Порочный олигарх

Глава 23

Месяцы спустя…

Сигарета тлела в моих дрожащих пальцах. Я завороженно смотрела на пепел, что горсткой собирался на асфальте. И очнулась лишь от громкого сигнала автомобиля. Выровнялась по струнке, оглянулась. Черный мерседес Океанова растворялся во тьме ночи.

Быстро юркнув в салон, я отряхнулась. На улице шел проливной ливень. Секунда под открытым небом, и я промокла до нитки.

— У тебя нет зонта. — спросил или констатировал Михаил. Я отвернулась к пассажирскому окну. Сделала вид, что не заметила, как он потянулся для поцелуя. Такого же жёсткого и властного, как всегда. Только сейчас мне хотелось иного.

— Есть, но… — я вздохнула полной грудью и ощутила, что одежда под непромокаемым пальто мокрая до нижнего белья. Удивительно, но было совершенно плевать. — Решила не заморачиваться. Переживаешь за салон?

Он все же нашел мой подбородок. Повернул к себе лицом, нагло сжимая своими пальцами мою продрогшую кожу. Черные глаза заглянули прямо в душу. Голос казался низким и хриплым, будто из преисподних:

— Меня волнует другое: с каких пор ты куришь?

Я открывала рот и закрывала. Ведь правду сказать не могла! Я словно намеренно пыталась скатиться на самое дно, доказывая себя, что только на это и гожусь. Пропускать пары? Пожалуйста! Курить мерзкие, жутко отталкивающие сигареты? Дайте две! Выпивать в малознакомой компании? О, да!

Каждый раз в его объятиях я сгорала и возносилась на небеса. Океанов был нужен мне, как какой-то заумный сорт наркотика. Но каждый раз после секса, я приходила в себя и… Ненавидела каждую клеточку тела.

Ведь была просто игрушкой в руках взрослого опытного мужчины. Он имел меня и отправлял восвояси. Все. Изо дня в день, из месяца в месяц. И кто-то должен был сказать «стоп!», но не я… И он, кажется, не собирался дать мне свободу…

— Просто экспериментирую. — пожала плечами и вымученно улыбнулась.

Тогда он хищно оскалился и многозначительно выгнул голову в бок:

— Хочешь чего-то нового? Я придумаю что-то интереснее, чем сигареты.

Почему-то внутри вспыхнула тревога:

— Например?..

Он лишь коварно поиграл бровями и с визгом шин двинулся с места:

— Увидишь!

*****

Его дом стал мне родным. Я знала каждый его угол. Каждую полочку. Порой мне казалось, что я здесь дома… Но это лишь иллюзия. Стены не хранили любви и милых моментов. Лишь сотни раз безудержного сумасшедшего траха. Не более.

Он налил мне бокал виски со льдом и протянул. Я удивилась. Обычно Океанов не предлагал мне алкоголь. Мол, все должного быть на трезвую голову. Мужчина явно придумал что-то новенькое… Мне бы переживать об этом, но долгие месяцы мой мозг занимала другая тема. Та, о которой Океанов совершенно точно не хотел говорить.

— Помнишь ту блондинку? — прошептала я стакану с алкоголем. Ответ уже слышала множество раз. Он всегда был один. Убедительный, но лживый…

— Опять начинаешь? Понятия не имею, кто она. Мы ведь это с тобой уже обсуждали. Сколько можно? — с тяжелым вздохом рыкнул тот. Затем бросил свой только что надпитый стакан и переместился ко мне на диван.

Сильные мужские руки подхватили меня под подмышки, как малого ребенка. Я оказалась на его коленях, ощущая, как горячие губы мягко касаются моей шеи, а руки уже стягивают все еще мокрую одежду.

— Хорошо, поговорим о другом. — съязвила я. Вдохнула полной грудью и… Решилась! — Помнишь, ты когда-то делал мне предложение?

Он замер, будто в статую превратился. Лишь ускорившееся дыхание на моей шее выдавало то, что он все еще жив. А не умер от удара.

— Естественно, рыжуля. — протянул он скользко и мягко. Явно пытался уйти от разговора.

— И? — я резко отодвинулась и заглянула в его глаза. Отступать было поздно. Раз начала, требовалось узнать все до конца. — Что планируешь делать дальше?

— Ну, — пальцы змеями скользнули по моему животу прямо в трусики. Это был запрещенный прием! Стоило мужчине коснутся клитора, как сознание помутилось… Я тяжело вздохнула и позволила себе на секунду растворится в ощущениях, — сперва я доведу тебя до оргазма, а потом…

«Очнись, Света! — кричал внутренний голос. — Он дурит тебя! Водит за нос!»

