После развода. Колкие грани счастья (СИ)

Глава 19

Утром вчерашние страхи уже не казались такими ужасными.

Вечерний разговор с Андреем Александровичем придал мне уверенности и сил. И настроение было приподнятым.

Я проснулась ранним утром. По многолетней привычке, выработанной за долгие годы брака, я всегда просыпалась раньше всех. И первые, самые сладкие мгновения после сна, эта тёплая нега ещё не загруженного дневными заботами сознания – моё время. Время принятия себя и острой радости бытия. Чуда жизни на земле. После, суетным днём и усталостью вечера, это чувство уходит, замыливается обыденностью. Но утро – гимн счастью просто жить и дышать на этой земле!

Окна спальни выходили, судя по всему, на юго-запад и восход мне не увидеть. И даже намёка не него. Но предчувствие, но осознание того, что я вчера пережила самую длинную ночь в году, наполняло сердце лёгким ветром перемен.

Максим выполз на кухню, когда мы со Степаном Семёновичем уже позавтракали.

Такой сонный и сладкий мой выросший мальчик, потягиваясь, зацепил со стола сырник и плюхнулся на стул.

- Мам, у нас контрольные сейчас идут по всем предметам, – проговорил он с полным ртом и, схватив следующий сырник, пробухтел, — потом замучаешься их переписывать. Я из школы без тебя не выйду! Или выскочу за территорию через дырку в заборе. А представить, как папа за мной гонится по улице, я не могу при всём желании…

- Я тоже думаю, что нужно ехать в школу. Собирайся! – перебила я его и улыбнулась, смягчая приказной тон.

Возле школы я занервничала и вышла из машины проводить Макса до ворот. Сын поглядывал с вопросом, но ничего не говорил. Договорились созваниваться, и я поехала на работу.

На стоянке было тихо и обыденно. Никто не перегораживал мне дороги, и машины Вадима поблизости не наблюдалось. Возможно, я слишком нагнетаю и дую на воду? Сотрудники утром хмурые и спешащие на свои места если и обращали на меня внимание после вчерашнего, то делали это деликатно и незаметно для меня.

Я угнездилась на своём рабочем месте и придвинула к себе ближе гору бумаг для проверки. Чем быстрее я разберусь с накопившейся текучкой, тем мне будет проще.

- Мария Вячеславовна,— обратился ко мне Стас, устанавливая на своём столе именной стаканчик с кофе из пафосной кофейни за три квартала от нашего офиса.

Он сегодня немного опоздал и был раздражён.

- Я вынужден вам сообщить, что наша компания больше не нуждается в вашей работе. Мы не можем себе позволить, чтобы ваша личная жизнь мешала нашему имиджу. Это ведь возмутительно — затевать такой громкий публичный скандал! – продолжил Стас, распаляясь всё сильнее и дёргая своим длинным нервным носом.

- Хорошо, — согласилась я, поймав момент, когда Стас прервался на глоток кофе в своём праведном возмущении.

- Сейчас завершу проверку скопившихся документов и подам заявление. – продолжила я, глядя на своего непосредственного начальника чуть прищуриваясь.

Так вот, с кем связался Вадим, когда говорил о моём увольнении. Занятно…

Я опустила взгляд и продолжила проверку. Но Стас не успокоился. Он прошёлся мимо моего стола раза три туда-обратно и не выдержал:

- А что там, на стоянке, делал Андрей Александрович? – как бы невзначай обронил он заинтересованным тоном заядлого сплетника.

- Вам стоит спросить об этом у директора. – Ответила я, не поднимая взгляда.

И всей кожей прочувствовала, как я задела этим предложением Стаса. Да и поделом!

Часам к одиннадцати, закончив со своей работой, я написала заявление по собственному желанию и решительно направилась к кабинету директора, игнорируя нервный окрик Стаса.

- Андрей Александрович, разрешите? – обратилась я и, положив на стол своё заявление, продолжила, — Я пришла увольняться. Так будет лучше и проще нам всем. Я смогу всерьёз заняться вашей квартирой, а мой бывший муж перестанет тиранить ваших сотрудников.

- Машенька, Мария Вячеславовна, каких это сотрудников тиранит кто-то другой, а не я? – улыбнулся мне директор.

- Это неважно. Я неплохо знаю Вадима, и он не остановится. Не вижу смысла бодаться с ним по такому незначительному поводу. Да и не хочу неприятностей для вашей компании, – пожала я плечом.

Подождала мгновение и достала свои наброски. Молча положила их на стол и застыла, прикусив губу.

Что, если ему не понравится?

После нашего ночного разговора я не могла уснуть. И чтобы не убивать время зря, села работать. Наброски получились очень воздушные, светлые. Пронизанные солнечным светом с террасы. Возможно, из-за акварели, в которой я выполнила их. Но после того тепла, в которое меня укутал Андрей, после его нежности в нашем разговоре, после того как я поняла, насколько мы одинаково оцениваем многие вещи, я именно так и представляла его жильё. Свет, солнце, много воздуха и прохладной весны в оттенках.

- Это ещё всё очень сыро. Только концепция, — заговорила я нервно, не в силах больше молчать.

- Машенька, мне невероятно нравится. Я поражён твоим умением понять, что я хочу. – ответил мне Андре Александрович.

Он посмотрел на меня, и я захлебнулась синевой его глаз. Утонула в нежности на берегу неба.

- Ты права. Нечего тебе тратить время на проверку ошибок, – продолжил директор и подписал моё заявление.

- У меня есть ребята, которые делали ремонты уже со мной. По моим эскизам и с моими требованиями. Только это не дёшево…

- Оно того стоит, — перебил меня Андрей Александрович, продолжая, — договаривайся с ними на встречу. На завтра, например. И я перечислю тебе аванс.

- Спасибо.

Я улыбнулась с облегчением и потянулась, чтобы собрать эскизы, но Андрей придержал их рукой.

- Оставь мне, пожалуйста, — попросил он.

- Ты сейчас куда? – спросил, когда я уже почти подошла к двери.

- Я заскочу к себе домой. Нужно забрать кое-какие наши с Максом вещи.

Подожди, я договорюсь с ребятами о твоей охране, — предложил мне Андрей Александрович, но я, естественно, отказалась.

И очень пожалела об этом.