Кара Императоров

8

Кара

Новое утро наступает с манящим запахом сладких лесных ягод и свежей домашней выпечки, который, словно невидимый туман, заполняет весь дом и пробуждает мой аппетит. Я села в мягкой, уютной постели, глубоко вдыхая этот ароматный запах, который тут же вызывает у меня острое желание съесть что-нибудь вкусное. Живот, словно имея собственное мнение, тут же подтверждает, что он хочет этот пирог немедленно, и я чувствую, как он начинает настойчиво бурчать от голода. Впервые за несколько дней мне действительно хочется кушать, а не отвернуться от соблазнительных запахов и с трудом сдерживать мучительные позывы рвоты.

Оставив спящую Тэрен в светлой просторной комнате, я спускаюсь по скрипучим деревянным ступеням на кухню. За несколько дней я привыкла к этому дому с его теплой атмосферой, немного стало легче, когда и приветливая хозяйка меня приняла, и её заботливые сыновья бережно стали относиться ко мне. Моя беременность подтвердилась и едва об этом узнала чуткая Эдерия, стала сама искать встречи. Она теперь была добра и заботлива, излучая материнское тепло, и я чувствую, что она искренне заинтересована в моём благополучии.

Так что я не удивилась, когда увидела сейчас её на просторной светлой кухне. Едва она меня заметила, тут же грациозно поднялась с мягкого бархатного диванчика, оставляя завтракать мужчин в их повседневной одежде, жизнерадостную малышку Соню с золотистыми кудряшками, дочь Алекса, и элегантную Ирен за массивным дубовым столом. Протянула мне крупный сочный фрукт, похожий на румяное яблоко, и тепло улыбнулась:

— Рядом с таверной я ухаживаю за фруктовым садом, — пояснила она, её карие глаза блестят материнской нежностью и искренней заботой. — Там вырастила эти плоды. Тебе сейчас нужны витамины, дорогая.

— Спасибо, — улыбнулась я, принимая фрукт и чувствуя его сладкий аромат. — Чем так вкусно пахнет? — я спросила, мои глаза сканируют кухню, пытаясь найти источник запаха. Эдерия улыбнулась и кивнула в сторону духовки, где что-то аппетитное выпекалось.

— Ты проголодалась? — Ирен поднялась, её глаза блестят с интересом, а улыбка на лице становится шире. — Не тошнит больше? — заботливо добавила она.

— Нет, есть хочу, — улыбнулась я, чувствуя, как мой желудок снова начинает бурчать от голода.

— Это хорошо! — Ирен улыбнулась шире, её лицо светится радостью. — Сейчас нападёт такой жор, что будешь сама не понимать — чего хочешь больше, — посмеялась она. — Придётся моим мальчикам ловить больше рыбы и ходить в сад к Эдерии ночью за яблоками.

— Или поручить это страшным и опасным Повелителям, — хохотнула Эдерия, её голос полон иронии, но я тут же замерла. Медленно подняла взгляд на неё и покачала головой, чувствуя, как моё лицо становится горячим от смущения и растерянности одновременно.

— Если они вообще заметили моё исчезновение, — с горечью сказала я.

— Ну, хватит тебе, — Эдерия приобняла меня, её объятия тёплые и комфортные. — Этого они точно не могли не заметить, — улыбнулась. — И праздник явно отменён. Судя по новостям и слухам.

Я благодарно киваю и присаживаюсь на мягкий стул, чувствуя, как моё напряженное тело расслабляется от её успокаивающих слов. Эдерия знает, как найти нужные слова, чтобы успокоить и поддержать, и я искренне благодарна ей за эту материнскую заботу.

Эти насыщенные несколько дней я много времени провела за планшетами, жадно впитывая знания, узнавала множество деталей из нашего общего прошлого и, кажется, смогла убедить настороженных Алекса и Тона, что нынешние Императоры намного лояльнее, чем жестокий предшественник, Айларен. Один тот факт, что Итен поделился властью с братом — стало ключевым моментом в их непростом решении. И, судя по их помятым заспанным лицам и темным кругам под глазами уже не первое утро подряд, они долгие ночи напролёт убеждали в этом своего упрямого отца, Александра.

Вообще, меня даже искренне позабавила эта любопытная семейная манера почти одинаково называть всех мужчин, словно это какая-то древняя традиция. Правда, когда я с интересом спросила про Тона — мол, почему он именно такое необычное имя получил, оказалось, что его полное имя тоже начинается на "А". Просто своенравному юноше никогда не нравилось настоящее имя, и он с самого беззаботного детства упрямо представляется Тоном. И мне, признаться, так понравилось больше.

