После развода. Колкие грани счастья (СИ)

Глава 29

- Ты что вытворяешь, жёнуш-ш-шка? – Прошипел Вадим с незнакомого номера.

Непроизвольно отбросила аппарат в сторону, испугавшись, и он проехал по столу прямо к Андрею в руки. Я потянулась за телефоном, сожалея о своей выходке, но Андрей уже нажал на громкую связь.

- Немедленно! – рыкнул Вадим окончание какой-то фразы, но слова, что полились дальше из его горла, не оставили простора для воображения, — Иначе я тебя поймаю сам и ноги выдерну. Ты что это удумала, тварь?

Стыд полыхнул пожаром, сметая на своём пути все остальные чувства. Хотелось раствориться, провалиться сквозь землю, оглохнуть и ослепнуть, чтобы только не видеть, как смотрят на меня люди вокруг, не участвовать в этом позоре.

- Мало тебе, как я выплатил все долги твоего придурочного папаши и содержал вас пятнадцать лет, мало того, что ты за всю свою никчёмную жизнь палец об палец не ударила, а получала от меня всё и ещё немного больше, так ты пошла в суд искать справедливости? Да я тебя без штанов оставлю, дура! – продолжал орать Вадим, не останавливаясь.

А я чувствовала, что ещё немного и сердце просто разорвётся в груди. И, как обычно, как всегда, и в любой непонятной ситуации застыла не в состоянии ни выдохнуть, ни сказать что-либо. Женой несчастного Лота закаменела от ужаса и страха. И совсем не замечала, как Андрей, достав свой смартфон, включил его на запись.

- Ты больно осмелела, тварь! Помнишь ночку после твоего выпускного вечера? Так она тебе покажется санаторием пяти звёзд! На цепь посажу, гадину! Ты не только своего сына не увидишь, ты сгниёшь в самом дешёвом турецком борделе заживо, дура! – гремело над нашим столом.

Кровь отхлынула от лица, и вся собралась у меня в животе, ледяным комом ворочаясь и пульсируя.

В тот год летним ярким днём, под открытым небом, на площади перед Главным зданием Московского университета на Воробьевых горах, в торжественной церемонии чествования выпускников – обладателей «красных дипломов», участвовала и я.

По традиции, перед выходом во взрослую профессиональную жизнь отличников главного университета страны напутствовал его ректор. И лично мне вручил и диплом, и значок.

Это было волнительно и сильно.

А после поздравлений мы всей группой ушли гулять по городу, по его паркам и площадям, кататься по его проспектам.

Я чувствовала себя лёгкой и свободной! Я была звездой нашего потока! Я не ощущала времени. Совсем. И не слышала телефона.

А когда Вадим нас нашёл – в парке у Новодевичьего монастыря, разгорячённых шампанским и праздником, то я не сразу поняла, как мой муж зол.

Мне даже было приятно покрасоваться перед ребятами, какой у меня заботливый и продуманный взрослый мужчина. Я хвасталась даже тем, что он с охраной и нашёл меня. Пока мы не остались с ним один на один в доме.

Он молча закрыл меня в подвале на сутки. Без еды, воды и туалета. В темноте.

Было холодно, страшно и унизительно. Я не понимала, за что. И как бы я ни кричала и не рвалась, выйти из закрытой комнаты мне никто не позволил.

Через сутки Вадим зашёл в подвал.

Он включил свет и брезгливо скривившись, оглядел меня с головы до ног. Задержался на сорванных о дверь ногтях, осмотрел моё порванное платье и ободранные колени, моё заплаканное лицо с расплывшейся косметикой и проговорил тихо и страшно:

- Посмотри, до чего ты себя довела? И это дочь Вячеслава Васильевича?

Затем вздохнул и с упрёком приказал:

- Иди приведи себя в порядок. Жду тебя за ужином через час. И не вздумай опаздывать!

А потом добавил:

- Ты поняла меня?

Я поняла. И с тех пор старалась не злить мужа. И со временем я приладилась к его характеру. Поверила в то, что он меня содержит, и я всем обязана только ему. Смирилась? Я ведь даже находила объяснения такому поведению мужа, оправдывая его придуманной мной заботой о нашей семье.

- Что молчишь? – Прошипел голос Вадима из трубки, и я вздрогнула, выплывая из своих воспоминаний.

- Адрес! Быстро! — вдруг резко рявкнул Вадим.

- Мам! – всхлипнул рядом сыночек и резко встал из-за стола, уронив с грохотом стул.

Максим шагнул в мою сторону, обнимая. А Андрей наклонился к моему смартфону и спокойно произнёс:

- Петровка, тридцать восемь.

В трубке повисла тишина, а после Вадим, выматерившись, глумливо спросил:

- Ты ещё кто такой, защитничек?

- Я муж Марии, а ты, тиран-неудачник, готовь сухарики. Я записал твоё сольное выступление, и мы с удовольствием приложим его к делу, – почти весело ответил Андрей.

А меня затрясло.

Андрей не понимает, что собой представляет Вадим! Для моего бывшего мужа нет морального закона…

Он может навредить весьма изощрённо!

Я решительно рванулась вперёд и, перехватив трубку своего телефона из рук Андрея, зло и звонко сказала на весь зал:

- Иди к лешему, Архомцев! Ты ушёл от нас сто лет назад, и ты не властен надо мной! Я не боюсь ни тебя, ни твоих угроз! Я не делаю ничего противозаконного. Только то, что должна была сделать ещё при разводе: поделить имущество, определить сумму алиментов и проживание. Всё остальное ты сам себе усложняешь! Сам себе наговорил сейчас на статью. И сам себе усложнил жизнь, угрожая мне в поселке. Я ещё не говорю про похищение моего сына! Да ты уголовник, Ахромцев!

Судорожно вздохнула и продолжила:

- Не смей мне угрожать! Я не боюсь тебя!