Одержимы

Селфи

Всю ночь мне не удавалось уснуть. То мысли о Стасе терзали душу, то комариный хор не давал сомкнуть глаз.

Пути назад к Стасу нет. Мое сердце уже принадлежит другому. Но я слишком хорошо знаю, каково это — изнывать от неразделенной любви. И меньше всего на свете желаю кому-либо подобных мук. Решив, что так дальше нельзя, я собралась с духом, чтобы извиниться за свои глупые выходки. Пора его простить и перестать задирать и мучать. После завтрака, когда бывший направился к реке, чтобы сполоснуть свою чашку, я, ведомая внезапным порывом, последовала за ним.

Густой, молочный туман клубился вокруг, словно прятал от мира наши души. Сквозь эту пелену робко пробивалось солнце, обещая жаркий день. Кого-то, ох, как знатно поджарит на реке.

— Привет, — тихо прошептала я, приблизившись к парню.

— О, привет! Твою чашку мыть не буду, — буркнул Стас, не удостоив меня взглядом.

— Да нет, что ты, я сама, — ответила я и, наклонившись к реке, принялась ополаскивать свою посуду.

— Тогда чем я обязан такой чести? — Стас выпрямился, все еще избегая зрительного контакта. — Помню, в последний раз ты сама подходила, когда мы встречались. Год… или два назад?

— Я слышала вчера твой разговор… Стас… — Я встала и посмотрела ему в глаза. — Мне очень стыдно. Все, что было — в прошлом.

— Да… Я вчера изрядно перебрал, ничего толком не помню.

— Ты признался мне в любви…

— А когда я говорил твое имя?

И тут меня словно парализовало.

"Ну и дура. С чего вообще я решила, что он обо мне?"

Мне не было так неловко со времен начальной школы, когда чернила из ручки брызнули мне прямо в лицо. Весь класс хохотал, а я, пунцовая от стыда, убежала в туалет и отчаянно пыталась отмыться.

— Дорогая, почему ты возомнила, что все вокруг без ума от тебя?

— Я не возомнила…

— Между нами все кончено, ясно? Оставь меня в покое, крошка.

Он резко развернулся и зашагал прочь, а я, словно громом пораженная, застыла на месте с чашкой в руке. "Да гори оно все синим пламенем!" — зло пронеслось в голове.

Чем больше я пытаюсь что-то исправить, тем только хуже. С какой стати я вообще должна чувствовать себя виноватой? Достало!

— Хотя стой, — он остановился, прервав поток моих мыслей, и снова подошел ближе. — Значит, ты больше не будешь смотреть на меня свысока?

— Нет… — неуверенно ответила я, пытаясь понять, к чему он клонит.

— Отлично! Давай забудем все старое, будем друзьями? — он протянул руку в примирительном жесте.

— Хорошо, — ответила я, но настороженность никуда не делась. Где-то здесь определенно кроется подвох, слишком хорошо я знаю этого человека.

— Тогда, снимок на память? — он достал телефон.

— Эй! — я вырвала руку и отшатнулась. — Какой снимок? Какая память?

— Тебе что, жалко сфотографироваться со мной? — он состроил жалобную мину. — Ну пожалуйста, всего один снимок, который я буду смотреть одинокими вечерами и вспоминать тебя.

— Ты говорил, что не мне признавался в любви вчера, зачем тогда вспоминать?

— А ты бы хотела, чтобы тебе? — Стас сделал шаг в мою сторону. Я стояла, как прикованная к месту.

— Я ничего с тобой не хотела бы. Иди с миром.

Стас, не обращая внимания на мои слова, навис надо мной и поднял телефон.

— Ну давай, по-дружески, одно фото.

— Фотай и проваливай, — грубо ответила я, бороться синим было бесполезно. Да и в обычном селфи нет ничего плохого.

А дальше произошло то, чего я никак не ожидала. Он вдруг свистнул. Я резко повернулась, и в этот момент парень меня поцеловал. Незнаю почему, но я не сразу отодвинулась от него. Все было так неожиданно. Его поцелуй увёл меня в мое 16- тилетие. Как много мы целовались перед моим домом. Как отчаянно я любила его. А может, просто мне хотелось кого-то любить. Истинные чувства я испытала с Лешей...

"Леха"...

— Ты совсем спятил?! — я оттолкнула его, прийдя в себя.

"Собираем вещи," — услышала я голос Кости, донесшийся откуда-то издалека.

— Отлично! — Стас ухмылялся, глядя в телефон. — А мы могли бы быть отличной парой.

Он показал мне снимок. На нем красовались мы. И не просто стояли рядом — этот мерзавец умудрился запечатлеть момент поцелуя. Со стороны и впрямь казалось, что на фото — влюбленная парочка.

Я почувствовала, как гнев волной поднимается внутри меня.

