После развода. Колкие грани счастья (СИ)

Глава 26

- Как ты? – взволнованно спросил Андрей, стоило мне появиться на пороге.

И столько искренней заботы было в его голосе, что мне стало неловко.

- Нормально, — ответила, обнимая подскочившего ко мне сына и пряча глаза.

- Только очень есть хочется. И пить, — улыбнулась Андрею из-за плеча Максима.

- Мы заказали еду! Я сейчас всё разогрею! – спохватился сын, но я притормозила его, придерживая:

- Не волнуйся и не торопись. Я сейчас вернусь.

И, всё ещё улыбаясь, вышла из кухни.

Из зеркала в ванной комнате на меня смотрела сияющими глазами настоящая кикимора. Ведьма из фильма. Волосы всклокочены и стоят дыбом, растрепавшись, щека примята после сна и красуется отпечатком подушки, но глаза горят колдовскими зелеными огонёчками на сером грозовом фоне радужки. И губы алеют на бледном лице.

Одним словом — сказочно хороша!

С тоской оглянулась в сторону душа, но, прикинув, отказалась от этой идеи. Неудобно заставлять гостя ждать. Он и так потратил на меня практически весь свой день и, вероятно, ему уже пора домой, к сыну.

Вечер прошёл по-семейному, мило. В непринуждённой обстановке заказанного ужина, под мой подробный рассказ о дневных подвигах.

Андрей взял с нас клятвенное обещание сотрудничать с его Сергеем и полностью доверять ему в вопросах безопасности. Потребовал слушаться советов этого Сергея и не отходить от него ни на шаг.

Да я и сама понимаю теперь, насколько остро мне нужна охрана, и больше не собираюсь рисковать. И Макс, по всей видимости, проникся необходимостью сопровождения, дополнив свой рассказ о сегодняшнем дне подробностями и собственными страхами.

Когда Андрей уже уходил и стоял одетый в коридоре нашей съёмной квартиры, то перед прощанием возникла минутная заминка.

Я хотела поправить завернувшийся лацкан воротника его пальто и потянулась руками, привставая на цыпочки. Андрей, придержав меня за талию двумя горячими ладонями, сначала притянул, переместив ладони на мои лопатки, а после крепко прижал к себе, приподнимая. Он склонился к моим губам, опаляя их дыханием.

Он перевёл взгляд и всмотрелся мне в глаза. Остро и требовательно.

А я растерялась.

Увидела синие озёра так близко и заметалась.

Он меня поцелует?

Прямо после ужина? Такую лохматую?

Он реально хочет меня поцеловать?

Андрей усмехнулся, считывая мою панику. И, чуть повернув голову, нежно прикоснулся горячими губами к моему виску, пробуждая огненный цветок, распускающий свои лепестки-усики. Тепло расползалось от виска медленно, неторопливо пробуждая во мне совершенно физическую, ощутимую реакцию.

Ожёг!

Я непроизвольно, рвано выдохнула и сама прижалась теснее, впитывая вместе с запахом и так необходимое мне человеческое тепло.

Как не обернётся в дальнейшем наша с Андреем притяжение, но его поддержка, его люди и его вера в меня сегодня буквально спасла и меня, и Максима. И я не забуду этого.

Андрей ушёл.

Я обняла себя руками, заглушая острое чувство потери, и пошла к Максиму в комнату. Нам необходимо поговорить!

- Макс, я хочу тебя попросить, — начала я, присаживаясь рядом с сыном на диван.

Степан Семёнович, недовольно дёрнув хвостом, соизволил немного подвинуть свою попу, давая мне чуть больше места и глядя с неодобрением. Осуждая меня за вторжение в их интимное пространство.

- Мам, не парься, — ответил сын, откладывая в сторону книгу явно из местной библиотеки и продолжая, — я не маленький и тоже совершенно не хочу быть заложником папиных гениальных схем. Поэтому не волнуйся. Я с удовольствием буду рядом с дядей Сергеем. Тем более что с ним интереснее играть в шахматы, чем с программой на телефоне.

И я совсем не против твоего общения с Андреем Александровичем. Он нормальный. Не переживай, — помолчав, проговорил Максим, совершенно сбивая меня с мысли.

Я моргнула растерянно и поняла, что совсем не помню, о чём хотела ещё спросить сына. А Макс, хихикнув, продолжил уже другим тоном:

- Инструмент здесь классный, кстати. Но расстроенный – просто кошмар!

- О! Точно! Я поговорю с Генрихом Эдуардовичем! Попробую уговорить его нам помочь прямо сейчас, – воспользовалась я поводом и убежала из комнаты сына звонить настройщику.

Как-то не готова я беседовать об Андрее с Максимом!

Позднее, когда сын уже спал, а дом, который весь вечер непривычно вздыхал лифтами и приглушённым шумом соседей, затих, убаюкивая своих жильцов, я стояла у полюбившегося панорамного окна с видом на воду и перебирала жемчужинки сегодняшнего дня.

Собирая сокровища в длинную нить событий.

Во-первых, я страшная молодец, что смогла противостоять Вадиму. Пусть не совсем красиво и не напрямую, пусть это больше похоже на бегство, но я смогла! И это победа! А, во-вторых, я преодолела себя и позволила забрать из дома личные вещи бывшего мужа. Надеюсь, эти документы помогут Самуилу Яковлевичу раскрутить дело так, чтобы Вадим оставил нас в покое.

И, прощаясь, я абсолютно верно удержала себя от ненужных сейчас проявлений моих чувств к Андрею.

Андрею Александровичу!

И до момента, когда я смогу сдать ему завершённый проект, мне не стоит и смотреть в его сторону! Тем более, с какими бы то ни было проявлениями чувств! Маша! Держи себя в руках, в конце концов! Это неприлично – крутить роман со своим работодателем!

А деньги на данном этапе нашей жизни важны для меня сильнее всего остального! Деньги и моя независимость!

Поэтому только Андрей Александрович, и никак иначе!

Во всяком случае — пока!

Я решительно улеглась в постель и, яростно пыхтя, уснула под умиротворяющее урчание мудрого рыжего кота. Степан Семёнович улыбался скрытой улыбкой и смотрел на все мои метания свысока. Но я этого не видела, к сожалению.

А наутро мне пришли уведомления с госуслуг о возбуждении нескольких судебных дел.