Порочный олигарх

Глава 19

— Девушка, — настойчивый и совсем не приветливый голос официанта заставил вздрогнуть, — вы собираетесь платить?

Обнимая себя руками, я дрожала. Шли минуты, персонал наседал на меня все активнее.

— Да-да, конечно… — шептала себе под нос, стараясь не встречаться взглядом.

«У тебя даже нет друзей, чтобы попросить помощи!» — накручивала себя, хотя и без этого было тошно. Я отдала Океанову все накопленные средства, а родителей впутывать не хотела — для них эта сумма решающая.

— Знаете, мне это все надоело! — вспыхнул официант. А потом достал из переднего кармана телефон. Набирал номер крайне агрессивно. — Я сейчас вызову полицию и пусть они с вами сами разбираются!

Я перестала дышать, мир словно встал на паузу. С ужасом я представляла, как сяду в тюрьму за чужой незакрытый счет в ресторане!

— Прошу, пожалуйста… — шептала я жалко, умываясь слезами. — Я сейчас что-то придумаю! Обещаю! Дайте мне еще десять минут.

— Раньше надо было думать, девушка. — официант посмотрел на меня, как на падаль. И саркастично хмыкнул: — Красивой жизни захотела, да? Так вот теперь расплачивайся!

— Вы ведь видели, я даже ничего не ела… — сердце в груди бешено колотилось. В отчаянье я схватила парня за руку, которой тот держал телефон. — Войдите в мое положение.

Он резко дернул рукой так, что я упала со стула и ударилась кистью об край стола. Та часть зала, где сидели мы с девочками, до сих пор пустовала. Поэтому на поступок официанта никто внимания не обратил.

— Здравствуйте! Хочу заявить о… — наконец, гудки в трубке закончились. И я закрыла глаза, умирая изнутри. С болью понимала, что это конец. Моя крайняя точка.

Но тут парень осекся. Послышался хруст и его недовольный писк. Я все еще испуганно сидела на полу, когда открыла глаза и увидела удивительную картину. Трубка парня была раздавлена в щепки, словно это какая-то пластмассовая тарелка. Валялась на полу, экран явно не был рабочим. Сам же официант был придавлен лицом к столу с заломленными за спиной руками.

Мои глаза были покрыты пеленой слез. От стресса я едва могла соображать. И не сразу поняла, кто именно скрывается за черным пальто. Но три знакомых головореза, стоящих в трех шагах от главаря ответили на вопрос. Океанов.

— Тебя мама так научила себя с девушками вести? Ай-яй-яй. — рычал Михаил таким голосом, от которого кровь в жилах стыла. Я вдруг поняла, что дрожу. На каком-то подсознательном уровне мое тело реагирует и предупреждает: «Этот мужчина опасен!» Резкий удар и официант снова приземляется лицом об стол. На этот раз крушит им тарелку. — Мои люди научат тебя вежливости сразу после того, как ты закроешь гостье счет.

И тут Михаил опустил официанта. Он упал, попятился и испуганно зашептал:

— Простите, я…

— Счет. Бегом. — рявкнул Михаил и парня словно ветром сдуло.

Только тогда он посмотрел на меня. Пробежался взглядом от макушки до пят, будто оценивая ущерб. Наклонился, схватил за талию и поставил на ноги. Я лишь немного вдохнула аромат его духов, как меня накрыло странным и совсем неуместным желанием… Прикоснуться к нему, зарыться носом в шею, запустить пальцы в волосы!.. С ужасом для себя я поняла, что скучала!

— Рука болит? — спросил он, ощупывая ушибленное запястье.

— Не важно. — отмахнулась, не в силах оторвать взгляда от его глаз. Такие черные и глубокие…

— Важно. От этого зависит то, какое наказание получит официант. — он посмотрел на меня так, что стало не по себе. Я даже пожалела парня. Не хотела рушить его жизнь своими руками. Поэтому солгала:

— Ничего не болит. Все отлично.

— Хорошо. — он холодно кивнул, будто совсем не поверил. Перепуганный парень положил на стол счет и буквально отпрыгнул в сторону. Михаил прикоснулся карточной к терминалу и ситуация была решена. Так легко и просто.

— Спасибо, — поджимая под себя пальцы ног, все не верила, что этот кошмар вокруг реален. — Ты пришел. А я даже не надеялась…

Я сама написала ему. В отчаянье. Это был крик о помощи тому, на кого не стоило надеяться. А я и не надеялась! Но он пришел!

— Брось. Копейки. — он махнул рукой своим цепным псам. Они тут же синхронно шагнули в сторону официанта. Михаил же быстро и уверенно направился к выходу. — Прощай, Светлана.

Три секунды я молча глядела ему вслед и не верила. Неужели он не воспользуется ситуацией? Не потребует «расплаты»?

— Нет, так не пойдет… — мне приходилось буквально бежать, чтобы идти на ровне с Океановым. — Должной я быть не люблю. Давай отработаю несколько смен в твоем ресторане «Медуза»? Бесплатно, так сказать.

Он даже не на долго замер. Обернулся на меня, закатил глаза и покачал головой:

— Нечем заняться? Дерзай.

Недалеко от ресторана была припаркована черная машина. Рядом уже стоял водитель, держащей пассажирские двери открытыми. Было ощущение, что Михаил изначально дал ему подобное поручение. Задерживаться со мной не планировал. И почему-то мне это оказалось неприятно.

— То, что ты сделал… Это… Это… Ты спас меня от тюрьмы! — уже запыхаясь, я чувствовала, как закололо в боку. Вдруг поняла, что пытаюсь завязать разговор. А Михаил словно пытается скорее сбежать.