— Нет! — ударив по его груди, я попыталась убрать руку Михаила, но ничего не вышло. Он сильнее меня будто в сотню раз. Мнимое сопротивление воспринял, как вызов. Пальцы лишь быстрее задвигались, пытаясь лишить меня возможности трезво мыслить. Задыхаясь от возбуждения, я все же взяла себя в руки и почти четко прошептала: — Я просто пытаюсь понять: тебе вообще важен мой ответ? Потому что ты не спрашивал вновь… Где то кольцо?

— Рыжуля… — его губы снова опустились на мою чувствительную шею, жадно прикусывая кожу. Я попыталась скрестить ноги, загасить надвигающуюся лавину. Но Океанов лишь усилил напор. Он вошел в меня двумя пальцами уверенно и быстро. Утонув в возбуждении. Трахал быстро и жестко. И я бы солгала сказав, что это никак на меня не влияло и не путало мысли… — Сейчас не лучшее время, согласить.

— Оно всегда будет не лучшее. Если ты только не… — и тут меня окатило жутким осознанием. Будто кто-то вылил ведро помоев на голову! С ужасом посмотрев в черные глаза, я осознала то, что теперь казалось очевидным: — Ты ведь сделал мне предложение только чтобы затащить в койку, верно?

Тишина показалась мне вечность. Этого было достаточно, чтобы мое наивное глупое сердце разбилось вдребезги!

— Рыжуля… — он посмел закатить глаза, будто я какая-то проблема!

Выпутавшись из его объятий, я вскочила с места и застала прямо перед ним. Разгоряченная, красная, на грани истерики.

— О. Мой. Бог! — застонала я, сжимая пульсирующие виски. — Я ведь просто твоя секс-игрушка!

Тот виски, к которому я даже не притронулась, он выпил залпом, даже не поморщился.

— Тебе не нравится наш секс? — на полном серьезе спросил тот. На это отвечать я не планировала. Он надменно выгнул бровь и похлопал по своей коленке. — Будь хорошей девочкой и вернись обратно. Этой ночью у меня на тебя большие планы.

Кто-то будто выстрелил мне в грудь из арбалета. Я даже прижала ладонь к груди — она адски болела!

— Пошел к черту! Понятно? — слезы хлынули из глаз так внезапно, будто дамбу прорвало. Не желая чтобы он видел меня такой, я сорвалась на бег и бросилась к выходу. — Я ухожу. Оставь меня в покое.

В голове я пыталась отвлечься от дыры в душе на то, какой сложный путь мне предстоит из элитного пригорода в свой захудалую общагу. Ночью это еще то приключение! Но стоило моей ладони коснуться ручки двери, как мужчина одернул меня резко и грубо.

— Эй! — он крутнул меня вкруг своей оси и впечатал в стену. — Отпусти, слышишь?

Красный, пышущий гневом. Он казался мне настоящим дьяволом воплоти! Сжимал мой подбородок, заставлял смотреть исключительно на него.

— Не пойму, рыжуля, чего же ты хочешь? — он практически кричал. В таком состоянии я видела Океанова впервые! Жуткий, пугающий до дрожи… И, все же, мне это нравилось. Ведь только сейчас, спустя уйму месяцев в постели, он казался мне по настоящему открытым. — Разве не ты придумала все эти идиотские правила?

— Я, но… — сглатывая ком, я нервно бродила взглядом по Его лицу. Остры подбородок, ровный нос с небольшой горбинкой, полные губы, соболиные брови… Все в нем посылало невидимую угрозу, но я почему-то больше не боялась его. — Я хочу, чтобы человек, с которым я делю постель, относился ко мне серьезно. Понимаешь? Не как к вещи, которая завтра выйдет из моды и полетит на помойку.

— То есть, — глухой удар… Его кулак с размаху врезается в стену рядом с дверью. Я содрогаюсь. Штукатурка сыплется на пол. Декоративный столик падает, разбивая вазу с цветами. — по-твоему, я по глупости трачу на тебя свое время?

«Скажи это!» — и снова понадобилось вся смелость чтобы собраться с силами и выдавить из себя:

— Ты не видишь со мной будущего.

— Правда? — бровь его выгибается, а разбитые костяшки скользят по моей щеке. — Зачем же я тогда купил билет на Мальдивы?

