По воле стихий

Глава 36

Я позволила себе вольностью. Отдыхала то тех пор, пока уже сон не покинул меня окончательно. Потянулась, радуясь солнечному дню. Прекрасное утро чтобы умереть. Или выиграть.

Не спеша сделала утренние процедуры и пошла на поиски домочадцев. Судя по голосам, все были внизу.

— А я сказал, что никто не пойдёт будить Мэйлин, — послышался строгий голос Герарда. — Будем ждать столько, сколько понадобится.

— Доброе утро, — произнесла, заходя в гостиную.

Нестройный хор голос поприветствовал меня.

— Что за шум, а драки нет?

Народ зароптал, зашептал, но на вопрос не ответили. Обвела взглядом своих друзей и удивилась, в дальнем углу сидел Самьяр. Глаза его были прикрыты, отсутствующие выражение лица.

— Госпожа Мэй, завтрак готов, — дворецкий привлёк моё внимание.

Он участливо попридержал дверь, пока мы всей дружной компанией отправились в соседний зал.

Села во главе стола, справа мой любимый человек, слева, как ни странно, Кенвуд. Вообще то я думала, что он утром соберёт вещички и сбежит куда подальше.

Вид у старшекурсника был уставшим и не выспавшимся, но увидев, что я на него обратила внимание, улыбнулся, вполне искренне. Ответила ему тем же.

Всё же приятно осознавать, что моё первое впечатление о нем было ошибочным.

После завтрака, не сговариваясь, мы отправились в мой кабинет. Герард уселся рядом со мной. Он периодически отправлял кому-то письма, пока остальные усаживались.

Тишина затягивалась, все молчали, никто не хотел первым говорить, и только магистр не обращал ни на кого внимания, он с кем-то переписывался.

— Расположение сил такой, — Герард обвел всех тяжелым взглядом. — Нашу армию отвлекли намного севернее, руководство не проверило информацию, поэтому этот участок границы остался без защиты. Мне удалось связаться с моим другом. Он пообещал, ещё вчера, со своим отрядом прийти нам на помощь. Другие же не успеют так быстро, поэтому первую волну неприятелей придётся отбивать нам самим.

Лица всех присутствующих были сосредоточены, задумчивы. Никто и не думал перебивать говорившего.

— Сегодня, после обеда должны еще несколько моих друзей прибыть. И всё равно, нас катастрофически мало, — снова тяжелый взгляд скользнул по присутствующим. — Шансы на благополучный исход минимален, — мужчина чуть помолчал. — Поэтому, те, кто желает нас покинуть, сейчас самое время.

В кабинете воцарилась тишина, кто-то просто был задумчив и молчалив, кто-то смотрел на своих соседей, наверное, пытался по их лицам найти ответ.

— К нам на помощь придут мои родственники и воины моей страны, — донеслось из самого тёмного угла.

Удивлённо уставилась на говорившего. Самьяр. Что ж сейчас самое время узнать кто он и что вообще из себя представляет.

— И какую же страну ты представляешь?

Честно говоря, ещё ночью, после признания магистра, я взяла своего мужчину за руку и молча ушла спать. Оставила Кенвуда и ночного визитера одних, чтобы они сами решили, что им делать дальше. А утром была удивлена, увидев их в гостиной, а теперь и на нашем маленьком военном собрании.

— Меня зовут Самьяр ор Таарский, ненаследный принц Маларии, — мужчина чуть вышел из тени, чтобы его лучше было видно. — Больше десяти тысяч лет назад на нашу территорию пришёл некромант необычайной силы. Его приняли в штыки, ведь слышали, что у соседей десять таких магов чуть не стерли только зарождающееся государство. Но им дали отпор. Мы первое время приглядывали за ним, боялись повторения. Ничего. Некромант жил отдельно, отшельником. Не доставлял хлопот. А потом просто исчез. То правительство облазило всё жильё отшельника, но ничего не нашли. Словно он и не существовал. Все благополучно забыли об этом. Пока, двести лет назад, в горах, на границе Алларии и Маларии, не появилась странная секта. Поначалу никто на неё не обращал внимания. Жили они тихо, не привлекая внимания или умело скрываясь. Когда до моего отца дошла информация, что много молодых магов сбежало в горы, он отправил отряд с проверкой, но они ничего не нашли.

Самьяр замолчал.

Я поняла, что даже дышу через раз. Сейчас открывается правдивая история нашего мира, истоки зарождающихся государств.

