Котики для Снежной Королевы

Глава 8

Она опять с горечью всхлипнула.

А я перевела пораженный взгляд на мужчин, которые так и не вошли внутрь и толпились у порога.

— Кай? — посмотрела я на них. — Серьезно? Вы его похитили, что ли?

В ответ Теурус с Аргусом перевели свои взгляды на Мериса, а тот почему-то выставил подбородок вперед, и сказал:

— Ты из-за него поперлась на Землю, из-за него от всего отказалась. Бросила нас! Я решил, пусть он будет рядом. Так у тебя больше не будет желания, куда-то уйти.

— В каком смысле рядом? — просипела я, стараясь не думать о том, что он сказал еще, ведь я этого ничего не помнила. — Он где-то в замке?

И тут же передо мной появился Кай. Точнее голограмма в воздухе показала нечто вроде ледяной камеры с решетками, за которыми сидел растрепанный Кай, весь посиневший со стеклянным взглядом, перебирающий какие-то льдинки на полу.

— Что с ним? Где это?

Голограмма будто услышала меня, и показала весь замок в уменьшенном полупрозрачном виде, а затем и подземный этаж.

— Он в казематах, — ответил Мерис, продолжая смотреть на меня с вызовом. — Я поместил его туда, чтобы не помер раньше времени.

— Ты с ума сошел? Что Кай делает? Что с ним?

— Как это что? — мужчина посмотрел на меня так, словно я и сама должна была догадаться. — Складывает из льдинок слово «Вечность». Это же ты для него придумала развлечение.

— Я? — я даже пальцем тыкнула себе в грудь, потому что это было уже слишком. — Я ничего подобного не придумывала!

— Ты, моя повелительница, — Мерис мягко улыбнулся мне, словно мною городился, а затем печально добавил: — Но, видимо опять об этом забыла.

— Это же в сказке было, — пробормотала я, покачав головой, и вновь попросила показать мне Кая, который так и продолжал возиться на полу с льдинками. — Он же погибнет от холода… Его же надо вытащить оттуда. Домой вернуть…

— Ах если бы, — Аргус закатил глаза в потолок, — может быть одной проблемой стало бы меньше. Уверен, скоро его подружка Герда еще заявиться. Они же друг без друга не могут. И начнется цирк.

— Герда, его жена, — ответила я, продолжая смотреть на Кая, который напоминал мне больше зомби, всем своим внешним видом. — Он точно не умрет?

— Ну вот, опять, начинается, — устало вздохнул Аргус. — Точно. И жена его тоже. Они же не совсем люди.

— Что начинается? — я требовательно посмотрела на мужчину, а тот сразу же отвел свой взгляд, и пробормотал себе под нос:

— Ничего, моя королева. Всё как обычно.

— Значит Кай не замерзнет насмерть? — решила для начала удостовериться я.

— Эти льдинки, амулеты, которые ты для него создала. И пока он будет из них собирать слово «Вечность», будет жить. Как только перестанет это делать, сразу умрет.

— Безумие какое-то, — покачала я головой, а затем потребовала мысленно вновь показать мне Марину, и увидела, как она всё еще плачет на плече этого мужчины, и естественно захотела перенестись сначала к ней, чтобы успокоить подругу, но тут ощутила, как меня за руку взял Теурус, успевший приблизиться, незаметно, и посмотрев в глаза, сказал:

— Вам нельзя с ней больше общаться.

— Почему это? — опешила я, с удивлением смотря на мужскую руку, которая лежала на моей.

Кажется, Теурус впервые до меня дотронулся за всё то время, что мы общаемся? Наверное, поэтому я решила притормозить и не отдавать никаких приказов креслу.

— Вы уже инициировали себя. А значит вы теперь — богиня. Ваша мощь её уничтожит. Вы просто заморозите её насмерть, если окажитесь рядом. Она — простой человек. А вы теперь — сама стихия.

— Но… — я с ужасом посмотрела на своего стража. — Как же так… Я что вообще теперь никогда не смогу общаться с людьми?

— Люди вашу мощь не выдерживают, если нет специальной защиты. Такую же вы сделали для Кая. Те льдинки, которые он выкладывает. — Теурус мотнул головой в сторону голограммы с Каем, которая в уменьшенном виде висела в воздухе. — Они — защита для него. Поэтому сначала вам нужно для своей подруги сделать нечто подобное, и только так с ней общаться.

