Даша
Я, стараясь не скрипеть паркетом, прокрадываюсь мимо гостиной, как слышу за спиной подозрительно бодрый голос Наташки:
— Привет, ночная пропажа! — Наташка сидит на диване с чашкой чая: растрёпанная, в белой пижамке с вишнями. Видимо, только проснулась.
— Ц-ц-ц… Машка ещё спит?— Как убитая!— Тогда тихо.— Расскажешь?— Не сейчас. Мне нужно в офис, меня ждут…— Кто ждёт? И где — на лавочке под окном? — Наташка уже ретируется на кухню, чтобы посмотреть в окно, выходящее во двор.— Не пали!Но она уже картинно кому-то улыбается и даже поднимает чашку в приветственном жесте.
— Ничего так, красавчик. И тачка приличная… Кто такой?— Наташ, давай не сейчас. Мне нужно переодеться.— Хорошо, идём!Мы проходим в мою комнату. Пока Наташка роется в гардеробе, выбирая, по её словам, «охренительный наряд для провинившейся девочки», она продолжает допрос:
— Кто такой?— Дима. Но больше пока ничего не скажу.— Угу... А Дима у нас «большой» человек?— Да.— Понятно. А от Машки почему скрываешь?
— Потому что всё только началось. Не хочу, чтобы кто-то знал…— Не обижает?— Нет, что ты…— Обидит — убью! — Наташка протягивает мне синюю короткую юбку и белую блузку, выбирает аксессуары. — Надеюсь на твоё здравомыслие: ты не позволишь мне совершить преступление?Она уже улыбается — значит, всё нормально.
— Перед Машкой тебя не сдам, но ты не затягивай…— Окей!Быстро переодеваюсь. Наташка завершает мой образ шпильками и маленькой сумочкой.
— Всё! Красотка!И я бегу вниз к Диме. Время уже половина девятого, стоит поторопиться.
Дмитрий
— Это что за красота такая! Никогда не был шовинистом, но такие ноги своей девушки хочется прятать от глаз похотливых мужиков.
— Не все мужики похотливые…— Все! Просто большая часть об этом молчит и никак не проявляет, прикидываясь мягкой домашней вафелькой, а в душе — самцы…Мы смеёмся. До офиса доезжаем без пробок, что даже странно для этого времени. Прибываем вовремя. Дашка немного зажата — видимо, не совсем понимает, как теперь стоит себя вести.
— Даш, всё нормально?
— Да.— Переживаешь из-за офиса?— Угу.— Давай просто объявим, что мы вместе, и всё! Никаких загонов с моей стороны нет. Я бы хотел обозначить границы для других мужиков, чтобы оградить тебя от лишних вторжений…— Дим, давай подождём. Я пока не готова. «Стажёрка и генеральный» — как-то уж очень пошленько звучит. Будто я сама навязалась…— Не навязалась. Это скорее я тебе проходу не давал. Ты вообще девочка-ромашка — только через несколько дней поняла, кто я такой… Это я с первого дня всё видел, только осознал, что «моё», чуть позже. — Вижу, что еще напряжена. Поднимаю руки в примирительном жесте. — Хорошо, как хочешь. На время моей поездки оставим всех в неведении, но по возвращении я представлю тебя как свою девушку… Окей?— Угу… Дим, я пойду вперёд, хорошо?— Хорошо, но дай хоть поцеловать.Я коротко прикасаюсь к её губам, и это сразу туманит мозги.
— Иди, Даш, а то не оторвусь…Фото от автора. Даша и Дмитрий
Даша
Выскакиваю из машины. Иду по парковке и натыкаюсь на заспанного Олега. Моя улыбка от уха до уха сильно контрастирует с его помятым лицом.
— Привет! Что с лицом?
