Мои попытки

Глава 12

Дрон

Вздрагиваю от неприятного толчка в виске. Перевернувшись на живот, зарываюсь лицом в прохладную подушку, чтобы снять тупую боль в голове. Но как бы я ни хотел снова заснуть, уже проснулся и не могу больше спать. Зевнув, перекатываюсь на спину и смотрю в белый потолок. Ко мне медленно возвращаются воспоминания о вчерашнем дне.

— Вот, блять! — кричу я, сев на кровати. С ужасом смотрю на свою голую грудь, затем щупаю себя, проверяя, все ли кости целы. А они должны быть сломаны к чёрту или, по крайней мере, я не должен лежать голым в нормальной кровати, в квартире, не считая трусов Роко на себе.

Боже.

Хватаюсь за голову, ощущая полное омерзение к тому, что натворил. Почему я это сделал? Почему именно алкоголь? Я же знал, что мне будет так хреново. Знал, что ничего не смогу контролировать. Знал, что моё тело не воспринимает нормально алкоголь, который делает меня тупым и жалким придурком. Блять.

Выползаю из кровати и забираюсь в душ. Под холодный, ледяной душ. Такой, чтобы сдохнуть от стыда из-за того, что натворил. Хотя всё может быть и не так, как я помню. Роко я мог и выдумать. Я такое вытворяю, особенно когда покурю травку. А вчера я и курил, и пил, и пережил паническую атаку. Так что всё, может быть, и не настолько плохо. Но кто-то привёз меня домой, раздел и уложил спать. Я очень надеюсь, что это была Рэй.

Надев на голое тело спортивные штаны, выхожу в гостиную и хлопаю себя по губам, чтобы не издать ни звука. Мне ни хрена не повезло. Вообще, ни капли. Сглотнув неприятную кислоту, медленно подхожу к дивану, на котором спит Роко. Он настоящий. Настоящий грёбаный Роко Лопес.

— Блять, мне пиздец, — шепчу, разглядывая полностью одетого Роко. Вся его рубашка помялась, как и брюки. Он отвёрнут от меня к спинке дивана и ни хрена не помещается на нём. Диван, вообще, не предназначен для того, чтобы на нём спали. На нём едва три худых человека поместятся, чтобы присесть, а что уж говорить про высокого, мускулистого и просто огромного мужчину.

— Ещё какой тебе пиздец.

Вздрагиваю от хриплого ото сна голоса Роко. Дёрнувшись назад, я весь вытягиваюсь.

— Дай поспать немного, Дрон. Сколько сейчас?

— Не знаю, — едва слышно отвечаю.

Роко подносит руку с часами к лицу и издаёт стон.

— Блять, семь утра, Дрон. Иди ты на хуй, у меня отпуск, — злобно цедит он, ёрзая на диване.

Мне бы уйти. Посидеть в спальне и подумать над своим плохим поведением, но я таращусь на Роко. Почему он не ушёл? Он будет бить меня? Я же ничего ему такого не ляпнул, да? Я имею в виду, помню, что мы разговаривали, и я просил прощения, но потом… был фейерверк? Где я был в это время? Я уже спал? Очень и очень на это надеюсь. Очень.

— Ты дашь мне поспать или как? — бубнит Роко.

— Я… это… прости, — мямлю я.

Роко поворачивает голову и, прищурившись, смотрит на меня. Его волосы в полном беспорядке, на щеке отпечаток ткани дивана и, вообще, я не понимаю, как мог считать этого человека ублюдком. Да он… хм, нормальный. Хочется сказать милый, но не буду, иначе это даже я расценю не так.

— На столе лежит обезболивающее и стакан с водой. Я вчера тебя заставил принять одну таблетку, но не уверен, что она помогла.

Поднимаю голову и, действительно, всё лежит на столе.

— Теперь я могу поспать? — недовольно зевнув, Роко опять отворачивается и закрывает глаза.

