Развод. Проучить предателя

ГЛАВА 13

— Мирочка, родная, — Гордей вдруг подошёл ко мне, обнял за талию. — Я знаю, это сложно понять. Но ты же умница у меня. Позаботишься о маме, правда?

Регина Петровна фыркнула в своей коляске.

— Может, и меня с собой возьмёшь, сыночек? Она сдаст меня в дом престарелых, меня там будут бить!

— Мы же обсудили. Тебе нужен покой. А там... там будет опасно.

"Опасно". Слово повисло в воздухе, как сигаретный дым. Такое же едкое, давящее.

Я смотрела, как он складывает в чемодан свои любимые запонки — подарок на нашу пятнадцатую годовщину. Как аккуратно упаковывает костюмы. Как проверяет документы...

Всё продуманно, слишком безупречно для внезапного отъезда.

— Я могу поехать с тобой! Всё-таки я владелец контрольного пакета, и если там проблемы с бизнесом…

Он резко развернулся, и в глазах мелькнули искры:

— Даже не думай! Я не стану тобой рисковать! К тому же, — он кивнул на Регину Петровну, — кто присмотрит за мамой? Ты же знаешь, я только тебе могу доверить самое дорогое.

Второй телефон в кармане его пиджака снова звякнул. Гордей дёрнулся, как от удара током. Быстро прочитал сообщение, резко схватил чемодан. Но также резко замер с скрюченном состоянии.

— Ох, опять спина! — он картинно схватился за поясницу. — Милая, намажь меня перед дорогой? А то боюсь, в самолёте совсем скрутит.

Я сходила за мазью. Тюбик был почти новый — странно, обычно он расходует его гораздо быстрее.

— Давай быстрее, — нетерпеливо стянул рубашку. — Такси вот-вот подъедет.

— Сильнее, — поморщился он. — О, вот тут... Да не так! Ты что, разучилась?

— Всё, хватит! Некогда! Опаздываю!

Схватил пиджак, на ходу вытирая спину полотенцем. Даже не дал мази впитаться...

— А свечи от запора? — крикнула я вслед. — Ты забыл...

Но он уже выскочил за дверь, даже не обернувшись.

Проблемы с бизнесом, мама-инвалид с придиракми, да ещё и здоровье подводит — то спина, то запор... А ведь мужу скоро пятьдесят, в этом возрасте у мужчин часто случается кризис. Может, поэтому он в последнее время такой дёрганый? И эти сигареты, и раздражительность, и...

В памяти вдруг всплыл тот разговор на балконе. Такой нежный, почти воркующий голос.

Может, позвонить Карине? Всё-таки дочь, должна знать, что у отца неприятности… Вместе решим как нам быть, мы же семья.

Может она сможет поделиться со мной важной информацией?

Развеять сомнения, или наоборот! Узнать, что мне врут.

Кто ищет, тот найдёт…

Спустя сутки

Телефон зазвонил, в момент когда я споткнулась о разодранную Лордом мою новенькую туфлю и вступила в свежую лужу.

Зашибись!

Звонок на миг притупил гнев. Я отвлеклась. Гордей должен был уже приземлиться…

На экране высветилось фото Гордея — наш последний отпуск, он улыбается в камеру, загорелый, счастливый. Как давно это было...

— Милая! — произнёс муж бодро. — Я уже во Владивостоке! Тут такая метель, с трапа чуть не сдуло! Связь отвратительная, еле пробился...

На заднем фоне слышался какой-то странный шум — не похожий на метель.

— Я скучаю, — прошептала я. — Нам нужно поговорить. По поводу Карины… И ещё кое что! Знаешь, я больше не могу делать вид, что всё хорошо.

Наши отношения одна беда, но вот Карина — беда номер два.

Дочь совсем от рук отбилась. Хоть и восемнадцать недавно исполнилось, но чуточку уважения к матери проявить можно.

Наш разговор не задался, как и визит к дочери на квартиру. Карина быстро выпроводила меня за дверь, пряча за своей спиной какого-то полуголого парня в наколках!

— Не твоё дело, мама! Всё, тебе пора!

— Ой, давай попозже! — он торопливо перебил. — У меня тут дела, встречи...

— Мне тяжело, — голос предательски дрогнул. — Я не справляюсь. Я хочу знать что происходит! Ты что-то от меня скрываешь?!

— Солнышко! — он снова стал тем, прежним Гордеем. — Связь ужасная, не слышу тебя! Потерпи немножко! Я вернусь, и мы наверстаем упущенное! Хочешь в Париж? На неделю, только ты и я! Куплю тебе всё, что пожелаешь — платья, украшения...

А потом... Потом он, видимо, забыл нажать "отбой".

И я услышала это…

С того самого момента поняла.

Никакой командировки, никакой опасности нет. А есть длинноногая смазливая блондинка с шестым размером!

С этой минуты Мира, которую ты знал умерла.

Любопытно, да… как всего лишь одна минута может напрочь изменить жизнь человека и полностью его изменить.

Достаточно всего пары слов. Разбитое сердце, полное боли и ран, и решимость.

Решимость сделать так же больно, как сделали тебе!

Мир перед глазами плыл чёрными пятнами, пол проваливался под ногами, а их слова эхом звучали в отдалении — дико и насмешливо.

Не зря же говорят — смеется тот, кто смеётся последним.

Давай проверим, Гордей, кто кого переиграл?