Создана для меня

Глава 14

Лера

Ноябрь как-то быстро приносит морозы. Вот ещё вчера было тепло, деревья в жёлтых листьях – красота. А сегодня пасмурно, ветер и минусовая температура. Листья с деревьев почти все облетели. Сплошная грусть и тоска. Не хочется выходить на улицу. Но приходится – занятия стараюсь не пропускать. Прошло три недели с моего дня рождения и с последнего разговора с мамой. К сожалению, она не успокоилась и всё рассказала папе. Пришлось отстаивать своё право на собственный выбор. Разговор с ним получился коротким. Папа обвинил меня в дурости и предательстве родителей и своего народа. Кинул несколько стандартных угроз о том, как мусульмане относятся к женщинам. Как же меня бесят эти дурацкие стереотипы! А когда я попыталась всё-таки возразить, папа тоже пригрозил, что больше не даст ни копейки. Раз взрослая – обеспечивай себя сама. Или пусть твой нищий кавказец тебя обеспечивает. Очередного перевода от него я не получила, как и обещанных денег за купленный себе на день рождения ноутбук. Здравствуй, взрослая самостоятельная жизнь!

Не то, чтобы меня пугала перспектива остаться без родительских подачек. Отец много лет исправно переводил мне алименты. Дедушка их не тратил, а клал на счёт. Несколько лет назад часть своих и моих денег он вложил в стоматологическую клинику, которую открыл в столице мамин муж. Другая часть денег лежит на депозитных счетах, ближайший из которых можно будет снять только в конце января. А до этого времени надо как-то протянуть. Это будет непросто с учётом того, что все наличные деньги я выложила за новый ноутбук. Никак не могла предвидеть, что папа откажется от своего обещания подарить мне его на день рождения. Но я что-то обязательно придумаю.

Несмотря на заверения мамы, что назавтра же выкину Шамиля из головы, я очень болезненно переживаю разрыв с ним. Каждый день жду, что он вернётся или хотя бы объяснит, что произошло. Ведь говорил, что любит меня! Но время идёт, а он так и не появляется. И надежды уже, наверное, нет.

Значит, мама права – им всем от наших девушек нужен только секс, а для серьёзных отношений они выбирают своих. Может, и вправду нашёл себе невесту-мусульманку и готовится к свадьбе? Или всё-таки действительно всё дело в квартире? Он надеялся, что я его позову жить к себе, и у него отпадёт необходимость снимать жильё. Но время шло, я не просто не звала, но даже к себе не подпускала – и он решил найти себе более сговорчивую девушку с жилплощадью.

С другой стороны, не отпускает ощущение, что мама ему что-то такое сказала, что заставило его со мной расстаться. А мой отказ в тот день был только предлогом. Знаю, мама могла… Она не понимает меня, я не понимаю её. Как будто нас растили разные люди в разных мирах. У нас с ней не совпадают представления о жизни, о том, что правильно, а что – нет, разные ценности. Она осуждает меня за мою осторожность в отношениях с мужчинами, считает, что в наше время нельзя жить по правилам позапрошлого столетия. Что так я, дура, рискую остаться старой девой и глубоко несчастной до конца жизни. А она мечтает поскорее меня пристроить в хорошие руки, чтобы снять с себя за меня ответственность! Можно подумать, она когда-то эту ответственность несла…

Как-то так сложилось, что мной она никогда особо не интересовалась. Как говорится: "с глаз долой – из сердца вон". Уехала, когда мне было всего пять, и скинула меня на родителей. Я завидовала одноклассницам, даже тем, у кого были неполные семьи, потому что мамы их любили. А я маме мешала. Изменилось бы что-то в мамином отношении ко мне, если бы её новый муж согласился взять меня тогда с ними в столицу? Я часто об этом думаю, но никак не могу определиться с ответом.

С бабушкой и дедом мы были настоящими друзьями. Они любили меня вместо родителей и гордились мной. А я изо всех сил старалась, чтобы у них для этого были основания. После смерти дедушки я чувствую себя бесконечно одиноко. Конечно, у меня есть Света. Но мы не так часто видимся с ней вне занятий из-за её работы.

