Не потеряй нас

Глава 26

Ярослава

Следующим утром Тимур спал, пока я собиралась на работу. Гафаров вчера уснул, стоило ему только лечь в постель, я же еще долго гипнотизировала взглядом потолок и перебирала мысли, силясь понять, почему он так изменился.

Может, мама все же была права, что после секса у мужчин исчезает интерес к девушке? Или я перестала быть для него загадкой, меня больше не нужно добиваться – вот она я, в его квартире, на его постели, влюбленная в него как кошка?..

Теперь можно расслабиться и заниматься своими делами, ведь я никуда не денусь. Мне банально некуда идти…

Может, конечно, я себя накручивала и у него действительно были проблемы, но от печальных мыслей избавиться не получалось.

Мне так хотелось, чтобы Тимур начал мне доверять и мы снова говорили бы как раньше. Хотя и до того, как он забрал меня жить к себе, он редко говорил о своих делах, вскользь, намеками.

Но… боже, почему все так сложно? Почему я не могу воспринимать все спокойно и не волноваться из-за каждого пустяка? Почему я всегда отслеживаю и реагирую на изменения тона и считаю, что дело во мне?

Может, в словах Тимура есть смысл, я слишком закомплексованная, и его это злит. Никому не хочется выступать доктором, излечивая чужую самооценку…

А мне как справиться с этим? Что нужно сделать, чтобы стать уверенной в себе? Как Маша, например.

Или те девушки, которые приходили в наш цветочный салон со своими парнями, или мужьями. Девушки, которые были достойны тех огромных букетов, которые им заказывали.

Как стать такой? Сильной, независимой, той, с чьим мнением принято считаться?

Ответа я не знала, но и жить так, как жила, больше не могла. Наверное, я достигла точки невозврата, когда терпеть уже нет сил.

Привычная рутина в тот день не успокаивала, а тяготила. Весь день я то и дело возвращалась к печальным мыслям и ждала встречи с Машей. Мне нужен был кто-то, кто не Тимур, чтобы поговорить. Кто-то, кто может дать совет. Любой.

Я так устала быть одна!

За двадцать минут до закрытия двери павильона открылись, и я надеялась увидеть на пороге Тимура, но наткнулась на незнакомого молодого мужчину с мягкой улыбкой. На вид ему было лет двадцать пять.

– Добрый вечер! – галантно поздоровался он.

– Здравствуйте, – привычно надела я улыбку на лицо. – Чем могу быть полезна?

– У мамы юбилей, пятьдесят лет, нужен букет, – приближаясь к стойке, ответил он мне.

– Есть предпочтения? Знаете, какие цветы любит ваша мама?

– Белые, – смутился парень.

– Может быть, обратите внимание на готовые букеты? Этот очень красивый, – я указала на недавно собранный мной букет в подарочной коробке с бантом.

– Отличный выбор, пожалуй, его и возьму, – согласился мужчина, пряча руки в карманы куртки.

– Хотите, можем выбрать для мамы открытку?

– Давайте, – он облегченно кивнул и словно расслабился, когда я отправилась в отдельное помещение за букетом.

Осторожно взяла коробку, а когда выходила, была остановлена робким:

– И вот эту красную розу возьмите, – попросил незнакомец.

– Одну? – уточнила я.

– Да, самую красивую выберите на ваш вкус.

– Как скажете.

Я выбрала из корзины самый красивый, на мой взгляд, цветок в бутоне, чтобы дольше простоял.

Мужчина стоял на пороге и, стоило мне только выйти, галантно перехватил у меня коробку.

– Вам, наверное, тяжело, – снова смутился он.

– Нет, что вы! Все в порядке, – замахала я руками. – Теперь пойдемте выбирать открытку?

– Я доверюсь вашему выбору.

– Ладно, – согласилась я, шагая к стойке с открытками.

Выбрала ту, что была с поздравительной надписью к пятидесятилетнему юбилею и протянула мужчине:

– Подойдет?

– Да, – согласился он.

Я вернулась к стойке и снова с улыбкой уточнила:

– Розу упаковать в пленку?

– Как, вы думаете, будет лучше?

– Мне нравится без, на мой вкус, любая обертка только скрывает красоту самого́ цветка.

– Тогда без, – согласился незнакомец. – Оплата картой.

Пока я возилась с кассой, дверь снова открылась, я подняла голову и увидела Тимура, который встал на пороге и смотрел на меня голодными глазами.

Сердце забилось в горле, я сглотнула и несколько мгновений пыталась вспомнить, что собиралась сделать.

Точно, взять оплату!

– Прикладывайте карту к терминалу, – хрипло попросила я, теряясь в черном взгляде Тимура.

