Синичкина, не трепыхайтесь! Фиктивная жена для отца-одиночки (СИ)

Глава 14

– Ну ты даешь, Журавль! Отхватил красотку и сразу окольцевал! Даже словом не обмолвился, – мужчины хлопают Евсея по плечам и одобрительно гудят. Бросают на меня, что удивительно, дружелюбные взгляды. – Я б тоже по-быстрому все сделал, пока такую роскошь не увели. Ну, давай, знакомь нас со своей красавицей!

– Варя, знакомься, – с театральным вздохом раздражения и неизбежности представляет гостей Журавлев. И выражение лица у него такое, словно одолжение товарищам делает, а так бы век их не видел. Актер! – Это мои друзья: Арсений Довлатов, Ярослав Вольный и Демьян Архипов. Не знаю, где бы они были, если бы не их жены: Лиана, в девичестве Цветкова, Марьяна, бывшая Мышкина, и Тася, которая когда-то была Рыбкиной.

«Надо же, какие все фамилии забавные подобрались!» – думаю про себя, запоминая, кто есть кто.

– А это моя Варя Синичкина, – фиктивный муж, обнимая за плечи, притягивает меня к себе и неожиданно мягко целует в висок. – И что-то мне подсказывает, что вы легко найдете общий язык, – добавляет несчастно и смиренно, как будто уже предвкушая неприятности.

– Варя, мы так рады за вас! – меня по очереди обнимают невероятно красивые женщины… девушки… даже не знаю, какое определение лучше подобрать. Богини!

При этом они красивы самобытной нестандартной красотой. Каждая из них далеко не тростинка, по комплекции они скорее меня напоминают. Но как же им идет! Как органично они смотрятся, несмотря на пышные объемы. А какими влюбленными взглядами наблюдают за ними мужья! Словно за величайшими ценностями на свете. Невольно зависть берет.

И наглого Журавлева девчонки так ловко отодвигают в сторонку, что я аж диву даюсь.

– Поздравляем! Мы так рады за вас! – их голоса и взгляды наполнены искренностью.

Сама не знаю, почему, но у меня слезы на глазах выступают.

– Спасибо… – благодарю сдавленно. А изнутри эмоции переполняют самые разнообразные.

И благодарность к друзьям Евсея за то, что так мгновенно и безоговорочно меня приняли. И восхищение прекрасными женщинами, ибо я всегда считала, что лишний вес – это приговор. И страх, что наш фиктивный брак рано или поздно раскусят, за чем неминуемо последует разочарование. Обиду за то, что все это не по-настоящему. Ведь получается, что поддельная жена не имеет права на дружеское радушие.

Сама себя понять не могу. То ли не хочу быть замужем за Журавлевым, то ли хочу, но в самом деле, а не в качестве ширмы. То ли вообще мечтаю никогда с ним не встречаться и продолжать преспокойно жить в поселке с Николаевной.

– Ну что вы мне девочку расстроили, – Евсей замечает мое состояние и винит во всем богинь. – Ни на секунду оставить нельзя!

Те синхронно закатывают глаза.

– Никто тут твою Синичку не обидит, – смеется рыжая. Кажется, ее Тася зовут. Ее округлый выпирающий животик прямо намекает на глубокую стадию беременности. – Лучше у нее спросим, как ты себя ведешь? А-то знаем мы вас, деловых. Сначала накосячите, а потом исправляете героически. Ну что, Варя, жалуйся! Обижал он тебя? – интересуется шутливо.

И все же я сглатываю. Не знаю, что со мной не так, почему не могу столь же шутливо ответить что-нибудь в стиле «кто меня обидит, тот и часа не проживет». Девчонки, конечно, замечают. И сразу принимаются успокаивать. В своей забавной манере:

– Ой, не бери в голову, – машет рукой Лиана, бывшая Цветкова. – Мой мне вообще при первой встрече заявил, что я распустилась. Представляешь?

– Но ты же ему бутафорский нос на причинное место приклеила, – со значением напоминает Тася и так смешно играет бровями, что я сразу понимаю, какое именно место оказалось «причинным». – Кстати, моя история с мужем началась с фразы: «Рыбкина, вы приплыли!»

– Пф-ф-ф, – фыркает Марьяна Мышкина. Ее слегка выпирающий животик выглядит месяц на четвертый. – Мой вообще меня украл и заявил, что я в ловушке. И ничего, зато сейчас самый прекрасный и милый муж на свете, – со знанием дела подмигивает мне* (*истории друзей наших героев можно прочитать в книгах цикла Пышки, прим. авт.)

Оборачиваюсь на ее мужа. Здоровенный и бородатый бугай выглядит каким угодно, но только не милым. Впрочем, Марьяне виднее, поэтому тактично молчу.

– Давай, делись, – толкает меня локтем в бок и хитро подмигивает рыжеволосая Тася, – как вы с Евсеем познакомились?

И тут я, которой бы лучше молчать, видимо, вдохновившись дружеской атмосферой, выдаю чистую правду:

– Он мне сказал: Синичкина, не трепыхайся! – и сама поражаюсь тому, какими по-детски обиженными интонациями наполнен мой голос.

Все внимание присутствующих синхронно переключается на Журавлева.

– У-у-у… – раздается слаженный осуждающий гул.

– Это залет! – авторитетно заключает огромный Ярослав, похититель Мышкиной, и, цокая языком, качает головой.

– Стопудово! – поддерживают остальные.

Евсей посылает мне столь многообещающий (ничего хорошего, конечно же!) взгляд, что я в панике задаюсь вопросом: ну почему я не проглотила язык еще пять минут назад?

– Значит, он должен реабилитироваться! – с азартом предлагает Лиана.

– Справедливо! – подхватывает ее муж. – Давай, Варя, скажи, что Журавль должен сделать, чтобы ты его окончательно простила и забыла о плохом поведении? Выбираем деятельное покаяние для твоего мужа!

На мне смыкаются горящие азартом и предвкушением взгляды. И еще один, самый интенсивный. Обещающий неизбежную расправу. Евсей меня после всего точно убьет!

Ну и как прикажете выкручиваться?