделаю.

Проделав все манипуляции, кладу тест на раковину и засекаю время.

— Ну что? — заглядывает сестра.

— Надо подождать, — облокачиваюсь на стиральную машину и стараюсь не смотреть на тест.

Молчим, уставившись друг на друга.

— Не пора еще смотреть? — нетерпеливо потирает сестра ладони.

— Нет, — вздохнув, проверяю часы.

— Мне не верится, что я стану тетей, — в глазах Кати блестит радость.

— Подожди, еще ничего не известно.

— Я чувствую, что ты беременна. Я сон видела.

— А если Глеб не обрадуется? Он всегда был против, говорил, что еще не время для детей.

Холодный озноб пробирает все тело. Так волнительно, что даже пальцы дрожат.

— Не накручивай себя. Давай будем решать проблемы по мере их поступления.

— Ладно. Ладошки мокрые. Жутко боюсь.

— Пора, сестренка. Раз, два, три, — командует Катя, мы одновременно поворачиваемся и разглядываем тест.