Создана для меня

Глава 24

Лера

Через несколько дней количество процедур у меня сокращается. Шамиль договаривается о переносе моих визитов в реабилитационный центр на вторую половину дня. Так он сможет меня почти всегда привозить туда после работы, а я с утра смогу ходить в университет. Я и так пропустила прилично.

Немного волнуюсь. Мне никак не удаётся отказаться от трости, да и врач не советует пока ходить без неё. Стыдно признаться, но я стесняюсь своей хромоты и боюсь снисходительного сочувствия однокурсников. Я привыкла ловить на себе только восторженные взгляды, но никак не жалостливые.

Шамиль привозит меня на занятия перед работой. Пытаюсь влиться в учебный процесс. Я немного дезориентирована, ведь за время каникул и вынужденного отсутствия в моей жизни произошло так много событий, что мне кажется, что не было меня тут очень долгое время. Осенний семестр был словно где-то далеко в прошлой жизни.

За спиной, как обычно, сидит Воробьёва. Делится со своей соседкой свежими сплетнями. Говорит, как будто намеренно, не очень тихо, а так, чтобы мне было слышно. Она и раньше так делала, когда хотела меня чем-то уколоть.

– Оля, ты слышала, старший Гаджиев женился? Я его сегодня встретила перед парой – и действительно, у него на пальце обручальное кольцо.

– Ничего себе!

– Да, я давно знала, что он собирается жениться. Так что наша Снежная королева в пролёте. Бедняжка. Мало того, что хромоножка, так ещё и такой облом.

Меня совсем не задевают слова этой тупой курицы. Я достаю телефон, захожу в соцсеть, публикую одну из фотографий, сделанных в ресторане в день росписи, и подписываю: “С любимым мужем”. С удовольствием тегаю Шамиля. Кто зайдёт на его страницу, увидит эту фотографию. Не уверена, что супруг уже готов афишировать наш брак, всё же речь с родственниками шла о свадьбе в будущем, но надеюсь, он меня простит. Меня аж распирает – хочется этих сплетниц на место поставить. Не сомневаюсь, что они полезут искать фотографии его жены. И оказываюсь права!

– Оля, прикинь… Как такое вообще возможно? Он таки женился на нашей хромоножке. Во даёт. Дааа, я была о нём лучшего мнения.

После лекции собираю вещи и демонстративно выставляю руку так, чтобы было видно кольцо на безымянном пальце. Подозреваю, что Шамиль сказал бы, что это всё детский сад. Но мне так приятно видеть в этот момент шок моих однокурсниц.

Шамиль

Отвожу Леру на занятия, приезжаю в отделение. Через несколько часов подходит ко мне Юра Шестопал.

– Шам, ну ты даёшь! – удивлённо смотрю на него. – Прими мои поздравления. Проставляться будешь?

Решительно не понимаю, о чём речь. Даже не знаю, что ответить.

– Ты о чём?

– Как это о чём? О твоей женитьбе на Лере! И когда успел? Никому ничего не сказал – партизанишь?

Интересно, откуда он узнал?

– Спасибо. А ты откуда знаешь?

– Так из ленты твоей – Лера фотографию опубликовала типа с любимым мужем.

Открываю соцсеть – и правда, фотография, сделанная в день нашей росписи. Любопытно. Она обычно не слишком активно публикует свои фотки.

Мы не собирались скрывать наш брак, но и особо афишировать мне пока не хотелось бы, поскольку свадьба состоится, по самым оптимистичным прогнозам, не раньше апреля. Не хочется лишних вопросов от родни.

Встречаю её после занятий. Идёт довольная, сияет. Делаю строгое лицо:

– Что-то я не понял. Что это за фотография в моей ленте?

Выражение лица меняется на испуганное. Так-то, непослушная жена.

– Шамиль, ты сердишься? Прости, пожалуйста, – тараторит оправдываясь. – Я сейчас удалю, если ты скажешь.

– Удалишь? Поздно, все уже её видели.

– Меня девочки дразнят, давно. Всякие обидные вещи говорят. Раньше говорили, что ты никогда не женишься на мне, смеялись, что ты меня бросил. А теперь увидели тебя с кольцом – и решили, что ты женился не на мне, конечно. А мне так хотелось, чтобы они узнали, что ты мой муж!

Мне смешно. Но стараюсь держать строгое лицо. Кажется, Лера всерьёз испугалась, готова расплакаться.

– Пожалуйста, не сердись.

Не хочу её огорчать, улыбаюсь.

– Детский сад какой-то. Лера, сколько тебе лет? А ты ведёшь себя как ребёнок.