— Нечто подобное? — Я вновь приблизила голограмму Кая. И ткнула туда пальцем. — Да он, как зомби выглядит! Я не хочу, чтобы Марина выглядела также. Да и вообще, даже эти льдинки, как их сделать? Где взять, и как ей передать?

— Нам этот секрет, увы неизвестен. Это можете знать, только вы, — спокойно ответил он, и посмотрел на Кая, и я заметила, как в мужском взгляде впервые за долгое время промелькнула эмоция, нечто вроде злорадства, но он тут же спрятал её, когда понял, что я на него смотрю.

Ладно, это не к спеху, потому разберусь со всеми этими ужимками и недомолвками. А то столько информации на голову вылилось, за неполный день, что меня уже голова кругом.

— А вы… вы же можете общаться с людьми?

— Можем, — кивнул мужчина, и добавил вкрадчивым тоном голоса: — Если захотим.

Теперь я смотрела на него совсем другим взглядом. Так и знала, что Теурус самый опасный из мужчин.

— В каком это смысле, если захотим?

— Моя королева, — это был Аргус, который оказался слева от моего трона, тогда, как Теурус, стоял напротив, — вы забыли о том, что должны проверить, отступил ли Мороз. Это важнее всего, сейчас. Или вы хотите, чтобы альфа начал действовать и начал войну? Если так, тогда можно и не проверять.

Я посмотрела на Мериса, который почему-то так и не переступил порог тронного зала, и так и стоял, выдвинув челюсть вперед с независимым видом, еще и руки на могучей груди сложил и вообще весь набычился, недовольно разглядывая мою руку, на которой так и лежала рука Теуруса.

— Хорошо, вы правы, — процедила я, чувствуя себя, словно в ловушке, и понимая, что лучше сейчас пойти на уступки, а то эти трое, меня скоро с ума сведут своим поведением.

Да и Марину жаль, надо ей хоть какую-то весточку отправить.

Ну и с Каем что-то решить.

Я, конечно, зла на него, но не настолько, чтобы превращать его в зомби.

Хотя, что греха таить, было приятно увидеть его таким.

Эх… всё же есть во мне что-то от злодейки. Наверное, не зря я таки ею оказалась. Никогда не страдала всепрощением.

Я мысленно призвала голограмму тех самых мест, о которых мы говорили ранее с Корунгом, и увидела интересную картину.

Честно не ожидала, что это будет выглядеть вот так, буквально.

Холод действительно отступал. Причем стремительно. Снег начал таять с огромной скоростью прямо на моих глазах, впитываясь в землю, а солнце греть. И всё это на огромной территории в ту самую тысячу километров, как я и просила Мороза. Голограмма показывала одновременно вид сверху, а также отдельные части мест, к которым я присматривалась, сразу же увеличивая их. А из-под земли уже начали появляться зеленые ростки травы и цветов. На немногочисленных деревьях набухать почки даже появляться листики. Ощущение было такое, словно я смотрю видео пробуждения природы от зимней спячки в ускоренном режиме.

Невероятное зрелище.

— Здесь слишком много, — нахмурился Теурус, который пристально следил за происходящим на голограмме, и даже руку мою сжал, чуть сильнее.

От чего я вздрогнула, и попыталась вытащить свою ладонь из его, а он тут же её придержал, не давая мне забрать свою руку.

Не знаю почему, но этот мужчина меня пугал, и одновременно вызывал любопытство.

И мне до ужаса не хотелось, чтобы он продолжал меня держать за руку, и одновременно я жаждала, чтобы он меня не отпускал.

Нет, это не было неприятно, это было просто… страшно. И страх этот был глубинным. И я никак не могла понять, откуда он во мне взялся. А еще предвкушение.

Предвкушение чего-то особенно неистового и опасного.

Если Мерис был больше сладким лапушкой, Аргус — вредным задирой, а вот Теурус… настоящий опасный и хитрый хищник. Который тебя либо разорвет на части, либо… А вот что второе, хотелось узнать.

И при этом остаться живой и невредимой.

— Мороз сделал больше, я не понимаю, — задумчиво протянул мужчина.

— Я ему сказала так сделать, — ответила я, не видя смысла скрывать.

— Зачем? — Теурус посмотрел на меня с удивлением.

