Семья для босса по договору

4

С самого утра вся фирма гудит в предвкушении корпоратива в честь двадцатипятилетия “Интер плюс Групп”. Девочки без умолку щебечут, а у меня от их разговоров уже мозг кипит, приближаясь к критической отметке.

— Алён, а ты что наденешь? — спрашивает Лариса, когда я, в отличие от коллег, пытаюсь спокойно себе работать.

— Одежду, — отвечаю, продолжая барабанить пальцами по клавиатуре.

— А если серьёзно?

Отрываю взгляд от монитора. Смотрю на Ларису, которая нагло отодвинула в сторону лоток для бумаг и примостила свою филейную часть на мой рабочий стол. В глазах коллеги плещется любопытство, её просто бомбит от моего напускного равнодушия. Конечно же, я тоже волнуюсь, но совсем не из-за того, что не знаю, во что вырядиться. Мне вообще пофиг на этот корпоратив на самом деле. Мои переживания из-за Динара. Наш с ним последний разговор дал чётко понять, что генеральный положил на меня глаз. А я как бы не собираюсь крутить с ним шашни ни под каким предлогом. Вот только страх потерять работу разрастается в моей крови подобно вирусной инфекции. И откуда он только свалился на мою голову?

— Лор, я работать пытаюсь. Видишь, нет?

— Ой, да ладно тебе. Работа не волк, в лес не убежит. Я вот думаю: платье надеть или костюм. Вроде как в ресторан всех позвали, а с другой стороны, это же по работе. Вдруг я в своём костюме буду не пришей кобыле хвост.

— Платье надень, — бурчу монотонно и снова утыкаюсь в монитор.

— Скучная ты, Алёнка.

Лариса наконец-то оставляет меня в покое и я, пользуясь временным затишьем, сосредоточенно дописываю сопроводительное письмо. Затем его распечатаю и отнесу на подпись руководству. От мысли, что придётся подняться в приёмную, где за дверью значится царство генерального, меня прошибает холодным потом. Какой гад всё-таки! Испортил шикарный костюм. И я до сих пор не понимаю, по какому такому праву Султанов решил усложнить мою жизнь. Мы же расстались с ним бог знает когда. Неужели сам факт, что отныне мы с ним работаем в одной компании, будоражит в этом самодуре все его фибры души, если таковые, конечно же, имеются?

Покончив с письмом, хватаю со стола папку для подписи и выхожу из кабинета. А оказавшись в приёмной генерального, быстренько кладу папку на стол секретаря и уже беру низкий старт в сторону выхода, как за моей спиной слышатся звуки открывшейся двери.

— Алёна Михайловна, зайдите в мой кабинет, — эхом разносится по приёмной и моё сердце убегает прямо в пятки.

Разворачиваюсь, вздёргиваю подбородок повыше и встречаюсь с чёрными, как горький шоколад, глазами. Султанов во всей красе стоит в дверном проёме и жестом показывает, чтобы я проходила внутрь его кабинета.

Натянув на лицо приветливую маску и приторно-дружескую улыбку, топаю прямиком в логово Динара. И когда за моей спиной захлопывается дверь, зажмурившись, вздрагиваю.

— Что с костюмом? Удалось отстирать пятно? — спрашивает обыденным тоном, будто мы какие-то там подружки.

— Костюм пришлось выкинуть, — отвечаю тоже спокойно, хотя меня очень колбасит сейчас и удивляет, что из-за такой ерунды Султанов позвал в свой кабинет. — Что-то ещё?

— Идём, присядешь. Поговорим.

Вокруг моей руки чуть выше локтя смыкаются пальцы Динара. Я смотрю на него в упор, мол, убери свои лапы. Чудовище!

Султанов, тактично прокашлявшись, всё-таки убирает руку и кивает на стул напротив своего трона. Медленно иду, направляясь к стулу, ощущая, как спину прожигает тяжёлый взгляд. Да, я сегодня в облегающем офисном платье чуть выше колен. Выгляжу эффектно, не хуже, чем в том брючном костюме, что пришлось выкинуть. И если Динар уже придумал, как испортить мой очередной наряд, то сейчас я пошлю его лесом прямым текстом. Пусть только попробует позвать меня на производство!