— Чтобы переспать там со мной в новых местах? — саркастично предположила я и увидела огонь в его глазах. Это он точно планировал!

— У меня был сюрприз. Но ты все испортила. — прорычал тот. — Церемония. У воды. Арка, цветочки, священник и прочая ерунда…

Ступор… Глаза едва не выпадают из орбит, и я задыхаюсь. Глупая наивная улыбка расползается на губах сама по себе:

— Ты хотел жениться на мне?

— Нет. Просто люблю пышные религиозные обеды. — фыркнул тот. — Да, хотел, рыжуля.

— Но… Я ведь не дала тебе свое согласие! И… кольцо… — столько вопросов внутри и все они взрывали мозг.

— Все было бы, не беги ты впереди паровоза. — он выдыхает и будто успокаивается. Мягко сжимает мои щеки и выдает подобие улыбки. — Это то, чего ты хотела?

Я задумываюсь… Может, все сомнения были лишь придумкой?

— Да, наверное… — только и успеваю прошептать, как он резко хватает меня и закидывает себе на шею, словно мешок. Верх ногами пытаюсь понять, куда именно он меня несет… Не удивляюсь, увидев на горизонте привычную уже спальню. — Послушай, может сегодня мы…

Ловлю себя на глупой мысли, что хочу просто объятий. Что-то из разряда: посмотреть фильм в обнимку, обсудить прошедший день… Но вижу Океанова, что наматывает на руки крепкие веревки и понимаю — это не про него.

— Сегодня мы попробуем кое-что новое. — обещает мне тот зловеще. И я киваю. Повинуюсь, словно под гипнозом.

Он раздевает меня сам, не разрешает прикасаться к собственному телу. А потом задает вопрос:

— Знаешь, что такое бандаж?

— Эластичный пояс?.. — растерянно сглатываю ком. Сегодня Михаил особенно возбужден. Искры от него так и летают.

— Нет, рыжуля. — смеется он мягко и раскатисто. А потом шокирует меня терминологией: — Это техника эротического связывания. — он крутит передо мной веревками, будто пытаясь заманить на удочку. — Я лишу тебя возможности двигаться. И сделаю с тобой все, что захочу.

По телу волной пробежали мурашки. Удивительно, но не от страха… Предвкушение заставила тугой ком стянуть между ног. И Он чувствовал это, хитро ухмыляясь.

— Ты будешь послушной. — приказывал он, умело наматывая на мне новый и новый метр веревки. — Я говорю, ты делаешь.

— Не знаю… — я вздрагиваю, когда он стягивает мои кисти. Теперь они неподвижны за спиной. — Захочу ли я?

— Думаю, — он елозит веревкой около моих сосков снова и снова. Сводя с ума. Доводя до грани. — у меня есть преимущество.

То, как Океанов умело и мастерски скручивает узел за узлом наводит на мысли — данная тема ему не нова. С каждой новой затяжкой я становлюсь все более парализовала. Все более беззащитна. Полностью в Его власти. Дугой, с затянутыми руками и ногами назад, я понимаю, что не смогу освободиться самостоятельно. Это пугает точно так же, как и будоражит сознание.

— Я знаю, чего ты хочешь, рыжуля… — он властно проводит по мне ладонью, будто наслаждаясь проделанной работой. Очерчивает ягодицы и пальцами скользит между складок. Шипит напряженно чувство, какой мокрой я стала от его манипуляций. Одергивает себя и отходит. — Рано. Еще не все.

«Что еще?!» — могу лишь думать я, потому что мой рот связан. Даже говорить Он запретил. Лишь глазами вожу по комнате и вижу, как Он закидывает веревку за крюк на потолке, а затем поднимает меня вверх.

Мышцы напряжены. Веревки больно врезаются в кожу. А Он берет и завязывает мои глаза лентой в цвет рыжим волосам. Теперь я полностью отключена от мира. Слух обостряется до предела. Я ощущаю, как что-то скользкое скользит по моей коже… Размахивается! Удар по ягодицам мягкий и раскатистый, как удар грома! Я дрожу и трепыхаюсь.

— Бамбуковые палочки, рыжуля. — шепчет он низко и утробно. — Знал, что тебе понравится.

Размах и удар… Могла бы кричать — кричала! Шлепок за шлепком и я уже изнываю от желания. Силы на пределе. Напряжение сводит с ума.

— В тебе столько темных закутков… — шепчет Он мне на ухо предвкушено. — Открываю твои грани ежедневно!

