— Где он? — в панике произносит Диана. — Неужели, вошел в квартиру?
— Звони.
— Куда? Я не знаю номера квартиры.
— Да что за детский сад, — вырывается у меня. — Звони ему на телефон. Не можем же мы тут куковать в подъезде.
Диана набирает номер брата. Но на звонки он почему-то тоже не отвечает.
— Он испарился что ли? — не успокаивается сестра.
— Ага, — киваю я, — в одну из этих квартир.
Тут вдруг открывается дверь и на площадку вылетает Жека. Дверь за ним резко раскрывается.
— Что это было? — спрашиваю я.
— Он придурок! — нервно орет брат и отряхивает себя, словно падал в пыль. — Он реально ненормальный. Он затащил меня в квартиру и стал угрожать, чтобы ни я, никто либо другой из нашей поганой семейки здесь не появлялись.
— Чего? — протягивает Диана. — На себя бы посмотрел, идеальный наш.
Мы спускаемся вниз. Я жду, когда Женя успокоится, чтобы ехать обратно.
— А я вам говорила, что это дурацкая затея. Вот не послушали старшую сестру — разгребайте.
— А что ты улыбаешься? — недовольно скрипит зубами брат. — Он полил нас грязью. А мы должны его принять в семью. Разве это нормально?
— Нет. Но его тоже можно понять. Наш отец не принимал особого участия в его жизни. А теперь, когда тот взрослый парень, вдруг решил вспомнить, что у него еще есть ребенок. Любой бы на его месте воспринял все негативно. И да, любить нас он не обязан, — спокойно произношу я.
— Ты это папашке нашему скажи, который уже повернулся на его фоне.
— Я думаю, что он просто чувствует свою вину.
— Поехали домой, — просит Диана.
Женя садится за руль, и мы, наконец, покидаем это место.
Сначала они завозят меня домой, а потом уже едут по своим делам.
В понедельник меня с самого утра встречает недовольное выражение лица моего босса. А я должна представить ему свои выводы и способы решения данной проблемы.
Но семейные неурядицы меня так отвлекли, что я совершенно забыла, что должна была подготовить краткий отчет о сложившейся ситуации.
Ровно в девять Яков Александрович Быстров вызывает меня к себе. Его вечно грозный и недовольный вид пугает всю нашу компанию. Никто лишний раз не хочет оказаться в его кабинете.
Вот только я почему-то с незавидной регулярностью оказываюсь перед ним на ковре. Словно это я виновата в том, что наши клиенты уходят к конкурентам.
— В пятницу, вы утверждали, что у вас есть мысли идеи, — начинает он, сверля меня своими черными глазами. Мне в очередной раз становится не по себе от этого его почти рентгенного взгляда, пронизывающего меня до костей.
— Да, у меня есть предположение, что их уводят сознательно. Видимо, конкурент подсуетился сам. Либо кто-то из наших сотрудников сливает конкуренту данные клиентов и тот просто их перекупает. Но пока я не знаю, как вычислить этого сотрудника.
Яков встает с кресла и медленно подходит ко мне, встает рядом, нависая как скала надо мной.
— Уверены, что этот человек не из вашего отдела?
— Нет. Но и указывать пальцем на кого-то я тоже не стану. Доказательств нет.
— Не проблема. Служба безопасности разберется. Теперь главное, вы должны срочно найти нам двух стоящих клиентов, чтобы мы не попали в просадку.
— Почему я? Я не менеджер по поиску клиентов. Я руководитель отдела.
— Меня совершенно не волнует, каким способом вы это сделаете. Но вы обязаны это сделать.
Я вздыхаю. Какой же он все-таки твердолобый.
— Хорошо, я постараюсь.
— Будьте любезны, — холодно произносит он и снова окатывает меня таким взглядом, что у меня мурашки пробегают по телу.
— Свободны.
Я быстро покидаю кабинет, лишь бы больше не видеть этого каменного лица.
Интересно, в нем вообще есть хоть что-то живое? Или он всегда был таким роботом? Все на автомате. Все ледяным тоном. Как будто он не с людьми работает, а с такими же роботами, как и он сам.
Возвращаюсь в свой кабинет, прошу секретаря — помощника принести мне кофе. Вызываю к себе зама. И пересказываю разговор с боссом.
— Нифига себе, — заявляет Гена.
— Вот-вот. Надо что-то делать и срочно. Понимаешь?
— Угу. Клиентов я попробую поискать. Но искать крысу среди нас — это последнее дело.
— Согласна, конечно. Но если ты мне сможешь объяснить, почему оба клиента, с которыми у нас подписаны договоры и с которыми начаты проекты вдруг резко ушли в закат, буду только рада. Их явно увели.
— Не объясню. Но, пожалуй, соглашусь с тобой.
— Поэтому все силы бросаем на то, чтобы залатать внезапные финансовые дыры. Иначе дядя Яша нас съест и не поперхнется, — выдавливаю из себя улыбку.
Вся компания за глаза зовет нашего босса «дядей Яшей», хотя ему всего сорок пять лет. И выглядит он очень хорошо и представительно. Явно занимается в тренажерках и бегает по утрам. Его всегда подтянутая фигура только восхищает всех.
Я вот не могу заставить себя бегать по утрам, сколько не пыталась. Лень. Понимаю, что надо начинать, но никак не доходят руки.
— Ладно, Злат, я тебя понял. Пойду думать.
— Слушай, а может поговорить с ними? Может, они сами скажут, почему ушли?
— Брось. Им уже предложили другие более крутые условия. Они уже и думать про нас забыли.
— Возможно, ты прав, — задумчиво соглашаюсь я.
Гена уходит. Но эта мысль не дает мне покоя. Может, все-таки стоит ее проверить? Пока служба безопасности выяснит и найдет виновника. Я смогу быстрее поговорить с ними сама.
Раздается звонок на рабочий телефон. Яков снова вызывает меня к себе.
Я уныло поднимаюсь на его этаж, стучу в кабинет и вхожу, после его согласия.
— Вызывали?
Он снова бросает на меня свой темный взгляд.
— Да. Завтра мы летим в командировку.