Ставка на невинность. В руках Азара

Глава 5 ПЕРВЫЙ ВЫХОД В СВЕТ

Утро в пентхаусе Азара не принесло облегчения. Оно пришло в виде ослепительного солнечного луча, пробившегося сквозь щель в тяжелых шторах, и запаха крепкого кофе, который разносился по комнате. Мила открыла глаза и тут же зажмурилась от резкой боли во всем теле. Каждое движение напоминало о событиях ночи. Она была не просто сломлена физически — она чувствовала себя выпотрошенной.

На краю кровати лежала коробка с тиснением известного бренда. Внутри — платье из тончайшего шелка цвета полночного синего и записка, написанная размашистым, жестким почерком: «Надень это. Жду внизу через двадцать минут. Не заставляй меня подниматься».

Мила с трудом поднялась. В зеркале на нее смотрела тень прежней себя. Синяки на ключицах, оставленные его пальцами, выглядели как позорное клеймо. Она попыталась замазать их тональным кремом, но они всё равно просвечивали, напоминая о том, кому она теперь принадлежит.

Когда она спустилась в столовую, Азар уже заканчивал завтрак. Он выглядел безупречно в сером костюме-тройке, который скрывал зверя под слоем дорогой шерсти. Увидев её, он отложил планшет и окинул её медленным, оценивающим взглядом.

— Село идеально, — констатировал он, игнорируя бледность её лица. — Садись, ешь. Нам предстоит долгий день.

— Куда мы едем? — голос Милы был тихим, надтреснутым.

— В «Эдем», — Азар усмехнулся, заметив, как она вздрогнула. — Не бойся, сегодня ты там не в качестве лота. Ты — моя спутница. Я хочу, чтобы мои партнеры видели, какой редкий трофей я заполучил.

— Я не трофей, Азар. У меня есть имя.

Он резко встал, и стул скрежетнул по мраморному полу. В два шага он оказался рядом, наклонился и впился пальцами в её подбородок, заставляя смотреть на него.

— Для этого мира у тебя нет имени, Белова. У тебя есть только ценник. И пока я его оплачиваю — ты будешь играть ту роль, которую я тебе выберу. Ты поняла меня?

— Да… хозяин, — выдавила она через силу.

Поездка прошла в гробовом молчании. Черный «Майбах» мягко катил по городу, но Миле казалось, что её везут на эшафот. «Эдем» располагался за городом — монументальное поместье, окруженное высоким забором с колючей проволокой. На въезде охрана с автоматами лишь коротко кивнула, узнав машину босса.

Внутри клуб поражал воображение: античные статуи, приглушенный красный свет, запах дорогих благовоний и витающее в воздухе ощущение вседозволенности. Азар вел её под руку, и его хватка была такой сильной, что на коже наверняка останутся новые следы.

— Азар! Какими судьбами? — к ним подошел невысокий мужчина с масляными глазами и хищной улыбкой. — Слышал, ты сорвал куш в букмекерской. Неужели это та самая… дочка игрока?

Мужчина бесцеремонно оглядел Милу, задержав взгляд на глубоком декольте. Миле захотелось провалиться сквозь землю.

— Руки в карманах держи, Борис, — холодно бросил Азар, прижимая Милу ближе к себе. — Это не для продажи. Это — моё. Личное.

— Оу, — Борис поднял руки в примирительном жесте. — Понимаю. Редкий экземпляр. Невинность нынче стоит дороже героина. Поздравляю, умеешь ты находить рентабельные активы.

Слово «рентабельность» хлестнуло Милу по лицу. Она чувствовала себя вещью, выставленной в витрине. Азар перехватил её за талию и повел вглубь клуба, к вип-ложам.

— Улыбайся, — прошептал он ей на ухо, и его дыхание обожгло кожу. — Если я увижу на твоем лице хоть одну слезу — твой отец сегодня не получит ужин. Ты должна сиять, мышка. Ты — лицо моей власти.

Они сели в ложе, откуда открывался вид на сцену. Там, внизу, женщины в масках танцевали для мужчин, чьи лица были скрыты в тени. Это был рынок плоти, и Мила осознала, что она — лишь одна из многих, кому просто «повезло» попасть в личное пользование к королю этого гадюшника.

Азар заказал виски. Он вел переговоры, обсуждал поставки, долги, «крышевание», при этом его рука по-хозяйски лежала на бедре Милы, постоянно напоминая о его присутствии. Он словно помечал территорию, демонстрируя всем вокруг: эта женщина принадлежит мне, и я могу делать с ней всё, что захочу.

В какой-то момент один из собеседников Азара, крупный мужчина с цепями на шее, кивнул в сторону Милы:

— Слушай, Азар, девка реально огонь. Дай на вечер? Закрою тебе вопрос по портовым складам.

Мила замерла, её сердце пропустило удар. Она посмотрела на Азара, ожидая его реакции. Тот медленно повернул голову к собеседнику, и в его глазах вспыхнуло нечто такое, от чего даже бывалый бандит побледнел.

— Повтори, — тихо произнес Азар.

— Да я… я пошутил, — забормотал тот, отводя взгляд.

— Хуёвая шутка, — Азар поставил стакан на стол с глухим стуком. — Еще раз раскроешь пасть в сторону моей собственности — я вырву тебе язык и заставлю его сожрать. Склады я заберу и так. Понял?

Мужчина поспешно кивнул и ретировался. Азар снова повернулся к Миле. В его взгляде на мгновение промелькнула странная, почти болезненная страсть.

— Видишь? — он провел ладонью по её щеке. — Ты под моей защитой. Но цена этой защиты — полное подчинение. Если ты вздумаешь предать меня или сбежать — никто в этом городе тебя не спрячет. Я найду тебя даже под землей.

— Почему я? — прошептала Мила. — У вас тысячи таких. Красивее, опытнее…

— Потому что ты не сломлена до конца, — он приблизился к её лицу так близко, что их губы почти соприкасались. — Мне не интересны те, кто уже сдался. Я хочу видеть, как гаснет свет в твоих глазах, когда ты осознаешь, что начинаешь меня хотеть. И поверь, мышка, это произойдет быстрее, чем ты думаешь.

Он резко встал и потянул её за собой.

— Поехали. Я насмотрелся на этот сброд. Теперь я хочу продолжить нашу… инвентаризацию в более приватной обстановке.

Мила шла за ним, чувствуя, как внутри всё сжимается от предвкушения новой боли и того самого пугающего жара, который она начала ненавидеть больше, чем самого Азара. Она была его пленницей, его игрушкой, его «рентабельным грехом». И самое страшное было то, что мир вне его влияния начал казаться ей серым и пустым.

Игра продолжалась, и ставки в ней только росли.