Коэффициент страсти Генерального

Глава 59 – Без…

Даша

Неделя без Димы еле ползёт. Да, мы перезваниваемся и иногда вечерами шалим по телефону, но это — малое… Хочется большего. Только в разлуке понимаешь, как на самом деле ты привязан к человеку.

Боня не спасает. Он тоже потерял своего человека. Периодически заглядывает мне в глаза, вопрошая: «Где этого кожаного оставила? Погибнет же! Иди забирай — не кормлен, наверное, лоток не поменян! Найдёт себе другую хозяйку…» Последним размышлениям в своей голове я не даю развития. Откровенный разговор с Димой меня как-то отрезвил. Возможно, на время, но пока я не заваливаюсь в ревность и лишние эмоции.

Димка мне организовал доставку всего, поэтому с бытом я не заморачиваюсь. Под мою ответственность оставлен только кот. Но эта буржуазия уже такая самостоятельная, что можно сильно не переживать — верила я, но наступил вторник.

Мне надоела ресторанная еда, и захотелось просто приготовить что-то самой. Поэтому я с утра отварила куриное филе, приготовила лёгкий бульон с яйцом и нарубила овощи на «Цезарь»… Решила принять душ, а потом уже сесть позавтракать.

Но, вернувшись из комнаты, я обнаружила, что это недоразумение дожёвывает мою куриную филеху, а ему, скорее всего, нельзя. Так и получилось. Через десять минут кот сменил «лыбу» на «мину» и начал нещадно орать — видимо, скрутило желудок. А через пять минут квартиру разрывали звуки рвотных позывов этого урки-пролетария… Потом потекло в лоток и мимо… Пришлось хватать этого кота-скота и везти экстренно в ветеринарку. Пока ехали, он показательно закатывал глаза и проявлял все признаки сдыхающей тушки. Водитель такси, наверное, нас проклял. В переноске Боня не смог — орал так, что у нас уши заболели. Пришлось брать этого гопника на ручки, так он заслюнявил всё: и меня, и машину… Оказалось, у этого «аристократа» действительно аллергия на курятину.

В ветеринарке такие показательные выступления устроил! Ему УЗИ делают, кровь берут — он даже не шелохнулся. Язык на плечо, глаза перед врачом закатывает, а на меня смотрит с прищуром... Прокапали его. Диета строгая. А так — живой, носится как конь.

Когда рассказывала Диме, он долго ржал, и я с ним. Теперь-то я могу над этим посмеяться. Хорошо, что Дима сегодня ночью уже прилетает. За этим дитём буду смотреть не только я одна, а то слишком нервное это занятие.

Сегодня я не попала на работу, предупредив Вячеслава Анатольевича, что у меня форс-мажор с котом-рецидивистом. Тот тоже ржал от моего краткого пересказа ситуации.

— Спасай своего мелкого воришку. Мы тут сами разберёмся…

Потом звоню Машке. Давно не виделись. Я почти всю неделю езжу в наш с Димой дом, и у неё уже много вопросов. Договариваемся завтра встретиться в нашем итальянском ресторанчике.

Уже ночью должен прилететь Дима. Я его очень жду. Но, видимо, дневные потрясения с Бонифацием меня утомили, и я провалилась в сон. Просыпаюсь от того, что слышу, как внизу хлопнула дверь.

Наваждение. Вспоминаю то самое появление Димы, когда между нами всё произошло в первый раз… Несусь по ступенькам вниз.

— Дима!

Димка внизу. Видно, что уставший. На нём светлые джинсы и светлый пуловер, чемодан стоит в углу… Как же я по нему соскучилась!

— Дашка!

Прыгаю к нему в объятия, обвивая его не только руками, но и ногами. Он подхватывает меня за попу, плотно прижав к себе. Дышу его ароматом — древесным и терпким, с нотками бергамота и его самого… Он стонет мне в ушко:

— Дашута… Девочка, люблю тебя… Как же я скучал!

Он ставит меня на ноги, и мы медленно, влажно целуемся.

Уже игриво:

Он берёт меня за руку, и мы идём в нашу спальню.

Как же хорошо снова ощущать его мощные руки и умелые губы на своём теле, его — в себе… Меня кроет не только от физической, но и от эмоциональной, духовной близости… Мне хорошо до слёз…

Мы уже в нашей постели, а у меня по щеке катится слеза. Димка её смахивает:

Прижимается губами к моему виску и шепчет: «Люблю тебя. Засыпай. Я рядом».