— О чём вы хотели со мной поговорить? — спрашиваю, когда затянувшаяся пауза начинает давить на психику.

Султанов не торопится отвечать. Нарочито медленно подходит к столу, усаживается на свой трон в виде огромного офисного кресла из чёрной кожи и аккуратно кладёт локти на стол. Перед ним открытая папка с какими-то документами. Динар молча листает страницу за страницей, а меня от злости раздувает в разные стороны. Я прямо чувствую, как в лаковых туфлях поджимаются пальцы, как напрягаются на лице мускулы, а щёки так трясутся, вот-вот взорвусь как новогодняя хлопушка, только вместо красочного конфетти из меня посыпятся колкости и нецензурные словечки. Как пить дай!

Наконец-то Динар отрывает взгляд от бумаг и сосредотачивает его на моём лице. Смотрит так пристально, будто пытается залезть ко мне под кожу словно противный комар и высосать всю кровушку. Ха! Не дождётся. У меня иголки острые, я — та ещё ежиха, голыми руками не возьмёшь.

— Кто отец дочери, Алён? — смотрит на меня пристально, а я от неожиданности намертво приклеиваюсь к спинке стула.

Мгновение кажется бесконечностью. И за эти несколько секунд в голове появляются столько разных мыслей, что мне хочется выбежать на свежий воздух и глотать его жадно, пока бешеный сердечный ритм не придёт в норму.

— Никто! Я мать-одиночка, — отвечаю, когда ко мне возвращается способность адекватно мыслить.

Теперь понятно, что за документы лежат на столе перед Султановым. Моё личное дело, в котором, конечно же, он с лёгкостью отыскал копию свидетельства о рождении Юльки!

Кровь приливает к щекам, я вся огнём пылаю. Неужели он догадался? Да нет же. Нет! Он ту ночь и не помнит, надеюсь. Сколько лет прошло, мог бы всё узнать, если бы очень хотел.

Динар откидывается на спинку кресла. Расслабленный в отличие от меня. Я же вся напрягаюсь, выпуская колючки наружу, как та самая ежиха, когда почуяла опасность.

— Знаю, я видел свидетельство о рождении. А если серьёзно? — усмехается, одаривая меня циничным взглядом.

— Вы не имеете права задавать мне этот вопрос, хоть вы и босс, — напускаю на себя спокойствие, хотя внутри разворачивается двенадцати балльный шторм.

— А я к тебе с деловым предложением. Я собираюсь в политику и мне нужна настоящая семья, а ты и твоя дочь идеально подходите на эту роль.

— Не уверена, что это хорошая идея.

— Мы заключим договор на три года. Ты выйдешь за меня замуж, а я удочерю твою дочь. Будешь сопровождать меня на всех официальных приёмах в роли любимой жены. Взамен получишь целое состояние. Кстати, я навёл справки и узнал, твой глупый братец задолжал много денег и сейчас его достают коллекторы. Соглашайся. Это выгодная сделка!

Шок парализует всю меня: от кончиков пальцев на ногах до макушки. Я даже не шевелюсь первые несколько секунд, лишь тяжело дышу, будто жалка рыбёшка, угодившая в рыбацкие сети.

— Вижу, ты ещё не в курсе. Да, Алён?.

— Да что за бред?! — подскакиваю на ноги, делаю это настолько резво, что цепляю стул и тот с грохотом летит на пол.

— Сядь, — приказывает строгим тоном, отчего на подкорке всплывают картинки из далёкого прошлого. У-у-у… Диктатор!

— Ты, — грожу пальцем, — ни хрена обо мне не знаешь. Понятно?

