Развод. Месть ректору-дракону (СИ)

32 глава

Сердце пропускает удар. Кроуфорд? Но моего лорда зовут Эдвард. Наверное, просто однофамильцы. Но почему меня сразу охватывает ничем не объяснимая тревога?

― А, которого потом нашли мертвого у дороги с ножевым ранением и которого похоронила местная знахарка? ― обыденным тоном произносит Сандра, как будто сейчас находится в нашей комнате и обсуждает последние сплетни, а не на занятии по истории магии.

Профессор Бамон какое-то время молчит, хватая ртом воздух и наверняка обалдевая от наглости адептов, которые ведут себя столь развязно на уроке.

― Значит так, вы договорились, адептка Халинас, ― цедит она сквозь зубы. ― А вам, адептка Стоун, ротик бы на замок и сидеть как мышка, если не хотите отчисления ― последнюю контрольную вы написали на ноль. Или память настолько коротка, что уже и забыли?

Энжи вся вздрагивает и поднимает плечи, стараясь казаться поменьше. Кажется, она больше всех жалеет, что открыла рот ― остальным как с гуся вода. Марк мрачно смотрит на профессора, Сандра задумчиво и немного с сожалением оглядывает Энжи, Клэрис поднимает глаза к потолку, а потом ложится на стол.

Отчисление. Слушая эти перепалки, которые казались мне лучшей музыкой, я думала о том, что это ― мое место и как сильно я буду скучать по девочкам, за короткое время ставшими мне самыми настоящими подругами. А еще мне будет не хватать Марка с его самоуверенностью и стремлением доказать свою правоту, всех этих профессоров, в основном строгих, но желающих чему-то научить. Я совсем забыла, что мне грядет разговор с ректором и наверное он будет не слишком приятный. Смогу ли я доказать Артуру, что справлюсь, что меня не нужно защищать «любой ценой» и что отчисление для меня хуже, чем снова встретиться с учебными или настоящими дикими монстрами?

― Все свободны. ― Профессор Бамон отпускает нас досрочно и шипит, как кошка, которой наступили на хвост. ― В следующий раз ― контрольная, оценка которой повлияет на итоговый балл. Не хотите слушать меня ― прочитаете все в учебнике. Чувствую, многие ― очень многие не получат стипендию в следующем полугодии.

Мстительно высказавшись, она отворачивается, давая понять, как она ко всем нам относится.

― Ну вот, я точно все провалю снова, ― всхлипывает Энжи в коридоре. ― И кто меня просил ей что-то говорить!

― Ты просто очень впечатлительная, ― мягко кладет ей на плечо руку Сандра. ― Запомнила этого Дамиана, как его там… И кстати, с памятью у тебя все в порядке, не слушай ты эту мымру.

― Интересно, много ли Кроуфордов в Альтероне? ― спрашиваю я непонятно кого.

― Мой отец знает только одного, ― встревает Марк, подойдя к нам ближе. За ним подтягивается его друг Николас с невозможно белыми волосами, при виде которого Клэрис начинает вести себя странно, поправляет и без того безупречную прическу и одергивает форму.

― Кстати, твой отец, ― Сандра смотрит на него сочувственно, ― если Бамон и правда ему пожалуется… он сильно на тебя взъестся?

― Будет неприятный разговор, ― отводит глаза Марк и почему-то грустнеет.

― А моим родителям без разницы, как я себя веду, ― пожимает плечами Сандра. ― Они хотят, чтобы я как можно дольше пробыла в Академии…

― В моем случае от пожелания родителей или кого-то еще мало что зависит, ― вырывается у меня, и Сандра тут же тревожно смотрит на меня.

― Ну что, ты поговорила с ректором?

― Это ведь какая-то ошибка, правда? ― несмело вставляет Энжи.

― Еще нет, но прямо сейчас пойду к нему снова.

Сказано ― сделано. Не откладывая в долгий ящик, спускаюсь на первый этаж и иду в приемную ректора. Как ни странно, его помощницы все еще нет на месте, хотя обычно она никуда не уходит.

На этот раз дверь легко поддается. После легкого стука и приглашения «войдите» я вхожу, но тут же застываю на пороге.

Артур сидит, развалившись в кресле. Его скрещенные ноги покоятся на столе, и сам он выглядит так, будто пришел на вечеринку ― взлохмаченный, сюртук расстегнут, верхние пуговицы рубашки тоже…

Хотя я привыкла к тому Артуру, которого встретила здесь, все же этот больше на себя похож.

Увидев меня, он даже не трудится убрать ноги со стола. Разве что в его глазах что-то вспыхивает.

― Камилла! ― произносит он так страстно, что у меня невольно идут мурашки по коже. ― Ты пришла ко мне? Какая честь!

И что это значит? Что это за вальяжное поведение? Может он… выпил с утра не кофе, а что-то покрепче?

― Да, пришла спросить у вас, по какому поводу отчисление. ― Беру себя в руки и произношу это сухо и четко.

Артур морщит брови, но с таким видом, будто капризный ребенок, у которого отняли игрушку.

― Не понял… с чего ты взяла?

Он даже ноги со стола снимает. Соизволил.

― А вот по какому, ― прохожу вперед и кладу перед ним на стол документ.

Тот берет его, внимательно читает, а потом… медленно разрывает на кусочки.

― Что вы делаете… ― вырывается у меня.

― Произошло недоразумение, ― говорит он и выбрасывает бумажки за себя. ― Я не давал такого приказа.

― А кто тогда… ― начинаю я, но Артур встает и вальяжной походкой идет ко мне.

― Не знаю, дорогая. Кто-то шалит, и я выясню ― кто.

На лице у него появляется кривая ухмылка ― та самая, которая делала Артура в моих глазах таким… загадочным. Таким… романтичным. Будто сбросил маску напускной вежливости и сдержанности.

Такое ощущение, будто вернулся тот прежний Артур, которого я так любила. И который теперь меня почему-то пугает.