Ненужная жена. Отданная дракону

Глава 22

Значит, последний вопрос на сегодня... Я вдруг осознала, что важных вопросов у меня очень много, и пожалела, что выпросила лишь один ответ. Ладно. Спрошу самое наболевшее. Задумчиво погладила левое запястье, на котором теперь красовался серебристый узор, немного выпуклый, словно слегка опухший. К счастью, метка перестала зудеть — будто прижилась на моём теле.

— Что означает эта отметина? Ты говорил, что она появится на деве, избранной Аругаром. Избранной для чего?

Тиарх помолчал, наверно, раздумывая, стоит ли мне об этом знать. В итоге — всё же ответил.

— Согласно преданию, потомок избранной девы избавит драгархов от их главной проблемы.

— От какой?

— Это следующий вопрос.

— Ты смеёшься! — воскликнула я с досадой.

— Ничуть.

— Но я ведь просила про своё ближайшее будущее намекнуть, а не про ваше — отдалённое! — и тут же под его взглядом осеклась, вспомнив, что про будущее как раз ничего не спрашивала.

И снова взмолилась:

— Пожалуйста, ну хоть капелюшечку объясни, что меня ждёт! Ты наверняка что-то знаешь. Помимо того, что однажды я рожу ребёнка…

Голос непроизвольно дрогнул на последней фразе. Тема эта была болезненная. Я ведь очень переживала, что целый год не могла забеременеть от Эдмира — уже такого себе надумала! А тут получается, по предсказанию древнего Бога, мне суждено стать мамой. Предсказание — это не медицинская гарантия, конечно, но хоть какая-то моральная поддержка. Лучше, чем ничего.

Дарион повернулся, переместившись, из-за чего на его лицо упал лунный свет. Я отчётливо увидела, как внимательно он меня рассматривал. Не знаю, что он прочитал в моих глазах, раз всё-таки сжалился и произнёс:

— Продолжение метки Аругара появится на тебе, когда мы завершим твой брак. После этого ты станешь женщиной одного из тиархов. А теперь спи, любопытная рия. Время уже позднее.

Я растерянно кивнула, а у самой чуть шестерёнки в мозгу не задымились. Кто эти загадочные «мы», которые собираются завершить мой брак? И как, интересно, они это сделают? Мне было доподлинно известно, что развод может устроить только жрец. Причём в присутствии мужа и жены, и только — в храме Фиандиса.

И потом, откуда такая уверенность в появлении второй части метки? А самое главное — моё мнение тут вообще кого-нибудь интересует? Я ведь живая. У меня есть свои предпочтения в личной жизни!

Стоило мне закрыть глаза — и память тут же нарисовала огромные фигуры тиархов из храма. Что, если Аругар выделит мне в пару жуткого бородача? Варгран — кажется, так его звали? От этой мысли к горлу подкатила паника. Да я инфаркт получу, если такой гигант ко мне ночью приблизится!

Беловолосый — холодный, как лёд, с ним я замёрзну. Черноволосый — слишком горяч, об него обожгусь. А Дарион…

Я задумчиво посмотрела на красавца, лежащего рядом в кровати. Поковырялась в голове в поиске причин, почему нам не быть вместе... и не смогла их найти. Тут же одернула себя, прогоняя фривольные мысли. Нельзя так думать, будучи замужем. Неправильно это. Неуместно.

Когда я опять взглянула на тиарха — мне показалось, он спал. Грудь равномерно вздымалась. На лицо падал лунный свет, освещая чувственные губы, ровный нос, густые брови и острую линию скул. Даже в расслабленном состоянии мышцы отличались впечатляющим рельефом. С такого мужчины нужно статуи лепить! И только в полный рост.

— Провоцируешь меня, дерзкая рия? — неожиданно произнёс Дарион, по-прежнему не открывая глаз.

— Провоци… Что? — я испуганно отпрянула от тиарха.

— Твои взгляды прожигают мне кожу. Скоро дырки насмотришь. Какой же из меня тиарх будет — с дырками на теле?

В его голосе прозвучала насмешка, а вот мне стало не до смеха. Как он понял, что я на него смотрела? Неужели почувствовал?! К лицу прилила кровь, щёки горели, но ответила ему в тон:

— Вот уж не знала, что мой взгляд для тебя опаснее, чем полчище игмархов, — и тут же отвернулась от него в сторону окна.