— Как это зачем, пятьсот мало же. Пусть у них будет побольше раздолья. Я где-то читала что ареалы обитания хищников исчисляются сотнями километров, а про оленей я вообще молчу. Эти ребята и тысячи могут проходить, в поисках нормальных условий для жизни.

— Раньше тебя это не волновало, — сказал Теурус и голову на бок повернул, как кот, рассматривающий что-то необычное. Еще и на «ты» со мной перешел.

Интересно, мне уже по-настоящему начинать переживать, или всё еще не так страшно?

И почему, собственно, я должна переживать?

— Раньше меня это не волновало? — переспросила я, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение, и я даже не совсем понимала на кого злюсь, на себя прежнюю или Теуруса? — Так может, именно поэтому я и сбежала к людям? Потому что меня здесь ничего не волновало?

Теурус молчал. Он всё ещё держал меня за руку, и это тоже начинало меня бесить. Но когда я дёрнула кистью, его пальцы сжались сильнее — не больно, но непреклонно.

— Отпусти, — потребовала я.

— Вы отдаёте приказ, моя королева? — в его голосе не было насмешки, но было что-то… испытывающее.

Я посмотрела ему в глаза. Вдруг ставшими желтыми, как у того котёнка из воспоминания. Только сейчас в них горел не страх, а холодное, выверенное ожидание.

— Если я прикажу — ты отпустишь? — спросила я.

— Беспрекословно, — одними губами улыбнулся мой страж.

Врёт. Я вдруг отчётливо это поняла. Он не отпустит. Не потому, что ослушается — потому что найдёт способ сделать так, чтобы я не приказывала.

— Вы закончили с проверкой? — вмешался Аргус, и его голос прозвучал спасительным якорем в этом странном напряжении, что повисло между мной и Теурусом.

Я перевела взгляд на голограмму. Весна наступала с пугающей скоростью. Там, где только что лежали сугробы, уже зеленела молодая трава, а по освободившейся от льда земле побежали первые ручьи.

— Да, — выдохнула я. — Мороз отступил. Даже больше, чем нужно. Корунг, надеюсь будет доволен?

— Должен, — Теурус наконец отпустил мою руку и сделал шаг назад. — Но волки не из тех, кто бывает доволен долго. Им всегда нужно больше.

— Звучит как угроза, — протянула я.

— Это не угроза. Это предупреждение, — пожал плечами страж.

Голограмма погасла по моему мысленному приказу. Я встала с трона и вдруг почувствовала, как сильно устала. Тело ломило, словно я не на ледяном кристалле сидела, а мешки с песком разгружала.

— Мне нужно отдохнуть, — призналась я честно. — И поесть. И подумать.

— Всё будет, моя королева, — Мерис наконец переступил порог и приблизился ко мне, но на этот раз не пытался схватить за руку или прижать к себе. Он просто стоял рядом, и от его близости почему-то становилось спокойнее. — Я провожу тебя в твои покои.

— Мы проводим, — поправил Аргус с лёгкой усмешкой. — Не стоит забывать о субординации. Брат.

Мерис зыркнул на него с недовольством, но промолчал.

Мы вышли из малого тронного зала, и я снова оказалась в кабинете Мороза. Теперь, когда спешка отпустила, я смогла рассмотреть его внимательнее. И чем дольше смотрела, тем отчётливее понимала — здесь всё было моим. Не отца. Моим.

Я создавала его. Я придумывала каждую деталь.

Я подошла к стеллажу со свитками из инея. Протянула руку, и один из них сам соскользнул с полки, раскрываясь в воздухе. Внутри кружилась метель, а в центре её стояла маленькая девочка в бело-голубом платье. Она смеялась, ловя снежинки ладонями, и я узнала себя.

— Кто это сохранил? — спросила я, не оборачиваясь.

— Это вы сохранили сами, — ответил Аргус. — Сказали, что хотите помнить, каково это — быть ребёнком и не бояться своей силы.

— А потом забыли, — тихо добавил Мерис.

Свиток закрылся и мягко опустился мне в ладонь. Лёд не холодил. Он казался тёплым, живым.

— Я хочу увидеть Марину ещё раз, — сказала я, пряча свиток за корсаж платья. — Просто увидеть. Также из тронного зала. Не приближаясь к людям.