— Светлана, — перед тем, как сесть в машину, он повернулся ко мне. Заглянул прямо в глаза холодно и равнодушно. Меня прошило льдом и окатило безразличием. — у моего водителя носки дороже, чем твой чек. Мне это ничего не стоило. Так что забудь.

Океанов молча сел в машину, не давая мне возможности ответить. А я и не знала — что говорить. Будто дар речи потеряла. Глаза почему-то слова стали влажными. Сдерживая эмоции, прикусила губу, обняла себя руками и готова была уйти, как вдруг услышала голос водителя. Проходя мимо, он шепнул мне:

— Час назад у господина Океанова был запланирован чартерный рейс в Сингапур. Он отменил его, теряя огромные деньги. Приказал ехать сюда и помочь вам. Хотя мол послать любого из своих людей. Даже закрыть счет дистанционно. Интересно, почему?

Я смотрела вслед уезжающего автомобиля и почему-то ощущала себя проигравшей. Мое сердце играло со мной злые игры. Я еще не знала, что происходит и почему чувствую себя так паршиво, но мне уже это не нравилось.

****

Вечером мне было неспокойно… Сердце колотилось, бил озноб. Я не могла отвлечься на учебу. Не могла выкинуть из головы странную тревогу. Списывала все на пережитый стресс. Даже практиковала медитации, но… Ничего не помогало.

— Да что за черт?! — упав на постель, зарывшись ладонями в лицо, я закрыла глаза и увидела Его. Михаила. Он занял собой все мои мысли. Выкинуть мужчину совершенно не выходило. — Гребанный Океанов! Ненавижу!

С психом сев, я скомкала лист из тетради и кинула в сторону. Едва не завалила ноутбук. Вовремя спохватилась и поймала тот, летящий к полу. Сжала его так сильно, что случайно нажала пару кнопок.

На экране была открыта страница с результатами поиска по Океанову Михаилу Агафоновичу. Еще пару часов назад Интернет не выдавал ничего интересного… Сейчас же, после обновления, ситуация в корне изменилась.

Буквально сотня статей из разных пабликов. От серьезных новостных изданий до желтой прессы. И везде заставкой значилось одно фото… Разбитый вдребезги самолет где-то в лесу.

— «Самолет олигарха Океанова разбился. Количество жертв и причина катастрофы уточняется. По предварительным данным на рейс было зарегистрировано двадцать человек, включая двух пилотов и четыре стюардессы. Сам Океанов планировал посетить Сингапур с целью слияния двух компаний. Расшифровка черного ящика будет в доступе полиции уже завтра.» — каждое слово было словно удар под дых. Глаза бегали по строчкам снова и снова. Я переходила от статьи к статье, ища новые факты. Пыталась докопаться до истины. И спустя целый час маниакальных поисков, с ужасом осознала — Это происходит на самом деле! Отодвинув от себя ноутбук, я молча уставилась в стену перед собой. Внутри возникла огромная дыра. Слезы, непрошенные и горькие, ливнем хлынули из глаз. Никогда ранее я не плакала так сильно, взахлеб. Но легче не становилось. Лишь хуже, потому что осознание случившей трагедии доходило медленно.

В отчаянье, схватив телефон, я напечатала Михаилу: «Скажи, что с тобой все хорошо. Умоляю.»

Ожидание было долгим. Гипнотизируя телефон, я убежала себя, что мужчина жив. Ведь он опоздал на рейс, так сказал водитель.

«Он мог улететь сразу после твоего разговора!» — подумала я и снова обновила информацию по Океанову. Лучше бы этого не делала.

— «По предварительным данным, Михаил Океанов находился на рейсе. Наши источники утверждают, что семья уже опознала труп.» — последнее слово зафонило внутри. «ТРУП». Словно заезженная пластинка. В голове я представляла, как он лежит там один, разорванный на части… — Мамочки!

«Умоляю…» — печатала я, общаясь сама с собой.

«Скажи, что с тобой все хорошо» — общалась я с тем, кто наверняка, никогда больше не ответит.

Какой-то сайт уже подсчитал деньги погибшего: «По предварительным данным активы Океанова насчитывают состояния более чем на три миллиарда долларов. Кому достанется такое наследство?» Это раздражало! Но не так сильно, как один гадкий канал, что выложил невнятное фото с подписью: «Тело Океанова слили в сеть!»

Гадко и мерзко. Злостью сводила с ума! Ведь о каких деньгах могла идти речь, когда главное другое — Его больше нет. Он больше не будет бесить меня мои своим существованием. Больше некого искать в толпе. Не с кем бороться.

К пяти утра мгла окутала меня. На нервной почве постоянно тошнило, сердце кололо. Я выплакала все слезы. И написала самое странное сообщение за всю жизнь. Это был мой некролог. Мое прощание.

«Ты жестокий и грубый. Наглый и слишком самоуверенный. Но… Я не знаю, почему и как это работает, но ты мне дорог. Сейчас я снова и снова вспоминаю твое предложение и думаю: «Почему я не послала к черту здравый смысл и не дала нам шанс?» Это глупо, ведь итог понятен. Но мысль о том, что я не узнаю — что было бы, скажи я «да» — убивает меня. Я бы хотела попробовать, Михаил. Хотела. Только это уже не имеет смысла.»

Силы покинули меня с последними строками. На рассвете, пухшая от слез, я буквально выключилась. Прижимая к груди телефон, думая о том, чему не суждено было произойти.