Иди. Уходи куда-нибудь, Дрон. Ты должен уйти.

— Да, блять, Дрю! Не пялься на меня! — орёт Роко, и я вздрагиваю.

— Про… прости, — делаю ещё один шаг назад.

— В задницу. Поеду домой спать. В задницу. Ненавижу тебя. Реально, Дрон, сейчас я тебя так сильно ненавижу. Я хочу спать, — Роко садится на диване и двигает шеей, буравя меня мрачным взглядом.

— Прости, — повторяю я.

— Пошёл ты, — бормочет себе под нос Роко и встаёт с дивана. Он хватает свой валяющийся на полу пиджак, а затем собирает свои вещи со столика.

— Роко?

— Ага, он самый, — кивает он, забрасывая пиджак на плечо, и направляется к двери.

— Роко?

— Ну что? — оборачивается он и злобно смотрит на меня.

— Мне жаль. Я не знаю, был ли ты вчера…

— Был. Точка. Я был там. Ты извинился. Миллион раз. Точка. Всё. Дело закрыто. Точка. Что-то ещё? — резко и отрывисто перебивает меня.

— Эм… нет.

— Окей, — он делает шаг.

— Роко?

— Да что?!

— Ты привёз меня сюда?

— Да, я привёз тебя сюда, потому что ты был в отключке. Не бухай так больше, ты реально тяжёлый. И если хочешь обвинить меня в том, что я поимел тебя, то иди ты на хуй.

— Я… нет, я не хотел. Прости меня. Я не пью особо… мне нельзя. Максимум грамм двадцать, и я уже, как обдолбанный. Мне очень стыдно. Прости, у меня была…

— Мне неинтересно, — обрывает он меня и открывает дверь.

— Роко?

— Блять, что ещё ты хочешь? — рычит он, задерживаясь в дверях. — Я хочу спать.

— Спасибо и… это, не нужно ехать к тому парню, он тебя недостоин, — шепчу я.

— Отвали, Дрон, просто отъебись от меня, — Роко хлопает дверью, и его уже нет.

Вот же чёрт. Чёрт.

Сажусь на диван, ещё сохранивший тепло Роко, и касаюсь ладонью подушки. Теперь мой диван пахнет Роко. Я наклоняюсь и нюхаю его. Да я совсем рехнулся? Дебил.

Дёрнув головой, встаю и быстро иду к столу. Бросаю таблетку в рот, запив её водой. Ладно, ещё больше стыда не помешает. Ладно. Роко и так меня ненавидит, так что вряд ли я сделал хуже. Или я мог сделать хуже? Что я ему наплёл, кроме извинений? Раз Роко сказал, что я был в отключке, то очень надеюсь на то, что я извинился и заснул. Надеюсь. Хотя если бы это было не так, то Роко меня размазал бы, верно? Верно. Ладно, всё окей. Всё окей.

Сегодня мне необходимо отвезти деньги, потому что я больше не даю несколько сумм вперёд. Это не работает, я уже проверял. Отец оставшуюся сумму тратит на выпивку, а не как он говорит и клянётся, что отсылает немного денег домой. Но я не верю. Больше не верю. Я бы и сам отправил сестре с матерью, но не умею. Я не смогу отправить сам потому, что не умею читать. И в этом моя огромная проблема. Я не умею читать. Пытался учиться сам, но не получается. У меня не всё в порядке с мозгом, и никогда не научусь читать, а я бы так хотел им помочь. Есть ещё проблема с тем, что я не знаю, где они сейчас живут. Отец говорил, что им пришлось переехать после посещения Арсена. Так что лишь определённая сумма. Только тысяча долларов сегодня, и всё.

В сумерках я сажусь в автобус и еду на окраину города, чтобы сегодня исполнить свой долг. А потом я выкурю косяк и забуду обо всём. Завтра всё повторится, но с каждым днём мне становится проще приходить к отцу. У меня есть возможность защитить себя.

