Синичкина, не трепыхайтесь! Фиктивная жена для отца-одиночки (СИ)

Глава 25

Он издевается, да? У меня не шевелится ничего. Отмокнуть в горячем джакузи я может и не прочь, но…

– Если только ты раздобудешь для меня гидрокостюм, – вырывается вдруг изо рта откровение.

Довел своей физкультурой до изнеможения, вот мозг и не фильтрует то, что мелет язык. Журавлев меняется в лице. Явные непонимание и озадаченность пробиваются сквозь его мужественные черты.

– Да там не холодно будет, – интерпретирует он по-своему. – В открытых бассейнах вода специально теплая – вот увидишь, кайф!

– Ой, да мне все равно не в чем, – отмахиваюсь. – Вы с Ульяной идите, а я в номере подожду. Как раз в ванной поваляюсь.

Если честно, вот ни при каких раскладах я не вижу, как радостно плещусь с Евсеем в бассейне. Для меня это из разряда несбыточного. Но мой невозможный муж снова умудряется устроить все таким образом, как выгодно ему. Он подает руку, помогая встать, забирает мои лыжи с палками, и мы идем к Уле.

Ногам после продолжительного скольжения дико непривычно. Вестибулярный аппарат, привыкший к передвижению на лыжах, пытается продолжить в том же духе. Но хозяйка теперь шагает, и это вызывает диссонанс во всех системах. Иными словами, меня пошатывает.

– Мама, папа, смотрите, как я умею! – нас замечает Ульяша.

Девочка активно машет и уже через секунду срывается с места. Она катится с горы ловко, бесстрашно – гораздо лучше, чем я. Вот что значит молодой организм. Горжусь нашей девочкой!

– У тебя удивительная дочь, Журавлев, – делюсь впечатлениями с мужем.

Одно то, что он умудрился родить и воспитать столь замечательного ребенка, автоматически делает Евсея достойным человеком. Правильно говорят: дети – наше спасение, а тот, кто от них отказывается – самый настоящий глупец.

– У нас, милая, – поправляет довольно. – Улька тебя приняла и считает мамой. Не подведи ее.

Подсознание как по заказу подкидывает мысль о фиктивности брака. О том, что мы не настоящая семья и рано или поздно это все закончится. Но прислушавшись к себе, понимаю: мне лестно от того, какой искренней симпатией и доверием прониклась ко мне Ульяша. А еще – приятно чувствовать себя причастной к ее успехам и радостям. Так тепло на душе становится. Невероятное чувство! И я всем сердцем не хочу, чтобы пришел момент, когда нам придется расстаться.

Ульяна буквально врезается в меня и сжимает в крепких, насколько позволяют детские силы, объятиях. Пошатываюсь, едва не завалившись на спину, но Евсей начеку. Он поддерживает, не давая нам упасть.

– Мам, заценила? – глаза дочки сверкают от удовольствия. Щечки розовые, из-под шлема торчат прядки спутавшихся волос.

Вот уж кто получает истинное удовольствие от происходящего! Нам всем остается только поучиться у Ули ловить такой же кайф от жизни.

– Ты звезда лыж! – с неприкрытым восторгом хвалю и получаю в награду еще более счастливую улыбку.

– Пойдемте на ярмарку, я хот-дог хочу, я там видела, – неугомонный ребенок, едва избавившись от лыж, тянет нас дальше.

Сперва, правда, приходится сдать инвентарь и переобуться из специальных ботинок в нормальную обувь, но это занимает минуты. И вот дочка уже тащит нас по ярмарочной площади. Посередине стоит сказочно-красивая карусель с лошадками. Она словно увеличенная в сотни раз игрушка – настолько яркая, гладкая и аккуратная. От высокого центрального столба тянутся нити горящих гирлянд, образующие своеобразный купол. По периметру стоят лавки с едой и всякими развлечениями типа дротиков или тира. Играет ненавязчивая музыка. Народ гуляет довольный и радостный.

Даже у меня как будто второе дыхание внезапно открывается, глядя на бурлящее веселье. Особенно, когда Евсей приносит всем по горячей сосиске, теплому сбитню и набору пышек, исходящих таким ароматом, что невозможно удержаться. Ну вот, а я только порадовалась тому, сколько калорий сбросила на склоне, эх! Ну ничего, не лишать же себя восхитительной выпечки – один раз живем. Тем более на свежем воздухе аппетит у всех разыгрывается.

Первой заканчивает трапезу Ульяша. Она пляшет рядом с нами, устроившимися у перевернутой бочки, что тут служат в качестве столиков. Розовые щечки лоснятся, перепачканные жиром и немного – сахарной пудрой. Но это нисколько не мешает девочке получать удовольствие.

Любуюсь ей, одновременно с тем чувствуя молчаливое присутствие Журавлева. Он большой, умиротворенный и, что удивительно, надежный. Сама не понимаю, с каких пор стала воспринимать его именно таким. Однако, чем больше мы проводим времени вместе, тем сильнее я к нему привыкаю. Нахожу положительные черты и перестаю видеть отрицательные.

Опасно? Несомненно. Но как с этим бороться, да и надо ли, я пока сама не поняла.

Возможно, я совершаю ошибку, пустив все на самотек. Возможно, мне потом аукнется так, что мало не покажется. Это будет потом. А сейчас я решаю, что заслуживаю хоть немного счастья. Получить удовольствие от неожиданного отдыха – разве это так много?

И следующее место, где я получаю то самое удовольствие в принудительном порядке – все-таки СПА. Конечно же, на подобном курорте имеется магазин с купальниками! Наивно было полагать обратное. К слову, тут и приснопамятные гидрокостюмы имеются. Жаль, муж отказывается мне один покупать, уверяя, что я точно не замерзну.

Что сказать, мужики! Даже не догадываются об истинных женских страхах. Вернее – комплексах. И вот спустя небольшой промежуток времени я выхожу из женской раздевалки в зону крытого бассейна. Стягиваю полы белоснежного халата, скрывая под махровой тканью свое далеко не идеальное тело в ярко-красном, выбранном Журавлевым, купальнике.