После дождя

Глава 24

Возрожденный

Натаниэль

Я моргнул, ожидая ее ответа. Это было правдой, я бы последовал за ней куда угодно — в тот момент, когда смотрел на нее усталыми глазами, я больше всего на свете верил в это. Ее пухлая нижняя губа задрожала, а дыхание участилось.

— А как же твоя работа? — спросила она робким и дрожащим голосом.

Я пожал плечами.

— Это не так важно, как ты. — Я протянул руку, призывая ее придвинуться ближе. Она переползла через скамейку и оказалась в моих объятиях.

— Нейт, я хочу изменить свою жизнь.

— Знаю.

— Не уверена.

— Я понимаю, что ты все еще в трауре.

— Дело больше не в Джейке. — Мне показалось, что ей стало гораздо легче произносить его имя.

Я откинулся назад, чтобы видеть ее лицо.

— В чем тогда?

— Я пытаюсь разобраться в себе.

— Я тоже, — тут же ответил я.

— Тогда зачем ты пришел сюда, честно?

— Потому что десятилетний ребенок заставил меня понять, что я влюблен в тебя, Ава. Во всю тебя.

У нее перехватило дыхание.

— Я сказал, что люблю тебя. Ты меня слышала?

Она кивнула, широко раскрыв глаза.

— Эту часть я поняла, — сказала я. — Остальное немного расплывчато.

Она отвела взгляд, а затем быстро посмотрела мне в глаза.

— Хорошо, но чего ты хочешь?

— Я хочу быть с тобой. И знаю это наверняка.

— Я приехала сюда, чтобы разобраться в себе. Мне нужно больше смысла в жизни. Я не знаю, как будет выглядеть моя жизнь через пять лет.

— Никто не знает. Мы просто должны найти свою мечту и следовать за ней, — сказал я ей.

— Я думаю стать медсестрой, — сказала она.

Я усмехнулся.

— Что же, это могло бы все упростить.

— Но не из-за тебя.

— О, ладно.

— Я должна сделать это сама. Хочу помогать людям. Я всегда этого хотела и знаю, что теперь могу.

— А как же лошади? — спросил я.

— Это была другая жизнь. — Она подняла глаза к небу и сделала три глубоких вдоха. — Я не знаю, просто чувствую, что вспоминаю, кем была до Джейка, и я помню, что хотела стать медсестрой. До встречи с ним лошади всегда были для меня просто хобби.

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе достичь этой цели, Ава.

— Спасибо, — сказала она.

Она снова начала говорить, но прежде, чем успела что-либо сказать, я перебил:

— Но сначала я хочу знать, что ты чувствуешь ко мне. — Солнце уже всходило, и она задрожала в моих объятиях. — У меня есть номер в отеле. Давай немного поспим. Но позже я хочу получить ответ.

— Хорошо.

В последнюю минуту перед отъездом из Штатов, я забронировал номер в одном из самых красивых отелей Барселоны. Усталые глаза Авы широко раскрылись, когда мы вошли в экстравагантный вестибюль. В лифте я прижал ее к себе. Мы оба шатались от усталости, используя друг друга как якоря.

Оказавшись в моем номере, она удивленно огляделась.

— Я никогда не была в таком месте. — Она посмотрела на большую кровать с балдахином, покрытую роскошным темно-бордовым пуховым одеялом. Проходя мимо меня, она сняла платье и бросилась на груду одеял. — О, это просто чудесно, — пробормотала она в подушки. — Жаль, что я устала, тогда я могла бы вдоволь насладиться этим.

Я подошел к краю кровати и посмотрел на нее сверху вниз. Она перевернулась на спину, закрыла глаза, и на ее губах появилась легкая ленивая улыбка.

Я разделся, оставив только боксеры, и лег рядом с ней. А затем обнял ее сзади, словно заключив в кокон.

— Утром... — вздохнула она.

— Сейчас уже утро, — ответил я.

— Тогда вечером.

— Что, детка?

— Мы начнем стремиться к этому... к мечте.

— Я как раз этим и занимаюсь. Давай поспим. — Я поцеловал ее в затылок и несколько минут слушал, пока ее дыхание не стало ровным.

