Развод. Месть ректору-дракону (СИ)

4 глава

Первая разумная мысль спокойно все узнать и поговорить ― ведь здесь есть и другие люди ― отбрасывается жгучей волной ненависти.

Реакции у меня точные и быстрые. За это время я научилась поменьше анализировать и сразу действовать. Потому что тот, кто предал, предаст еще и еще и вряд ли совесть у него когда-нибудь проснется. Мое тело само формирует огненный шар, а рука посылает точным броском прямо в голову моему врагу.

Да, пусть я хотела отомстить, когда еще поднаберусь сил и навыков, но, кажется, все пошло не по плану, и надо действовать вот прямо сейчас.

Артур молниеносно выставляет щит, о который и разбивается мое наспех сделанное заклинание огня. Другие… экзаменаторы бросаются ему на помощь, формируя в руках такие же огненные шары. Четверо на одного… ну да, отличный экзамен, как раз для новичка-первокурсника. Готовлюсь отбивать все и сразу, но мой бывший муженек властным жестом приказывает своим соратникам отойти.

― Не стоит, ― слышу я его тихий, но уверенный голос. ― Так даже интереснее.

― Но ректор Сильверт, это не по правилам… ― начинает Мирабель, у которой на лице написано изумление и шок.

Ректор? В смысле, этот… козлина ― ректор? Самой престижной Академии магии в нашем королевстве? Наверное, я сплю.

― Адептка Мальран решила пойти нестандартным путем, ― высказывается тот. ― Значит, будет поединок.

Он выходит в центр зала и принимает боевую стойку.

Что ж, сам напросился.

Адреналин заглушает все — и тревожный шепот экзаменаторов, и собственный страх. Лорд сам учил меня сражаться, не доверяя это дело ни одному из наставников. Он хотел, чтобы я стала самодостаточной и могла за себя постоять. Он дал мне все, что мог ― точнее, что я могла на тот момент в себя впитать и чему научиться. А сейчас ― экзамен на прочность. Не думала, что он так скоро состоится.

Артур не спешит на меня нападать. Чего-то выжидает. Только щит перед ним все еще пульсирует полупрозрачным сиянием. Как когда-то изучал на балу, прежде чем решить, с какой стороны нанести удар.

А вот я не жду. Мои руки описывают в воздухе резкие дуги. Теперь это не простой огненный шар — это «Хлыст Феникса», сложное заклинание, на отработку которого у меня ушли месяцы. Из моих ладоней вырываются две сверкающие плети из пламени и с треском устремляются к нему с двух сторон, чтобы захлестнуть, связать, сжечь дотла.

Артур не пытается уклониться, лишь усиливает щит, который становится плотнее. И в момент удара хлыстов происходит немыслимое. Пламя не гасится и не отбивается, как обычно, рассыпаясь искрами во все стороны. Оно впитывается в сияющую поверхность, делая ее на мгновение багровой, а затем щит… выплевывает его обратно, но уже в виде града мелких, раскалённых игл, летящих прямо на меня.

Я едва успеваю сформировать ледяной барьер. Иглы впиваются в лед с шипением, превращая его в решето. Холодный пар бьет в лицо. Вот уж не ожидала, что Артур владеет чем-то подобным ― ранее он не особо интересовался боевыми искусствами и в целом был равнодушен к магии. Но оказалось, что я много чего о нем не знала. И теперь он использует мою же силу против меня. Как будто наглядно говорит: «Смотри, как мало ты значишь».

Ярость во мне закипает с новой силой. Нет. Я не позволю ему меня учить, а уж тем более ― издеваться.

Отбрасываю остатки барьера в стороны и иду вперед, не пытаясь больше колдовать издали. Иду ― а потом бегу, включив внутреннее ускорение. Внутри меня пульсирует магия, в руке формируется сгусток сжатого пламени, который вырывается и летит прямо в грудь врагу. В самое сердце, которого у него, кажется, никогда и не было.

На этот раз он легко и небрежно отскакивает в сторону, и мой удар проходит в сантиметре от его стильного черного костюма. Тут же бросаю заклинание оцепенения, но оно тут же блокируется невидимым барьером. Как будто противник способен предугадывать каждый мой шаг.

— Интересно, — произносит он, и в его голосе звучит… любопытство? — Агрессивно. Нестандартно. Где вы учились, адептка Мальран?

Эти слова обжигают больнее любого огня. «Где вы учились?» А там, в ледяном аду, куда он меня выбросил! В слезах, в мучениях, в агонии расставания с глупыми наивными мечтами о большой любви. Когда потеряла самое дорогое, что у меня было, когда я заново училась дышать сквозь боль…

Вместо ответа я вся подбираюсь и атакую его снова.

Артур больше не обороняется. Он атакует в ответ, и я ощущаю что-то странное. Его магия ― не огонь, как принято у драконов, и не лед. Это… густая волна воздуха, который окружает меня, окутывает теплом, но в то же время сковывает движения, и каждый шаг дается с нечеловеческим усилием. Я пытаюсь создать хотя бы искру, но даже мысль увязает в чужой магии, как в паутине.

Он медленно подходит, его шаги гулко звучат в почти пустом зале.

— Сильная воля, — говорит он тихо, так, чтобы слышала только я. — Но магия ― неконтролируемая. Как лесной пожар. Если продолжите в том же духе, можете сжечь все вокруг…

— Только тебя! — выдыхаю я, пытаясь пробить его тиски хоть одним, хоть крошечным огоньком, который удается создать. Но он рассыпается, даже не долетев до плотного барьера из воздуха.

Ярость — слепая, всепоглощающая — закипает во мне пульсирующей волной. Разум смолкает, сдавшись эмоциям. Остается только страстное желание ― прорваться, уничтожить эту невидимую клетку, в которую меня заключили. А спокойное невозмутимое лицо Артура только распаляет мой внутренний жар.

Вместо того чтобы пытаться бить по барьеру извне, я направляю всю свою нерастраченную магию, всю свою ненависть и отчаяние внутрь себя — в ядро своей силы, выбросить наружу единым, сокрушительным импульсом-всплеском.

Должно получиться… я готова.

Однако, что-то идет не так. Объем энергии становился слишком большим, неконтролируемым. Мое собственное пламя, не найдя выхода сквозь чужие тиски, разрывается во мне тысячами искр.

Это похоже на удар кувалдой в солнечное сплетение. Воздух вырывается из легких с хрипом. В висках взрывается адская боль — будто череп раскалывается изнутри.

Последнее, что я вижу ― обеспокоенное лицо Артура, как он мгновенно отпускает магическую хватку и бросается ко мне. Но, наверное, мне все это кажется. Ведь в следующее мгновение ноги у меня подкашиваются, а потом все вокруг гаснет, погружая меня в глухую беспросветную тишину.