После развода. Колкие грани счастья (СИ)

Глава 22

- Помогите! – с трудом проговорила, запыхавшись.

Я ворвалась в домик охранников и споткнулась, наткнувшись на сонный взгляд уже немолодого и оплывшего сотрудника.

Он сидел за неопрятным столом и пил чай из немытой кружки. Какие-то крошки и мусор при этом прилипли к дну чашки с внешней стороны, усугубляя и без того неприятное впечатление.

- Мой бывший муж угрожает мне! Помогите! Не отдавайте ему! – причитала я все отчаяннее, понимая, что все бесполезно.

Им все равно.

Мне или не верят или просто не хотят связываться!

-Дамочка, - лениво заговорил сотрудник, вальяжно развалившись, и меня затрясло.

Буквально. Мелкой дрожью пробивая все тело. Я готова была кинуться на этого мордатого мужика с кулачками, когда почувствовала вибрацию входящего звонка.

- Самуил Яковлевич! Вадим вновь угрожает мне, и я боюсь! Помогите! – выдохнула в трубку.

Надежда полыхнула во мне, опаляя жаром. Сердце подпрыгнуло и забилось суматошной птичкой.

- Где вы и что происходит? – Быстро спросил юрист и добавил, словно выстрелил, - Кратко!

Моргнула и четко артикулируя, произнесла, отчитываясь:

- Я в будке охраны нашего поселка. Сбежала. Он сейчас меня догонит. Они не хотят меня защищать!

- Передайте трубку охраннику! – приказал мой адвокат, и я протянула свой аппарат дрожащей рукой охраннику:

- Возьмите, пожалуйста!

Мужчина трубку взял и лениво протянув «Слушаю», действительно прислушался к Самуилу Яковлевичу.

А я услышала, как с визгом затормозила машина и увидела в окошко Вадима. Он, не торопясь, вышел, хлопнул дверью сильнее, чем обычно и медленно и неотвратимо направился к домику охраны. С нерушимой уверенностью победителя.

Ужас сковал мое тело, и холодный ком замороженного сердца упал в живот.

- Я вас понял, - тем временем совсем другим тоном проговорил жирный неопрятный охранник и нажал на невзрачную кнопку в торце стола.

Он передал мне телефон, а сам гаркнул так, что я вздрогнула:

- Семенов!

- Что орешь, Михалыч?- отозвался откуда-то за моей спиной сонный голос.

- Проводи дамочку, – усмехнулся толстяк, как мне показалось, с каким-то сальным поддекстом.

И в этот момент в комнату вошёл Вадим.

- Спасибо, что задержали мою жену, - сказал он спокойным твердым голосом и протянул руку охраннику для рукопожатия.

- Она переволновалась сегодня. Извините. Женские нервы. - Как бы извиняясь, продолжил он.

Затем повернулся в мою сторону и вздохнул, с осуждением оглядывая меня с головы до ног.

- Мария, поехали домой! – обратился ко мне усталым голосом.

Словно измученный беспричинной женской истерикой терпеливый и заботливый муж.

- Прошу вас, - проснулся Семенов и, распахнув дверь, указал мне рукой, приглашая.

Я с облегчением прошмыгнула в дальнюю комнату и притаилась у противоположной стены.

- Что происходит? – голосом оскорбленного праведника поинтересовался Вадим.

- Не волнуйтесь! Мы во всем разберёмся, – ответил ему неприятный охранник.

В этот момент Семенов прикрыл дверь, оставляя меня одну, и звуки из другой комнаты стали глуше.

Я прислушалась, стараясь уловить, о чем они говорят, услышать хоть какие-то слова. И поняла, что в трубке телефона, который зажат в моей руке, слышны голоса.

- Самуил Яковлевич? – пискнула задушено.

Горло перехватило и комом передавило гортань.

- Мария Вячеславовна. Не паникуйте, – спокойно ответил мне адвокат.

У него что-то там хлопнуло в трубке, и он продолжил:

- Я подъеду минут через тридцать, максимум - сорок. Группа быстрого реагирования появится гораздо раньше. Постарайтесь ничего не подписывать до моего появления и особо ничего не говорить.

- И не волнуйтесь. Это даже хорошо, что так все развернулось! – Добавил тепло и деловито.

Я отключила телефон и не смогла убрать его в карман. Руки тряслись, как у наркоманки со стажем.

Дальше все развивалось стремительно.

Вадим, повысив голос, что-то говорил охраннику, когда с сиреной и мигалкой подъехали полицейские.

Шум, топот ног, какие-то крики. Я от ужаса забилась в дальний угол и сжалась там, стараясь угомонить свою дрожь.

Полицейские пытались со мной говорить, но я только стучала зубами и тряслась как в припадке. А стоило Вадиму попытаться ко мне подойти, так вообще взвизгнула и вцепилась в сотрудника, глядя на него с мольбой и причитая что-то невнятное.

Я краем сознания понимала, что у меня натуральная истерика и нужно взять себя в руки, но даже для того чтобы выпить банальный стакан с водой мне понадобилась помощь полицейских.

А когда в крошечную комнату вошел мой адвокат, я просто расплакалась от облегчения.

Дальше все происходило вне моего понимания. Я только держалась скрюченными пальцами за рукав Самуила Яковлевича и делала то, что он приказывал.

Нужно подписать протокол, перед этим его прочитав? Юрист читает – я подписываю трясущейся рукой.

Нужно подтвердить факт угроз? Смотрю на адвоката и киваю головой с его позволения.

Словно бездумная механическая кукла на шарнирах.

Более-менее в сознание пришла, когда Вадим уехал с полицейскими.

- Самуил Яковлевич, а охранника Вадима вы видели? – спросила, оглядываясь.

- Нет.

Адвокат подал мне руку, помогая спустится вниз по ступенькам крыльца из домика охраны, когда перед ним с вигом тормозов остановилась машина, и из нее выскочил мой директор.

Всклокоченный и встревоженный, он, не обращая внимания на пытавшегося его остановить Семенова, прорвался ко мне и, схватив за плечи, прижал к себе.

А меня прострелило!

- Максим!

Я посмотрела на телефон, что все также был зажат в моих руках, и всхлипнула:

- Сын!