Обнимаю её.

– Не сержусь. На работе все увидели – теперь проставляться надо. Так что придётся тебе готовить и стол нам накрывать.

– Хорошо-хорошо, приготовлю и накроем. Я тебя люблю. Я так счастлива, что мы вместе, что ты – мой муж. Я так горжусь тобой, слов не хватает, чтобы передать!

– Маленькая, я тоже тебя люблю. И тоже безумно счастлив с тобой. Ты – моё чудо.

Давно заметила, что все самые заветные и желанные события случаются одновременно, причём так, чтобы непременно друг другу критически мешать. Стоило нам с Шамилем расписаться, как ему в больнице сделали предложение, от которого в здравом уме никто не откажется.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Лера, мне сегодня предложили поехать на два месяца на стажировку за границу.

– Когда? – задаю вопрос с надеждой, что дата окажется не слишком близкой.

– Через десять дней. Вообще, по программе должен был ехать кто-то другой, но у него какой-то форс-мажор произошёл, поэтому место освободилось. И решать надо срочно.

Шамиль расстроен. Ещё бы…

– И что ты решил?

Сглатываю. Это всё очень неожиданно и волнующе. Я… не хочу его отпускать. Совсем не хочу. Мы только поженились, у нас, можно сказать, медовый месяц. И Шамиль уедет на целых два месяца?

– Не знаю. Я бы очень не хотел тебя оставлять сейчас. Но такого шанса второго может не представиться. Лера, отпустишь меня?

– Конечно, езжай. Я справлюсь. Обещаю.

Стараюсь говорить как можно спокойнее. Но в душе паникую. Я вовсе не уверена, что справлюсь. И мне совершенно не хочется отпускать Шамиля от себя. С другой стороны, я знаю, как для него это важно. И потом, это может дать хороший толчок его карьере. Вдруг его там заметят и предложат остаться на более длительный срок? А он так об этом мечтает! Он столько сделал для меня в последнее время, что заслуживает того, чтобы поехать.

– Маленькая, ты точно не боишься оставаться одна? Может, переедешь пока к моим родителям? И не скучно одной будет, и помогут в случае чего.

– Ну что ты, я ж привыкла жить одна. У меня учёба, лечение – скучно точно не будет. И потом, мы же планировали в апреле свадьбу. Придётся немного передвинуть дату – договорись с папой. Мы, пока тебя нет, всё приготовим. Вернёшься как раз к торжеству.

– С этим решим. Я договорюсь с Рустамом, чтобы он тебя возил по возможности в университет и на лечение.

– Зачем? Я могу на маршрутке.

– Лера, это не обсуждается. Ты теперь моя жена, не забывай, пожалуйста.

Перед отъездом мы с мужем успеваем попасть на свадьбу к Свете с Пашей. Они празднуют у себя в посёлке. Все радуются и веселятся, а у меня кошки на душе скребут. И не даёт покоя какое-то странное беспокойство.

Шамиль уехал. Проревела весь вечер, утром с трудом поднимаюсь и плетусь в университет. Как я проживу без него целых два месяца?

Первые дни одиночества даются мне очень тяжело. Из меня как будто выжали все силы. Врач в реабилитационном центре ругается, что я плохо стараюсь.

В выходные я два дня почти полностью провожу в постели. Аппетита нет, подташнивает. В воскресенье вечером в гости забегает Света. Неделя отпуска, которую они с Пашей выпросили себе на работе в связи со свадьбой, закончилась. Но настроение у подруги отличное.

– Так, что-то я не поняла. Что это ты, подруга, раскисла?

– Шамиль уехал. Мне грустно. И сил совсем нет.

– Собирайся, пойдём прогуляемся, пироженок поедим твоих любимых. Будем поднимать тебе боевой дух.

– Света, прости, что-то совсем не хочется есть. Нехорошо мне как-то.

– А что ты с утра ела?

– Не помню. Кажется, чай пила. Думаю, я чем-то траванулась, с утра меня даже вырвало.

– А ты случайно не беременная? Месячные у тебя когда должны быть?

Начинаю перебирать в памяти, и понимаю, что не помню.

– Я не помню. С этими событиями как-то всё закрутилось, я забыла. И потом, у меня после аварии, наверное, график мог сбиться.

– Посиди пока тут, а я пулей в аптеку сгоняю.

– Зачем?

– Лера, не тормози. За тестами, конечно.

Сижу, жду. Нервничаю, пытаюсь вспомнить, когда у меня были в последний раз месячные. И не могу!