Засыпая, я слышал отдаленные раскаты грома и медленный стук дождя по окну. В комнате стало темнее, и постоянный стук капель по стеклу, а также Ава в моих объятиях превратили засыпание в настоящее блаженство.

Вечером меня разбудил свет, льющийся из ванной. В ванной лилась вода, и я мог видеть, как двигался размытый силуэт Авы. Когда я вошел в ванную, она была полностью обнажена и, склонившись над краном огромной ванны, проверяла температуру воды.

Я подошел к ней сзади и провел рукой по ее ягодицам. Она выпрямилась, удивленная моим присутствием. Я притянул ее к себе, и она отклонила шею в сторону, предоставив мне полный доступ. Я поцеловал местечко ниже ее уха и почувствовал, как она расслабилась, прижавшись ко мне всем телом. Наконец, она высвободилась из моих объятий и повернулась ко мне лицом.

— Сегодня шел сильный дождь, — сказала она, придвигаясь и целуя меня в шею.

— Да. Дождь все еще идет.

Она тихонько замурлыкала, уткнувшись мне в грудь.

— Дождь — это хорошо.

— После ванны, думаю, нам стоит посидеть на веранде и подождать, пока дождь не прекратится.

— Что мы будем делать после дождя?

— Вот после дождя и скажешь свое решение. Я хочу, чтобы ты вернулась со мной, когда будешь готова, конечно, но также хочу, чтобы ты жила со мной.

Она никак не намекнула на ответ.

В ванной она произнесла несколько слов. Я сел позади нее, поглаживая ее руку и целуя плечо и шею.

— О чем ты думаешь? — спросил я.

— Я просто подумала, что шансы велики, что ты не покончишь жизнь самоубийством.

— Люди начали бы что-то подозревать, тебе не кажется?

Ее приятный смех эхом разнесся по ванной.

— Я никогда не смеялась над этим, потому что это довольно трагично.

— Это действительно трагедия, что Джейк не был подготовлен к преодолению такого рода трудностей, но ты все еще здесь. — Снова воцарилась тишина. Она не ответила. — Тебя сдерживает только страх? Пожалуйста, скажи мне, что это никак не связано с той ночью, когда я оставил тебя в ресторане.

— Меня ничто не сдерживает. Я здесь, с тобой, в твоих объятиях.

— Но ты не сказала мне, что чувствуешь.

— Ты сказал, что я могу это сделать после дождя.

Она повернулась и оседлала меня, и вскоре вода начала плескаться и переливаться через край. Я смотрел на ее теплую, гладкую кожу в тусклом свете и наблюдал, как маленькие капельки воды стекали к бутонам ее груди. Я лизал и посасывал, а затем с силой притянул ее к себе.

— Я хочу тебя в постели, — прорычал я.

Она захныкала, но не ответила, поэтому я встал, довольно неуклюже, и одновременно вытащил ее из ванны. Я подошел к кровати, держа ее на руках, насквозь мокрую, и положил ее. Она хихикнула, но ее улыбка быстро исчезла, когда она увидела, насколько я серьезен. Ее соски затвердели. Я прижал руку к центру ее груди и почувствовал, что ее кожа очень горячая. Я навис над ней, когда она посмотрела на меня своими большими карими глазами.

— Что ты делаешь? — прошептала она.

— Просто смотрю на тебя. — Я обхватил ее сзади за бедра и притянул к краю кровати, чтобы она была открыта для меня. Я встал между ее раздвинутых ног, наблюдая, как ее грудь поднималась и опускалась в такт торопливому дыханию, а черные волосы, намокнув, разметались по ее телу. Она медленно подняла руки над головой, подставляя мне свое тело. Ее спина выгнулась дугой, а колени опустились в стороны, когда она раскрылась передо мной шире. Мое сердце бешено колотилось, вся кровь в теле устремилась к центру. Она отвела взгляд от меня в сторону. Даже без макияжа ее вишневые губы ярко выделялись на фоне кожи.

— Посмотри на меня. — Она подняла взгляд, когда я наклонился и поцеловал каждую грудь, положив руки ей на бедра. Она казалась смущенной. В ее глазах читалась тревога. — Что такое?