Чувствую, как сосков касается та самая палочка. Схожу с ума, метаюсь и рычу что-то совершенно невнятное. Мокрые волосы облепили тело. Голова кругом.

— Хм… — он замирает где-то между моих ног. Чувствую дыхание своей пульсирующей горошиной. Его язык между моих ног ощущается все так же остро, как веревки на теле. — Сможешь ли ты кончить?

«Какой странный вопрос?» — подумала я. Тело превратилось в оголенный провод. Океанову достаточно было коснуться меня лишь раз чтобы я дошла к финалу…

Но мужчина удивил. Он снова взял в руки бамбуковые палочки. Легкий размах и слабый удар между ног, прямо по клитору. Меня повело, закрутило. Ничего больше я не ощущала. Лишь его тихие хрипы, удары и шепот:

— Давай, рыжуля… Сделай это для меня… Кончай.

И меня разрывает на сотни осколков! Задыхаюсь в оргазме! Сотрясаюсь!

— Теперь моя очередь, — рычит он. Суетиться.

Слышу, как быстро срывает с себя одежду и путается в штанах. Мне смешно. Даже связав меня, он все равно торопится. Будто куда-то опаздывает. Будто даже сейчас я сбегу и оставлю его без десерта!.. Словно власть все равно у меня… Чувствую его член между моих ног. Он входит медленно, давая мне ощутить, как расширяется мое тело от его увесистого достоинства.

— Черт, — шипит, — почему ты всегда такая узкая?

Ответом служат волосы на теле, что встали дыбом. И мурашки, волнами рассыпаются по коже.

Он раскачивает меня, словно это качели. Врезается глубже и глубже. Быстрее и быстрее. С каждым разом его яички все агрессивнее хлопают по моему клитору. С каждой секундой дышать все тяжелее. Скованность в теле сводит с ума! Жгуты заставляют чувствовать все острее!

— Ты просто шикарная… — слышу его шепот и верю ему. Океанов будто в бреду. — Моя невероятная рыжуля…

Новый удар и я растворяюсь в нем. Снова. Тону и захлебываюсь в пучине собственных пороков. Он следом. Входит так глубоко, что, кажется, словно его член пронзил меня насквозь и сейчас изо рта вылезет.

— Ты крепкая. — шлепок по заднице, и я вздрагиваю. Слишком напряжена. — Креатура, наверняка, устала… Сейчас сниму тебя, не переживай. Хотя… — он замирает на моих ягодицах ладонями. Тяжело вздыхает. Раздвигает складки. И, словно сдаваясь, опускается на колени. Его дыхание щекочет кожу в самых чувствительных местах: — Подождешь еще несколько минут?

Его язык такой требовательный и… Голодный! Он, словно животное, дорвавшееся до куска сочного мяса. Волна подкрадывается, и я не верю, что кончу третий раз подряд! И все же его безумие заставляет меня сдаться и замычать с веревкой между губ. Судорогами содрогаясь. А он все продолжает слизывать мое возбуждение. Не останавливается. Не сбавляет темпа. Лишь больше наседает.

Пульс битами отбивает в ушах. Я даже веревок больше не чувствую — только Его. Как вдруг голос из коридора:

— Миша, что там произошло в прихожей? Весь под в осколках и нет никого из персонала… — она явно делает шаг в комнату, что пропахла сексом насквозь и тут же сбегает. — О, БОЖЕ!

Понимаю, что нас кто-то застал. Жуть берет. Пытаюсь вырваться, спрятаться… Но вместо того, чтобы мне помочь, Океанов вскакивает на ноги и бежит прочь. На хожу стягивая покрывало с постели и обматываясь.

— Секунду, рыжуля. — бросает он и убегает.

Слышу, как незнакомка хлопает дверью и убегает. Он за ней.

Снова и снова прокручиваю Ее голос в голове. И понимаю, что настолько сгораю от стыда, что не сразу осознаю главное — этот голос мне знаком.

«Не может быть!» — шепчет внутренний голос.

Михаил возвращается через считанные минуты. Ведет себя так, словно ничего не произошло. Снимает меня, кладет на постель и развязывает. Места, где были веревки — красные и пекут. Он смазывает их мазью. А я сверлю его взглядом и жду, когда он скажет сам. Но Океанов молчит. Тогда я решаюсь сама:

— Говоришь, не знаешь ту блондинку?

Он резко меняется в лице. Глаза словно чернеет. И мы оба понимаем, что незваную гостью я узнала. А он, явно, надеялся на иной исход.