Вхожу в старый дом, в котором страшно воняет мочой и дерьмом. На этаже слышен шум: звуки телевизора, секса, ссоры, драки, смех. Полный букет того же самого, что я слышал на протяжении долгих лет. И каждый раз, когда оказываюсь здесь, благодарю Бога или кого-то ещё, что там, где я сейчас сплю, тихо. Мне не нужно вздрагивать от каждого крика и терпеть, пока кого-то насилуют или бьют. Не нужно зажимать уши, только бы не сорваться с места и не помочь людям.

— Ты сегодня поздно. Продукты принёс? — рявкает отец, когда я вхожу в квартиру.

— Нет. Я принёс деньги. Можешь оставить себе немного, — кладу купюры на грязный стол, захламлённый пустыми коробками из-под еды и бутылками пива. Отец переводит взгляд на деньги и хватает их. Пересчитав, он быстро прячет их за грязную диванную подушку.

— Этого мало. Арсен хочет больше, Дрон. Он требует быстрее всё выплатить, потому что мы тянем долгие годы.

— Я не могу приносить больше. Это мой максимум. Мне не платят больше, — огрызаюсь я.

— А что насчёт того мудака, который в тот раз дал тебе денег? — прищуриваясь, спрашивает отец, поднимаясь с дивана.

— Я работаю на него и выплачиваю свой долг и ему тоже. Это всё, что мне удаётся заработать. Я, правда, не могу больше. Правда.

— Это херня, Дрон. Ты можешь заработать больше. И ты знаешь, как заработать больше.

Холод проносится у меня по позвоночнику.

— Нет, — шепчу, мотая головой. — Я больше не буду этим заниматься. Нет.

— У тебя нет выбора. Из-за тебя мы в заднице, Дрон. Это ты виноват, наркоман чёртов. Это ты сделал с нами. Ты, — он тычет в меня пальцем, а я отхожу назад. — И ты расплатишься сегодня. Ты…

Дверь резко распахивается, и маленькая комната наполняется людьми.

Блять. Блять. Блять.

— Дрон, мой хороший мальчик, — мерзкий Арсен выходит вперёд и криво улыбается мне. — Ты чистый сегодня.

— Что это значит? — спрашивая, бросаю на отца напряжённый взгляд, а тот лишь пожимает плечами.

— Арсен разозлился, а я не собираюсь расплачиваться за тебя, Дрон. Я достаточно уже терпел, — фыркает он. — Можешь его забрать, как мы и договорились. Я отдал тебе всё. Он моя плата.

У меня всё леденеет внутри, когда отец показывает на меня.

— Что? Нет… нет… я приношу деньги. Я же приношу их. Я буду и дальше выплачивать, — облизав губы, говорю я.

— Ты ни хрена не принёс мне с нашего последнего свидания, Дрон. Я ни хрена не получил от тебя, — выплёвывает Арсен. Его тёмные глаза бегают по моему телу, и он облизывается.

— Это не так! Не так! Я каждый день приношу отцу деньги, а он должен отдавать их тебе! Я приношу! — выкрикиваю я. — Скажи ему. Скажи, что я приношу деньги.

С мольбой смотрю на отца, но он отрицательно качает головой.

— Ты врёшь! Я только что принёс деньги! Только что! Арсен, они за подушкой. Он положил их туда. Посмотри, — я тычу пальцем в диван.

Арсен дёргает головой, приказывая одному из своих людей, проверить мои слова.

— Это мои деньги. Я заработал их сегодня. Продал партию наркотиков, — спокойно произносит отец.

— Нет, это я принёс их. Я.

Мужчина достаёт деньги и протягивает их Арсену. Отец продаёт наркотики? Он, блять, издевается надо мной?

Арсен пересчитывает их и хмыкает.