— Это безопасно, — кивнул Теурус. — Но советую сделать это после того, как вы отдохнёте. Хотя странно, раньше вы не испытывали усталости и не чувствовали голода. Нельзя, чтобы об этом кто-то узнал.

Он нахмурился.

— Может это просто привычка? — спросил Мерис. — И она скоро пройдет?

— Будем на это надеяться, — это был уже Аргус. — Иначе бунта нам не избежать…

— А ничего, что я всё еще здесь? Обсуждаете меня так, будто я не в этой комнате, — криво усмехнулась я.

— Мы ваши личные стражи, и обязаны заботиться обо всем, что связанно с вашей жизнью, — спокойно пояснил мне Теурус, но мне показалось в его словах нечто странное, какой-то подтекст. Будто я сама должна была это понять.

— Это ведь дело всей нашей жизни, — добавил с ухмылкой на лице Аргус, но эта ухмылка была приправлена горечью.

Так и хотелось заорать: «Да что вы от меня хотите, я ни хрена не понимаю!». Но почему-то я этого не сделала. Сама не знаю, что меня останавливало.

Может страх узнать что-то неприятное о себе прошлой?

Хотя куда уж приятнее. Я — злодейка. Снежная Королева. Которая опять держит Кая в плену.

Кстати, о нем…

Мы вышли в коридор с окнами, и я снова засмотрелась на бушующий океан. В одном из окон уже светало — над Южным океаном поднималось солнце, окрашивая лёд в розовый цвет.

— Красиво, — выдохнула я.

— Это вы создали, — сказал Мерис. — Чтобы из окон всегда было видно что-то прекрасное. Даже если внутри замка творится хаос.

— Умница какая я была, — хмыкнула я. И спросила: — Как мне вернуть Кая обратно домой? Живым и здоровым?

Мои стражи переглянулись, а заговорил вдруг Теурус:

— Не самая лучшая идея, моя повелительница.

— Это еще почему? Вы же сами говорили, что Герда за ним приедет, и вам это не нравится?

— Давай ты сначала отдохнешь. А потом уже поговорим, — сказал этот невозможный мужчина, причем так, что я поняла — бесполезно. Он и пальцем не пошевелит, пока что? А вот, что именно я узнаю после того, как «отдохну».

Пришлось соглашаться и топать обратно к себе.

Покои Снежной Королевы занимали весь четвёртый этаж, и когда двери распахнулись, я поняла, что слово «покои» здесь явно преуменьшение. Это был отдельный мир.

До этого я не успела понять, где вообще очнулась. Всё было как-то слишком быстро. Я проснулась, потом была ванная комната, потом Мерис пытался затащить меня в постель, после меня одели, вручили корону со скипетром, и отправили в тронный зал.

А вот сейчас я могла более детально всё рассмотреть.

Гостиная размером с футбольное поле, с камином, в котором горел… лёд. Настоящий ледяной огонь — сине-белый, танцующий, но не тающий. Мягкие шкуры на полу, стены, переливающиеся перламутром, и окна от пола до потолка, за которыми сейчас проплывали айсберги.

— Очень хочется принять ванную. Это возможно? — спросила я первое, что пришло в голову.

Аргус хмыкнул.

— Вы спрашиваете у нас, моя повелительница?

И взгляд такой насмешливый, так и хочется за волосы дернуть или за усы, когда он станет ягуаром. Хотя не уверена, что это хорошая идея…

— Просто узнаю планы. Вдруг еще что-то срочное?

— Еда будет подана в малую столовую, — Теурус указал на одну из дверей. — После того как вы приведёте себя в порядок, мы обсудим планы на завтра.

— А сегодня? — уточнила я.

— Сегодня вы отдыхаете. И, полагаю, пытаетесь вспомнить что-то ещё. С остальными делами разберемся позже.

Мерис шагнул ко мне, на мгновение коснулся моей руки, а затем и лица — легко, почти невесомо. Я на автомате подняла к нему лицо, и подумала, что он сейчас меня поцелует, даже приготовилась, но вместо этого страж сказал:

— Если я понадоблюсь, ты только позови. Я буду рядом.

— Мы будем рядом, — снова поправил Аргус, но без обычной ехидцы.

Мерис одарил брата очень недружелюбным взглядом, но делать ничего не стал.

Они ушли, все трое. Оставив меня одну в этой ледяной роскоши.

И только тогда я позволила себе выдохнуть.