Слёзы. Ненависть. Любовь

Глава 45

Рассвет застал Алину бодрствующей. Она сидела на полу в своей квартире, прислонившись к дивану, и смотрела, как за окном ночная тьма постепенно сменяется грязно-серым светом. Передатчик, аккуратно извлеченный из подкладки, лежал перед ней на полу, как улика с места преступления.

Она провела ночь в метаниях. Мысли бились как птицы в стеклянной клетке, не находя выхода. Предать Тимура? Человека, который дал ей крышу над головой, работу, чувство нужности? Пусть и в своем, извращенном понимании. Он не был к ней жесток. Он был… прагматичен. И в его прагматизме была своя, странная честность.

Но он был преступником. Его империя держалась на крови, наркотиках и страхе. Помочь Корзуну ее разрушить? Это было бы справедливо? Или она просто поменяла бы одного хозяина на другого, еще более жестокого и непредсказуемого?

Алексей. Его образ вставал перед глазами, яркий и болезненный. Его жизнь была разменной монетой в этой игре. Корзун не блефовал. Она знала это с животной уверенностью. Если она не выполнит его приказ, Алексей умрет.

Она взяла в руки передатчик. Один звонок Решетникову — и все доказательства будут у него. Но что он сможет сделать? Арестовать Корзуна? На основании чего? Показаний испуганной девушки и записи, которую легко оспорить в суде? Корзун выкрутится. У него есть деньги, связи. А потом… потом он нанесет удар. По Алексею. По ней.

Она чувствовала себя в паутине. Каждая нить вела к гибели.

Внезапно ее телефон вибрировал. Неизвестный номер. Сердце упало. Корзун? Она с трудом заставила себя ответить.

— Алло?

— Алина.

Она узнала этот голос. Низкий, спокойный, с легким восточным акцентом. «Хан».

— Да, — ее собственный голос прозвучал сипло.

— Тимур хочет видеть тебя. Через час. В кабинете.

— Что случилось?

— Через час, — повторил он и положил трубку.

Ледяная струя страха пробежала по ее спине. Они что-то знают? Проследили за ней? «Хан» был всевидящим и всеслышащим. Возможно, он уже доложил Тимуру о ее ночной вылазке.

Мысль о встрече с Тимуром пугала ее почти так же, как и встреча с Корзуном. Ей придется лгать ему в лицо. Играть двойную игру на его же территории.

Она быстро приняла душ, оделась в простую, темную одежду — черные джинсы, серую водолазку, кожаную куртку. Никакого макияжа. Она должна выглядеть собранной, холодной, контролирующей ситуацию.

Ровно через час «Аю» ждал ее у подъезда. Его каменное лицо ничего не выражало. Всю дорогу до особняка Тимура он молчал. Алина смотрела в окно, пытаясь унять дрожь в руках. Она повторяла про себя свою легенду. Она гуляла. Не могла уснуть. Ей нужно было подышать воздухом. Все.

В кабинете Тимура пахло дорогим кофе и кожей. Сам он сидел за своим массивным столом, на экране ноутбука мелькали графики и цифры. Он выглядел усталым. Когда она вошла, он поднял на нее взгляд, и в его темных глазах она не увидела гнева. Скорее… озабоченность.

— Присаживайся, — кивнул он на кресло напротив.

Алина молча села, сцепив руки на коленях, чтобы скрыть дрожь.

— Ночью были небольшие проблемы, — начал Тимур, отодвигая ноутбук. — На одном из наших складов с автозапчастями случился пожар. Небольшой, быстро потушили. Но… странное совпадение.

Он внимательно посмотрел на нее.

— Складывается ощущение, что кто-то начал против нас тихую войну. Мелкие пакости. Диверсии. «Козырь» активизировался.

Алина почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Это он. Он начинает давить. Напоминает ей, кто здесь хозяин положения.

— Чем я могу помочь? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Пока — ничем. Просто будь настороже. И… — он сделал паузу, его взгляд стал пристальным. — Если заметишь что-то подозрительное, кого-то нового в своем окружении, сразу сообщи «Хану». Я не хочу, чтобы тебя втянули в это.

В его словах не было подозрения. Была забота. Пусть и своеобразная. У нее сжалось сердце от стыда.

— Хорошо, — кивнула она. — Я буду внимательнее.

— Отлично. — Он снова повернулся к ноутбуку, явно давая понять, что разговор окончен. — Кстати, как твой друг? Булавин? Говорят, он восстанавливается.

Вопрос прозвучал как гром среди ясного неба. Невинно, почти дружески. Но Алина почувствовала в нем стальной крючок.

— Не знаю, — ответила она, стараясь сохранить безразличие. — Мы не общаемся.

— Жаль. Талантливый парень. — Тимур снова посмотрел на нее, и в его глазах мелькнуло что-то, что она не смогла прочитать. — Было бы неплохо, если бы он снова вышел на ринг. Для города. Для спорта.

Она молчала, понимая, что это не просто любезность. Это напоминание. Напоминание о том, что он знает о ее слабости. И может ее использовать так же, как и Корзун. Просто его методы были тоньше.

— Я пойду, — поднялась она. — Если понадоблюсь…

— Обязательно понадобишься, — улыбнулся он, и его улыбка была холодной, как лезвие ножа. — Отдохни. Завтра будет тяжелый день.

Алина вышла из кабинета, чувствуя, как подкашиваются ноги. Она была меж двух огней. Тимур подозревал. Или проверял. Игра становилась смертельно опасной.

Выйдя на улицу, она достала тот самый, чистый телефон, что дал ей Степан. Набрала единственный номер.

— Я в игре, — сказала она, когда на том конце сняли трубку. — Но мне нужно встретиться с бухгалтером. Артемом. Сегодня.

В трубке послышался довольный смех.

— Умница. Жду отчета. Не подведи меня.

Она положила трубку. Выбора не было. Чтобы спасти Алексея, ей придется войти в кабинет Артема и стать настоящим предателем. А потом… потом она посмотрит, что можно будет сделать.

Она посмотрела на серое, низкое небо. Где-то там был Решетников со своей командой. Ее единственная надежда на спасение. Надежда, которая таяла с каждой минутой.