Статный отец Алекса и Тона и любящий муж Ирен произвел на меня неизгладимое впечатление. Я украдкой увидела его в один из вечеров, но то, с какой отеческой добротой он посмотрел на меня своими проницательными карими глазами и как укоризненно покачал седеющей головой, узнав, что его сыновья держали меня несколько мучительных суток в сыром погребе, заставило меня тут же проникнуться к нему глубоким уважением. И едва он прибыл, нежно поцеловал в розовую щёчку свою очаровательную Ирен, тут же решительно пошел узнавать последние новости и серьезно говорить с сыновьями. Он настолько показался мне властным, но одновременно добрым и понимающим, что я теперь с нетерпением ждала новой встречи, чтобы подробно порасспрашивать его лично о множестве интересующих меня вещей. Если будет такая счастливая возможность, конечно.

Заходит сонная Тэрен, её длинные серебристые волосы слегка растрёпаны после сна. Тон тут же ей уступает место, подвинувшись. Но она привычно садится рядом со мной. Тэрен внимательно осматривает, что я пью и ем, её большие фиолетовые глаза внимательно изучают содержимое моей тарелки. После осторожно кивает, соглашаясь на чай от Ирен, её тонкие пальцы обхватывают горячую чашку.

Несмотря на то, что Тэрен и правда инопланетянка по сравнению с нами, её кожа с легким серовато-благородным оттенком и необычные черты лица уже не кажутся странными. К ней Ирен и, конечно, Эдерия стали относиться так же мягко, как к любому другому члену семьи, когда поняли, что мы не очень-то и опасные.

Хотя, кажется, мы все уже инопланетяне. Разве нет? Эта мысль вызывает у меня легкую улыбку.

— Мы сейчас пойдём к отцу, — спокойно говорит Тон. — Он с утра уже в головном здании, и нам нужно закончить с отчётами. Можешь с нами, Кара.

— Правда? — я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло от этого приглашения.

— Кажется, тебе не интересно проводить дни с женщинами и заниматься хозяйством, — мужчина слегка наклонил голову, изучая моё лицо. — К тому же, чем больше ты будешь к нам расположена, тем лучше будет наш… Так сказать, коннект.

— Хорошо, — кивнула я, ощущая прилив энтузиазма. — Конечно.

— Доедай… — мягко напомнил, но…

Следующие слова Тона практически не слышу, словно резко оказавшись в вакууме. Ощущаю рядом, вокруг себя чужую, опасную силу и тут же встаю из-за стола, отхожу от них, чтобы не задеть, в случае чего. Это не зря. Едва я оказываюсь на улице, по полупрозрачному дымку вокруг меня проходится импульс, выброс силы. Я быстро смотрю в небо, и без проблем нахожу шаттл. Он опускается медленно, опасно играет своими сигнальными огоньками и готовится выстрелить, если вдруг на него решатся напасть.

Рядом с ним появляются несколько небольших джетов и судя по тому, как они замерли, ведётся разговор с шаттлом Этериума. И пока мои мужья явно отвлеклись и сила поубавилась, я забираю и впитываю её в себя, проводя её сквозь ладони, забирая до последнего.

— Госпожа… Кара. Я с тобой, — рядом ощущаю Тэрен и поворачиваюсь к ней. Киваю. Нахожу Эдерию и сглатываю.

— Прошу вас, не выходите. Пока я не пойму, что вам ничего не угрожает.

— Думаешь? — Эдерия сглотнула и так и не двинулась с крыльца столовой. Тут был отдельный выход и сейчас он их всех спас. Не знаю, что они хотели сделать, но убей они этих людей и Эдерию, я бы не простила.

Теперь бы не простила.

Алекс и Тон не послушались, непреклонно и решительно отправились со мной, их суровые лица не оставляли ни сомнения в твёрдости намерений. И в итоге к массивному главному зданию, возвышающемуся тёмной громадой на фоне затянутого неба, мы шли вчетвером. Тэрен не отставала от меня ни на шаг, а мужчины, чьи доспехи тускло поблёскивали, держали наготове свои отполированные мечи, их руки были напряжены и готовы к бою при малейшей угрозе. Пока в затянутом тучами небе велись переговоры, сопровождаемые далёким гулом двигателей, мне было даже спокойно, я чувствовала, что ситуация под контролем. Не сожгут они планету, деревню и её ни в чём не повинных жителей, пока я тут. И потому я успеваю прийти к Александру и извиниться. Хотя бы.