— Здесь за три дня. Я же обещал. И я сделал всё, как мы с тобой договаривались, Арсен. Я заманил его сюда, потому что он не приходил раньше. Он пытался снова сбежать, но я пригрозил ему сестрой. Ты можешь его забрать, это белое дерьмо мне больше не нужно. Пусть расплачивается сам, как у него прекрасно получается. Тем более, ты упоминал, что на его задницу уже выстроилась целая очередь.

Арсен переводит на меня взгляд, а меня начинает тошнить от страха. Нет. Чёрт. Нет. Я же только начал нормально спать, хотя бы по два часа. Я же только поверил, что всё будет хорошо. Я же только…

— Забирайте его. Теперь ты принадлежишь мне, Дрон. Весь ты.

— Нет! Я не могу! — ору я.

На меня нападают, но я ударяю одного из них.

— А сучка брыкается. Ничего, давайте немного повеселимся, угомоним её. Развлекайтесь, парни. Притащите мне его уже послушным, — бросает Арсен. Мой взгляд мечется между дверью, которую они заблокировали собой и теми мудаками.

— Пап, ты не можешь так со мной поступить. Пап! — в отчаянии кричу я. — Ты же соврал ему! Пап!

— Я выйду покурить, — говорит отец и исчезает за дверью.

— Ну что, Дрон, повеселимся, — криво усмехается один из мужчин и достаёт раскладной нож. Он щёлкает им, выпуская лезвие.

Сглатываю, понимая, что мне конец. Просто конец. Их девять человек. Девять, а я один. И они все обучены убивать. Блять. Они заберут меня, и я снова подставлю Роко. Я не могу подставить Роко. Нет. Не могу. Он не простит меня больше. Я не подведу Роко.

Меня бьют в челюсть. Зубы скрепят. Несколько мужчин хватают меня за руки, но я выгибаюсь и рычу, толкаясь ногами. Меня перекидывает через них на пол, и я быстро подскакиваю, сделав подсечку. Они орут, нападают на меня. Поваливают меня на грязный пол. Удар в живот, я успеваю напрячь пресс, как меня учили. Удар в яйца, и вот здесь я скулю. Огонь боли проходит через меня. Я мотаю головой, когда мне пытаются открыть рот.

Я не могу подвести Роко. Не могу. Я должен предупредить его. Должен…

— Ублюдок! — выкрикиваю и смыкаю зубы, когда у меня во рту оказывается грязный член. Я кусаю с силой его. Кровь попадает мне в рот. Насильник орёт во всё горло. Удар в рёбра, ещё один. В лицо. Я перекатываюсь и встаю на колени, весь залитый кровью. Выплёвываю изо рта плоть и получаю по лицу снова. Упав, пытаюсь встать. Удар в живот. С меня стягивают джинсы, но я дёргаю ногами. Заплывшим взглядом вижу валяющуюся на полу бутылку и хватаю её. Развернувшись, бью ею кого-то по голове. Мой бок обжигает сильной болью, но я, дрыгаясь, бью снова и снова. Мой кулак попадает кому-то в челюсть. Я успеваю отползти от острия ножа и перекатиться. Разбиваю бутылку. На меня нападают сзади, сжимая моё горло. Меня снова бьют в живот и в ноги. Я, задыхаясь, стискиваю в мокрых от пота пальцах горлышко бутылки. Взмахиваю рукой назад и попадаю розочкой прямо в лицо. На меня брызжет кровь. Я пинаюсь и ползу, подтягивая штаны. Мои пальцы, покрытые кровью, скользят по дверной ручке. Вылетаю в коридор, хватаясь за бок и сплёвывая кровь на пол.

— Лови его!

— За ним!

Сбегаю вниз по лестнице и несусь по улице, заскакивая в переулок. Всё моё тело горит от боли. Меня трясёт от страха. Я бегу, путаюсь в своих ногах и падаю. Слыша крики за спиной, я снова бегу по переулкам.