— Всё-таки не изменилась, — тепло улыбнувшись, величественно поднимается со своего трона и подходит к столу, где стоит графин с водой. Наполняет стакан наполовину, протягивает мне: — выпей и успокойся.

А мне так хочется схватить этот стакан цепкими пальцами и выплеснуть его содержимое прямо в лицо Султанова. Это что за предложение такое? Да как ему в голову мог прийти подобный бред, чтобы я и моя дочка стали с ним одной семьёй? Да ни за что! В монашки запишусь, но с Динаром в жизни одной семьёй не стану, пусть даже фиктивной.

Демонстративно отказываюсь от стакана воды. Рвано дышу, смотрю в чёрные глаза Динара и ничего не могу понять. Он же несерьёзно, да?

— Не спеши с ответом. Подумай.

— Нет! — грубо. — Здесь даже думать нечего. И если это всё, что вы мне хотели сказать, Динар Шамилевич, то я бы предпочла закрыть дверь с той стороны.

Он молча кивает, мол, иди, раз сильно хочется. И я ухожу. Будто сорвавшаяся с цепи овчарка мчусь к двери, распахиваю её настежь, но в последний момент оборачиваюсь, чтобы ещё раз встретиться с наглыми глазами Султанова. А он смотрит на меня пристально, едва заметно улыбаясь. И если бы я не была так сильно взбешена, как сейчас, то смогла бы что-то сказать на прощание, выдав одну из своих любимых крылатых фраз, но вместо этого я лишь громко дышу, раздувая крылья носа будто огнедышащий дракон.

На корпоратив я собираюсь без особого желания. Ещё бы! После того дурацкого султановского предложения во мне до сих пор бушует ураган. Ишь какой самоуверенный индюк. Обломится! Хоть мой младший брат действительно глупый, но деньги никому не должен в таком объёме, чтобы его доставали коллекторы. Это Динар специально всё придумал. Уверена! Только зачем? Мстить мне решил? А не поздновато ли?

Перед самым выходом смотрюсь в зеркало. Отлично выгляжу. Эффектно! И зная о султановских пристрастиях кутать меня в мешки, я точно не прогадала, выбрав ярко-красное платье с открытой спиной. Длинное. С глубоким декольте, талию облепляет, будто вторая кожа, подчёркивает широкие бёдра, а на правой ноге шикарный разрез. Пусть смотрит диктатор недоделанный, что я его угрозы о смене дресс-кода имела в виду. Ещё раз обломится и скорее перепишет Конституцию, нежели я последую его указам. Я независимая женщина, имеющая собственное мнение. Захочу хоть в мини-юбке приду на работу, правда для этого грандиозного события придётся похудеть килограммов так на десять, но ничего! Я согласна посидеть месяцок на хлебе и воде, если результат заставит султановские виски безбожно посидеть от стресса, что устрою своим открытым протестом.

Рассчитавшись за поездку с таксистом, выхожу на улицу и оглядываюсь. Вот это да! Крутой ресторан — ничего не скажешь, я здесь никогда раньше не была, да и с чего бы вдруг? Это даже не ресторан, а целый гостинично-ресторанный комплекс, к тому же за городом.

Каблуки звонко стучат по тротуарной плитке, когда я направляюсь к трёхэтажному зданию современной постройки. Здесь очень красиво: цветочные клумбы украшены розами, а на участке с идеально подстриженной травой растут вечно зелёные туи. Есть беседки, декорированные диким виноградом, а ещё взгляд натыкается на небольшой фонтан в самом центре площади, что расположена перед зданием. Уютно.

У входа в комплекс замечаю знакомые лица коллег. Тут и девчонки из бухгалтерии, и из отдела логистики, и весь состав юридического управления — в общем, все наши, почти весь офис.

Ларису и Иру примечаю почти сразу. Ещё бы! Они у меня самые яркие, потому что наряжены в вечерние платья с пайетками — блестят как новогодняя ёлка, аж глазам больно смотреть на всю эту красоту.