— Прошу прощения за своих мужей, — сказала я, с сожалением глянув на мужчину, едва увидела его. — Но вам лучше дать им доступ. Пусть приземлятся. Я сама всё разрешу, — добавила.

— Ты всего лишь маленькая девочка, — по-отцовски говорит мужчина, низким и мягким голосом, но в нём слышна нота предостережения. — А они… — он не закончил фразу, но я знаю, что он хотел сказать.

— Монстры, я знаю, — я кивнула. — Знаю, кто они для вас. Но они также мои мужья, — добавила.

— Что ты предлагаешь, Кара? — хмурит брови мужчина. Осторожно осматривает своих сыновей и снова смотрит на меня.

— Арестуйте меня.

— Кажется, это ты прошла ещё с ними, — Александр кивнул на своих сыновей. — За что? Ты тут при чём?

— Вы можете требовать себе свободу за меня и Тэрен, — я быстро объясняю. — Вообще, любые условия. Я согласна вам помочь только потому что вы такие же, как я. Согласна побыть товаром, чтобы вы больше никогда не знали горя и мучений.

Это решение мне пришло только сейчас, когда мы шли к Александру. Оно показалось мне гениальным и решением всех проблем. Да и тут действительно живут хорошие люди. Они нормально ко мне отнеслись, даже учитывая то, что им это интересно. Алекс, Тон и Тэрен в шоке смотрят на меня. Но… После Тэрен кивает и протягивает руки.

— Давайте, — кивает она. — Терпение у Императоров не безгранично.

Пока все заняты посадкой императорского джета на центральной площади, нас с Тэрен в так называемой одноэтажной мэрии, здании с потрескавшейся штукатуркой, сковывают тяжёлыми наручниками и массивными цепями, холодный металл неприятно впивается в кожу. После я подхожу к пыльному окну с облупившейся краской на раме и смотрю, как там садится джет. Он величественно опускается с безоблачного неба, его серебристый корпус ослепительно блестит на полуденном солнце, а его крылья, похожие на крылья хищной птицы, раскинуты в стороны, отбрасывая причудливые тени на землю.

Ювелирно и красиво он замирает в сантиметрах над брусчаткой главной площади, поднимая вихри пыли, а затем, в конце концов, плавно опускается, и его гладкий люк тут же бесшумно едет вверх, выпуская дарлов и Императоров в их роскошных одеяниях.

Джет представляет собой огромную машину, длиной в несколько десятков метров, с гладким, аэродинамическим корпусом цвета жидкого серебра и двумя мощными двигателями, расположенными по бокам, от которых исходит едва уловимое гудение. Его крылья, сделанные из сверхпрочного металла с замысловатым узором на поверхности, имеют сложную форму, позволяющую им изменять угол атаки и обеспечивать стабильность полета. На борту джета виднеются несколько тонированных окон, через которые нельзя увидеть внутреннее пространство корабля, но они отражают солнечный свет, словно зеркала.

Когда Императоры выходят из джета, они выглядят величественно и уверенно, их длинные мантии развеваются на лёгком ветру. Они неторопливо шагают по выдвинувшемуся трапу, внимательно осматривая всё вокруг своими пронзительными глазами, и моё сердце просто вырывается из грудной клетки, отчаянно колотясь о рёбра. Мне почти плохо становится от их появления, к горлу подкатывает тошнота. В глазах темнеет, словно наступают сумерки, я сама бледнею, как полотно, машинально облизывая пересохшие губы. Сглотнув ставшую вязкой слюну, я поворачиваюсь и смотрю на Тэрен. Она берёт меня за дрожащую руку, глухо звякнув тяжёлыми цепями, и ободряюще улыбается, несмотря на собственный страх. Её карие глаза блестят с сочувствием и поддержкой, как у верного друга, и я чувствую, что она рядом со мной, что она глубоко понимает бурю моих противоречивых эмоций.

— Они любят вас. Вот посмотрите.

— Что я говорила тебе? На “ты” и просто Кара.

— Не могу. Меня накажут за такое…

— Нет, не посмеют, — я улыбнулась. — Ты только моя. И мне решать, за что тебя наказывать.

— Для меня это честь…

— Для меня это честь, Тэрен. Твоя преданность мне приятна. Безумно, — кивнула. Замечаю жест Александра и нервно сглотнула. Затем перевела взгляд на Тона и кивнула. — Идём?