Шамиль для меня стал воздухом, которым я дышала. Всё замкнулось на наших встречах, мыслях о нём и мечтах о нашем будущем. Впрочем, оказывается, о будущем мечтала только я, а он об этом так ни разу и не заговорил. Прокручивая наши три месяца и мамины слова, я многому нахожу подтверждение и логическое объяснение. Только это меня ничуть не радует. Без него мне невыносимо. Не было ещё дня, чтобы я засыпала без слёз. Знаю, время лечит, надо немного потерпеть – и станет не так больно. Но как прожить это время – не понимаю.

Шамиль

Третий раз ужинаю у родителей. Я столько лет мечтал о возвращении в родной дом. Но прошло критически много времени. Я отвык. Даже сама потребность в этом почти притупилась. Мне очень тяжело переступить через себя и свои обиды. Хоть я стараюсь не показывать вида, но отношения с отцом по-прежнему натянутые. Должно пройти время, чтобы рассыпалась стена, выстроенная между нами. А мама счастлива. Давно не видел её такой. Как будто крылья выросли.

Сегодня на ужин приглашены папины друзья и коллеги по бизнесу. Меня это очень напрягает. Я бы хотел провести вечер в узком кругу со своей семьёй, но у папы, похоже, на меня какие-то планы.

Как только я прихожу, он зовёт меня в свой кабинет на разговор.

– Шамиль, сегодня в гостях у нас будут очень важные для меня люди с семьями. Пора представить им тебя, моего старшего сына. Возможно, кого-то из них ты помнишь, но прошло столько лет, что надо познакомиться заново. Будут Алиевы с дочерью. Карина очень хорошая девочка. Ей двадцать три года. Учится в магистратуре на инязе. Присмотрись к ней. Скажу прямо: мы с её отцом партнёры, я очень заинтересован в том, чтобы вы с ней поженились. Отец её дал добро. Теперь дело за тобой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Папа, тебе не кажется, что договорные браки – это дикость и пережиток прошлого?

Пытаюсь дать ему понять, чтобы не рассчитывал на меня. Я давно вырвался из папиной клетки условностей и традиций и слишком интегрировался в общество, где люди сами выбирают себе спутников жизни, чтобы идти у отца на поводу.

– Почему же? У нас с твоей мамой тоже был договорной брак, но мы любим друг друга и прожили вот уже сколько лет душа в душу.

Да уж, знаю я эту жизнь душа в душу, когда мама слово сказать боится наперекор отцу.

– Это скорее исключение. Я не собираюсь жениться на ком бы то ни было в угоду твоим бизнес-интересам. Уж извини, но я буду выбирать себе жену сам, – говорю твёрдо, чтобы он понял, что в этом вопросе я не дам себя прогнуть.

– Сынок, не горячись. Никто тебя насильно женить не будет. Просто обрати внимание на Карину. Познакомьтесь с ней, встретьтесь, сходите куда-нибудь, проведите вместе время, чтобы получше узнать друг друга.

Отец для вида смягчается, но уверен, что он и дальше собирается на меня давить.

– Ладно, но учти, что, если она мне не понравится, ты меня не будешь заставлять.

Мы с отцом выходим, когда гости уже собрались. Отец представляет меня им. Во время ужина наблюдаю за Кариной. Привлекательная девушка. Немного манерная, это сразу как-то отталкивает. Но я обещал отцу присмотреться, и своё обещание держу. Очень часто первое впечатление оказывается обманчивым.

Мужчины встают из-за стола и выходят во двор на перекур. Женщины что-то увлечённо обсуждают с мамой. Карина заговаривает со мной.

– Шамиль, твоя мама рассказывала, что ты учился и работал поначалу в столице. И как тебе тут? Сильно отличаются провинциальные больницы от столичных?

Пожимаю плечами.

– Больницы – везде больницы. Конечно, отличия есть. В первую очередь, в финансировании и спонсорской поддержке. Но главное – везде есть врачи и есть пациенты, которые нуждаются в помощи. Болезни не выбирают особую географию. И лечатся одинаково в любом городе. Особенно это касается хирургии.

– А почему ты не пошёл работать в клинику к отцу? Там же наверняка намного больше перспектив.

– О каких перспективах речь? Административная работа меня не прельщает. И профиль у меня – общая хирургия, не пластическая. Я работаю там, где мне интересно. И перспективы для меня – это, в первую очередь, профессиональный рост и опыт. В этом плане моя больница для меня более перспективна.

