Развод в 42. Генерал, залечи мои раны (СИ)

Глава 28

Чувствую, как внутри всё мгновенно наливается яростью.

Хочется ворваться в палату и всё крушить! Схватить эту мразь за волосы, вытащить оттуда…

Никогда у меня не было желания ударить человека. Не пощечину дать, именно ударить, бить, избить!

Теперь это желание есть.

Особенно после того, как я вижу взгляд Дианы, обращенный на меня.

Победный взгляд!

Слава его не видит.

Он снова в повязке — ему еще делают специальные компрессы с мазями: и на глаза, и на кожу. Не на всё время, их снимают, но сейчас он именно с таким лежит.

— Здравствуй, любимая невестка…

Не могу удержаться от сарказма.

Понимаю, что при сыне, наверное, не нужно этого делать…

Или нужно?

Может, как раз и нужно?

Я же вижу, что ему понравилась Ольгина Вика! Дочь генерала Сафонова! Это очевидно!

Но Слава сдерживается, потому что чувствует себя обязанным этой гадине.

А вот я сейчас скажу всю правду. И он не будет чувствовать никаких обязательств. И угрызений совести.

Не будет!

Он будет свободен.

Да, может, пострадает какое-то время, это понятно. Он ее любил. Сильно любил, раз женился в двадцать лет!

Только вот она-то ни хрена не любила!

Стерва…

— Мам… привет.

— Привет, сынок, как ты?

— Отлично, видишь… Жена приехала. — Тон, которым Слава это говорит, меня немного напрягает. Он какой-то… странный, словно голос не совсем его.

Пока не понимаю, что это значит, хорошо это или плохо.

— Приехала, как только смогла, дорогой. Ты же понимаешь, я ничего не знала! Твоя мама не написала, не позвонила!

— А ты ждала, что я напишу? — не выдерживаю, спрашиваю.

— Нет, не ждала! — она задирает подбородок, фыркает. — После того, что вы устроили, я ничего не ждала.

— И что это моя мать успела устроить, интересно? — как-то очень спокойно спрашивает Слава, и у меня колет сердце.

— А тебе она не рассказала?

— Нет, знаешь ли… берегла мои нервы.

— Что? — Диана играет не слишком хорошо, явно переигрывает. — Твои… нервы? Слава, ты сейчас серьезно?

— Абсолютно.

— Это она не твои, она свои нервы берегла! Потому что понимала, что ты не поймешь ее и не простишь. Твоя мать, она…

— Она моя мать. Не забывай об этом.

— Что ты сказал? Слава, я не понимаю, почему ты так со мной разговариваешь?

— Не понимаешь?

— Да! Я прилетела, как только смогла. Я всё бросила.

— Что всё, интересно? — ехидно заметила я, снова не удержавшись.

— Я, между прочим, учусь в институте, и работаю! Только вам никогда не было до этого дела. Вы всё время считали, что я ничтожество. Вы мечтали от меня избавиться!

— Да, именно поэтому я разрешила сыну на тебе жениться, еще и в квартиру свою тебя поселила.

— Вы совсем с ума посходили с этими квартирами! Как там говорят — москвичей испортил квартирный вопрос? Видимо, да, испортил. Я не претендую на вашу жилплощадь! — с надрывом вскрикивает эта нахалка, при этом в глазах ее, во взгляде, направленном на меня, столько злобы, примитивной, гадкой, низкой злобы. Надеюсь, что Слава всё это считывает. — Ни на что не претендую!

— Неужели? Совсем?

— Слава, пожалуйста… твоя мама… Ты знаешь, как хорошо я к ней относилась. Знаешь, что я ее любила как родную, пыталась любить. Но то, что она сделала. Прости, я не могу молчать.

— А ты не молчи! — резко заявляю я. — Не держи в себе!

— Слава, прости, но я… не так не могу, твоя мать, она…

— Она. Моя. Мать, — как-то очень спокойно отвечает мой сын.

— А я твоя жена! — истерически орет Диана. — Жена, которая тебя ждала, которая тебя любит, которая ночи не спала…

— Давай, расскажи, как именно ты ночи не спала… — глухо говорит сын, и я неожиданно всё понимаю.