Заскочив за угол, ищу в кармане джинсов мобильный и достаю его. Опять слышны крики. И я снова срываюсь на бег. Мои лёгкие работают на износ. Мне уже нечем дышать. Все мои пальцы в крови, и они скользят по экрану. Роко… давай возьми трубку. Роко.

Прижимаю телефон к уху, сотрясаясь всем телом от страха.

— Да… блять, да, — прочистив горло, отвечает Роко.

— Прости меня, — оглядываясь, шепчу я.

Мне сложно идти. Так сложно. Я натягиваю на голову капюшон, а он тоже весь в крови.

— Дрон?

— Я не могу тебя подвести, Роко. Я… я… мне так жаль… Роко, я не вернусь. Прости меня, — сиплю я.

Мне пиздец, я не в силах больше идти, у меня так болит всё. Ужасно болит. Мой бок безумно ноет. Я хватаюсь за него.

— Дрон, ты где? Дрон!

— Я… я… далеко. Неважно, прости меня. Просто скажи… скажи, что ты простишь меня. Скажи мне это, — прошу его, всхлипывая, когда вижу на своей руке кровь. Меня пырнули ножом. Чёрт.

— Дрон, блять, возьми себя в руки. Ты где? Ты можешь сказать мне, где ты находишься?

— Я… я… скажи, что ты прощаешь. Я не вернусь больше. Я не могу… у меня нет сил идти. Они близко. Они найдут меня снова… Роко, умоляю, Роко… умоляю тебя… скажи, что ты простишь меня. В квартире… под кроватью то, что… я… выиграл. Забери деньги. И прости меня… пожалуйста, Роко, — скулю я, скатываясь по стене. У меня всё дрожит, и реально нет сил, даже чтобы нормально дышать, я не могу больше бежать. Мне плохо. Моя голова болит, во рту постоянно скапливается кровь и стекает по моему подбородку.

— Я не прощаю тебя. Нет. Но я прощу тебя, если ты скажешь мне, где ты. Дрон, скажи мне. Дрон, я приеду за тобой. Скажи, где ты. Ты можешь мне отправить геолокацию?

— Нет… я не умею… я не могу… прости, господи, Роко, прости меня. Мне конец. Я… Роко, прости. Я должен идти дальше, хотя бы ползти. Я… мне так жаль, мне очень жаль. Я…

— Дрон, там, где ты сейчас находишься, есть дорога? Ты в черте города?

— Я на окраине. Я очень далеко. Ты не должен сюда соваться, они убьют тебя. Они знают… знают, что я не дам им причинить тебе вред. Они… они идут за мной. Я слышу их. Я не могу встать. Прости меня, Роко. Прощай…

— Нет! Дрон, слушай меня! Слушай меня! Ты понял?

— Я не могу, — хлюпнув носом и сплюнув кровь, смотрю вперёд, тяжело дыша. Я слышу их голоса. Они ищут меня.

— Можешь. Слушай меня. Немедленно поднимай свою задницу. Давай. Ты сможешь. Давай, Дрон, ради меня. Вставай, — требует он.

Я облокачиваюсь о стену и пытаюсь встать, но не могу. Я сразу же падаю обратно.

— Дрон, вставай. Давай. Ты сможешь. Тебе нужно дойти до дороги и найти машину. Такси. Там должно быть такси.

— Нельзя… они работают на них. Они…

— Дрон, ты мне доверяешь?

Мои зубы стучат друг о друга. В голове столько страха. Тело всё избито и ноет, кровь хлещет из меня. Но я слышу его голос. Я помню, что он заботится обо мне. Роко никогда не причинил мне вреда, это я приношу вред.

— Да… да, Роко, я тебе доверяю, — шепчу, слизывая кровь с губ.

— Хорошо. Тогда поднимай свою задницу и иди к дороге. Иди туда, где люди, понял меня? И всегда будь на связи. Не отключай мобильный, ты услышал?