Мысли путались, а взгляд каждую секунду возвращался к Гафарову.

– Все? – уточнил покупатель, не обращая внимания на еще одно действующее лицо.

– Да. Ваш букет и открытка, – я вставила картонку между бутонами и протянула коробку мужчине.

Он осторожно забрал ее, а я потянулась за розой.

– Это вам, – подмигнул мне незнакомец.

– Нет, я… Я не могу ее принять! – возмутилась я, косясь на Тимура, у которого разгон от нормального парня до отбитого психопата был меньше секунды.

– Значит, поставьте обратно в вазу, – не сдавался мужчина, а ладони Тимура тем временем сжимались в кулаки.

– Хорошо, – быстро согласилась я, гипнотизируя Гафарова взглядом.

Незнакомец перехватил букет поудобнее, а я рванула к Тимуру, чтобы не дать ему совершить глупость у меня на работе.

– Привет, – пропела я, хватая своего парня за руку, пока он провожал взглядом покупателя.

Тот вздрогнул, когда заметил Тима, покосился на меня, снова на него и сделал правильные выводы, ускорив шаг.

– Не смей! – шепотом приказала я и облегченно выдохнула, когда мужчина ушел.

Тимур сжал челюсти, его ноздри расширились, а голос стал таким, что у меня мурашки по коже побежали:

– И часто тебе букетики дарят?

– Сегодня второй раз за все время, что я здесь работаю, – честно призналась я. – Тимур, не заводись, пожалуйста. Сядь, я подобью кассу и поедем к Маше. Как дела? Я думала, что ты не придешь.

Я старалась говорить что угодно, чтобы его отвлечь, но не вышло.

Тимур развернулся, запер дверь изнутри и медленно надвигался на меня.

Мне стало жарко, потом холодно, а колени ослабли. Никак не получалось отвести взгляд от его – бешеного и голодного. Словно в его глазах плескалась сама тьма, и Тимур с трудом ее сдерживал.

Я сделала шаг назад, когда Тим легко перепрыгнул через стойку, вставая напротив меня, и вжалась в стену.

Тишина оглушала, шум крови в ушах кружил голову, а взгляд Тимура заставлял сердце биться часто и хаотично.

– Тим… – одними губами позвала я за секунду до того, как он подхватил меня на руки и понес в подсобку.

Больше ничего сказать не дал. Рывком стянул с себя куртку и отбросил куда-то в сторону. Он притянул меня к себе, впиваясь в губы жестким, подчиняющим поцелуем, словно клеймо ставил: «моя».

– Букетики, млять, он ей дарит, – бурчал Тимур, покрывая поцелуями мою шею, – сука, найду – челюсть сломаю, чтоб не улыбался больше. Моя, блять, слышишь? Ты – моя! Яся?

– Твоя, – выдохнула я, кладя ладони на его плечи.

– Повтори! – потребовал Тимур, расстегивая молнию на моих брюках.

– Твоя, Тимур, быстрее! – простонала я.

Его ладонь нырнула под резинку трусиков, а средний палец нашел самое чувствительное местечко, надавил и начал медленно растирать. Я закусила губу, сдерживая стон, потому что тело радостно отзывалось на его прикосновения. На его близость, запах, присутствие.

Тимур выругался, и, больше не в силах сдерживаться, развернул меня лицом к стене, я слышала звук расстегиваемой ширинки и закрыла рот ладонью, когда он рывком наполнил меня до упора.

Глаза закатились, когда Гафаров начал двигаться, придерживая меня за бедра.

– Упрись ладонями в стену, – надрывно потребовал он.

Я повиновалась, а Тимур задвигался еще жестче. Положил ладонь на клитор, двигая членом и пальцем в одном ритме.

– Моя девочка, – шептал он, чередуя ласковые прозвища и грязные ругательства, продолжая ритмично вбиваться в меня, доводя до пика.

И когда я затряслась в конвульсиях оргазма, почти падая на пол от его силы, вышел из меня, а на поясницу пролилось что-то теплое.

Я не сразу сообразила, что произошло. Перед глазами все еще плавали темные круги от пережитого оргазма, а я продолжала цепляться за стену, чтобы не упасть, и дышала. Часто. Со свистом.

Тимур первый пришел в себя, достал из моей сумочки влажные салфетки и стер со спины следы своей эйфории. Только в тот момент до меня дошло, что Тимур, да и я тоже, забыл о мерах защиты.

– Мы… – начала я.

– Я успел, – отчеканил он, и было заметно, что уже не злился так сильно. – Прости, ангел, вынесло, что тебе этот придурок цветочки дарил.

– Спасибо, что сдержался и не стал бить его прямо здесь, – вздохнула я. – Пойдем, нужно закрыть магазин.

– Да.