Мы ещё немного говорим ни о чём. Разговор не клеится. Карина пытается его поддерживать, а мне это не интересно, а потому я ей не помогаю. Я не готов к новым отношениям. Вероятно, причина в том, что я до сих пор не смог окончательно отпустить Леру, хотя разум твердит, что нужно просто перевернуть эту страницу и жить дальше. Точно так же, как я когда-то научился жить без Марго.

Карина ждёт от меня каких-то ответных жестов. Но я не делаю ей навстречу ни одного шага, не приглашаю на свидание, даже не беру её номер телефона. Правда, когда она мне в соцсети присылает приглашение в друзья, принимаю его.

В голове упорно кручу слова Нины Леонидовны и Иры. Почему моя интуиция кричит о том, что Лера была со мной искренна, а всё услышанное я просто не так понял, либо оно намеренно было представлено мне в вывернутом наизнанку свете?

Допускаю, что Нина Леонидовна намеренно обвинила меня в корысти, чтобы вывести из себя. Очевидно, по её мнению, я – неподходящая для её дочери пара. Не той веры и финансового положения. Всё логично. Почему я поверил ей, будто Лера думает так же? Потому что мозг был затуманен обидой на слова её матери. Потому что она тогда отказалась приглашать меня к себе, чтобы поговорить. Очевидно же – не хочет оставаться со мной наедине. А я решил, что раз мама в курсе этого, то и в курсе остального. И сделал вывод, что всё это правда.

Что там Нина Леонидовна говорила про то, что Лера раньше с кем-то встречалась? Она не сказала прямым текстом, что у неё с ним что-то было. Или фраза, что они говорили о свадьбе, для них означает, что она с ним спала?

А потом я получил информацию от Иры, которая подтвердила худшие подозрения – и решил, что пазл сложился. Если без Иры я ещё мог списать всё на негативное отношение ко мне Лериной матери и банальное желание нас рассорить, то после слов коллеги я понял, что Лера меня обманула. А где одна ложь, там и другая. И как ни крути, даже не представляю, что тут может быть не так и где взять хоть какую-то зацепку, чтобы Леру попытаться оправдать. Тупик.

Я не видел её уже несколько недель. Никак не могу решиться поговорить с ней. В душе она для меня – всё та же нежная девочка, которая шептала мне о любви и ласково целовала. Которую хочется любить и защищать. Но разум напоминает, что Лера – лживая стерва. И не получается найти компромисс и состыковать эти два образа. Интуитивно чувствую, что есть что-то, чего я не знаю, что-то очень важное, что всё не совсем так, как у меня сложилось в голове, но логика – вещь упрямая.

Возможно, я всё-таки сглупил. Нам нужно было с ней сразу поговорить и всё обсудить. Ведь за три месяца, как мне казалось, нам удалось поймать общую волну и научиться чувствовать друг друга. Надеюсь, по её реакции я смог бы определить, правду ли она говорит. С другой стороны, я ведь поверил её спектаклю про “до свадьбы ни-ни”? Почему я уверен, что точно так же она не обведёт меня вокруг пальца во всём остальном? И какой тогда смысл в этом разговоре, если я не смогу ей поверить?

В глубине души теплится надежда, что всему есть какое-то объяснение – и для меня ещё не всё потеряно, у нас есть шанс быть вместе. Эта надежда, как противоядие, удерживает меня на плаву и не даёт сорваться в пропасть и потерять контроль. Даже думать боюсь, что со мной будет, когда я перестану надеяться. А потому всё откладываю разговор с Лерой, раз за разом прокручивая в голове аргументы и пытаясь выудить из них хоть что-то в её защиту.

Изо всех сил отвлекаю себя. Готовлюсь к сдаче кандидатского экзамена, стараюсь взять дополнительные дежурства, начал писать новую статью, чаще хожу в зал на тренировки – пытаюсь занимать себя чем угодно, лишь бы не оставалось времени на мысли о Лере и о том, как мне жить без неё дальше.

Прошёл месяц с тех пор, как мы не вместе. Месяц постоянных метаний из крайности в крайность и самобичевания. Я – чёртов мудак и трус, не могу даже набраться смелости и поговорить с девушкой. За двадцать восемь лет жизни я так и не научился строить отношения. А если я своим уходом обидел её? Может быть, пока я выжидаю и пытаюсь договориться со своими демонами, у неё появился кто-то другой?