— Да… я пытаюсь, — снова облокачиваюсь о стену, моя рука скользит. Но я должен. Я должен встать. Должен подняться, потому что не могу подвести Роко. Больше не могу. Он столько всего сделал для меня.

Сцепив зубы, встаю на трясущиеся ноги. Мои колени подгибаются, но я стою.

— Я встал… иду, — хриплю я.

— Хорошо. Это хорошо. Иди. Что ты видишь? Описывай мне всё, что ты видишь.

— Мусорный бак… каменную стену… дерьмо. Грязь. Окно. Лестница… они идут, Роко. Они идут, я не успею, — обернувшись, я чувствую и слышу их приближение.

— Концентрируйся на мне, Дрон. На моём голосе. Продолжай говорить всё, что ты видишь. Ты видишь дорогу.

— Да… это тихая улица… наркоманы… я иду… иду мимо них, — бормочу, опустив низко голову. Я скольжу по стене и отталкиваюсь.

— Думай, где может быть такси. Где они там есть.

— У магазина… магазин с газетами. Я видел… остановка там.

— Отлично. Иди туда. Двигайся, Дрон. Давай. Я жду тебя. Я спускаюсь по лестнице, чтобы встретить тебя. Ты слышишь?

— Они убьют тебя, Роко. Я не хочу… нет, только не ты. Только не ты, Роко, — шепчу я, стискивая пальцами телефон.

— Я буду в порядке. Обещаю тебе. Сейчас думай. Думай. Не отключайся. Скажи мне, где у тебя болит. Опиши мне.

— Везде… я убил. Кажется, я убил двоих. Я убил… боже мой, я убил людей, Роко.

— Дрон!

От его крика я вздрагиваю, мои ноги заплетаются. Бок горит, и я прижимаю к нему руку.

— Я здесь… иду… вижу… вижу… машину. Такси. Я вижу, — отвечаю, снова облизывая губы.

— Это прекрасно. Иди дальше. Сколько тебе идти?

— Я… не знаю. Я иду… так больно. Роко, они пытались… они хотели… опять… опять меня… — я начинаю задыхаться, мне не хватает кислорода.

— Дрон, дыши. Дыши. Ещё немного, и я встречу тебя. Дыши. Я не успею за тобой приехать, поэтому ты приедешь ко мне, понял? Скоро ты приедешь ко мне. Я жду тебя, Дрон. Я жду тебя.

— Я иду… иду… я… такси, там есть человек. Роко, он на них работает. Роко, я не могу…

— Слушай меня и делай всё так, как я говорю, понял?

— Да.

— Подойди к машине и сядь в неё, — приказывает он.

Хватаюсь за ручку машины и открываю дверь.

— Эй, у меня перерыв! Я не принимаю заказы! — возмущается мужчина, сидящий за рулём.

— Я сел, — хриплю я.

— Передай ему телефон. Живо, Дрон. Передай телефон и пригнись.

— Возьмите… возьмите, пожалуйста, — прошу я, протягивая шофёру мобильный.

— Парень, да ты, блять… ты истекаешь кровью. Иди ты на хрен…

— Возьмите телефон, пожалуйста, я умоляю вас. Возьмите, — я вскидываю голову и смотрю в глаза мужчины.

Он выхватывает из моих рук мобильный, и я падаю на сиденье. Всё так болит. Они сейчас найдут меня. Я пришёл в их руки. Они узнают, что я говорю с Роко. Они найдут его… блять, только не Роко. Только не Роко. Я не дам им причинить ему вред. Только…

Я жмурюсь и весь сжимаюсь внутри, когда машину резко дёргает, и она вылетает на дорогу. Мне пиздец. Мне конец.

— Эй, парень. Забери телефон. Я везу тебя к твоему парню. Держи, — произносит мужчина, сидящий за рулём, а в окошке появляется рука с мобильным, и я хватаю его. Роко не мой парень. Он мой… кто?

— Дрон? — доносится до меня голос Роко, и я прижимаю телефон к уху.