Долго всматривалась в лунные дорожки света, пока веки не налились тяжестью...

Проснулась от тихих голосов. Открыв глаза, обнаружила, что за окном уже зачиналось утро. Небо окрасилось розовым, и от этого мягкого отсвета комната выглядела ещё уютнее. Я расслабленно любовалась обстановкой, пока до моего сознания не долетели отдельные обрывки фраз.

— Ты уже взял из казны флорины и фарты? — спросил Дарион.

Его собеседник что-то тихо прогудел в ответ, и тогда Дарион потребовал:

— Повтори его имя.

Будто сквозь туман я услышала имя Эдмира, и сон как рукой сняло. Резко повернулась на кровати, желая увидеть визитёра, но оказалось, ночью кто-то — наверно, Дарион — опустил балдахин. Теперь плотная ткань, как ширма, скрывала всё, что происходило у двери.

В спешке и суете я чуть не спрыгнула на пол, но вовремя вспомнила, что ступни ещё не зажили. Поэтому подползла к противоположному краю кровати, подняла тяжёлый сапфировый бархат и… вздрогнула.

Мой взгляд упёрся в мускулистый торс мужчины, стоявшего прямо передо мной в одних свободных штанах. Протяни я руку — и могла бы коснуться бронзового пресса. Под правыми рёбрами тянулись тонкие шрамы — едва заметные линии, напоминающие о битвах, которые он пережил. И эти шрамы казались единственным изъяном на совершенном теле.

Я судорожно втянула в себя воздух.

Познакомься, Верия.

Перед тобой соблазн во плоти.

Задрала голову и встретилась взглядом с Дарионом. Серые глаза внимательно изучали моё лицо, а на губах играла лёгкая улыбка. Наверное, я выглядела забавно: растрёпанная, сонная, с ошарашенным взглядом, выползающая из-под кулис балдахина. А у меня при виде тиарха перехватило дыхание. Я отвела взгляд и прикусила губу.

Интересно, он хоть понимает, какое впечатление производит на женщин?

Понимает. Конечно. Не может не понимать.

И нагло этим пользуется.

— Я думал, — заговорил он, — вчерашний день измотал тебя до предела, но ты у нас ранняя пташка. Ты голодна? Я велел принести нам завтрак.

У меня появилось ощущение, что тиарх меня забалтывает. Серьёзно? Он меня за трёхлетнего ребёнка держит? Я мотнула головой и сразу перешла к делу:

— Одних флоринов и фартов будет мало. В первую очередь, твоему человеку понадобятся в Фиандисе документы.

— О чём ты? — тиарх нахмурился.

— Я говорю о мужчине, которого ты снарядил монетами. Несколько месяцев назад в Фиандисе ввели контроль документов. По улицам ходит стража и проверяет прохожих. Бумаги должны быть с печатями. При малейшем подозрении — людей хватают и отправляют в тайную полицию разбираться.

— Зачем Фиандису уличный контроль?

— Старейшины решили понизить преступность.

— И что? Сильно понизили?

Я фыркнула, не скрывая досаду. Неужели тиарх меня не услышал?

— Дарион, твой человек окажется в опасности в Фиандисе, если у него нет нормальных документов. Наши стражи умеют распознавать подделку.

— С чего ты решила, что мой человек отправится в Фиандис?

— Это же очевидно. Золотые флорины используют в Элирисе повсюду. А серебряные фарты в обиходе только в Фиандисе. Другие города чеканят своё серебро. Останови его. Ты посылаешь человека в западню.

Вопреки моим словам тиарх продолжал стоять неподвижно. Словно статуя замер. Челюсти сжал, нахмурился. В серых глазах, за минуту до этого — смешливых, блеснул холодок.

— Вижу, ты догадлива, Верия. Умеешь связывать одно с другим. Ну так и я это умею. Почему ты не хочешь, чтобы мой человек отправился в Фиандис? Так сильно за мужа боишься? — он с упреком прищёлкнул языком. — А говорила — не любишь.

******

Дорогие, как думаете, зачем Верия решила вмешаться? Чтобы мужа уберечь или по другой причине?

И заодно - небольшой анонс. В следующей проде расскажу вам, как прошел разговор о разводе мужа Верии и жреца (эмоционально!), и покажу вам визуал жреца. Спасибо, что читаете и делитесь своими мыслями!