— Ты должен прикоснуться ко мне. — Я почувствовал тепло ее тела на своем бедре, и она слегка подалась ко мне. Она хотела меня, а я дразнил ее, заставляя ждать. Я выпрямился. Нависнув над ней, я положил указательный палец ей на живот и очень легко провел им вниз, пока не коснулся ее нежной плоти. Ее глаза закрылись, и она снова отвернулась.

— Открой глаза, Ава. Я хочу тебя видеть.

Я погрузил в нее два пальца и стал водить большим пальцем по кругу, пока она не начала извиваться подо мной. Я чувствовал, как она распадается на части, когда ее тело сжималось вокруг моих пальцев. Перед тем, как кончить, ее спина снова выгнулась, веки затрепетали, а рот приоткрылся в благоговении. Я убрал руку и вошел в нее, пока ее тело все еще содрогалось от оргазма. Мои пальцы переплелись с ее пальцами у нее над головой, удерживая ее на месте, пока я входил и выходил. Она расслабилась, позволяя мне найти ритм. Ее руки обхватили меня за бока, притягивая ближе, губы приблизились к моему уху, целуя, посасывая и издавая сладкие звуки, пока я не почувствовал, что она снова достигает вершины наслаждения. Выгнувшись дугой, она напряглась. Я чувствовал, как ее разрядка пульсировала вокруг меня. Она кончала снова и снова, пока я не кончил следом, и тогда я рухнул на нее сверху. Наши тела были покрыты потом. Я долго целовал ее, а затем спускался вниз по ее шее, пока не заснул, прижимая ее тело к своему.

Когда мы проснулись, дождь прекратился. Мы вышли на веранду, одетые в одинаковые черные гостиничные халаты. Солнце выглянуло из-за облаков.

Она перегнулась через балконный выступ, чтобы выглянуть наружу, а я обнял ее сзади.

— Пожалуйста, поговори со мной.

— Что же, в основном меня сдерживает страх. Мне нужно научиться находить баланс, чтобы не бояться жизни в одиночестве.

— Звучит не очень романтично.

— Раньше у меня в глазах сияли звезды. Я идеализировала то, что было у нас с Джейком. Я была с ним всего полтора года. Мы только начинали узнавать друг друга. Я позволила ему увлечь себя так сильно, что не думала, что смогу жить дальше без него.

— Разве не так ты должна была себя чувствовать?

— Тебя послушать, так ты вдруг стал экспертом по любви.

— Я кое-что смыслю в сердечных делах.

— Что же, доктор Майерс, поделитесь, пожалуйста.

— Любовь бескорыстна. Прошлой ночью я доказал тебе, каким эгоистом могу быть, но больше я такой ошибки не совершу. Думаю, я знаю, что нужно сделать, но сначала ты должна сказать мне, где ты хочешь быть.

— Я хочу быть с тобой.

Я крепче сжал ее в объятиях.

— Тогда мы вернемся.

— Нет, ты вернешься. Я останусь с мамой на некоторое время и буду посещать занятия здесь. Таково мое решение.

— Здесь, в Испании? — я повернул ее так, чтобы мы оказались лицом к лицу. На моем лице, должно быть, отразился шок.

Она приподняла брови и решительно ответила:

— Да.

— Но ты сказала, что хочешь быть со мной.

— Да, но ты должен научиться отдавать больше, а я должна научиться отдавать меньше. — Я знал, что она имела в виду. Нам нужны были сбалансированные отношения, но ни один из нас не был эмоционально готов к тому, что это означало. Легкая улыбка тронула ее губы.

— Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь, Ава.

Она подняла руку и погладила меня по подбородку.

— Я люблю тебя, Нейт, так сильно, что не хочу ничего испортить. Боюсь, что, если я сейчас вернусь, именно это и произойдет. Все, о чем прошу, — это немного времени.

— Сколько?

— Год.

Я потрясенно сглотнул. Мои глаза расширились.

— Один год? Я не увижу тебя целый год?

Она кивнула.

— Так мы будем знать наверняка.

Я скрестил руки на груди.

— Теперь я знаю, чего хочу.

— Разве ты не хочешь быть уверен на сто процентов?

