Развод с миллиардером. Крепость из песка

Глава 18

Новая жизнь

Солнце здесь совершенно другое. Оно не слепое и надменное, как в городе, а тёплое, ласковое, обнимающее тебя с самого утра. Его лучи крадутся по старым половицам спальни, рисуя золотые дорожки на полу. Я лежу с открытыми глазами и несколько секунд просто слушаю тишину. Она не абсолютна — её наполняет отдалённый гул прибоя, крики чаек за окном и мерное, уютное посапывание младшей дочки, пристроившейся рядом со мной этой ночью. Это новые звуки моего нового мира.

Прошло полгода с того дня в суде. Полгода, вместившие в себя целую жизнь. Переезд. Чистовой ремонт жилых комнат. Мы делали его вместе с детьми. Выбирая краски для стен и ткани для мягкой мебели. Первые ночи просыпалась от тишины и не могла понять, где я. Сердце сжималось от привычной боли. Но с каждым днём боль притуплялась, а на её месте прорастало что-то новое, хрупкое и упрямое, как росток сквозь асфальт.

Вилла моей бабушки, казавшаяся Мирону старомодной и невыгодной, теперь — наш дом. Не просто место жительства, а крепость, пахнущая морем, свежей выпечкой и краской. Мы выбелили стены, покрыли лаком старые балки, расставили на полках ракушки, собранные на пляже. Здесь повсюду следы детей — их рисунки на холодильнике, брошенные на террасе сандалии. Их смех, который снова стал беззаботным.

Сегодня важный день. Мы открываемся. Не с помпой и шампанским, а тихо, по-семейному. Наша небольшая гостиница «Белая вилла» готова принять первых гостей.

Спускаюсь вниз, на кухню. Там кипит работа. Артём, мой серьёзный сын, колдует над кофемашиной, привезённой из города.

— Мам, смотри, вроде получилось, — он протягивает мне чашку с идеальным капучино.

С улыбкой сметает с темных волн соринку. Он бросил учёбу в престижном столичном вузе, узнав приговор суда. Сказал, что его место здесь, с нами. Его поддержка стала якорем, не давшем сорваться в отчаяние.

— Выглядит профессионально, — улыбаюсь. Делаю глоток. — Ты на самом деле хочешь быть тут, со мной? Не скучно в этой глуши после Москвы?

— Мам, какая Москва? — он качает головой. — Там сплошные Мироны да Карины. А здесь всё настоящее. И потом, — он добавляет уже серьёзно, — я видел, как он с тобой поступил. Его навязчивая опека меня раздражает. Не хочу быть на него похожим.

Он обнимает меня за плечи.

— Я честный. В тебя!

Комок подступает к горлу. Он мне не только сын, а опора, друг. Бизнес-партнёр. Это он придумал название гостиницы, ведёт соцсети и переговоры с поставщиками.

На кухню вбегают младшие — Лиза и близнецы.

— Мама, мама! Приехали какие-то люди! — они одновременно разводят руки. — На большой машине!

Сердце замирает на мгновение. Первые гости. Незнакомые люди в нашем доме. Очень волнительно. Делаю глубокий вдох, поправляю фартук и иду к входной двери.

На пороге — молодая пара. Он несёт дорогую фототехнику, она — смотрит вокруг восторженными глазами.

— Здравствуйте, мы у вас забронировали «Синий номер» на три ночи, — улыбается девушка. — Я Оля, а это Саша. Какое тут потрясающее место!

Чувствую лёгкую дрожь в коленях, но заставляю себя улыбнуться в ответ.

— Добро пожаловать на «Белую виллу». Проходите, пожалуйста. Артём, помоги с багажом.

Провожу их в номер, показываю, где что находится. Мои движения ещё скованы. Ощущаю себя не хозяйкой, а актрисой, играющей роль. Но их неподдельный восторг и восхищение видами из окна понемногу снимают напряжение.

— Вы знаете, — говорит Оля, выходя на балкон, — мы объехали пол-Европы, но такое ощущение уюта и покоя… это редкость. Сразу видно, что здесь живёт любовь.

Эти слова падают прямо в душу. Любовь. Да, именно это я и хотела создать. Не идеальный, вылизанный отель, а место, где пахнет домом. Где на завтрак будет моя знаменитая шарлотка с яблоками из местного сада. Где вечером можно собраться у камина с чаем и разговорами.

Спускаюсь вниз, и меня ждёт ещё один сюрприз. К калитке подъезжает скромная машина, из которой выходит немолодая, но очень элегантная женщина. Это Лидия Марковна, наша новая соседка, владелица винодельни.

— Виктория, дорогая! Я вижу, у вас исторический день! — она протягивает мне корзинку, откуда доносится аромат свежеиспечённого хлеба и трав. — Это вам от нас с мужем. Добро пожаловать в наш бизнес-клуб. Правда, он очень небольшой.

— Лидия Марковна, спасибо! Это так мило с вашей стороны.

— Пустяки! — машет она рукой. — Я помню, как сама начинала. Страшно до колик. Но посмотрите вокруг. Море, солнце, дети счастливые. Что может быть важнее? А все эти столичные дрязги… — она делает лёгкий, пренебрежительный жест, — пыль. Она уляжется. А вы останетесь на этой земле.

Вечером, уложив младших, мы с Артёмом сидим на террасе. Первый день работы позади. Гости довольны, ужин прошёл на ура, закат над морем был великолепен. Чувствую приятную, созидательную усталость.

— Мам, знаешь, — задумчиво говорит Артём, — я сегодня понял одну вещь. Папа всегда измеряет счастье в цифрах. В миллионах, в квадратных метрах, в лайках под фотографиями. А оно, оказывается, вот здесь… — Он указывает рукой на огни вдалеке, на темнеющее море, на наш дом, из окон которого льётся тёплый свет. — Оно в этом. И его не измерить.

Я молча киваю. Он прав. Мирон подарил мне многое — бриллианты, путешествия, статус. Но настоящее, пронзительное счастье подарили мне — мои дети. И этот дом. И эта новая, трудная, но настоящая жизнь, которую я построила сама. Своими руками. Без него.

Ночью выхожу на балкон, с которого несколько месяцев назад смотрела на груды строительного мусора и плакала от безысходности. Теперь передо мной — ухоженный сад, освещённая луной дорожка к морю и тишина, нарушаемая только шёпотом волн.

Я не чувствую ни злобы, ни обиды. Каждой частичкой тела я ощущаю покой. Тень прошлого ускользает, растворяется в ночном воздухе. А я остаюсь. Я — Виктория. Не жена миллиардера Волкова. А просто Виктория. Хозяйка маленькой гостиницы у моря. Мама шестерых замечательных детей. И, наконец, просто счастливая женщина.