— Алёна, вот это да! Неожиданно, — усмехается Лариса, толкая локтем в бок Иры, мол, посмотри на эту мадам. — И откуда у нас такое платье? Колись.

— Вы тоже отпадно выглядите, — усмехаюсь я, игнорируя вопрос коллег.

Вдруг девчонки застывают на месте и, едва не уронив челюсть до самого пола, сосредоточенно смотрят куда-то за мою спину. Оглядываюсь и всматриваюсь на знакомую мужскую фигуру — собственной персоной пожаловал Динар Шамилевич. И пока Султанов, облачённый в шикарный костюм тёмно-синего цвета, лавирует к главному входу в гостиничный комплекс, ему навстречу выскакивают работники, желающие поприветствовать генерального рукопожатием.

Хмурясь, поджимаю губы, наблюдая за народной любовью к боссу. И когда он успел всех очаровать? Без году неделя в нашей компании, но уже сколько уважения и преданности в глазах подчинённых.

— Здравствуйте, Динар Шамилевич, — едва не в один голос поют мои пёстрые канарейки в платьях с пайетками.

— Добрый вечер, девушки, — отвечает генеральный, улыбаясь во все тридцать два.

Его взгляд останавливается на мне. Одно мгновение. Глаза в глаза… и я будто кожей чувствую, как напрягается Султанов. И если сперва в его взгляде проскакивают какие-то искры, то уже через секунду чёрные глаза готовы сжечь меня заживо. Разозлился!

— Здравствуйте, Алёна Михайловна, — приветствует меня лично.

— Здравствуйте, — киваю.

— Милое платье, — говорит он, а затем генерального кто-то окликает, и он переключает внимание на только что подошедшего к нему мужчину.

Втроём заходим в комплекс. Я иду немного впереди, хотя чувствую, как за спиной мне сейчас перемывают кости. И только стоит об этом подумать, как слева и справа меня окружают приставучие птички-мозгоклюйки.

— Здравствуйте, Алёна Михайловна, — голос Иры странно хрипит и мне почему-то кажется, сейчас она попыталась скопировать Султанова. Так себе вышло, если честно.

— Милое платье, — таким же хрипом добавляет Лариса.

Резко торможу, а две Мозгоклюйки тоже резвые — останавливаются.

— Девочки, ну что вы за люди такие? — пронзительным взглядом одариваю каждую из коллег.

— А мы что? А мы ничего, — пожимает плечами Лора. — Это ты нам байки рассказывала, что с Шамилевичем у тебя ничего нет.

— Ну так это не байки, а правда.

— Угу, да. Юльке своей можешь рассказать, а нам-то чего лапшу на уши вешать? Мы своими глазами только что видели, как между вами с Шамилевичем “ничего” нет, — обрисовав в воздухе кавычки, Лора тычет пальцем в моё плечо. — Алён, что у тебя с генеральным? Колись давай.

Медленно выдыхаю, считая про себя до десяти, но легче не становится. Вот пиявки же, присосались так сильно, что теперь не отцепятся, пока клещами не вытащат из меня всю нужную информацию.

— Так… Говорю один раз и больше никогда не возвращаемся к этой теме. Понятно?

Коллеги синхронно кивают, точно китайские болванчики.

Оглянувшись, понижаю голос до шёпота:

— С Динаром Шамилевичем мы вместе учились в университете. И скажем так, мы враждовали. Он невзлюбил меня с первого курса. Прошло много лет, но нелюбовь, как видите, осталась. Так что между мной и им сто процентов ничего нет и быть не может.

— Какая скучная история, — притворно зевает Лариса, прикрывая рот рукой. — А мы-то думали, у вас там в прошлом любовь-морковь была. Не зря же вместе на производство ходили, а потом кое-кто в директорском пиджаке вернулся в офис.

— Я упала! Прямо пятой точкой, прямо в машинное масло. А этот ган… — осекаюсь, когда меня начинает нести, — Динар Шамилевич проявил своё великодушие, ненадолго одолжив свой пиджак. Ясно вам?