— Я уверен.

— Нейт, через год я по-прежнему буду молода, и ты тоже, но, по крайней мере, за это время ты сможешь решить, где хочешь практиковаться, а я смогу вернуться в школу, что следовало сделать давным-давно.

— Я думал о практике в Монтане.

— Ты сказал, что нам нужно определиться с мечтой и следовать за ней. О чем ты мечтаешь, Нейт? Где бы ты хотел прожить остаток своей жизни? Я знаю, что это не Монтана. И если бы меня не было в этой мечте, разве ты не хотел бы быть поближе к своим маме и папе, особенно если у тебя будут дети?

— Наверное. А как насчет тебя?

— Я могу жить где угодно.

— Почему мы не можем встречаться или не торопиться, пока не разберемся во всем этом?

— Потому что мы с тобой не способны на медлительность. Я думаю, мы это уже доказали.

— Это безумие. — Мой голос стал неконтролируемо повышаться. — То есть, получается, мы не можем разговаривать даже по телефону или электронной почте?

— Именно это я и хочу сказать. Я прошу у тебя год, чтобы я могла разобраться в себе. Я возвращаюсь в школу, а тебе, думаю, стоит вернуться в Лос-Анджелес.

Я моргнул, все еще пытаясь придумать, как переубедить ее.

— Ты бы хотела жить в Лос-Анджелесе?

— Да, и ты не заставишь меня передумать, — сказала она.

— За год многое может поменяться, Ава.

Что, если она найдет кого-то другого?

— Я хочу быть с тобой. Я люблю тебя, и это не изменится даже через год. — Ее тон был решительным.

Я кивнул, хотя перспектива того, что мы собирались сделать, пугала до смерти.

Мы доехали на метро до квартиры ее мамы. На пороге я развернул ее лицом к себе.

— Я понятия не имею, как я буду жить вдали от тебя.

Ее улыбка стала шире.

— Ты всегда будешь в моем сердце.

— Никаких шуток про сердце.

Я наклонился и крепко поцеловал ее, гадая, не в последний ли это раз.

— Прощай, Нейт Майерс. Ты помог мне стать лучше, но я хочу быть лучше, чем могу, ради тебя и себя. — Ее голос дрожал. — Мне тоже будет нелегко.

Я покачал головой и опустил взгляд на свои туфли.

— Я все еще не понимаю.

— Поймешь.

— А что, если у нас ничего не получится?

Слезы потекли по ее щекам. Я вытер их большим пальцем и почувствовал, что мои собственные глаза наполнились слезами. Она покачала головой и пожала плечами.

— Стоит рискнуть, — сказала она.

— Было бы еще рискованнее, если бы мы не воспользовались этим временем. Посмотри, что уже произошло.

— Я никогда ни к кому не испытывал таких чувств, Ава. Я думаю о тебе больше всего на свете. Я представляю будущее с тобой. Ты разобьешь мне сердце, если у нас ничего не получится. — Я прижал ее к своей груди и обнял.

— Я увижу тебя через год, 14 июня 2011.

— Где?

— Где бы ты ни был, я найду тебя, если так будет суждено. Только, пожалуйста, дай мне вырасти и разобраться в себе. Я хочу жить, и я в долгу перед самой собой.

Мне было так тяжело отпустить ее. Я продолжал тянуть с нашим прощанием.

— Что я могу сделать? Я не знаю, что делать.

— Возвращайся в Лос-Анджелес и начни жить.

— Такое чувство, что ты бросаешь меня.

Она всхлипнула и покачала головой.

— Пожалуйста, отпусти меня.

— Не могу. Пожалуйста, не делай этого, — взмолился я.

— Это не навсегда.

— А кажется, наоборот.

Она высвободилась из моих объятий, расправила плечи и вздернула подбородок.

— Один год.

— Я буду преследовать тебя, — сказал я.

Она рассмеялась, а затем снова заплакала.

— Один год, — прошептала Ава, на этот раз с болью в голосе. Она приподнялась на цыпочки и поцеловала меня. Ее рот оставался закрытым, но она позволила своим губам задержаться на моих дольше, чем на несколько секунд, а затем ушла.