— Я… он работает на них, Роко. Он обманывает тебя, — шепчу я. — Мне так жаль. Скажи, что прощаешь меня. Прошу, я снова собираюсь подвести тебя. Я не выберусь оттуда, Роко. Они убьют меня… они… я теперь их шлюха. Роко… прости, просто прости меня. Я не хотел, я защищался. Я дрался. Клянусь, что я дрался… я убил… господи…

Жмурюсь, когда глаза обжигает от слёз.

— Дрон, ты молодец. Я горжусь тобой, слышишь? И я прощаю тебя. Я не злюсь.

— Правда? Не злишься больше?

— Нет. Я давно уже не злюсь, и тебя больше никто не тронет. Я обещаю тебе. Ты едешь ко мне. Тебя везут ко мне, доверься мне. Ты скоро будешь у меня.

— Мы едем слишком долго, Роко. Слишком…

— Дрон, ты едешь всего пять минут. Я жду тебя на улице. Расскажи мне что-нибудь. Расскажи мне… про… про… то, что тебе нравится. Тебе нравится «Диснейленд»?

— Я никогда там не был, — шепчу, прикрывая глаза. Меня продолжает трясти от страха.

— Хочешь, мы туда с тобой съездим? Ты и я? Можем и Рэй взять. Хочешь?

— Да… я хочу. Я никогда не был на каруселях. Мне нельзя было… я должен был сидеть дома, я дебил. Меня дети боятся. Я дебил. Я… они едут за нами, Роко. Они едут. Я слышу их. Они так близко. Роко!

— Дрон, дыши. Дыши! Никто не едет за вами, у тебя просто стресс. Поговоришь со мной ещё немного?

— Да, я буду говорить, пока они не поймают меня. Я… так я хотя бы… буду умирать довольным, что ты меня простил. Я… мне очень жаль. Я боролся. Я применил все знания, которые дали мне ты и Спенс. Я… я… пытался сбежать. Я думал о тебе… постоянно.

— Обо мне?

— Да… да, тогда, когда они меня схватили, я тоже думал о тебе, Роко. Мне было так стыдно перед тобой… они трогали меня… били, трахали, а я… я… думал о том, что должен выжить и сбежать, чтобы извиниться. Я должен… я не могу тебя подвести. Не могу… я… мне так жаль. Когда я думаю о тебе, то мне проще… легче отвлекаться от боли. Думать, что я… я выживу, чтобы извиниться перед тобой.

— Чёрт, Дрон, — шепчет Роко, и я улавливаю горечь. — Всё будет хорошо. Ты уже едешь.

— Слишком долго. Очень долго. Никому нельзя доверять. Никому… я не доеду…

— Дрон, я вижу машину. Слышишь? Я вижу тебя.

— Что? — кривлюсь от боли, садясь на сиденье как раз в тот момент, когда такси останавливается на незнакомой мне улице. Через мутное окно я вижу тёмную фигуру, быстро идущую к нам через дорогу.

— Роко, — шепчу я.

Не верю. Я просто не верю. Дрожащей рукой открываю дверцу и вываливаюсь из такси. Меня ведёт в сторону, но я отталкиваюсь ногами и врезаюсь в Роко. Обхватываю его шею руками, утыкаясь носом в его кожу.

— Роко… я добрался… я смог, — из моих глаз текут слёзы облегчения. Я сделал это. Я сделал.

— Да, детка, ты смог. Ты со мной, — Роко обнимает меня одной рукой и это безумно больно, но мне насрать. Я добрался. Я не подвёл его. Я сделал это.

— Спасибо. Здесь больше. Спасибо, он мне дорог.

Я замираю, когда слышу слова Роко. Я ему дорог? Я? Кусок дерьма? Белая шваль?

И в этот момент всё разрушается у меня внутри настолько сильно, что я не могу больше держаться. Я не могу. Я падаю и не хочу бояться попросить о помощи. Я просто… сдаюсь.