Он знает!

Он реально всё знает.

— Слава! Ты… о чем ты? Ты сошел с ума, да? Ты поверил ей? Ты что… ты правда считаешь, что я могла с твоим отцом? Правда?

— Что? С отцом?

А вот тут у сына тон резко меняется. Он неожиданно тянет руку к глазам, срывает повязку, пытается убрать следы мази и посмотреть.

Посмотреть в лицо этой наглой гадине.

Этой мерзавке, которая вошла в нашу жизнь и вот так всё перевернула.

Впрочем… в последнее время я чаще думаю о том, что если бы не Диана — была бы другая.

Мой муж просто нашел ту, с которой очень удобно. И которую легко было взять, потому что она сама была готова.

И его вообще не волновали никакие моральные принципы. Ни то, что это любимая женщина сына, ни то, что он делает свои грязные дела в квартире, в доме, который строил с женой.

Да, Диана виновата.

Но Олег…

Как мог Олег так поступить с нами?

Внутри меня растет омерзение. Противно всё это.

Противно.

Особенно когда стараешься верить в лучшее.

И когда встречаешь других людей.

Таких, как Богдан.

Какое счастье, что я попала в тот пункт, что поехала именно с теми “гумщиками”, что осталась…

Какое счастье, что я решилась на эту поездку.

Обнимаю себя руками.

Смотрю на сына, который пристально разглядывает свою жену, на Диану, которая покраснела от ярости.

— Как ты мог поверить, Слава! Как мог! Я… я…

— Ты в показаниях путаешься, дорогая.

— Что? Ты… я… учти, я сейчас уйду! И я не вернусь! Слышишь? Я никогда к тебе не вернусь!

— Я могу на это рассчитывать? — сын усмехается горько, а я внутренне аплодирую его силе и мужеству.

— Ты… ты…

Диана закусывает губу, вижу, как даже слёзы брызжут, вот же артистка недоделанная! Или она сейчас оплакивает свой статус и квартиру?

Интересно, с какого перепугу она вообще приехала? Может, с Олегом поругалась? Что ей нужно?

Она делает шаг к выходу, сталкивается со мной взглядами.

— Это всё вы! Вы виноваты! Если бы не вы… Вы меня оболгали! Вы и ваш муж! Специально всё подстроили! А я… я люблю Славу! Слава, ты же помнишь? Ты… я же говорила тебе, что они меня не примут! Говорила, что разлучат! Они всё для этого сделают. Когда ты уехал и они меня к себе пригласили жить, я думала, так лучше будет. И мне проще. И они хотят со мной поближе познакомиться…

— Да уж, куда ближе…

— Замолчите! Вы мне сломали жизнь! Вы семью мою разрушили! Вы… Слава! Я в последний раз тебе говорю, если я уйду, то…

— Ключи от квартиры оставь. — Голос сына жесткий, но спокойный.

А у меня внутри всё вибрирует, я просто в бешенстве.

— Ключи? — Диана поворачивается, чтобы показать себя во всей красе. — В смысле ключи, Слава? Квартиру ты оформлял в браке, я там прописана, так что… Квартиру ты со мной будешь делить! Ясно! И все выплаты, которые ты получишь — тоже! Я с вашей семейки просто так не слезу!

— Посмотрим.

Слава откидывается на подушку. Усмехается.

— Я предупредила. Ты сам меня выгнал. И я знаю, что ты мне изменял! И там, на этой вашей… точке. В зоне. И тут. Думаешь, мне не рассказали, как вокруг тебя санитарка крутится? Генеральская дочка! Так что…

— Иди уже, сука…

— Что ты сказал? Как ты меня назвал? Ты…

Она делает шаг, и я тоже, хватаю эту заразу за руку, с силой на себя дергаю, за спину обвиваю и вытаскиваю из палаты в коридор.

Там просто отшвыриваю от себя — где только силы берутся!

— Как вы смеете? Вы…

— А вот теперь мы поговорим. Про квартиру. Про деньги. Про Олега. Про всё.