"Ты удалишь это сейчас же!" — процедила я сквозь зубы, готовая броситься на него. Он лишь усмехнулся в ответ, продолжая рассматривать снимок с довольным видом.

"Иначе что?" — вызывающе спросил он, словно наслаждаясь моей яростью.

— А знаешь, засунь его себе куда подальше!

На этом наша беседа бесславно завершилась. Разбираться с ним, да и просто находиться рядом, было последним, чего желала моя душа. Я пробралась к скопившейся толпе. Палатки уже исчезли, словно их и не было, Инга справилась без моего участия. Безмолвно указав на мою сумку, она не стала допытываться о причинах моего отсутствия.

— Спасибо, я задержалась… — начала я оправдываться, но Инга лишь отмахнулась, давая понять, что разборки ей совершенно не интересны.

У самого берега покачивались четыре катамарана. Костя скомандовал разбиться на группы по шесть человек. Каким-то непостижимым образом в нашей команде оказалась Катя. И тут ее прорвало. Словно гейзер, извергающий кипящую лаву, она разразилась истерикой, вопя, что не собирается портить себе отдых из-за каких-то личностей, которые ей, видите ли, не по душе. Не знаю, кого она имела в виду, меня или Ингу, но каждая из нас приняла этот выпад на свой счет.

— Девочки, ну что вы, в самом деле, — Стас попытался разрядить обстановку. — Катерина, иди на мое место, а я поплыву вместо тебя.

Всем эта идея пришлась по вкусу, а моего мнения, как всегда, никто и не спросил. Прекрасно! Мы не просто в одной группе, мы еще и плывем на одном катамаране. И так будет целых пять дней. Да чтоб я еще хоть раз согласилась на этот сплав! Никогда в жизни.

С тяжелым сердцем я взобралась на катамаран, стараясь не смотреть в сторону Стаса. Инга бросила на меня вопросительный взгляд, но я лишь устало махнула рукой. Впереди пять дней сплава по реке в компании человека, который умудрился за пару минут превратить мои попытки примирения в фарс. Браво, Стас, браво.

Катамаран отчалил от берега, и течение медленно понесло нас вперед. Пейзаж вокруг был невероятно красивым: высокие сосны отражались в зеркальной глади воды, птицы весело щебетали в листве. Но вся эта красота меркла в сравнении с той бурей, что бушевала в моей душе. Стас сидел напротив, делая вид, что увлечен пейзажем, но я чувствовала его взгляд на себе.

Я же постоянно думала о Лехе. Его лицо, его губы, его запах. Мое тело ныло и хотело к нему. Если можно было бы его увидеть, хоть на миг, я бы отдала за это все на свете. Как он там? Увидимся ли мы ещё?

Спустя пару часов, когда солнце начало припекать нещадно, Стас вдруг достал из рюкзака бутылку воды и протянул мне. "Держи, поди пить хочешь", — небрежно бросил он. Я удивленно посмотрела на него, но воду взяла. Пить действительно хотелось, гордость гордостью, но умирать от жажды в мои планы не входило. Воду умудрился взять только он.

К вечеру, когда мы разбили лагерь на берегу, напряжение немного спало. Все молча помогали друг другу устанавливать палатки, готовили ужин на костре. В воздухе витала какая-то странная смесь неловкости и примирения. Может быть, все не так уж и плохо? Может быть, мы действительно сможем забыть прошлое и стать друзьями? Но стоило мне только подумать об этом, как в голове тут же всплывал тот злополучный снимок. "Засунь его себе куда подальше!" — эхом отдавались мои собственные слова. И я понимала, что до настоящего примирения еще очень далеко.

Ночь опустилась быстро, укрывая реку и лес плотной темнотой. Сидя у костра, я смотрела на пляшущие языки пламени, пытаясь отвлечься от гнетущих мыслей. Стас молчал, сосредоточенно помешивая угли палкой. Тишину нарушало лишь потрескивание дров и редкие крики ночных птиц. В какой-то момент он вздохнул и тихо произнес: "Прости".

Я вздрогнула, не ожидая такого поворота.

"За что?" — спросила я, хотя прекрасно знала ответ.

"За все, — сказал он, не поднимая глаз. — За фотографию, за глупые слова, за то, что испортил все".

Я молчала, не зная, что ответить. Слова извинения звучали искренне, но обида еще сидела глубоко внутри.

"Мне нужно время", — наконец произнесла я.

Стас кивнул, понимающе. "Я понимаю".

Мы снова замолчали, каждый погруженный в свои мысли. В какой-то момент я почувствовала, что усталость берет свое, и пошла в палатку. Засыпая, я думала о том, что, возможно, этот сплав и станет началом нашего примирения. Возможно, нам действительно удастся забыть прошлое и двигаться дальше.