— Отцовство по нему бьёт, — Олежка улыбается так искренне, но ощущение такое, что не спал ни минуты.— У Ольги с Сашкой был? Пустила?— Аллилуйя! — и он показательно вскидывает руки к небу.— Как Сашка?— Ой, она такая красотка. Но да, сейчас болеет. Мой маленький «тошнотик»… Всю ночь была горячая как печка, но сейчас полегче, температура спадает. Ольга немного поспала, сейчас она с ней, а я поехал на работу. Важное совещание, не мог отложить…— К девочкам заехать? Нужна помощь?— Нет. Мы с Ольгой договорились, что, пока Сашка болеет, я её подстрахую. У неё там заказ какой-то большой, отменить не вариант. После обеда я снова к ним…— Ольга не подпускает?— Конечно нет! Я бы на её месте тоже не подпустил мудака такого… Единственное мне оправдание — что не знал. Но, может, всё ещё удастся отмотать назад? Посмотрим. Кстати, Лисёнок не знает, что я её отец. Просто «дядя Олег» пока. Не проколись, если пересечётесь.— А чего так?— Оля так решила…— Угу.Мы уже подходим к рабочим местам. И только сейчас Олег замечает какие-то перемены во мне: моё искрящееся счастьем лицо и ту самую «блаженную улыбку».
— А ты сегодня какая-то другая… — он прищуривается. — И что ты делала на парковке? Парень появился? Подвёз?
— Ну, есть такое.— Расскажешь?— Не-а!— Смотри у меня! — и вкрадчиво, полушёпотом: — Надеюсь, это Матвеев?Щёки начинают гореть, плавно отправляя «пламя» на уши и шею. Точно так же, полушёпотом, отвечаю ему:
— Я тебе ничего не скажу… Усёк?Мы оба смеёмся.
— Усёк! Давай работать, девочка-стажёрка.День проходит в рабочей суете. Совещание по проекту гостиниц в Иркутске (недалеко от уже запланированных спортивных объектов) проходит довольно бодро. Мои предположения относительно целевой аудитории и её требований к инфраструктуре были рассмотрены критически: часть приняли в работу, часть подвергли сомнению, но разрешили «порыть» в этом направлении, а остальные гипотезы отправились в корзину.
Вячеслав Анатольевич в целом доволен моей работой, коллеги тоже подбадривают: «Так держать!». Несмотря на некоторые «пролёты», я очень довольна. Меня прикрепляют к группе, занятой разработкой методологии исследования. Это вообще моё! В душе ликую.
— Такими темпами, Даш, есть все шансы досрочно занять должность маркетолога-аналитика. Молодец!
— Спасибо!Олег после совещания и правда уезжает к девчонкам, обещая передать от меня приветы и пожелания скорейшего выздоровления.
Дальше время тянется. Ловлю себя на мысли, что хочется к Димке, но ему сейчас не до меня. Вчерашний вечер он «бил баклуши», а сегодня усиленно готовится к поездке. Это не рядовой проект, а открытие филиала. Дел у него много — не отвлекаю…
Ближе к вечеру, когда я уже вернулась домой, от Димы приходит сообщение:
«Девочка моя, прохожу регистрацию, в ближайшие 5–6 часов буду недоступен. Писать не смогу. Знай: ты самое замечательное, что со мной случалось. Целую тебя и не скучай. Скоро приеду! А сейчас — открывай дверь…»Не понимаю последнюю фразу, но в дверь звонят. Иду открывать. Там курьер с огромным букетом чайных роз. Аромат мгновенно заполняет квартиру. В букете нахожу маленький конверт, а в нём — записка и ключи с картой от лифта.
Разворачиваю листок:«Моей чувственной девочке. Это ключи и карта от квартиры. Буду рад, если ты хотя бы иногда будешь заезжать туда. Мне важно знать, что твой аромат и смех наполняют мой дом, даже когда в нём нет меня».Улыбка вновь озаряет моё лицо...
Подписывайтесь на автора и оставляйте своё мнение в комментариях
— это действительно важно!