— Сейчас мы понимаем, что этот отряд был очарован или околдован, ведь спустя несколько дней, они тоже исчезли. Мой отец только пришел к власти, у него было много хлопот и без странной секты. Поэтому на долгое время про неё вновь забыли. Потом стали приходить тревожные слухи о войне между Алларии и Маларии, но мы то в ней не участвовали! И вновь не полезли с разборками, даже, наоборот, порадовались, что наших соседей значительно потреплют.

— Что изменилось? — мой голос даже не дрогнул.

— Нам ничего не мешало развиваться, более того, с востока странная секта вела с Алларии боевые действия, которые хоть и не заканчивались успехом, но нам приносили огромную пользу нам. Мы пустили всё на самотёк, — Самьяр задумчиво прикрыл глаза, помолчал. — Когда пришло время для моего обучения, я инкогнито отправился к вольному магистру Фламеру, под его руководством получил образование, пока жил в Алларии много был наслышан про войну и вражду с Маларией. Но мы то не воевали! — мужчина вновь выдохнул, собравшись с мыслями. — Мне понадобилось несколько лет, чтобы уговорить отца на разведку. Мне было поручено узнать всё, что происходит на границе...

— Узнал?! — мой голос всё же дрогнул

Ненаследный принц другой страны отвернулся, как будто ему было больно смотреть на меня.

— Да, — ответ прозвучал тихо.

Почувствовала, что мою руку сжимает крепкая рука магистра. Благодарно ему улыбнулась. Хоть что-то радостное и счастливое в моей жизни со мной случилось.

В уголке дивана всхлипнула Мерда, Бьорн аккуратно прижал её голову к своей груди и зашептал что-то на ушко своей супруге, жиивотик девушки заметно округлился.

— Мерда, я думаю, тебе стоит отдохнуть. О всех договоренностях тебе все равно расскажет супруг.

Я ласково улыбнулась своей подруге. Она попыталась сделать тоже самое. Не получилось. Но всё же встала и ушла.

— Предлагаю после обеда выдвигаться в ближайший населенный пункт перед границей. Как раз мои друзья должны подтянуться, — магистр прервал момент сентиментальности. — Сейчас есть еще время на сборы.

Все, словно ждали этих слов, молча встали и ушли.

Я уткнулась лбом в плечо своего любимого человека.

— Думаешь у нас нет шансов? — прошептала.

— Шанс есть всегда.

Герард перетянул меня на свои колени, укрывая своими объятиями.

— Мэй, можно с тобой поговорить?

Чужой голос прервал наш момент уединения. Обернулась, увидела, что напротив нас сидели Кенвуд и Самьяр.

Попыталась сначала принять благоприятный вид, но потом плюнула. Всё же слишком многое они уже обо мне знают, поздно стесняться.

— Мэй, я люблю тебя! И готов быть твоим вторым супругом, — горько усмехнувшись, произнёс пятикурсник. — Место главного, как я понял, уже занято.

Перевела удивлённый взгляд с Герарда на Кенвуда, ожидая продолжения. Его не последовало.

Мужчины были серьезны и сосредоточены. Злости не было, даже ревности не заметила. Похоже, что я проспала слишком многое, не зря меня не разбудили с утра.

— Кен, — прочистила горло. — Не могу ответить тебе тем же. Тем более твоя семья... Как она отреагирует на это?

Почувствовала себя беспомощный. Сложно. Всё, что происходило, было слишком сложно для меня, для окружающих.

— Недавно мама написала, что ждёт мальчика. Он станет наследником. Я готов жить с тобой, нашей странной семьёй.

Чуть не поперхнулась, когда услышала " наша семья". Покатала на языке. Стихии! Мне нравится!

— Хорошо, давай попробуем, — повернулась к Герарду. — Как ты на это смотришь?

В душе вновь собрался узелок страхов и недоверия.

Вместо ответа я получила умопомрачительный поцелуй. Страстный, нежный, горячий.

Громкое покашливание вернуло нас в реальность.

— Что ты почувствовал? — хрипло спросил магистр у старшекурсника.

— Кх, кх, ревность, — юноша явно пребывал в шоке. — Сначала жуткую ревность, а потом... Хотел присоединиться. Мечтал спустить рубашку с плеча Мэй и зацеловать шею, ключицы, плечи.

Кенвуд покраснел и отвел глаза, он явно стеснялся того, что с ним происходило.

— Хорошо, с этим можно работать, — магистр встал и пошёл на выход, держа меня за руку.

— Подождите, а как же я? — Самьяр удивлённо и растеряно смотрел на нас.

— Сначала заслужи прощение мой души, потом и поговорим.