Света приносит два теста.

– Так, оба иди делай сразу. Если что, я потом ещё схожу и куплю – сделаешь и утром тоже.

Закрываюсь в ванной. Руки трясутся. Не могу сообразить, что с этими тестами делать. Справляюсь кое-как. Жду. Света стучит, просит, чтобы я её впустила или выходила к ней. Вдвоём ждать веселее? Мне так страшно. А если сейчас будет две полоски? Что мне делать? Шамиль уехал так надолго… Как я скажу ему? Не представлю. Разве такое говорят по телефону?

Неотрывно слежу за изменениями на тестах. Одна полоска видна чётко. Второй нет. Или ещё рано? Поглядываю на часы, время ещё не наступило, надо ждать. Постепенно проявляется вторая полоска. Может быть, у меня галлюцинации? Сначала она такая бледная, что мне удаётся убедить себя, что она мне чудится и это всё нервы. А может, к моменту, когда будет пора смотреть, она исчезнет? Но она становится всё чётче. И когда я в последний раз бросаю взгляд на часы и понимаю, что время наступило, точно вижу, что полосок всё же две. Причём на обоих тестах.

Света стучит в дверь, а я сижу на краю ванны и не могу найти в себе силы открыть ей. Лишь спустя несколько минут я всё-таки выхожу в коридор, сползаю по стенке и начинаю в голос рыдать. Потому что это – всё. Конец всем моим планам и амбициям.

– Лерочка, ну не плачь. Будем с тобой вместе пузатые ходить, а потом вместе малышей нянчить. Прикинь, как это круто?

– А как же учёба?

– Так возьмём академ! Можно подумать, это проблема. Ну или свекровь твоя с малышом посидит, пока ты на занятия бегать будешь.

– Ну что ты? Она же работает. Не сможет. Да и захочет ли?

– Куда она денется? У них же пока других внуков нет. Первый всегда самый любимый. Вот увидишь, они и тебя на руках носить будут, и малыша вашего.

– Света, но они же просили нас до свадьбы не забеременеть. Не принято у них так. Как я теперь свёкру в глаза посмотрю?

– Вот пусть Шамиль сам и разбирается. Его косяк? Пусть думает, как исправлять. В конце концов, свёкор знает, что вы уже женаты. Да и родственники наверняка в курсе. Что ты проблему делаешь на пустом месте? Всё, успокаивайся. Идём чаю выпьем.

Через час Света уходит, я ложусь, но сон никак не идёт. Я всё прокручиваю предстоящий разговор с Шамилем. И совершенно не знаю, как ему об этом сообщить. Наверное, всё-таки стоит сначала сходить к врачу, узнать, что всё в порядке, а потом уже ему рассказывать.

Не хочу идти к гинекологу, к которому ходила с Шамилем. Она мне понравилась, но мне стыдно признаться ей, что я забыла начать после месячных принимать таблетки, которые она мне назначила. Как-то не до них было с росписью, началом учёбы, а потом отъездом Шамиля.

Достаю дедову записную книжку. Помню, у него там был записан номер женщины, которая меня смотрела в больнице после случая с Левиным. Она мне понравилась.

– Татьяна Сергеевна, здравствуйте. Простите, пожалуйста, за беспокойство. Это Лера, внучка Векслера.

– Лерочка, здравствуй!

– Можно записаться к вам на приём?

– Конечно. Давай завтра. Я дежурю, приходи после обеда. Подходит?

– Спасибо. Да, я после занятий сразу к вам.

Вспоминаю, что завтра Света в университетском кафе отмечает с однокурсниками свою свадьбу. По-студенчески скромно. Надеюсь, я успею сбегать к врачу и попасть на празднование.

Весь день в понедельник я как на иголках. Но обратной дороги нет. Надо просто смириться и перепланировать свою жизнь с учётом новых обстоятельств. Шамиль сказал, что всё у нас с ним будет хорошо. И у меня нет оснований ему не доверять. Мы с ним уже месяц официально женаты. Я только не понимаю, когда успела забеременеть. Точно! В день нашей росписи был единственный раз, когда Шамиль не успел вовремя выйти. Я тогда ещё подумала, что месячные должны быть через неделю, но они так и не пришли, а я их прошляпила.

Во вторник сразу после звонка бегу в больницу. Татьяна Сергеевна смотрит меня внимательно, подтверждает беременность, берёт какие-то мазки. Назначает через две недели прийти на УЗИ. Я уже не так сильно волнуюсь, начинаю свыкаться с ситуацией. Или уговариваю себя, что свыкаюсь.